Он слегка погрустнел, и как только он собрался как следует насладиться последним куриным крылышком, в его тарелку положили новое.
— Съешь это, — опередил его Линь Юй. — Я уже наелся.
— Спасибо.
Шэнь Юньянь немного поколебался, но всё же не стал отказываться.
Он взял выделенное ему Линь Юй куриное крылышко и принялся очень осторожно обгладывать его, держа за кончик. Крылышко источало жар, его корочка была хрустящей и ароматной, а мясо внутри — сочным. Шэнь Юньянь в один присест умял крылышко целиком и, обжегшись, невольно высунул язык.
Опустив голову в поисках другого, он вдруг заметил, что куриное крылышко в тарелке уже снято с бамбуковых шпажек. Линь Юй как раз держал в руке эти две палочки и бросал их в мусорное ведро.
— Спасибо, — поспешно сказал Шэнь Юньянь.
Линь Юй не удержался и с улыбкой опустил голову, а Фэн Ци странно посмотрел на него и подозвал хозяина, чтобы расплатиться.
Сегодня обошлось без происшествий. Шэнь Юньянь зафиксировал палочками и тарелкой куриное крылышко и принялся неторопливо его грызть. Сидевшие поблизости студенты, похоже, только что справились с какой-то сложной задачей и разразились радостными возгласами.
Шэнь Юньянь с лёгкой ностальгией взглянул на них.
Радости и заботы студенческой поры так просты и чисты. Хотя тогда они тоже были опутаны самыми разными проблемами, оглядываясь назад, понимаешь, что в памяти всё равно осталось немало счастливых мгновений.
Шэнь Юньянь стоял у входа и ждал остальных, когда Линь Юй, расплатившись, вышел из заведения с двумя бутылками минеральной воды.
Шэнь Юньянь был не слишком доволен:
— Мы же договаривались, что угощаю я, почему ты всех опередил и сам расплатился?
Линь Юй сунул Шэнь Юньяню одну из бутылок с водой:
— В следующий раз обязательно ты.
Они вдвоём медленно пошли домой по небольшой улочке вдоль дороги. Магазинчики у школьных ворот оставались прежними, и, поскольку время было уже позднее, торговцы как раз спешно сворачивали лотки.
По этой дороге Шэнь Юньяню довелось пройти бесчисленное множество раз по пути в школу и обратно.
На лице Линь Юя читалась ностальгия:
— Кажется, здесь почти ничего не изменилось. По большей части стоят те же самые магазинчики, что и в старшей школе.
Шэнь Юньянь кивнул:
— Да, я помню, этот магазин канцтоваров открылся очень давно, а ещё вон та фотостудия... Хозяин в прошлом году уехал на малую родину жениться, а в этом вернулся вместе с женой и заново открыл дело.
Они шли бок о бок, тихо проходя сквозь шум всей улицы.
Шэнь Юньяню казалась необыкновенно уютной такая атмосфера. Линь Юй находился как раз по левую руку от него на небольшом расстоянии, и они болтали о всякой всячине, совсем как в старшей школе.
Впереди по диагонали показался вход в жилой комплекс, где жил Шэнь Юньянь. Он уже собрался ступить на пешеходный переход, как вдруг из-за поворота выскочила машина.
Шэнь Юньянь испуганно отшатнулся назад на полшага, чтобы увернуться.
В тот же миг кто-то дёрнул его за запястье: Линь Юй притянул его обратно и выставил руку перед ним, заслоняя.
Всё еще испытывая страх, они проводили глазами удаляющийся автомобиль, нарушивший правила движения.
Шэнь Юньянь легонько коснулся тыльной стороны ладони Линь Юя, тихо давая понять, что тот может отпустить его руку:
— Спасибо.
Линь Юй улыбнулся и выпустил его запястье:
— Пустяки, будь осторожнее.
Свернув на территорию жилого комплекса, они погрузились в тишину. Оба шли друг за другом, постепенно приближаясь к нужному Шэнь Юньяню корпусу.
Линь Юй повернулся к нему:
— Спасибо, что выкроил сегодня время.
Шэнь Юньянь удивился:
— За что? Не нужно благодарить, я ведь ничего для тебя не сделал.
Линь Юй говорил совершенно серьезно:
— Мне было очень приятно пообедать и прогуляться вместе с тобой.
Он, казалось, хотел сказать что-то ещё, но Шэнь Юньянь остановился у входа в подъезд, и ему пришлось тоже замереть, глядя вслед собеседнику.
Шэнь Юньянь обернулся:
— Ну, я поднимаюсь.
— Хорошо, — посмотрел на него Линь Юй. — Как-нибудь в другой раз, когда будет время, давай снова сходим куда-нибудь пообедать.
Шэнь Юньянь кивнул, сделал два шага внутрь, но не удержался и остановился, вновь поднимая на Линь Юя взгляд.
— Будь осторожен по дороге, — произмолвил он, выждал мгновение и тихо добавил: — ...Сегодня я тоже был очень рад.
Линь Юй улыбнулся. Налетевший вечерний ветерок взъерошил его короткие пряди, а очертания лица словно впитали тёплый свет уличного фонаря, отчего казались то более яркими, то погружались в мягкую тень.
— Скоро я перееду в город N. Моя студия уже почти отремонтирована, как откроется, приглашаю тебя в гости.
С этими словами Линь Юй улыбнулся, и в глазах Шэнь Юньяня зажглось предвкушение; он торопливо и беспрерывно закивал.
Случайная встреча в больнице
В день повторного приёма у Шэнь Вэньфэна возникли срочные дела, и в итоге сопровождать Лю Циньсинь в больницу снова пришлось Шэнь Юньяню.
Врач тщательно осмотрел Лю Циньсинь. Ее болезнь в основном отступила, требовалось лишь выписать поддерживающие лекарства, а при ухудшении самочувствия можно было явиться на внеплановый осмотр.
Убедившись в этом, Шэнь Юньянь облегчённо выдохнул.
В больнице было не протолкнуться. Шэнь Юньянь нашёл Лю Циньсинь место, чтобы она отдохнула, а сам отправился в аптеку, расположенную чуть дальше.
— Третье окошко... Вон там.
Следуя указаниям в рецепте, Шэнь Юньянь подошёл к третьему окошку, но вдруг шаги его замедлились — две фигуры в хвосте очереди за лекарствами показались ему знакомыми.
В то же время высокий молодой человек как раз повернулся, и они встретились взглядами, словно по наитию.
На лице Линь Юя мелькнуло удивление:
— Шэнь Юньянь?
— Юньянь? — Сюй Ваньи с воодушевлением схватила Шэнь Юньяня за руку. — Давно не виделись!
Даже спустя столько лет Сюй Ваньи выглядела всё такой же красивой и жизнерадостной, разве что немного похудела.
Сюй Ваньи продолжила:
— Я слышала, ты теперь тоже живешь в городе N? Как замечательно! Надеюсь, в будущем ты будешь приглядывать за нашим Линь Юем.
Линь Юй посмотрел на него:
— Ты пришёл один? Тебе всё ещё нездоровится?
Шэнь Юньянь покачал головой:
— Нет, я сопровождаю маму, она ждет меня вон там.
Очередь продвигалась вперёд, работник аптеки выкрикнул имя Сюй Ваньи. Линь Юй помог ей забрать лекарства и постоял рядом, пока Шэнь Юньянь получал пакет с препаратами для Лю Циньсинь, после чего они все вместе направились к выходу.
Стоило им отойти от аптечной очереди, как Шэнь Юньянь заметил идущую навстречу Лю Циньсинь.
— Я увидела на табло своё имя. Ты забрал лекарства?
Не успел Шэнь Юньянь ответить, как Лю Циньсинь перевела взгляд на его спутников:
— Вы... одноклассник Юньяня по старшей школе?
Линь Юй с улыбкой кивнул:
— Да, у вас прекрасная память, тётя.
Они обменялись парой дежурных фраз, и Сюй Ваньи тепло пригласила их в гости. Шэнь Юньянь с улыбкой ответил, что как только появится свободное время, они обязательно зайдут.
Когда Линь Юй и Сюй Ваньи отошли на значительное расстояние, Лю Циньсинь бросила взгляд им вслед:
— Это же твой сосед по парте из старшей школы, верно? Кем он сейчас работает?
— Фотограф, — ответил Шэнь Юньянь.
Лю Циньсинь поморщилась:
— Свободный художник? Всё такой же ветреный, как и прежде, никакой серьёзности.
Шэнь Юньянь: «...»
Он хранил молчание и просто шёл вперёд, но Лю Циньсинь не обращала внимания на его реакцию и продолжала гнуть своё:
— Послушай меня, держись подальше от таких людей. Учёба никудышная, в выпускном классе даже схлопотал выговор за драку, чуть тебя не подвёл. Я же вижу, на тебя повлияли такие вот личности, из-за них ты и завалил гаокао...
— Мама, — наконец прервал её Шэнь Юньянь со строгим выражением лица.
— Я уже много раз говорил: то, что я плохо сдал экзамены, никак с ним не связано. К тому же гаокао было много лет назад, прошло — так прошло, разве я сейчас живу плохо?
Лю Циньсинь нахмурилась:
— Разве это жизнь? Только зря потерял целый год на подготовку...
Видя, что разговор сворачивает совсем не туда, Шэнь Юньянь поспешно усадил её в машину и завёл беседу о покупках, которые нужно сделать на следующей неделе.
Пообедав с Лю Циньсинь в городе, Шэнь Юньянь отвёз её домой, а затем со всех ног помчался обратно в офис — в конце концов, отгул был взят лишь на полдня, и после обеда предстояло отработать смену.
После обеда Линь Юй помыл тарелку голубики и отнёс Сюй Ваньи в художественную студию.
Дверь в студию была приоткрыта, но Линь Юй всё равно тихо постучал, прежде чем войти.
Сюй Ваньи сидела у окна, не отрывая глаз от стоявшего перед ней мольберта. Солнечный свет падал из окна на холст, придавая картине мягкий золотистый оттенок.
Линь Юй поставил помытую голубику на маленький столик рядом:
— Мам, не хочешь немного отдохнуть?
Сюй Ваньи опустила кисть:
— Да, пожалуй. Я как раз почти закончила.
Цветовая гамма полотна была яркой и живой. В центре чайного столика красовались изящные цветы и выпечка, а вокруг них резвились жизнерадостные маленькие ангелочки, устраивающие чаепитие.
Сюй Ваньи ничего не сказала, но её взгляд снова и снова перебегал с Линь Юя на картину.
Линь Юй с важным видом кивнул:
— Мам, по-моему, эта работа просто великолепна.
— Правда?
— Правда, — искренне ответил Линь Юй. — От неё веет весенним теплом, она такая живая и светлая.
Линь Юй незаметно выдохнул с облегчением, опустился на табурет рядом и подставил тарелку так, чтобы маме было удобнее брать ягоды.
— Мам, как ты себя в последнее время чувствуешь?
— Прекрасно. Врач же сказал, что камни совсем небольшие, меня ничего не беспокоит, не нужно волноваться.
— Вот и хорошо. Может, выберемся куда-нибудь развеяться?
— Разве ты не занят переездом студии? Занимайся своими делами.
Она подняла взгляд, вглядываясь в своё новое полотно, и заговорила словно сама с собой:
— Ох, раньше мне казалось, что я вообще не могу прикоснуться кистью к холсту, а стоило с большим трудом начать — и я уже не понимала, что именно рисую.
Линь Юй мягко положил руку ей на плечо.
У Сюй Ваньи был долгий период, когда она наотрез отказывалась творить.
Тогда она сутками запиралась в студии, делала пару мазков кистью, после чего словно в исступлении соскребала всю краску обратно, а недописанные холсты просто валялись в углу сваленные в кучу.
На полу валялись пустые тюбики из-под краски и испорченные кисти, палитра была грязной и тусклой, а цветовые пятна на холстах сливались в хаотичную мешанину.
Сюй Ваньи не выносила всего этого. Она отказывалась покидать студию, перестала есть и спать, одержимая жаждой создать что-то новое. Линь Юй и Линь Ичэн видели всё это, но могли лишь носить ей еду в студию или уговаривать отдохнуть.
Поначалу Сюй Ваньи лишь устало отмахивалась, но когда их уговоры участились, она начала срываться на крик.
— Я же сказала, я никуда не пойду!
Она с силой выдернула руку из хватки Линь Ичэна и яростно толкнула мольберт. Холст сорвался вниз, и ещё не высохшая краска разлетелась по полу грязными брызгами.
http://bllate.org/book/29303/3558806
Готово:
