Глава 11. Занятия всё равно придётся посещать...
На следующее утро в школьном Большом зале студенты всех факультетов смутно ощущали странную атмосферу, царившую за столом Слизерина. Тот самый прославившийся на распределении ученик по-прежнему сметал еду со стола с поистине свирепым аппетитом, но в манере Слизерина никто даже не попытался сделать ему замечание. Даже их староста факультета, Дигрис Антис, был занят исключительно тем, что расправлялся с завтраком на собственной тарелке.
Что случилось со Слизерином? Ученики с других факультетов были крайне любопытны.
— Драко, чем займёмся сегодня утром? — проглотив последний кусочек говядины, спросил Энди, вытирая уголки рта салфеткой.
Уныло посмотрев на человека рядом с собой, который издевался над ним всю ночь, но при этом выглядел свежим и бодрым, Драко обессиленно произнес:
— Сегодня утром две пары трансфигурации. О Мерлин, почему ты до сих пор полон сил?
— Что, сегодня утром нужно идти на занятие? — недовольно нахмурился Энди.
— А ты как думал? — Драко уже давно перестал надеяться на логику сидящего перед ним человека.
Раздраженно взъерошив волосы, Энди протянул:
— Я бы лучше поспал, а потом пошел погулять в тот небольшой лесок возле школы.
— Лесок? — Гарри, судя по всему, очень заинтересовался последней фразой. — Там весело?
Испуганный столь энтузиастичным заявлением Гарри, Драко сурово сказал ему:
— Гарри, это вовсе не какой-то там лесок. Это Запретный лес, где таятся самые разные опасные существа. Запомни, тебе туда нельзя, понял?
— О, понял. — Гарри опустил голову, выглядя немного расстроенным.
Однако ни один из них не заметил мелькнувшего в глазах Энди огонька любопытства после объяснений Драко.
Из-за инцидента с битвой за место первого ученика первокурсникам Слизерина в этом году пришлось идти в класс в сопровождении старосты факультета Дигриса.
Пройдя по длинному коридору и остановившись у дверей класса на втором этаже, Дигрис повернулся к группе новичков и сказал:
— Это кабинет трансфигурации. Трансфигурацию вы будете изучать вместе с Гриффиндором, надеюсь, вы не уроните честь факультета.
Проводив его взглядом, остальные вошли в класс по двое и по трое, не спеша занимая стулья на рядах справа.
Гарри сел на переднюю парту рядом с Драко. Когда они опомнились и огляделись в поисках знакомого, то обнаружили, что Энди уже устроился в одиночестве на самом последнем ряду в углу и, уткнувшись носом в стол, крепко спит.
— Энди, с ним всё будет в порядке? — опасливо спросил Гарри.
Драко горько усмехнулся:
— Будем надеяться, что наш декан не разнесет его в щепки из-за того, что со Слизерина снимут все баллы.
За три минуты до начала урока в класс один за другим вбежали гриффиндорцы. Они успели лишь с любопытством бросить взгляд на спящего уткнувшись в стол Энди, после чего в панике принялись искать свободные места.
За минуту до звонка раздался топот быстрых шагов, и все оглянулись: в класс ворвался рыжеволосый мальчишка в совершенно растрепанной мантии.
— Хм! — презрительно фыркнул Драко. — Разяня-бедняжка.
Оглядевшись по сторонам и не обнаружив и следа преподавателя, рыжеволосый мальчик успокаивающе похлопал себя по груди, мысленно радуясь, что не опоздал.
Но произошло нечто удивительное: все широко раскрыли глаза, с изумлением наблюдая, как желтая полосатая кошка, которая с самого их прихода тихо сидела на преподавательском столе, вдруг резко подпрыгнула. В мгновение ока, приземлившись на пол, она превратилась в женщину в изумрудной мантии с весьма суровым выражением лица — это была профессор Макгонагалл, которая встречала первокурсников на ступенях.
— Ого, круто! — восхищенно выдохнул мальчик, глядя на внезапно появившуюся перед ним преподавательницу.
— Благодарю вас, мистер Уизли, хотя, пожалуй, мне стоило бы превратить вас в будильник, чтобы вы научились приходить вовремя, — холодно и сдержанно произнесла профессор Макгонагалл, не меняя выражения лица.
— Простите! — Лицо Рона Уизли покраснело точь-в-точь как его волосы.
— Тогда ступайте и найдите себе место. — Не обращая больше внимания на покрасневшего и извиняющегося мальчика, профессор Макгонагалл вернулась к своему столу и начала представляться:
— Я ваш профессор по трансфигурации Минерва Макгонагалл. Трансфигурация — одна из самых сложных и опасных магических наук, и я надеюсь, вы отнесетесь к ней со всей серьезностью. Всякого, кто вздумает баловаться на моих уроках, я попрошу вон, и он больше никогда сюда не вернется...
Под тяжелым, колющим, словно иголки, взглядом профессора Макгонагалл, Рон в поисках свободного места с огорчением обнаружил, что сторона его собственного факультета заполнена до отказа. Это заставило его горько осознать суровую необходимость сесть за столы Слизерина. Мерлин, какое же это было испытание на прочность.
Осторожно пробравшись на последний ряд, Рон сел, стараясь казаться как можно менее заметным. Повернув голову, он смутно узнал соседа, уткнувшегося лицом в собственные руки.
— Энди! — тихонько ахнул Рон.
— М? — недовольно буркнул тот, кого потревожили, качнулся и медленно поднял голову, глядя на сидящего рядом: — О, это ты.
— Ты что здесь делаешь? — человек, всё еще клеявший носом, казалось, совершенно не осознавал происходящего.
Прикрыв рот рукой, Рон шепнул:
— Энди, вообще-то идет урок.
— Понял! — Сильно протерев волосы, Энди с растрепанной на голове птичьей гнездой перевел взгляд на профессора трансфигурации у доски.
К этому моменту она уже вернула столу, превращенному перед этим в свинью, прежний вид и принялась объяснять основы теории трансфигурации. Весь класс усердно скрипел перьями, записывая конспекты, но эти двое явно пропустили самое интересное.
— Рон, перо есть? — Энди постучал соседа по плечу, прерывая его яростное писание.
— Ты вообще учиться сюда пришел? — Рон вздохнул, приложив руку ко лбу, и мотнул головой.
— Ну и ладно! — небрежно бросил Энди, бросив взгляд на доску впереди.
Одарив соседа ошеломленным взглядом, Рон поспешно вернулся к конспекту, наверстывая упущенное из-за отвлечения внимание.
Когда все закончили записывать длинное правило, профессор Макгонагалл раздала каждому по спичке, предложив попробовать превратить их в иголки.
— Почувствуйте движение магии внутри себя! — напоминала профессор, прохаживаясь между рядами.
Вскоре она чуть повысила голос, хваля одну из учениц:
— Отлично, мисс Грейнджер, превосходно. Пять очков Гриффиндору.
Энди повертел в пальцах выданную ему спичку и с любопытством взглянул на девочку, которая носилась по поезду.
— И как это преобразовывать? — голос сидевшего рядом Рона звучал обреченно — бедняга чуть не сломал спичку пополам.
— Нужно заставить магию окутать спичку и изменить ее форму, — неторопливо пояснил Энди, водя головкой спички туда-сюда по столу. — Да и какой толк от иголки? Вот в монету превратить — другое дело!
Выслушав рассуждения Энди, Рон с еще большим усердием замахал волшебной палочкой:
— Окутай тебя, ну окутай же!
Посмотрев на соседа как на умалишенного, Энди с невозмутимым видом чиркнул своей спичкой.
— Мистер Уизли, судя по всему, вы прослушали то, что я говорила: нужно чувствовать направление потоков внутренней магии, а не размахивать вашей бедной палочкой, — суровый голос профессора Макгонагалл раздался прямо над ухом, заставив Рона чуть не выронить палочку.
Собираясь лишь указать Рону на его ошибку, профессор Макгонагалл вдруг заметила нечто куда более вопиющее у его соседа.
— Мистер Илантес, эта спичка предназначена для превращений, а не для поджигания. И где ваша волшебная палочка?
Все обернулись, с самыми разными выражениями на лицах глядя на проштрафившегося парня на последней ряду. На лицах гриффиндорцев читалось любопытство и злорадство, тогда как слизеринцы выглядели испуганными, особенно Драко.
— Простите, рука соскользнула! — ни капли не раскаявшись, произнес Энди и, зашарив рукой за спиной, вытащил застрявшую там палочку: — Вот же она.
— В таком случае, не могли бы вы продемонстрировать соседу по парте, как превратить спичку в иголку? — Поведение Энди профессор Макгонагалл, разумеется, истолковала как неуважение к ее предмету, что ее изрядно разозлило.
Ничего не ответив, Энди слегка нахмурился, уставившись на спичку Рона.
Его молчание лишь укрепило профессора Макгонагалл в мысли о его дерзости, и она решила тут же снять баллы в качестве наказания.
— Похоже, вы совсем не слушали то, что я объясняла раньше, со Слизерина сни...
Слова о снятии баллов застряли у нее в горле, потому что сидящий перед ней ученик небрежно взмахнул палочкой — и спичка мгновенно превратилась в тонкую серебряную иголку.
— Ой, как так-то? — Все в ужасе наблюдали, как парень, продолжая превращать получившуюся иглу во всевозможные другие виды иголок, бормотал себе под нос: — А я в золотую хотел, почему не получается?
Профессор Макгонагалл безмолвно замерла, глядя на сюрреалистичную картину.
Лишь когда прозвенел звонок об окончании урока, все словно очнулись ото сна и принялись суетиться.
— Что ж, на сегодня урок окончен. — Профессор Макгонагалл подошла к доске и легко коснулась ее палочкой, заменяя прежний текст новой надписью: — Это ваше домашнее задание, объем — не менее шести дюймов.
— О нет! — раздались по всему классу стоны.
Игнорируя жалобы учеников, профессор Макгонагалл быстро собрала вещи и вылетела из кабинета — ей срочно требовалось увидеться с Дамблдором и обсудить этого мальчика.
Он вполне мог обладать колоссальным запасом магической силы, но было очевидно, что сам он об этом ни сном ни духом и пользоваться ею совершенно не умеет.
Это очень опасно. Если не направить его в нужное русло, никто не сможет поручиться, что он не превратится во второго Темного Лорда.
Однако сам Энди ничуть не подозревал о душевных терзаниях профессора Макгонагалл. Позвав Драко и Гарри, он первым делом покинул класс.
— Эх, спать хочется! — зевая на ходу, побрел к гостиной Энди. — Наконец-то можно нормально выспаться.
— Энди, — глядя на удаляющуюся со скоростью ветра фигуру, тихо спросил Гарри у шедшего рядом парня, — он случайно не забыл, что днем еще будут занятия?
— А ты как думаешь? — обреченно покачал головой Драко. — И с какого перепугу отец приказал мне завести с ним дружбу!
При мысли о том, что в будущем ему придется работать персональным будильником и расписанием для этого типа, Драко ощутил глубокую безысходность.
— О, Драко, по крайней мере, я у тебя есть! — испуганный его трагическим выражением лица, Гарри поспешно обнял его за плечи, пытаясь утешить.
Почему директор заставил их учить столько всего? — с унылым вздохом жаловался Гарри.
Бедняга Дамблдор в этот момент снова громко чихнул и с недоумением посмотрел в окно: неужто погода портится?
В последующие дни большинство преподавателей воочию убедились в незаурядности парня, который угрожал Распределяющей шляпе.
Хотя профессор Макгонагалл и предупредила коллег, кое-кого из них этот ученик всё равно застал врасплох.
На первом же уроке чар профессор Флитвик едва не лишился мантии, потому что мальчик во время практики заклинаний снова витал где-то в облаках.
А хуже всего пришлось профессору Квирреллу на уроке защиты от темных искусств: его едва не сдуло из класса разбушевавшейся магией Энди, и всё потому, что тот люто ненавидел запах чеснока.
Единственным занятием, избежавшим подобных эксцессов, оказалась история магии профессора Бинса.
На том уроке Энди, как и многие другие ученики, завалился спать с первой же минуты и мирно проспал до самого звонка, не потревоженный ни единым звуком.
— Эх, если бы все уроки были такими! — восторженно вздыхал потом Энди. — Обожаю историю магии!
Каждый раз после уроков у всех возникало ощущение, будто они пережили целую жизнь, а студенты, делившие с ним занятия, и вовсе выплывали из аудиторий с бледными лицами.
Теперь преподаватели, уже успевшие познакомиться с Энди, ждали пятницы с кровожадным предвкушением.
Ведь на пятничное утро выпадала их первая двойная пара зельеварения, где ужасный гроза аудиторий Энди Илантес должен был столкнуться с тем, кого величали самым страшным профессором Хогвартса — Северусом Снеггом.
Какое захватывающее зрелище!
http://bllate.org/book/29036/3530290
Готово:
