)
— Чжои, всё хорошо, правда. Я и одна справлюсь. Иди занимайся делами, а я побуду с Сяоши. Не беспокойся, если что-нибудь случится, позову медсестру. К тому же здесь сестра Чжан, она обо мне позаботится, так что не волнуйся.
— Угу, знаю. Только, пока меня нет, опять не забывай есть. Не хватало ещё, чтобы ты свалилась от истощения раньше, чем Сяоши очнётся.
— Знаю я, иди уже. Постарайся вернуться пораньше.
— Хорошо, я скоро вернусь к тебе…
Какие знакомые голоса… Одно их звучание дарило ему такое спокойствие…
Юнь Цинши словно сквозь туман услышал знакомый разговор рядом с собой и проснулся.
Но когда попытался открыть глаза и посмотреть, то обнаружил, что даже такое простое движение даётся ему с невероятным трудом.
Словно бесчисленные невидимые оковы сковали его: ни открыть глаза, ни пошевелиться, ни издать хотя бы звук.
*Немного похоже на то, как меня когда-то опоили «Нитями бессилия»*, — сонно подумал Юнь Цинши.
И всё же он не прекращал бороться, изо всех сил стараясь вернуть себе власть над телом…
Проводив Юнь Чжои до дверей, Шан Ваньцзи вернулась в палату и снова села на стул возле кровати, чтобы дежурить у сына.
На вид она словно оцепенела: от той бодрости, которую она проявляла в присутствии Юнь Чжои, не осталось и следа.
Медицинские приборы неустанно следили за показателями состояния худенького юноши на больничной койке и безостановочно попискивали.
Заметив, что губы Юнь Цинши снова пересохли, Шан Ваньцзи привычным движением взяла ватную палочку, смочила водой и терпеливо принялась увлажнять его губы.
И именно в этот момент она заметила едва различимое движение, которого Юнь Цинши добился отчаянным усилием.
Увидев это, Шан Ваньцзи широко распахнула глаза. Стакан выскользнул у неё из руки и с треском разбился.
Звук разбившегося стекла встревожил Чжан Цайся, находившуюся у дверей. Она поспешно вошла в палату:
— Госпожа!
Увидев осколки на полу, Чжан Цайся встревоженно воскликнула:
— Госпожа, не двигайтесь, осторожнее! Я сейчас всё уберу.
Сама Чжан Цайся не заметила того слабого движения Юнь Цинши и, сказав это, поспешила за приспособлениями, чтобы собрать стекло.
Но именно её голос и вывел Шан Ваньцзи из оцепенения, вызванного потрясением.
Глаза Шан Ваньцзи покраснели. Почти в панике она нажала кнопку вызова у кровати:
— Медсестра! Медсестра! Скорее! Кто-нибудь, сюда! Мой сын только что пошевелился!
Из переговорного устройства почти сразу раздался голос медсестры:
— Хорошо, госпожа, пожалуйста, не волнуйтесь. Мы сейчас придём.
Шан Ваньцзи схватила худую ладонь Юнь Цинши и взволнованно позвала:
— Сяоши, Сяоши, мой хороший, ты наконец просыпаешься? Родной мой, пошевелись ещё разочек, покажи маме, хорошо?
Услышав родной материнский голос, Юнь Цинши почувствовал, как сердце болезненно сжимается, словно его стиснула невидимая рука. Ему отчаянно хотелось успокоить маму, поэтому он забился ещё упорнее, пытаясь заставить тело слушаться.
А когда Шан Ваньцзи снова увидела, как дрогнули его пальцы, радости её не было предела:
— Сяоши…
Медсестра быстро привела врача в отдельную палату.
Шан Ваньцзи тотчас отошла от кровати, освобождая место для осмотра.
К этому времени сознание Юнь Цинши уже почти полностью прояснилось, вот только управлять телом он по-прежнему не мог.
Вскоре он почувствовал, как кто-то приподнял ему веко, и яркий луч света ударил прямо в зрачок.
После ещё нескольких проверок Юнь Цинши услышал, как мама тревожно спросила врача:
— Доктор Е, ну как? Мой сын скоро очнётся?
В ответ раздался мужской голос. Юнь Цинши предположил, что это и есть врач, который только что его осматривал.
— Поздравляю, госпожа. У молодого господина Юня действительно появились признаки пробуждения. Это замечательная неожиданность! Однако он пролежал в вегетативном состоянии целых полгода, и для полного пробуждения ему понадобится ещё некоторое время.
Шан Ваньцзи уже вся была в слезах:
— Хорошо, хорошо, я поняла. Спасибо, доктор Лю.
Врач ответил:
— Не стоит благодарности, госпожа. Я пересмотрю назначения, подберу препараты, которые помогут молодому господину Юню скорее восстановиться, и попрошу медсестёр сделать инъекции.
*Только почему голос этого врача кажется мне таким знакомым?*
Юнь Цинши невольно озадачился.
Затем он услышал голос тёти Чжан, няни, которая всегда заботилась об их семье, а следом — как мама звонит его отцу и двум старшим братьям.
Увы, сам он по-прежнему не мог даже открыть глаза.
Столько времени пытаясь пошевелиться, он тоже совершенно выбился из сил.
А ещё Юнь Цинши думал о том, что он действительно снова перенёсся обратно.
До этого они с Сяо Цзиу прожили вместе целую жизнь в том мире. В конце концов первым ушёл из жизни именно Юнь Цинши, но умер он уже в преклонных годах, прожив положенный ему срок.
Раньше его терзало беспокойство: вдруг встреча с Небесным Путём была всего лишь сном, который приснился ему из-за слишком сильной тоски по семье? Хотя он уже давно рассказал Сяо Цзиу обо всём увиденном во сне.
И только теперь Юнь Цинши по-настоящему поверил, что всё было правдой.
*Интересно, где сейчас Сяо Цзиу?* При мысли о нём Юнь Цинши забеспокоился ещё сильнее.
Ему хотелось как можно скорее окончательно проснуться, увидеть родных, а ещё — найти Сяо Цзиу…
————
По-настоящему Юнь Цинши пришёл в сознание только на следующий день.
Узнав, что он вот-вот очнётся, отец и оба старших брата ещё вчера приехали в больницу.
Открыв глаза, Юнь Цинши долго-долго молча смотрел на всех присутствующих.
Вчера он слышал, как врач сказал, что полгода пролежал в вегетативном состоянии. Но для самого Юнь Цинши с последней встречи с семьёй прошла целая жизнь.
Однако, хотя он наконец сумел открыть глаза, говорить всё ещё не получалось. А значит, он пока не мог попросить братьев помочь отыскать Сяо Цзиу.
Увидев, как Юнь Цинши растерянно смотрит на него, Юнь Цзэянь, несмотря на огромное облегчение, не удержался от поддразнивания:
— Ты чего это? Неужели своего второго старшего брата не узнаёшь?
Услышав это, Юнь Цинши молча перевёл взгляд на старшего брата.
Юнь Цзэлинь явно был гораздо взрослее по характеру, чем Юнь Цзэянь. Встретившись взглядом с младшим, он мягко успокоил его:
— Не волнуйся. Врач сказал, тебе нужна реабилитация. Постепенно снова научишься говорить. Наш Сяоши совсем вырос, настоящий герой: бросился людям на помощь и спас сразу две жизни. А о преступнике не беспокойся — ему теперь до конца жизни не выйти на свободу.
Выслушав Юнь Цзэлиня, Юнь Цинши очень хотел что-нибудь ответить, но тело по-прежнему не слушалось, и в конце концов ему удалось лишь моргнуть.
К счастью, брат, кажется, понял, что он хотел сказать.
Тут со стороны двери послышались шаги.
Когда он только сумел открыть глаза, брат отправился звать врача. Наверное, это он и пришёл.
Услышав шаги, Юнь Цинши с любопытством посмотрел на дверь — и застыл от потрясения, едва врач вошёл.
Вот это да! Этот доктор выглядел точь-в-точь как Е Жуньань!
Только у Е Жуньаня были длинные волосы, а у здешнего врача — короткие.
Потрясённый Юнь Цинши ещё долго не сводил с доктора глаз. А когда тот закончил осмотр и собрался уходить, юноша, собрав все оставшиеся силы, ухватился за его одежду.
Ему пришло в голову: в том мире Е Жуньань и Сяо Цзиу были старшим и младшим соучениками. Может быть, и здесь они знают друг друга?
Но поскольку он не мог говорить и объяснить, чего хочет, так ничего и не сумел спросить.
Стоило врачу уйти, как второй брат принялся над ним подтрунивать.
— Братец ты мой! Доктор Е, конечно, красавчик, но ты ведь сейчас даже разговаривать не можешь. Не рановато ли просить у него WeChat?
Юнь Цинши: …
Юнь Цинши был настолько раздосадован, что и слов не находил. Впрочем, оправдаться он всё равно не мог.
А Юнь Цзэянь, пользуясь тем, что младший брат не способен возразить, продолжил его дразнить:
— Но ты не переживай. У меня есть контакт доктора Е в WeChat. Когда тебе станет получше, перешлю.
Юнь Цинши: …
*Ха-ха. Ну конечно, это же мой дорогой второй братец.*
Не желая больше обращать на него внимания, Юнь Цинши закрыл глаза.
————
После столь долгого молчания способность говорить нельзя было вернуть за один-два дня.
Поначалу Юнь Цинши мог лишь произносить простые звуки, а потом, после упорных попыток, — отдельные несложные слова.
Лишь на третий день после пробуждения он наконец смог соединять по одному-два слова в короткие фразы.
Как только это стало возможным, Юнь Цинши первым делом попросил обоих братьев помочь найти Сяо Цзиу. Но объясняться всё ещё было трудно, поэтому он не стал подробно рассказывать об их отношениях, а лишь сказал, что этот человек очень для него важен и его непременно нужно отыскать.
Вот только результаты поисков по-настоящему испугали Юнь Цинши.
Сяо Цзиу не было. Ни в городе, где жила их семья, ни где-либо ещё не нашлось того Сяо Цзиу, которого он искал.
Несколько людей с таким же именем и фамилией, правда, обнаружились, но, получив их фотографии и сведения о них, он одного за другим исключил всех.
Тогда второй брат высказал своё предположение:
— А может, тебе всё это привиделось, пока ты лежал без сознания? Может, такого человека на самом деле вообще не существует?
От этих слов Юнь Цинши просто оцепенел.
*Нет. Нет, невозможно.*
*Мы с Сяо Цзиу провели вместе целую жизнь! Как такое могло мне просто привидеться?!*
У Юнь Цинши от тревоги тут же покраснели глаза. Он отчаянно замотал головой:
— Нет… Не сон.
— Цзэянь, хватит, — поспешно остановила его Шан Ваньцзи, подойдя к ним. Затем принялась утешать Юнь Цинши: — Сяоши, не волнуйся, мы обязательно его найдём. Я попрошу твоего папу продолжить поиски…
————
Три дня, неделя, десять дней, полмесяца, месяц.
Прошло столько времени, а никаких известий о Сяо Цзиу по-прежнему не было.
Постепенно Юнь Цинши охватила паника.
Он даже спросил своего лечащего врача, Е Аня.
Но и тот никогда не слышал имени Сяо Цзиу.
Юнь Цинши не хотел верить в такой результат.
Он слишком хорошо знал Сяо Цзиу: если тот только способен передвигаться, он непременно придёт его искать.
Кроме того, ещё очень давно Юнь Цинши рассказал Сяо Цзиу адрес своего дома и имена родных. Если бы Сяо Цзиу оказался в этом мире, он просто не мог бы его не найти.
Но прошёл уже месяц, а Сяо Цзиу так и не появился.
Постепенно Юнь Цинши снова принялся думать: а вдруг Небесный Путь обманул его?
А вдруг… всё действительно было так, как сказал брат, и вся эта жизнь в другом мире — всего лишь галлюцинация, возникшая, пока он лежал в вегетативном состоянии?
Юнь Цинши испугался. Он не представлял, как жить дальше без Сяо Цзиу, но и поверить в то, что всё это неправда, не мог.
Поэтому он решил отправиться на поиски сам.
Однако днём рядом с ним всегда кто-нибудь находился, так что уйти было явно невозможно.
Шанс мог представиться только ночью.
И вот тем вечером Юнь Цинши изо всех сил боролся со сном, дождался, когда отец крепко уснёт, и тайком выбрался из кровати.
Но хотя после пробуждения прошёл уже месяц, способность ходить ещё не восстановилась полностью: ему приходилось пользоваться костылями.
Беда в том, что костыли стояли довольно далеко от кровати, и Юнь Цинши оставалось лишь попробовать добраться до них самостоятельно.
Увы, он успел сделать всего два шага, прежде чем ослабевшие ноги подкосились и он упал.
При этом он случайно опрокинул стоявшую рядом стойку для капельницы.
Металлическая стойка с громким грохотом ударилась об пол. Отец, разумеется, проснулся и тут же бросился к сыну, поднял его на руки и вернул в постель.
Глаза Юнь Цинши от отчаяния налились красным. Он попытался уговорить отца дать ему костыли:
— Папа, подай мне, пожалуйста, костыли, хорошо?
Слыша эти слова, Юнь Чжои испытывал только боль за сына. Он ласково погладил Юнь Цинши по макушке и принялся терпеливо его успокаивать:
— Сяоши, врач сказал, что восстановление с помощью упражнений требует времени. Тебе пока нельзя самостоятельно вставать и ходить. Послушайся, ложись обратно в постель. Папа знает, что у тебя на душе. Я обязательно продолжу его искать. Поверь папе, хорошо?
Когда Юнь Цинши уже почти восстановил способность нормально говорить, он рассказал всем о своём попадании в книгу. Поэтому Юнь Чжои теперь понимал, отчего его младший сын так отчаянно торопится.
Пусть он и не мог до конца поверить в столь невероятную историю, но боль за сына была совершенно настоящей.
Выслушав отца, Юнь Цинши всё-таки послушно кивнул:
— Угу…
Почти в полном отчаянии, со слезами на щеках, он позволил отцу помочь ему снова лечь под одеяло и беспомощно закрыл глаза.
И именно в этот момент случилось неожиданное.
Дверь палаты внезапно распахнулась. Раздались быстрые шаги, затем встревоженный мужской голос:
— Молодой господин, это палата младшего господина семьи Юнь! Нельзя вот так врываться!
Двум телохранителям у дверей не удалось остановить незнакомца. Они торопливо последовали за ним в палату:
— Господин!
Затем раздался голос отца:
— Ты кто такой? Как смеешь без разрешения вламываться в чужую палату? Немедленно убирайся!
— Вы двое, выведите его отсюда!
— Слушаемся! — поспешно ответили телохранители.
То ли из любопытства, то ли беспокоясь об отце, Юнь Цинши сразу же неуклюже приподнялся на кровати и нахмурившись посмотрел в сторону двери. И от одного взгляда замер всем телом.
Это был Сяо Цзиу! Пусть одежда и внешний облик теперь были другими, Юнь Цинши был уверен: перед ним его А-У!
Сяо Цзиу тоже явно узнал Юнь Цинши. Его глаза наполнились радостным изумлением, и он тут же попытался подойти к нему.
Но когда двое телохранителей семьи Юнь захотели его остановить, вмешались охранники, пришедшие вместе с Сяо Цзиу.
Это немедленно заставило Юнь Чжои насторожиться:
— Да что тебе вообще нужно?!
От этих слов Юнь Цинши словно очнулся и поспешил предотвратить столкновение:
— Папа, не надо!
Юнь Чжои тут же понял, что младший сын знает пришельца, и немного смягчился, хотя даже не подумал, что перед ними может стоять тот самый человек, которого Юнь Цинши всё это время искал.
Всё ещё беспокоясь, он поспешно спросил сына:
— Сяоши, это твой друг?
Увидев, что Юнь Чжои больше не препятствует ему, Сяо Цзиу быстро подошёл к кровати. Дрожащими кончиками пальцев он осторожно коснулся щеки юноши.
Юнь Цинши тоже широко распахнутыми глазами смотрел на Сяо Цзиу. Он был потрясён счастьем от этой встречи.
Но Юнь Чжои сразу нахмурился ещё сильнее:
— Это что ещё такое? Хочешь разговаривать — разговаривай, а руки убери!
Только услышав отца, Юнь Цинши немного пришёл в себя и, сияя глазами, объяснил:
— Папа, это же он!
Юнь Чжои застыл, услышав это, и словно хотел что-то сказать, но не находил слов.
В конце концов он ничего больше не произнёс, оставив двоих, наконец встретившихся вновь, наедине друг с другом.
К этому времени, получив известие, пришёл и Е Ань: как раз сегодня ночью он дежурил.
Едва войдя, он увидел, как двое у больничной койки неотрывно глядят друг на друга, и словно что-то понял:
— Так тот, кого ты искал, — это Сяо Юньци?
*Но что происходит между этими двумя?* Раньше Е Ань и не подозревал, что они знакомы. Впрочем, совпадение и правда удивительное: всего три дня назад Сяо Юньци внезапно потерял сознание у себя дома, а когда очнулся, стал вести себя совсем иначе…
Что же до Сяо Цзиу, то теперь ничто постороннее уже не могло его отвлечь. В его глазах существовал только Юнь Цинши.
Не в силах больше сдерживаться, он крепко прижал юношу к груди:
— Цинцин…
Он вспомнил всё. Он пришёл в этот мир только ради Юнь Цинши.
Небесный Путь заранее даровал ему тело и позволил ему жить здесь, и лишь теперь, когда вернулись воспоминания, Сяо Цзиу понял, что произошло.
Юнь Цинши тоже изо всех сил обнял Сяо Цзиу. Только в эту минуту он наконец почувствовал себя по-настоящему вернувшимся к жизни:
— А-У, я наконец-то тебя нашёл.
(Конец книги)
http://bllate.org/book/29227/4392967
Готово:
