Весь двор и впрямь выглядел на удивление по-курортному уютно.
Комнаты забронировал Шэнь Сюаньпин, и Юй Яогуан даже не успел спросить у него, сколько номеров он снял. Если подумать, логично было бы ожидать два номера: один для него самого, а второй — для Шэнь Шуюй. Но раз появился ещё и он сам… интересно, найдётся ли здесь ещё свободная комната…
Из-за истории с мотоциклом Юй Яогуан уже начал немного раскаиваться — в конце концов, он доставил людям столько хлопот.
Мало того что он остановился в том же гестхаусе и ел с ними из одного котла, так брат с сестрой приехали путешествовать, неужели он теперь станет уплотнять их и по жилью?
Когда все трое уселись в небольшой беседке посреди двора, какой-то паренёк принёс приветственные соки и две связки ключей.
Именно так — ровно две связки. Самые обычные старинные ключи с небольшими пластиковыми бирками, на которых был выбит номер комнаты.
Когда Шэнь Сюаньпин бронировал жильё, он понятия не имел, что Юй Яогуан прибьётся к их компании. Накануне вечером он связывался с этим гестхаусом, но ему ответили, что свободный номер появится только через сутки. Шэнь Сюаньпин просто ещё не успел сказать об этом Юй Яогуану.
Шэнь Сюаньпин огляделся по сторонам, мысленно оценивая вместимость этого гестхауса.
Похоже, отговорка насчёт отсутствия свободных мест была чистой правдой.
— Ты не возражаешь пожить со мной в одной комнате? — глядя на Юй Яогуана, спросил Шэнь Сюаньпин, слегка покачивая в руке ключи.
Это место и впрямь было небольшим — назвать его деревней можно было лишь с натяжкой. Однако здесь открылось довольно много гестхаусов, чтобы принимать путешественников.
Пока они ехали сюда на мотоцикле, по пути уже мелькнуло немало таких домиков.
В конце концов, вокруг расстилался девственный лес, пропускная способность у здешних мест низкая, а в самом лесу таятся дикие животные с высоким коэффициентом опасности.
Поэтому здешняя бизнес-модель строилась по принципу всё включено: еда, ночлег и развлечения. Останавливаясь в таком гестхаусе, постоялец получал трёхразовое питание, все запланированные экскурсионные программы, а также гида и транспорт впридачу.
Это обеспечивало путешественникам огромный комфорт и безопасность.
Поездка на мотоцикле от маленькой станции до гестхауса как раз и считалась одной из таких транспортных услуг, пусть это был всего лишь мотоцикл.
Поэтому, реши Юй Яогуан перебраться в другой гестхаус, он вряд ли смог бы продолжать путешествие вместе с ними: у других гидов наверняка отличался бы график, и какой тогда вообще смысл был навязываться попутчиком?
— Н-не возражаю… — смутился Юй Яогуан. — Брат, раз ты не против, то и я тоже.
— Свободный номер появится только завтра, так что сегодня вечером тебе придётся потерпеть и пожить со мной, — улыбнулся Шэнь Сюаньпин.
— Никаких неудобств! — ответил Юй Яогуан. — Для меня это огромная честь!
Их комната располагалась прямо у угла. Стоило распахнуть окно, как в глаза бросалось буйство зелени — пейзаж открывался великолепный.
Самое главное, что в номере стояли две кровати, так что до деления одного ложа дело, к счастью, не дошло.
Юй Яогуан мысленно перевёл дыхание: он смертельно боился повторения той позы на мотоцикле.
Он украдкой скользнул взглядом по талии упаковывающего вещи Шэнь Сюаньпина, а затем перевёл его на собственные руки. В этот миг ощущение недавнего прикосновения снова нахлынуло на него.
Талия у него и правда тонкая, до чего же он худой.
Комариные укусы
Гид объявился как раз во время ужина. Это был невысокий непальский парень неопределимого возраста. По-китайски он говорил посредственно, зато китайское имя у него было очень красивым.
Ян Си
Юй Яогуан понятия не имел, каким именно иероглифам соответствовало это звучание, но в итоге они с Шэнь Сюаньпином сошлись на том, что это должно быть именно Ян Си.
Это был второй человек, которого они встретили в гестхаусе, не считая паренька, подавшего приветственный сок.
Других туманных силуэтов постояльцев видно не было — судя по всему, все они разъехались по экскурсиям.
На самом деле большинство туристов приезжало в Читван именно ради этого природного заповедника.
Местные власти разработали здесь множество туристических маршрутов: пешие походы по джунглям, прогулки на каноэ по реке Рапти с возможностью разглядеть крокодилов на расстоянии вытянутой руки, поездки верхом на слонах сквозь заросли, посещение школы слонов, просмотр традиционных песенных и танцевальных выступлений народа тару и многое другое.
Программа каждого туриста, прибывающего в Читван, примерно так и выглядела, а местные гестхаусы подстраивали график гидов под расписание постояльцев, согласовывая время для всех этих развлечений.
Ян Си пришёл как раз для того, чтобы обсудить с троицей, во сколько им нужно встать завтра и какие мероприятия они собираются посетить.
Китайский язык давался Ян Си с трудом, но сам он по характеру оказался ужасным болтуном. К счастью, уровень английского у остальных троих был вполне сносным, так что в определённых ситуациях удавалось прекрасно общаться, смешивая китайские слова с непальским акцентом и английскую лексику.
Уладив все вопросы насчёт утреннего отправления, Ян Си неожиданно завёл разговор о каких-то своих личных делах.
Он заявил, что у него есть мама из Китая, вот только она повредила ногу, а сам он никак не может съездить к ней в гости.
Юй Яогуан посмотрел на лицо Ян Си: как ни посмотри, в нём не было ни малейшего намёка на китайские корни.
Ян Си даже достал телефон и показал им переписку с матерью — типичные предложения с машинным переводом с китайского на английский, да и номер значился китайский.
Какая же история скрывалась за всем этим, оставалось только догадываться.
На ужин подали жареную лапшу и картофель фри: ассортимент был скудноват, зато порции оказались огромными.
Однако, поскольку обед был слишком ранним, а в гестхаус они прибыли уже после полудня, по дороге сюда они успели побродить по деревне и подчистить прилавки единственного деревенского магазинчика, раскупив все чипсы и снеки. Поэтому к обычному часу ужина никто из них особо не проголодался, и еды осталось немало.
Зато вечером на берегу реки Рапти, прямо на окраине деревни, было довольно оживленно — там работал небольшой открытый бар, рассчитанный исключительно на туристов.
Под крытой соломой беседкой соорудили примитивную барную стойку, разожгли костер и расставили вокруг него с десяток стульев, создав потрясающую атмосферу.
Трое путников, прогулявшихся после ужина, вышли к реке и увидели компанию иностранцев с европейской и американской внешностью, которые пили пиво, устроившись вокруг костра.
Солнце как раз опускалось за горизонт, и небо ещё не успело полностью погрузиться во тьму. Вдали расстилалась дымка закатного зарева, а на мелководье кто-то купал слона. Впрочем, это было больше похоже на барахтанье в воде: хобот слона работал точь-в-точь как садовый распылитель, покрывая смех девушки тончайшей водяной взвесью. Картина выглядела до того волшебно, напоминая классический сюжет под названием Закат на закате, который так любят изображать на своих полотнах великие живописцы.
http://bllate.org/book/28808/3482280
Готово:
