Цзян Сычэнь понимала, что в такой обстановке нельзя просто сидеть и есть, уткнувшись в тарелку — это выглядело бы невежливо. Поэтому она лишь кивала, поддерживая беседу, и не решалась даже притронуться к еде.
— Сичэнь — самый молодой инженер в нашей компании, а также самый талантливый, — наконец перевела тему Чу Юй.
От такой похвалы Цзян Сычэнь густо покраснела. Где это видано, чтобы её так хвалили? К тому же, голос Чу Юй звучал так мягко, когда она произносила её имя — это было до невозможности приятно. Когда Чу Юй общалась с клиентами, она становилась такой нежной, внимательной и улыбчивой. Её улыбка напоминала ветерок в начале мая — тёплый, лёгкий, от которого на душе сразу становилось светло.
Цзян Сычэнь засмотрелась и на мгновение выпала из реальности. Лишь когда Чу Юй повернулась к ней, она спохватилась и отвела взгляд, а затем перешла к презентации проекта. На самом деле, за эти дни она многократно прокручивала в голове возможные вопросы и ответы, поэтому была готова ко всему. Она без запинки отвечала на все профессиональные замечания. Всё шло именно так, как она и представляла, и Цзян Сычэнь наконец смогла расслабиться. Она стала увереннее, разговор полился свободнее, и все четверо приятно проводили время.
В конце встречи собеседницы пригласили Чу Юй на международную выставку, которая состоится в мае следующего года в стране R. Участие в ней принимали лишь ведущие компании отрасли, причем попасть туда можно было только по специальному приглашению организаторов, а группа, которую представляли клиентки, была одним из соорганизаторов. Это приглашение стало своеобразным приятным бонусом к успешной встрече.
Чу Юй и сама не ожидала, что поездка принесет такие плоды. Стоит ли говорить, что филиал, подобный их компании, обычно не имел шансов попасть на столь масштабное мероприятие и наладить связи с более серьезными партнёрами. Это была поистине бесценная возможность.
— Вы этого заслуживаете, — клиентки остались очень довольны встречей и предложили в будущем договориться о более официальных переговорах, чтобы обсудить детали сотрудничества.
— Огромное спасибо, — было видно, что Чу Юй искренне взволнована.
Цзян Сычэнь тоже была рада, но её радость была вызвана тем, что её профессиональные навыки получили признание. Раньше она бы прыгала от восторга, ведь это означало повышение и прибавку к зарплате. Но теперь, когда Цзян Сычэнь была обеспечена деньгами, карьерный рост её практически не привлекал. Единственным стимулом оставалось самосовершенствование — делать то, что ей действительно хочется, вот её нынешнее самое главное желание.
Уже прощаясь, клиентки задали вопрос, на который Чу Юй не знала, как ответить:
— Вы не подскажете, есть ли здесь какие-нибудь интересные лесби-клубы?
Чу Юй слегка нахмурилась:
— ?..
Она не совсем поняла, о чём речь, и, не желая гадать, вопросительно посмотрела на Цзян Сычэнь.
Цзян Сычэнь уставилась в потолок, затем вернула взгляд на собеседниц и как-то неестественно улыбнулась:
— Сейчас я поищу в интернете.
Она открыла поисковик, и Чу Юй заглянула через плечо, желая узнать, что же это такое.
— Совсем рядом, на следующем перекрёстке, поверните налево, и через двести метров будет один. Правда, сейчас ещё слишком рано, они открываются только вечером, — терпеливо объяснила Цзян Сычэнь.
Клиентки довольно показали жест «окей» и поблагодарили её.
Проводив гостей до дверей и проводив их взглядом, Цзян Сычэнь заметила, что лицо Чу Юй словно осунулось — от недавней радости не осталось и следа.
— Что-то случилось, госпожа Чу?
Чу Юй, расплатившись, направилась к стоянке:
— Ты часто бываешь в таких местах? — спросила она, заметив, как уверенно Цзян Сычэнь отвечала на вопрос.
— Нет, никогда там не была, просто помогла им найти информацию, — это была чистая правда. Цзян Сычэнь всегда было любопытно, и ей хотелось сходить, но она не решалась идти в одиночку. Прийти туда, смотреть, как другие флиртуют или воркуют, и сидеть одной — это же ужасно неловко, может даже поговорить не с кем будет.
— Мне не нравятся гомосексуалы, — на самом деле Чу Юй хотела сказать «ненавижу», но это были важные клиенты, и отзываться о них плохо за их спиной было некрасиво.
«Госпожа Чу — гомофобка!» — возмутилась про себя Цзян Сычэнь. А ведь только что так мило с ними общалась! К тому же, на дворе современный мир, разве нельзя быть терпимее и прогрессивнее? Как можно быть такой закостенелой?! А ведь она считала госпожу Чу неплохим человеком. Вот же двуличная! Двойка ей!
— Я... я просто много смотрю всякого аниме, ну, про женскую или мужскую любовь, — почему-то в разговоре с Чу Юй у неё всегда пропадала решительность.
— Больше не смотри.
Что за властные замашки? Какое ей дело, что я смотрю!
Глава 12
Сидя на пассажирском сиденье, Цзян Сычэнь злилась. Надувшись, она отвернулась к окну. Одной только гомофобии Чу Юй было достаточно, чтобы держаться от неё подальше. Хотя она и так не могла с ней сблизиться — кроме работы, их ничего не связывало.
— Японская кухня подойдёт? Хотела предложить хого, но сегодня слишком жарко, — внезапно подала голос Чу Юй.
— А? — Цзян Сычэнь моргнула. Они ведь только что вышли из ресторана западной кухни, зачем снова идти в японский?
Чу Юй, внимательно следя за дорогой, бросила:
— Ты ведь там почти ничего не съела, не голодна?
Желудок Цзян Сычэнь ответил первым, подтверждая, что у него явно есть собственное мнение на этот счёт...
Чу Юй едва слышно усмехнулась:
— Ладно, всё же пойдём на хого.
Цзян Сычэнь чувствовала, как внутри неё спорят два человечка. Один кричал: «Госпожа Чу такая милая!», а второй орал громче: «Она гомофобка! Гомофобка! Цзян Сычэнь, опомнись!!!»
Они пришли в ресторан хого, где каждому подали отдельный маленький котелок — это было совсем не то, что представляла себе Цзян Сычэнь, когда люди вместе варят мясо в одной большой кастрюле. Она не могла не подумать: «Ну конечно, это же в духе госпожи Чу».
Вдоль столов двигалась лента конвейера с разнообразными продуктами, поэтому тратить время на выбор блюд не пришлось. Выбрав основу для бульона, они принялись за еду.
Это был первый раз, когда Цзян Сычэнь обедала с Чу Юй наедине, и она чувствовала себя скованно. Хотя котелки были маленькими, ожидание, пока закипит бульон, казалось вечностью. Сидеть в тишине было неловко — возможно, Чу Юй было всё равно, но Цзян Сычэнь чувствовала, что обедать друг напротив друга и не проронить ни слова — это как-то странно.
http://bllate.org/book/29177/3545872
Готово:
