Сюй Юань погладил черного ослика и кивнул: если тарелка способна отыскать дорогу в постоялый двор даже с такого расстояния, звание хорошего скакуна ей присвоено не зря.
— Управляющий Шэнь, еще увидимся! — Сюй Юань сложил руки перед грудью, с нетерпением ожидая новой встречи.
Глядя на удаляющиеся фигуры человека и ослика, Шэнь Юйцин слегка прищурился. Вернувшись в главный зал, он увидел Учана, который неизвестно когда появился у входа. Шэнь Юйцин прямо встретился взглядом с его спокойными, ни капли не колышущимися глазами, после чего с полуулыбкой произнес:
— Теперь, когда они ушли, не хочешь ли ты что-нибудь мне сказать, гость мой?
В фарфоровой чайной чашке плескалась янтарная жидкость, а в воздухе разливался тонкий аромат. Шэнь Юйцин подвинул одну чашку Учану, и его изящные, подобные нефриту пальцы казались созданными для того, чтобы еще больше подчеркивать этот цвет янтаря.
Учан слегка опустил взгляд на чай. Солнечный свет, струившийся сквозь окно, залил главный зал золотистым сиянием, отражаясь в его глазах — спокойных, одиноких, похожих на занесенную снегом ледяную вершину.
Шэнь Юйцин же, казалось, вовсе не замечал этой странной атмосферы. Он с улыбкой смотрел на собеседника, словно заранее зная, что тот заговорит первым.
— Управляющий...
Шэнь Юйцин тихо усмехнулся, и его взгляд из светлого стал более глубоким:
— Я Шэнь Юйцин, а как твое имя, уважаемый гость?
Учан помолчал какое-то время:
— Учан.
Шэнь Юйцин слегка приподнял бровь и с загадочной улыбкой уголками губ произнес:
— А я-то думал, это всего лишь прозвище.
В изначально спокойных глазах Учана промелькнула тень. Он посмотрел на Шэнь Юйцина, и его черные зрачки стали еще глубже.
Шэнь Юйцин легко поднял чашку, и освежающий сладковатый вкус чая заставил его улыбку стать еще искреннее.
— Я с детства был сиротой, пока меня не подобрала и не вырастила одна женщина. В ее обители ее звали Мэн По. Мэн По искусно владела искусством ядов, и я стал одним из ее лекарственных слуг. Во время одного из заданий Мэн По проиграла бой женщине-чародейке, после чего принялась повсюду собирать книги по искусству гу. Помимо живых лекарств, в некоторых членах обители она вырастила личинок гу, а после я убил ее. В тот самый день я и получил имя Учан.
Голос Учана был холодным и отстраненным, будто он рассказывал чужую историю. Задержав взгляд на чайной чашке, он продолжил:
— Хотя Мэн По мертва, гу, оставленный в моем теле, все еще жив. Годами хозяин обители искал именитых лекарей, но все они были бессильны. Я понимаю, что, возможно, совсем скоро этот червь сожрет мое сердце и в конце концов выберется из груди, разорвав кокон, подобно бабочке.
Для Учана было редкостью произнести столь длинную речь. Чай в чашке Шэнь Юйцина уже подошел к концу, и при этом тот мысленно подумал, что взгляд собеседника ранее действительно был устремлен на белый цветок у стойки.
— Мне ежедневно приходится терпеть боль от того, как гу пожирает мою плоть. Но в тот день, переступив порог постоялого двора, я обнаружил, что личинка внутри меня ведет себя не так активно, как обычно, и даже перестала питаться. — Учан перевел взгляд на пышно цветущий на стойке цветок и продолжил уже более мягким тоном: — Цветок Нефритовых Костей — легендарное дивное растение, способное погрузить гу в глубокий сон вплоть до самой его смерти. В древних трактатах об этом упоминалось лишь вскользь, и я думал, что таких чудесных цветов больше нет в мире, но никак не ожидал встретить его здесь.
Шэнь Юйцин сохранял невозмутимое выражение лица, однако мысленно отпускал колкости в адрес нелепого названия, которое выдала игровая система. Этот Цветок Нефритовых Костей звучал куда солиднее простого белого цветочка, хотя его свойства были вполне понятны: раз уж гу постоянно погружен в сон и не может питаться, в конце концов он неминуемо умрет голодной смертью.
Интересно, если бы этот червь знал, что его ждет столь бесславный конец, стал бы он сам вылезать наружу из чужого тела? При этой мысли Шэнь Юйцин улыбнулся и, прямо глядя Учану в глаза, спросил:
— Ты хочешь заполучить его?
Учан кивнул:
— Да.
Никому не хочется умирать, и он не был исключением.
Видя такую честность, Шэнь Юйцин продолжил допытываться:
— И что же ты собираешься делать? Силой отнять?
Учан покачал головой. Хотя поначалу у него действительно промельчали подобные мысли, управляющий Шэнь, владеющий столь редкими сокровищами, явно не был простым человеком, и Учан боялся упустить подвернувшуюся возможность.
К счастью, у него при себе имелись серебряные монеты, так что оставаться на постоялом дворе сколько угодно не составляло труда. Единственное, чего Учан не учел, так это то, что Цветок Нефритовых Костей привлек его слишком сильно, из-за чего управляющий Шэнь и заметил неладное.
Теперь же, если он хотел остаться здесь и дальше, ему оставалось лишь выложить все как на духу и рассказать все встречному. И действительно, узнав обо всем, управляющий ни капли не удивился, чему Учан был безмерно рад, ведь он вовремя отказался от мысли силой отобрать Цветок Нефритовых Костей.
Вспомнив исходивший от того же Цзю Юя лекарственный аромат, Учан слегка помрачнел. Управляющий искусно владел медициной, так что, должно быть, раскусил его с самого начала. Теперь же, после этой откровенности, Учан задумался о том, какую цену ему придется заплатить за возможность и дальше оставаться здесь.
— Раз уж силой отбирать ты не намерен, то чем собираешься расплатиться? Ценность этого цветка ты понимаешь лучше меня, — продолжал Шэнь Юйцин. Через пару месяцев похолодает, и ему больше не придется докучать комарам, так что если собеседник проявит достаточно искренности, то обменять цветок на плоды Цветок Нефритовых Костей было вполне можно.
Услышав это, Учан снова умолк. Мысленно перебрав все свое имущество, он с досадой понял, что ни одна из его вещей по ценности не идет ни в какое сравнение с Цветком Нефритовых Костей.
Заметив, что гость снова погрузился в раздумья, Шэнь Юйцин с улыбкой в голосе произнес:
— Пожалуй... для начала покажи мне свое истинное лицо.
С первого же взгляда на Учана Шэнь Юйцин почувствовал некую фальшь во всем его облике. Поразмыслив над этим, он пришел к выводу, что дело, скорее всего, именно в этом заурядном, ничем не примечательном лице, и из простого любопытства озвучил такую просьбу.
Услышав это, Учан слегка замер, а в его глазах вспыхнул огонек — похоже, он что-то понял.
В мгновение ока перед Шэнь Юйцином предстало поразительно красивое лицо. Глядя на эти черты, в которых стиралась грань между мужской и женской красотой, Шэнь Юйцин даже слегка удивился — он никак не ожидал, что истинная внешность собеседника окажется столь примечательной, хотя, приглядевшись внимательнее, должен был признать, что это ему весьма к лицу.
Учан постарался расслабиться, а ледяные горы в его глазах словно начали потихоньку таять. Заметив взгляд Шэнь Юйцина, он поинтересовался:
— Доволен ли управляющий тем, как я выгляжу?
Шэнь Юйцин невозмутимо смотрел на него, не оставляя ощущения, что что-то здесь было не так. И дело было не только в том, что эта фраза заставила его мысленно упрекнуть Учана в отходе от собственного образа, — сейчас ему казалось, что от всего облика Учана веет какой-то жуткой странностью.
http://bllate.org/book/29226/3550570
Готово:
