Ведь в наше время уже не так-то просто найти ученика, который осмелился бы пойти наперекор учителю — и при этом ещё и одержать победу.
Хуа Чжуо, размышляя об этом, уставился на лежащий перед ним бланк и ещё быстрее заработал ручкой.
Всего через несколько минут чистый лист уже был полностью заполнен. И в тот самый миг, когда он отложил ручку, в класс вошла Юань Цзя и направилась прямо к нему.
Хуа Чжуо поднял глаза и сразу же увидел крайне мрачное выражение её лица.
Он уже примерно догадался, что опять что-то случилось.
И точно — Юань Цзя похлопала его по плечу, давая понять, что нужно выйти из класса.
Хуа Чжуо кивнул, отложил ручку и последовал за ней.
Когда они шли по коридору, Юань Цзя повернулась к своему спутнику, чьё лицо оставалось совершенно спокойным, и, вздохнув, приложила ладонь ко лбу.
— Слушай, у тебя, случайно, не особый дар притягивать неприятности? Почему всё, что ни случится, обязательно тянется именно к тебе?
Слова Юань Цзя были предельно ясны.
Однако Хуа Чжуо скорее заинтересовало, в чём на этот раз дело.
Будто угадав его мысли, Юань Цзя сердито бросила на него взгляд и тут же рассказала, что произошло.
Опять всё из-за Хуа Янь.
Ранее Хуа Хао уже получил от него по первое число и едва не оказался в больнице после того, как Хуа Чжуо пнул его. Узнав об этом, Лян Ланьюй, которая и так лежала в больнице, наконец не выдержала.
И вот, при первой же возможности она явилась в школу устраивать скандал.
По словам Юань Цзя, Лян Ланьюй привела с собой ещё нескольких здоровенных мужчин.
Цзэ.
Неужели опять наёмники из клана Лян?
Размышляя об этом, Хуа Чжуо и Юань Цзя наконец добрались до кабинета завуча.
Видимо, дело было слишком серьёзным — кабинет уже был переполнен людьми.
Хуа Чжуо только начал искать среди присутствующих знакомые лица, как услышал осторожное напоминание Юань Цзя:
— Сегодня здесь и директор. Будь осторожен.
Услышав это, Хуа Чжуо слегка приподнял бровь и кивнул в знак согласия.
Едва Юань Цзя договорила, как Лян Ланьюй, сидевшая на стуле, не выдержала и вскочила на ноги.
Она опиралась на одну руку, вторая всё ещё была в повязке — явно, рана ещё не зажила.
Но, впрочем, прошло-то всего несколько дней. Если бы она уже зажила, это было бы настоящим чудом.
— Цзэ, рука ещё в повязке, а ты уже вылезла устраивать беспорядки? У тебя, Лян Ланьюй, в голове совсем всё плохо?
Увидев, как Лян Ланьюй, поддерживаемая окружающими, медленно приближается к нему, Хуа Чжуо скрестил руки на груди и небрежно прислонился к стеклянной поверхности письменного стола. Его губы растянулись в насмешливой улыбке, а слова, вылетевшие из его уст, заставили всех присутствующих замереть от изумления.
Этот Хуа Чжуо сошёл с ума? Он прямо при всех объявил войну Лян Ланьюй — законной жене главы рода Хуа?
Хотя все они были учителями, о статусе Лян Ланьюй знали отлично. Поэтому и были так потрясены, услышав такие слова от ученика.
Однако на этом он не остановился.
— Рука сломана? Неужели хочешь, чтобы я и ногу тебе вывихнул?
Эти слова заставили Лян Ланьюй покраснеть от ярости. Она уставилась на него, как зверь, готовый растерзать жертву, но вдруг резко повернулась к остальным и заявила:
— Вы все слышали?! Такой коварный и жестокий человек, как Хуа Чжуо, совершенно не заслуживает быть учеником Школы №1 города Цзян!
— — — — — — ВНЕТЕКСТОВОЕ ПРИМЕЧАНИЕ — — — — — —
Сегодня… ну, третей главы не будет, ха-ха-ха!
Но завтра будет!
Ахахахахахахаха!
097. Обратный удар
— Цзэ.
Глядя, как Лян Ланьюй, словно голодный волк, учуявший свежее мясо, хватается за любой повод, чтобы его обругать, Хуа Чжуо не почувствовал злости — скорее, ему стало смешно.
И всё же, одновременно с этим, он не мог не посмеяться про себя над уровнем интеллекта Лян Ланьюй.
Как такая женщина вообще умудрилась дожить до сегодняшнего дня в жестоких боях за власть в клане Лян?
Взгляд Хуа Чжуо скользнул по лицам всех присутствующих. Увидев, как их выражения изменились после его слов и слов Лян Ланьюй, он лениво усмехнулся и беззаботно махнул рукой, придавая глазам обиженное выражение.
— Тётушка, вы что, шутите? Вы же привели с собой целую свору охранников! Неужели вы думаете, что я, хрупкий и беззащитный парень, смогу вам хоть что-то сделать?
Он сделал паузу и перевёл взгляд на здоровенных мужчин рядом с Лян Ланьюй, делая вид ещё более невинным.
— Посмотрите сами: если я хотя бы на шаг приближусь к вам, эти ребята наверняка разорвут меня на куски.
Едва Хуа Чжуо закончил фразу, как взгляды учителей, направленные на него, сразу изменились.
Ведь он совершенно прав!
При такой охране Лян Ланьюй вряд ли могла пострадать от рук одного-единственного ученика.
Но… учитывая его предыдущие слова… Учителя оказались в замешательстве.
Видя, как все молча закрыли рты и упрямо отказываются что-либо говорить, Лян Ланьюй стала ещё злее. Её гнев, изначально направленный на Хуа Чжуо, вдруг обрушился на окружающих.
— Вы что, учителя?! Неужели не слышали, как этот мерзавец только что угрожал мне?! Говорю вам: исчезновение моей дочери напрямую связано с ним! Немедленно отправьте его в тюрьму!
Услышав это, Хуа Чжуо лишь приподнял бровь.
Хотя по дороге Юань Цзя уже в общих чертах рассказала ему, в чём дело, сейчас, услышав слова Лян Ланьюй, он мысленно отметил: хорошо, что учителя Школы №1 города Цзян не стали сразу затыкать ему рот и выгонять из школы только из-за статуса Лян Ланьюй.
Иначе… цзэ.
Пока Хуа Чжуо с лёгкой усмешкой погружался в свои мысли, стоявшая рядом Юань Цзя уже побледнела от гнева и резко заговорила:
— Госпожа Лян, будьте добры выражаться осторожнее! Не стоит называть людей «мерзавцами»!
— А ты кто такая, чтобы мне указывать?! — рявкнула Лян Ланьюй, забыв о своём жалком виде, и уставилась на молодую женщину. Но вдруг её лицо исказилось злобной ухмылкой. — Ах да! Теперь я вспомнила одну важную деталь. Директор, считаю, что у ваших учительниц серьёзные проблемы с моралью!
Директор, которого неожиданно окликнули по имени, был ошеломлён.
— Это… как так?
Едва он произнёс первое слово, как Лян Ланьюй уже ткнула пальцем в Хуа Чжуо и Юань Цзя:
— Я лично видела, как Хуа Чжуо и эта учительница вместе заходили в торговый центр, а потом возвращались в одну квартиру!
Не обращая внимания на возглас удивления, прозвучавший в зале, она продолжила:
— Советую вам, учительница, хорошенько подумать, прежде чем делать такие вещи!
Это было явное предупреждение Юань Цзя: «Если ты ещё раз вступишься за Хуа Чжуо, я выставлю на всеобщее обозрение твои „грязные делишки“!»
Хуа Чжуо: «…»
Раз уж говоришь, что у кого-то нет мозгов — так и вправду нет.
Юноша с идеальными чертами лица без стеснения закатил глаза и резко оттащил Юань Цзя за спину, не дав ей начать оправдываться.
Он выпрямился во весь рост и, устремив узкие глаза на Лян Ланьюй, с явной насмешкой произнёс:
— Тётушка, вы ведь сами шутите, что я вас изувечил. Так почему же мне нельзя пошутить в ответ? Если я и так не могу подойти к вам из-за ваших охранников, позвольте хоть словами отомстить!
— К тому же, что касается отношений между мной и госпожой Юань… Разве вы сами не знаете? Вы же никогда не считали меня за человека: не позволяли есть за общим столом, не давали карманных денег, а в огромном особняке Хуа для меня выделили настоящую свинарню! Теперь госпожа Юань проявила доброту и помогла мне — и вы ещё пытаетесь обвинить её в ответ?
— Тётушка, честно говоря, вы ведь из знатной семьи. Неужели всё, чему вас учили с детства, вы пустили на ветер?
Хуа Чжуо говорил без обиняков, прямо раскрывая правду о своей жизни.
Хотя обычно он не любил рассказывать другим о своих трудностях, сейчас он не прочь был немного «пожаловаться». Ведь это явно шло ему на пользу в сложившейся ситуации.
И всё произошло именно так, как он и ожидал.
Едва юноша закончил, как Цао Шань, которая долго молчала в сторонке, наконец не выдержала.
В конце концов, она — заведующая учебной частью. Ей вполне уместно было вмешаться и сказать правду.
— Госпожа Лян, разве вы не помните? Когда госпожа Юань пришла за Хуа Чжуо, я тоже была там! Или вы просто делаете вид, что меня не было? — Цао Шань холодно усмехнулась, с трудом сдерживаясь, чтобы не сказать прямо: «Вы что, слепая?» — И кстати, вы ведь являетесь опекуном Хуа Чжуо. Но когда я помогала ему переезжать, обнаружила, что у этого парня на смену всего два комплекта одежды! Вот как вы обращаетесь с собственным родственником?
Лян Ланьюй, вероятно, и представить себе не могла, что, пришедши устроить скандал Хуа Чжуо, сама окажется в центре всеобщего осуждения.
098. Не стоит прикрываться воспитанием
— Вы… вы все сговорились против меня! — Лян Ланьюй вытянула здоровую руку и дрожащим пальцем указала прямо в нос Хуа Чжуо. Её ярость, казалось, могла сжечь целый лес.
— Говорю вам: если сегодня вы не выдадите мне Хуа Чжуо, я сделаю так, что ваша школа больше не сможет существовать!
Если раньше учителя и руководство школы ещё терпели выходки Лян Ланьюй, то теперь, услышав эту угрозу, всем захотелось задушить эту безумную женщину.
Она только и умеет, что давить на людей своим положением! Просто невыносимо!
Директор шагнул вперёд и встал прямо перед Хуа Чжуо, загородив собой его от взгляда Лян Ланьюй.
— Госпожа Лян, давайте говорить спокойно. Даже полиция не может арестовать человека без доказательств.
— Госпожа Лян, мы понимаем ваше беспокойство из-за исчезновения дочери, но нельзя же, словно бешеная собака, кусать всех подряд! — вмешался руководитель старших классов.
По сравнению с директором он был старше, но говорил куда резче. Как преподаватель литературы, он всегда презирал тех, кто использует своё происхождение для давления на других.
Увидев в таком состоянии Лян Ланьюй, он и вовсе не стал сдерживаться.
Его слова окончательно вывели Лян Ланьюй из себя.
— Ты кто такой, чтобы называть меня бешеной собакой?! — закричала она, с яростью швырнув трость на пол. Её глаза налились кровью.
На самом деле, сравнение с бешеной собакой было в её случае более чем уместным.
Хуа Чжуо, наблюдая за этим, лениво усмехнулся и незаметно отправил SMS.
Закончив, он сделал шаг вперёд и пожал плечами:
— Тётушка, похоже, у вас не только с воспитанием проблемы, но и с грамотностью. Человек сказал «похожа на бешеную собаку», а вы сами объявили, что вы и есть бешеная собака. И ещё вините других? Похоже, у вас и с головой всё плохо.
С этими словами он вежливо поклонился руководству школы, и в его глазах мелькнула искренняя улыбка.
— Прошу прощения у уважаемых руководителей. Полагаю, тётушка просто слишком переживает за судьбу сестры. Прошу отнестись с пониманием.
http://bllate.org/book/2894/321294
Готово:
