Результаты исследований бессмертных искусств очень порадовали Цзян Яньшэна. С появлением заклинания «Рассыпать бобы — призвать воинов» его сила тоже начала стремительно расти.
Цзян Яньшэн специально отобрал самую необычную партию бобов из выращенных им собственноручно и нанизал их с помощью духовной энергии, сделав браслет.
Но, закончив браслет, он остался недоволен. Бобы, конечно, были необычными, однако не отвечали его желанию пользоваться ими многократно.
Поэтому он занялся их преобразованием и выведением нового сорта. Именно тогда проявились возможности «Мешочка десяти тысяч семян».
После тщательного отбора, проведённого с его помощью, наконец удалось вырастить духовные бобы вдвое крупнее обычных, обладавшие лучшим действием и способные запасать больше энергии.
Для браслета такие бобы уже не подходили, и Цзян Яньшэн соединил их в подвеску-бэйюнь.
Снизу он прикрепил кулон из нефритового духовного камня, после чего переоделся в свободные, струящиеся одежды.
Надев бэйюнь и перебросив кисть за спину, он несколько раз прошёлся перед Цинь Ияном и Да Хэем. Кисть покачивалась в такт его шагам. Глаза Цинь Ияна загорелись: ему очень понравился новый облик Яньшэна.
Помимо бобов особого сорта, выведенных «Мешочком десяти тысяч семян», Цзян Яньшэн решил заново закалить своих костяных воинов Дао.
Для изготовления этих воинов требовались необычные материалы. Тех, что были у него, он некогда создал из костей бесчисленных существ, чьи останки в мире совершенствующихся громоздились целыми горами.
Кости по своей природе относятся к стихии инь. Чтобы укрепить костяных воинов Дао, ему следовало собрать иньскую губительную энергию со всего мира и заново закалить ею воинов.
Губительная энергия — естественная разновидность энергии. Если обычный человек соприкоснётся с ней, в лёгком случае он простудится или заболеет лихорадкой, а в тяжёлом — лишится жизни.
Её также называют отрицательной энергией мира. Одним словом, она чрезвычайно опасна.
Однако для некоторых существ и творений, тяготеющих к инь, это самая желанная пища.
Например, обычные кости в месте скопления губительной энергии легко обретают разум и превращаются в воинов-скелетов или костяных духов.
Трупы в подобных местах тоже нередко становятся цзянши или бессмертными костяками.
Там же рождаются всевозможные другие странные создания.
Так устроен мир: в нём не может существовать энергия только одного свойства.
Где есть свет, там есть и тьма. Поэтому, хотя сегодня духовная энергия покрывает всю планету, с дальнейшим развитием мира губительная энергия будет постепенно накапливаться.
Её влияние на планету довольно велико.
Обычно избавлением от неё занимаются особые божества. При этом губительная энергия связана со всем сущим, и любое явление или существо способно привести её в движение.
Конечное прибежище всей такой энергии — земля. Скапливаясь в глубинах, она порой вступает в противоборство и вызывает землетрясения либо извержения подземных вулканов.
На их планете возрождение духовной энергии началось сравнительно недавно, поэтому губительной энергии скопилось ещё не слишком много. Тем не менее кому-то уже следовало заняться её очищением.
Цзян Яньшэн собирался взять эту работу на себя: с его точки зрения, губительная энергия представляла собой превосходный материал для изготовления артефактов.
Хотя занятие было грязным и тяжёлым, ему, обладавшему формой Мирового древа, это не мешало.
Корни Мирового древа проникали глубоко под землю, впитывали накопившуюся губительную энергию, а затем сгущали её внутри себя в особые плоды и выводили наружу.
Плоды состояли из чрезвычайно чистой энергии и легко вновь обращались в энергетическую форму. Этой гораздо более мягкой губительной энергией Цзян Яньшэн и стал повторно закаливать костяных воинов Дао.
Воинов было тридцать шесть — число, соответствующее небесным светилам Тяньган. По окончании закалки они вновь обратились в костяные бусины. Каждая источала нежное драгоценное сияние. Хотя они были сделаны из костей, в них не ощущалось ни капли зловещей иньской силы: от них веяло чистой энергией и святостью.
Цзян Яньшэн ступал по снегу. Кисть бэйюня за его спиной неспешно покачивалась, а под браслетом на щиколотке тихонько звенел подаренный Цинь Ияном колокольчик, нарушая безмолвие снежного дня.
Услышав чистый звон, спавшие под снегом зверушки высунули головы из сугробов и с любопытством посмотрели на Цзян Яньшэна.
Он был одет в чёрное. Покрой одежды напоминал старинный, но без излишней сложности и совершенно не стеснял движений.
Лишних украшений на нём не было; даже к поясу он ничего не подвесил, кроме «Мешочка десяти тысяч семян».
Цзян Яньшэн неспешно прошёл по своим владениям. Звон колокольчика разбудил дремавших животных.
Разумные звери с любопытством смотрели на хозяина территории: раз он сегодня разбудил их, значит, наверняка хотел сообщить что-то важное.
Убедившись, что все животные и растения обратили на него внимание, Цзян Яньшэн объяснил, зачем пришёл.
— Друзья, скоро откроется одно тайное пространство. Не хотите отправиться туда и принять участие?
— Это особое пространство, постоянное и находящееся под контролем нашего государства.
— Оно предназначено для артефактов. Каждый из вас может отправить туда свои предметы, в которых уже зародился прообраз артефакта.
— Пространство отберёт и взрастит их, выберет сильнейшие оружия и наделит их духовным сиянием.
— Даже не попав в число лучших, вы всё равно получите какую-нибудь пользу. Это очень поможет усовершенствовать ваше оружие. Так вы хотите участвовать?
Голос Цзян Яньшэна звучал мягко и вместе с холодным зимним ветром разносился по всем уголкам владений.
Когда он умолк, прежде тихая территория оживилась щебетом и шумом.
Этих животных и растений Цзян Яньшэн, Цинь Иян и Да Хэй обычно старательно обучали. Порой Яньшэн даже передавал им способы совершенствования и собственный опыт.
По сути, все они стали частью его сил. Простодушным созданиям, в которых почти не было злобы, Цзян Яньшэн доверял даже больше, чем людям.
Поэтому, когда появлялись хорошие возможности и счастливые случаи, он охотно делился ими со своими подопечными.
Раньше Лун Цзюнь говорил, что право войти в тайное пространство получат только трое: он, Цинь Иян и Да Хэй. Но потом непонятным образом пространство вдруг повысило свой уровень.
После этого количество мест перестало иметь значение. Оказалось, что чем больше артефактов в него помещают, тем дальше оно способно развиваться.
Главные руководители страны посовещались и решили полностью открыть его, чтобы всеми силами поднять предел его роста.
Владения Цзян Яньшэна тоже получили доступ. С помощью отделённого от тайного пространства осколка они могли соединиться с основным пространством и отправлять туда неограниченное число созданных ими артефактов. Правда, каждому оружию предоставлялась лишь одна попытка: после извлечения вернуть его обратно было нельзя.
Узнав об этом, Цзян Яньшэн сильно удивился, но способ действительно прекрасно подходил для развития духовности оружия, поэтому отказываться он не собирался.
Сегодня он собрал местных животных и растения, чтобы они заранее подготовились и хорошенько усовершенствовали созданные ими артефакты. Так у них будет больше шансов получить редкую удачу.
Большинство артефактов малыши формировали из частей собственного тела. Благодаря тесной связи с хозяевами они действовали весьма эффективно.
Хотя их ранги пока были невысоки, это были превосходные заготовки, способные расти вместе с владельцами.
Закончив сообщать новости, Цзян Яньшэн направился к Мировому древу.
Он подошёл под его крону. Звон колокольчика на щиколотке долетел и сюда.
Мировое древо протянуло ветвь. Она слегка свернулась, листья опали, а подсохшие прутья образовали круглый диск с отверстием посередине.
Глядя на свитые перед ним ветви, Цзян Яньшэн поднял обе ладони. Над ними появился сверкающий призрачным светом осколок.
Он поместил его в отверстие посреди древесного круга. Осколок начал сливаться с ветвью Мирового древа, тайное пространство медленно открылось, обнажая своё содержимое.
Цинь Иян и Да Хэй с любопытством придвинулись ближе и заглянули внутрь.
Там простиралась сплошная белизна, в которой блуждали неисчислимые световые точки.
Высоко над всем пространством висел гигантский световой экран. На нём непрерывно менялись данные и появлялись изображения разнообразных артефактов.
О каждом отображалась только оценка, без подробного описания способностей и особенностей. Помимо этого на экране стояли баллы, выставленные самим пространством.
Высшая оценка составляла сто баллов, низшая — ноль. Разглядывая простое устройство, Цзян Яньшэн заинтересовался: у пространства появился собственный разум или дело в чём-то другом?
Оно усиливало собственную энергию и увеличивалось в размерах просто за счёт количества артефактов. Вот уж удивительно!
С его нынешним зрением Цзян Яньшэн, конечно, легко различал всё устройство небольшого тайного пространства.
Он даже мог отчасти нащупать связанные с ним законы, но пользы от них для себя не видел.
Некоторое время понаблюдав, он подал знак стоявшему рядом Да Хэю, предлагая отправить внутрь подготовленные артефакты.
Получив указание, Да Хэй с нетерпением бросил туда целую кучу всевозможных предметов. Едва они пересекли границу, как превратились в светящиеся точки и заметались туда-сюда. Одни огни были крупнее, другие мельче, и каждый с момента появления источал особую ауру.
Цзян Яньшэн внимательно вслушался в эти ощущения и понял, что ауры отражают самую сущность способностей артефактов: тайное пространство записывало их свойства.
Разобравшись в его действии, он начал понимать, как именно пространство совершенствуется. Впрочем, помешать ему записывать сведения оказалось очень просто.
Цзян Яньшэн достал свой «Мешочек десяти тысяч семян» и бросил внутрь. Окутанный нежно-зелёным свечением мешочек улетел в пространство.
Бледно-зелёный свет сразу занял большой участок, а изображение мешочка в рейтинге поползло вверх и вскоре достигло седьмого места.
Пространство попыталось записать его ауру, но стоило Цзян Яньшэну пару раз провести перед собой ладонью, как установленное для записи правило исчезло.
Увидев, как молочно-белые огоньки сливаются с его мешочком, и почувствовав рост его возможностей, Цзян Яньшэн удовлетворённо кивнул.
Цинь Иян и Да Хэй последовали его примеру, отправив туда собственные артефакты, связанные с их сущностью.
Их позиции в рейтинге тоже стремительно взлетели: артефакт Да Хэя достиг восьмого места, а артефакт Цинь Ияна поднялся сразу на четвёртое.
Вообще-то мешочек Яньшэна и артефакт Да Хэя должны были опуститься на одну ступень, но хозяин предмета, вытесненного золотыми барабанами Ияна, забрал своё оружие, так что их места не изменились.
Цзян Яньшэн не ожидал, что золотые барабаны окажутся так высоко, но, если подумать, всё было закономерно. Позднее Цинь Иян ещё немного переделал их, превратив в хранилища для их с Яньшэном мечей и копий.
Золотых барабанов было шесть: в четырёх Цзян Яньшэн разместил четыре длинных меча из необычных материалов, а в двух остальных Цинь Иян хранил два длинных копья.
С учётом того, что барабаны были созданы совместными усилиями и законами обоих, четвёртое место ничуть не удивляло.
У Цзян Яньшэна и его спутников было достаточно много артефактов. Когда они свалили внутрь всё разом, почти все позиции первой полусотни оказались заняты их предметами.
Конечно, позднее стали поступать новые артефакты, и некоторые из прежних немного опустились в рейтинге.
Цзян Яньшэн выбрал несколько не слишком важных вещей и снял с них защиту, скрывавшую ауру, чтобы пространство могло успешно записать их свойства.
Теперь он уже ясно понимал: чтобы полноценно усилить способности артефактов, пространству необходимо зафиксировать их ауру и сущность.
Владельцы всех артефактов первой десятки защитили их от изучения. Однако на развитие этих предметов приходилось тратить слишком много сил, и недостающую энергию пространство могло взять только за счёт остальных записанных артефактов.
Хочешь, чтобы лошадь бежала, — не забывай её кормить. Поэтому Цзян Яньшэн снял ограничения с части своих менее ценных предметов. Даже если сведения о них запишут, ничего страшного не произойдёт.
В тайное пространство отправлялось всё больше артефактов: больших и маленьких, могучих и слабых, обладавших самыми разными особенностями.
Домашние животные и растения выстроились в очередь и по одному отправляли внутрь собственные предметы. Теперь нужно было лишь подождать день-два, а затем забрать их обратно.
С поступлением новых артефактов пространство увеличивалось, и предметы Яньшэна и его спутников из первой десятки получали всё более мощное усиление.
Глядя, как «Мешочек десяти тысяч семян» совершенствуется буквально на глазах, Цзян Яньшэн был чрезвычайно доволен.
Артефакт, прежде занимавший четвёртое место, его хозяин ненадолго забрал, а когда вернул, тот оказался уже девятым. По одному этому было видно, насколько стремительно возрастала сила предметов.
Совершенствовалось и само пространство. В прежде совершенно белой пустоте одна за другой засверкали звёзды.
Эти звёзды представляли собой все находившиеся внутри артефакты. Белизна сменилась глубоким мраком, на фоне которого каждый сияющий предмет обозначал своего хозяина.
Пути и ауры артефактов отличались друг от друга, и всё пространство стало похоже на усыпанное звёздами небо.
Стоя перед ним, Цзян Яньшэн, Да Хэй и Цинь Иян наблюдали преображение и каждый в той или иной степени обретал новые прозрения.
Раньше, когда их силы были слабы, воспоминания о посещении тайных пространств пропадали. Теперь они могли непосредственно наблюдать самую суть их преображения. Это наглядно показывало, как сильно они выросли.
Взглянув на перемены мешочка и пространства, Цзян Яньшэн задумался, а затем забросил туда и бэйюнь из духовных бобов, и браслет из бусин костяных воинов Дао.
Эти вещи тоже должны были считаться артефактами. И он не ошибся: они не вошли в первую десятку, но обе оказались среди первых двадцати пяти.
Он частично ослабил скрытие их аур, позволив пространству записать некоторые свойства. Так он тоже внёс свою лепту в его развитие.
Цинь Иян и Да Хэй тем временем поместили туда всё своё снаряжение. Цзян Яньшэн огляделся: вроде бы ничего не забыли.
За исключением нескольких особенно необычных божественных и обычных артефактов, они отправили внутрь почти всё, чем пользовались и что лежало без дела.
Вдруг что-то всё же осталось? Цзян Яньшэн посмотрел на Таинственную реку и вновь достал стоявшие там алхимические печи. Им тоже не повредит усиление.
В конце концов, это тайное пространство предлагало взаимовыгодный обмен: оно записывало часть сведений об артефактах, а те в ответ быстрее развивались. Пространство крепло, а их хозяева радовались усилению своего оружия.
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод
http://bllate.org/book/28786/3615132
Готово:
