Как Мо Шанцзюнь вообще оказалась рядом с Янем Тяньсином?
Взгляд Лян Чживэнь скользнул по дикому кролику, жарящемуся над костром, и прилип к нему.
Она шла на запах.
Кто бы мог подумать, что прямо здесь окажется сам главный инструктор Янь Тяньсин!
Ладно бы Му Чэн или Цзи Жожань — но именно он…
Тот самый человек, о котором Пэн Юйцю не раз предупреждал: «Не смей связываться!»
Его прямой начальник.
Лян Чживэнь мысленно стиснула зубы.
— Как тебя зовут? — лениво отвёл взгляд Янь Тяньсин, поправляя угли в костре.
— Лян Чживэнь! — чётко и ясно выговорила она.
— Что здесь делаешь?
— Докладываю, — Лян Чживэнь не отрывала глаз от аппетитного кролика, — проходила мимо!
Мо Шанцзюнь, вертя в пальцах ручку, опередила Янь Тяньсина и, приподняв бровь, спросила:
— Хочешь поесть?
— Хочу.
Слово вырвалось само собой.
Лян Чживэнь только осознала, что сболтнула лишнего, как было уже поздно. Ей стало неловко.
— Сходи набери хворосту, — распорядилась Мо Шанцзюнь.
— …Ладно.
Лян Чживэнь неохотно согласилась. Хоть ей и не нравилось, когда ей приказывали, но ради кролика она готова была потерпеть. В столовой уже несколько дней подряд подавали только змеиное мясо и змеиный суп, даже утренние пирожки были с начинкой из змеиного фарша. От одного запаха её тошнило. Она пару раз всё же заставила себя проглотить хоть что-то, но потом всё вырвало. Сейчас же она была голодна до отчаяния. Такой шанс упускать нельзя.
Бросив быстрый взгляд на обоих, она отправилась собирать хворост.
Янь Тяньсин с интересом посмотрел на Мо Шанцзюнь. Когда та только приехала, Цзи Жожань ещё говорила, что Лян Чживэнь враждебно настроена по отношению к ней. А теперь, спустя всего несколько дней, вражда будто испарилась. Та, что обычно никому не подчинялась, теперь послушно выполняла приказы Мо Шанцзюнь.
— Держи, — бросила Мо Шанцзюнь блокнот прямо в руки Янь Тяньсину.
Блокнот пролетел над костром, подняв лёгкий ветерок, от которого пламя затрепетало. Янь Тяньсин протянул руку и уверенно поймал его.
— Завтра Цзи Жожань уезжает. Эти замечания — в подарок на прощание.
Мо Шанцзюнь откинулась назад, лениво опершись на ствол дерева, и спокойно произнесла:
Янь Тяньсин чуть приподнял бровь и открыл блокнот.
Там, где в прошлый раз обрывался текст, она продолжила новые обобщения по каждому инструктору — анализ их работы как во время проверок, так и в повседневной жизни, реакции на непредвиденные ситуации. К каждому выводу прилагались конкретные рекомендации по улучшению.
Кроме того, к каждому имени прилагался портрет, нарисованный карандашом, — сходство около восьми из десяти.
Затем шли комментарии по отдельным курсантам: как сильным, так и слабым сторонам. Если Мо Шанцзюнь обращала внимание на кого-то, она могла разобрать человека досконально — особенно тех, у кого высокие результаты, но плохой характер, или наоборот — низкие оценки, но определённые достоинства.
Некоторые из них уже находились под наблюдением Му Чэна, Пэн Юйцю или Цзи Жожань, но некоторые оказались упущены.
Последние несколько дней Мо Шанцзюнь, казалось, вообще не воспринимала проверки всерьёз, словно просто присутствовала для галочки. Её записи больше напоминали работу тайного агента среди курсантов. Хотя, судя по всему, она просто скучала и занялась этим ради развлечения, не вкладывая особых усилий.
Выглядело так, будто она приехала сюда отдыхать.
Дойдя до последней страницы, Янь Тяньсин внезапно замер. Его взгляд застыл.
После всех текстовых обобщений Мо Шанцзюнь добавила рисунок.
Судя по всему, она только что его нарисовала: с её точки зрения были видны костёр, кролик, сидящий напротив него Янь Тяньсин, пустая поляна позади, деревья и луна… Простые линии передавали небрежность, но при этом сцена выглядела невероятно живой.
— Может, тебе стоит сменить профессию, — сказал Янь Тяньсин, глядя на Мо Шанцзюнь, в глазах мелькнула усмешка.
Мо Шанцзюнь провела пальцем по подбородку и, глядя на раскрытый блокнот, приподняла бровь:
— Купишь?
— По какой цене? — с готовностью спросил он.
Мо Шанцзюнь немного подумала:
— Два условия.
— Говори.
— Первое: сколько обо мне знает Цзи Жожань? — медленно спросила она, продолжая вертеть ручку.
— Немного. — Он помолчал и добавил: — Кроме апрельских сборов, она знает не больше, чем Аньчэнь.
Мо Шанцзюнь нахмурилась.
Действительно, почти ничего. В том числе и о её отношениях с Янь Тяньсином — Цзи Жожань ничего не знала.
Хотя Мо Шанцзюнь и была уверена, что Цзи Жожань не смогла бы докопаться до чего-то существенного, да и не особо переживала из-за поверхностной информации, которую та могла узнать, сам факт, что кто-то пытается выведать о ней подробности, вызывал раздражение.
Помолчав, она продолжила:
— Второе: мои сведения — запрещено передавать ей.
— Я ей ничего не передавал, — твёрдо ответил Янь Тяньсин.
Мо Шанцзюнь мельком взглянула на него и, потёрши нос, сказала:
— Прошлое не гарантирует будущее.
Янь Тяньсин посмотрел на неё, немного помедлил и кивнул:
— Хорошо.
Тем самым он дал согласие.
Мо Шанцзюнь прищурилась и легко сказала:
— Блокнот твой.
Так она отдала ему не только рисунок, но и все подробные аналитические записи — щедро и без колебаний.
Янь Тяньсин лёгкой улыбкой выдал:
— Есть соль?
Мо Шанцзюнь перевела взгляд на кролика.
— Есть, — кивнул он.
Достал небольшой пакетик соли из своего снаряжения.
С таким дотошным человеком рядом, как Янь Тяньсин, Мо Шанцзюнь, которая обычно делала всё спустя рукава, могла только наблюдать со стороны.
Она смотрела, как он несколькими точными движениями ножа делает надрезы на кролике, натирает солью и доводит до готовности над огнём.
В это время Лян Чживэнь, обнимая охапку хвороста, медленно подошла обратно.
Мо Шанцзюнь услышала шорох и подняла глаза. Лян Чживэнь несла столько сухих веток, что они полностью закрывали ей обзор, из-за чего она осторожно переступала с ноги на ногу.
Мо Шанцзюнь невольно нахмурилась.
Эта девушка что, совсем глупая?
Вскоре Лян Чживэнь подошла, грубо швырнула хворост на землю и с облегчением вытерла пот со лба рукавом. Приподняв бровь, она спросила Мо Шанцзюнь:
— Хватит?
Янь Тяньсин мельком взглянул на неё и тут же отвёл глаза.
Хорошо хоть, что она не его подчинённая.
— Перебрала, — спокойно ответила Мо Шанцзюнь.
Лян Чживэнь: «…»
Чёрт, почему сразу не сказала?!
Однако весь гнев мгновенно испарился, как только она увидела, как Янь Тяньсин вытаскивает из костра жареные сладкие картофелины.
Еда решает всё.
Она пнула ногой камешек, уселась поближе к Мо Шанцзюнь и стала ждать, пока все картофелины будут вытащены. Внезапно ей в голову пришла мысль, и она прямо спросила:
— Вы тут, случайно, не на свидании?
— Вы тут, случайно, не на свидании? — Лян Чживэнь, движимая любопытством, задала вопрос совершенно прямо, даже не пытаясь смягчить формулировку.
Услышав это, брови Янь Тяньсина слегка дрогнули, и он посмотрел на Мо Шанцзюнь.
Мо Шанцзюнь невозмутимо ответила:
— Разоблачили. Я его подкупаю.
Лицо Янь Тяньсина слегка потемнело, и он холодно уставился на неё.
Однако Мо Шанцзюнь сделала вид, что ничего не заметила.
— Ага, — протянула Лян Чживэнь, быстро взглянула на Янь Тяньсина и тут же отвела глаза.
Похоже, он не из тех, кто легко идёт на уступки.
Но, впрочем, ей-то какое дело?
Мо Шанцзюнь принесла четыре сладких картофелины — все крупные. Она и Янь Тяньсин взяли по одной, а остальные две отдали Лян Чживэнь.
Кролика она быстро разрезала на четыре части, себе и Янь Тяньсину досталось по куску, а оставшиеся два — Лян Чживэнь.
Голодная Лян Чживэнь с удовольствием съела и два картофеля, и полкролика, не стесняясь принимать угощение.
Она ела быстро, но не торопливо — большие куски, но тщательно пережёвывала, чтобы не подавиться. Выглядело вполне прилично.
Сладкий картофель, запечённый прямо в костре, немного подгорел. Мо Шанцзюнь отложила его в сторону и переключилась на кролика. Кости после еды она сразу бросала в огонь, чтобы «уничтожить улики».
Мясо было очень ароматным и нежным, корочка хрустящая, при укусе разливался насыщенный вкус — не жирный и не приторный.
Мо Шанцзюнь с полным правом приписала этот успех себе.
Закончив с мясом, она бросила последнюю кость в костёр и взглянула на картофель. Как раз в этот момент перед ней появилась рука — очищенный картофель протянули ей.
Янь Тяньсин подсел ближе, склонил голову и смотрел на неё. Его обычно холодный и отстранённый взгляд смягчился, в глубине тёмных глаз мелькнуло тёплое сияние.
Мо Шанцзюнь на мгновение опешила.
Затем молча приняла картофель.
Лян Чживэнь, украдкой наблюдавшая за ними, чуть не подавилась.
Она растерянно смотрела на эту пару.
Янь Тяньсин, обычно похожий на ледяного демона, теперь смягчил черты лица, опустил глаза, и в них отражалась только одна она. В тот миг его нежность казалась способной утопить любого.
Мо Шанцзюнь по-прежнему сохраняла свою обычную расслабленную манеру, без стеснения или скромности. Но в тот краткий миг, когда их взгляды встретились, казалось, что сам воздух вокруг стал другим —
мягким, тёплым, сладким, пропитанным запахом мёда.
Лян Чживэнь смотрела, пока они не отвели глаза, и только тогда пришла в себя.
Она опустила голову и откусила кусок картофеля. Настроение вдруг стало подавленным.
Вот вам и «собачий корм»…
Если кто-то скажет, что между ними ничего нет, ей никто не поверит.
Говорили, будто Цзи Жожань и Янь Тяньсин отлично подходят друг другу. Но Лян Чживэнь теперь думала иначе: Мо Шанцзюнь и Янь Тяньсин словно созданы друг для друга. Каждое их движение, каждый взгляд — всё в полной гармонии. Даже мимолётный обмен взглядами заставлял её, одинокую, чувствовать себя невыносимо.
От этой мысли ей стало ещё грустнее.
Когда же, чёрт возьми, этот тупой Пэн Юйцю наконец очнётся…
Прошло немного времени.
— Инструктор Янь, у вас там есть женщины-курсанты? — прямо спросила Лян Чживэнь, глядя на него.
— Есть, — ответил он, неспешно очищая картофель, который изначально предназначался Мо Шанцзюнь.
Лян Чживэнь помолчала, в глазах мелькнула редкая для неё тревога:
— Такие, как я, могут туда попасть?
— Далеко тебе ещё, — совершенно спокойно ответил Янь Тяньсин, даже не глядя на неё.
Лян Чживэнь: «…»
Мо Шанцзюнь бросила на неё взгляд.
Заметив это, Лян Чживэнь нахмурилась:
— Я так ужасна?
— Да, — лениво отвела взгляд Мо Шанцзюнь и дала однозначный ответ.
Лян Чживэнь: «…»
Только что в воздухе царила тёплая атмосфера, а теперь он наполнился ледяной крошкой.
Стало невыносимо холодно.
Гнев подступал к горлу, но Лян Чживэнь не стала спорить и не стала драться. Она просто злилась молча, продолжая есть свой картофель.
Спустя мгновение:
— Держи, — Янь Тяньсин разделил картофель пополам и одну половину протянул Мо Шанцзюнь.
Движение было настолько естественным, будто он делал это тысячу раз.
— Спасибо, — сказала Мо Шанцзюнь и взяла.
Лян Чживэнь подняла глаза и увидела эту маленькую сценку. Ей стало тошно.
Чёрт.
Опять «собачий корм».
Она стиснула зубы и взяла последний картофель.
— Я пойду, — сказала она, бросив взгляд на Мо Шанцзюнь. — Я тебе обязана. Если что — зови, помогу.
Мо Шанцзюнь посмотрела на неё.
Но Лян Чживэнь не дождалась ответа — просто взяла картофель и гордо ушла.
Она всё ещё боролась на любовном фронте, а видя такие сцены между Мо Шанцзюнь и Янь Тяньсином, чувствовала себя ещё более жалкой.
Лучше не видеть этого.
Мо Шанцзюнь проводила её взглядом и спокойно отвела глаза.
Всё равно кто-то должен ей одолжение, а не наоборот — ей всё равно.
Она опустила голову и продолжила есть картофель.
Однако не успела сделать пару укусов, как услышала голос Цзи Жожань:
— Лян Чживэнь, ты не видела Мо Шанцзюнь?
— Видела.
— Где?
— Только что вернулась в лагерь.
— Что у тебя в руках?
— Только что испечённый картофель. Мо… Пэн Юйцю дал.
Лян Чживэнь помогла переложить вину.
— Он тебе угощения устраивает?
— Это не твоё дело… Эй, куда ты?
— Там кто-то разжёг костёр.
http://bllate.org/book/2887/318922
Готово:
