— Ну что ж, заходим! — Юнь Сивэнь забрала у Цзинь Чуаня Юнь Баобао. Девочка слегка удивилась: мать почти никогда не брала её на руки, считая, что так ребёнок скорее научится самостоятельности. Поэтому, когда Юнь Сивэнь вдруг сама протянула руки и взяла дочь из объятий отца, это стало для неё настоящей неожиданностью.
Юнь Баобао, умница от природы, мгновенно сообразила, в чём дело. Она обвила шейку матери своими крошечными ручками, прижалась щёчкой к её щеке и сладким, как мёд, голоском заиграла:
— Мамочка! Баобао сама позаботится о себе!
— Хм, — еле слышно отозвалась Юнь Сивэнь.
Девочка простила маме её привычную горделивую сдержанность и с наслаждением устроилась у неё на руках, радуясь редкой ласке. В мыслях она уже сравнивала:
«Папины объятия, конечно, тёплые… но мамины — мягче и уютнее!»
Юнь Баобао категорически отказалась от детской тележки в виде зверушки — по её мнению, столь примитивная игрушка никак не соответствовала её высокому интеллекту! Вместо этого она упрямо толкала перед собой обычную супермаркетную тележку, ручка которой была выше её роста. Прохожие с укоризной поглядывали на «безответственных» родителей, которые невозмутимо шли за ней следом. Цзинь Чуань и Юнь Сивэнь недоумевали, почему на них так странно смотрят, и чувствовали себя совершенно невиновными.
Наконец Юнь Баобао надоело возиться с тележкой — она просто бросила её посреди прохода. Цзинь Чуань вздохнул и поднял её. В супермаркете, полном разнообразных товаров, девочка радостно хватала всё подряд и бросала в корзину. Пока она впереди неутомимо наполняла тележку, Юнь Сивэнь спокойно выкладывала из неё половину покупок. Цзинь Чуань, наблюдая за этим бесконечным циклом, с нежной улыбкой заметил:
— Пусть берёт, что хочет. Зачем ты зря тратишь силы, вынимая всё обратно?
Юнь Сивэнь подняла бровь и, вытащив из тележки яркую коробочку, поднесла её прямо к носу Цзинь Чуаня:
— Вот к чему приводит вседозволенность!
Цзинь Чуань увидел крупные иероглифы «Гокубо» на упаковке, неловко усмехнулся, взял коробочку и вернул её на полку. Затем, наклонившись к Юнь Сивэнь, он шепнул ей на ухо соблазнительно:
— Нам это не нужно! Баобао ведь хочет младшенького братика!
Лицо Юнь Сивэнь вспыхнуло. Не глядя на него, она оттолкнула его лицо в сторону и направилась к тележке, чтобы продолжить избавляться от новейших «трофеев» дочери.
Цзинь Чуань смотрел на своих двух любимых — большую и маленькую — и в его глазах переливалась такая нежность, что казалось, будто он вот-вот растает. Его благородная внешность и изысканная элегантность неизбежно превратили его в центр внимания всего супермаркета.
— Смотри, смотри! Этот мужчина невероятно красив! — восхищённо шепнула одна девушка подруге.
— Да! И как он улыбается — так нежно! Если бы он хоть раз так улыбнулся мне, я бы упала в обморок! — добавила вторая.
Обе девушки прижали ладони к груди и в восторге уставились на Цзинь Чуаня, полностью игнорируя Юнь Сивэнь и Юнь Баобао рядом с ним.
Семья спокойно продолжала покупки, не обращая внимания на любопытные взгляды. Подойдя к отделу рыбы, Цзинь Чуань лично выбрал крупного экземпляра и вежливо обратился к продавщице:
— Пожалуйста, упакуйте эту рыбу.
— Конечно, конечно! Сегодня рыба особенно свежая, молодой человек, у вас отличный вкус! — радушно отозвалась тётушка и принялась за дело.
Юнь Сивэнь, стоя рядом, с лёгкой иронией заметила:
— От пятидесятилетних тётенек до школьниц-подростков — наш генеральный директор Цзинь действительно нравится всем без исключения!
Цзинь Чуань лишь усмехнулся и, обняв её за плечи, тихо спросил:
— Неужели ты ревнуешь?
Юнь Сивэнь закатила глаза. Она и вправду была не из ревнивых, но уж точно не собиралась завидовать ни пожилой продавщице, ни школьницам!
Она решила сменить тему:
— Ты умеешь готовить рыбу?
— Не стоит недооценивать меня, — с уверенностью ответил Цзинь Чуань. — Назови любое блюдо — я его приготовлю!
— Правда? — Юнь Сивэнь явно сомневалась.
— Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. Как только блюда окажутся на столе, ты сама во всём убедишься!
— Папочка! Так ты умеешь готовить?! Здорово! Значит, мне больше не придётся есть мамину еду без приправ! — радостно воскликнула Юнь Баобао, не заметив, как лицо матери потемнело.
— Юнь Баобао! — холодно произнесла Юнь Сивэнь, наклонившись к дочери с угрожающим видом. — Разве все эти годы ты питалась воздухом?!
Девочка, увидев выражение лица мамы, поняла, что ляпнула глупость. Она тут же обняла ногу Юнь Сивэнь, задрала к ней своё личико и принялась мило заигрывать:
— Конечно, именно мама так старалась, чтобы Баобао выросла такой умной и милой! Мамочка — самая лучшая! Хи-хи-хи!
Настроение Юнь Сивэнь заметно улучшилось, и она решила «простить» дочь за этот промах. Цзинь Чуань, наблюдая за этими «детскими» выходками обеих, не знал, смеяться ему или сердиться. Погладив дочку по голове, он с улыбкой бросил:
— Переметнувшаяся травинка!
Продавщица принесла свежую, бьющуюся рыбу, аккуратно упакованную в пакет, и, глядя на Юнь Сивэнь, с искренним восхищением сказала:
— Девушка, вам так повезло! У вас такой заботливый муж и такая очаровательная дочка! — Она перевела взгляд на Юнь Баобао и добавила: — Да какая же она красивая! Красивее, чем кукла моей внучки!
«Повезло?» — на мгновение задумалась Юнь Сивэнь. Это слово никогда не применялось к её жизни. В четыре года её бросила родная мать, в пять — усыновили, в шесть — отправили в детский спецлагерь, десять лет жёстких тренировок, а с шестнадцати — жизнь на лезвии ножа… Можно ли назвать такую судьбу удачливой? И всё же… и всё же именно этот мужчина подарил ей и продолжение рода — Юнь Баобао, и любовь, в которую она никогда не верила. Если уж говорить о счастье, то, пожалуй, всё изменилось именно с того момента, как она встретила Цзинь Чуаня.
— Да, — с тёплой улыбкой ответила она продавщице. — Мне действительно повезло.
Цзинь Чуань удивлённо посмотрел на профиль Юнь Сивэнь. Её улыбка была такой спокойной и умиротворённой — совсем не похожей на привычную холодную собранность элитной спецагентки. В этот момент она ничем не отличалась от любой обычной девушки, идущей по жизни с любовью и надеждой.
Цзинь Чуань понял: именно такой простой и искренней он её и любит. Он поклялся себе, что сделает всё возможное, чтобы Юнь Сивэнь наконец смогла жить без груза прошлого, в полной безопасности под его крылом.
Покупки завершились успешно. Вернувшись домой, Юнь Баобао сразу заявила, что умирает от голода. Едва переступив порог виллы, Цзинь Чуань, не снимая даже пиджака, засучил рукава и направился на кухню. Юнь Баобао, заботясь о собственном желудке, благоразумно решила не мешать. А вот Юнь Сивэнь, заинтригованная, последовала за ним и, прислонившись к стене, наблюдала за его виртуозной работой ножом.
Овощи, превращающиеся в его руках в изящные формы, убедили её окончательно: он действительно знал толк в кулинарии. Говорят, мастерство повара лучше всего видно по его навыкам нарезки. А движения Цзинь Чуаня были поистине безупречны — плавные, точные, будто танец.
— Откуда у тебя такой навык? — не удержалась она от вопроса.
Цзинь Чуань, не отрываясь от нарезки гарнира, ответил:
— Мама всегда была слаба здоровьем. С самого детства я готовил для нас двоих. А после её ухода… ну, человеку же нужно чем-то питаться.
Он на секунду взглянул на Юнь Сивэнь и снова вернулся к сковороде.
Его слова, произнесённые без особого умысла, заставили Юнь Сивэнь задуматься. Понятно, почему он учился готовить, живя с больной матерью. Но после возвращения в семью Цзинь… разве ему приходилось беспокоиться даже о самом элементарном? При мысли об этом её взгляд стал ледяным. Цзинь Чжуаньсюн и Юань Фаньхуа вновь получили ещё один «минус» в её личном списке.
Через сорок минут на столе красовалась роскошная трапеза. Цзинь Чуань, Юнь Сивэнь и Юнь Баобао уселись за обеденный стол, и взгляды матери и дочери приковались к блюдам.
Парная рыба на пару, креветки по-кантонски, салат с устричным соусом, свиные рёбрышки в кисло-сладком соусе и наваристый суп из редьки с устрицами! Хотя всё это были обычные домашние блюда, Юнь Сивэнь казалось, что они выглядят изысканнее, чем угощения в любом пятизвёздочном отеле.
Юнь Баобао уже не могла сдерживаться — она схватила кусочек рёбрышка и отправила его в рот. Её глаза распахнулись от восторга:
— Папочка! Это невероятно вкусно! — И, не давая себе передышки, она принялась накладывать в тарелку всё подряд, пока рот не оказался забит до отказа. Остальные похвалы она выражала исключительно мимикой и жестами.
Цзинь Чуань с нежностью наблюдал за её «волчьим» аппетитом:
— Ешь медленнее! Никто не отберёт!
Затем он перевёл взгляд на Юнь Сивэнь. Та попробовала рыбу, и её глаза засияли. Она улыбнулась и одобрительно подняла большой палец. В этот вечер семья впервые по-настоящему ощутила радость домашнего уюта.
Проведя сутки в доме Цзинь, на следующее утро он лично отвёз Юнь Сивэнь обратно в её виллу в Тяньциньване. Когда они прощались у машины, ворота виллы неожиданно распахнулись — на крыльце появились Юнь Чжаньао и Инь Ифань. Цзинь Чуань тут же вышел из автомобиля вместе с Юнь Сивэнь.
— Доброе утро, дядя Юнь! И доброе утро, господин Инь! — Цзинь Чуань вежливо поздоровался, стоя рядом с Юнь Сивэнь перед машиной.
Юнь Чжаньао бросил быстрый взгляд на Инь Ифаня и, как и ожидал, увидел на его лице мрачное выражение. Он первым ответил:
— А, господин Цзинь! Здравствуйте! Привезли Сяо Вэнь домой?
Цзинь Чуань, не обращая внимания на холодность Инь Ифаня, с почтением обратился к Юнь Чжаньао:
— Да, дядя. Пожалуйста, не церемоньтесь — зовите меня просто Цзинь Чуань. Баобао на некоторое время останется у меня. Если вы захотите её навестить, приезжайте в любое время. А если пожелаете погостить у нас — мы будем только рады! Уверен, Баобао обрадуется!
Его искренность была настолько очевидной, что даже Инь Ифань не мог уличить его в фальши. Юнь Чжаньао удивлённо посмотрел на дочь. Та тихо сказала:
— Потом всё объясню.
Затем она повернулась к Цзинь Чуаню:
— Разве у тебя не совещание?
Он кивнул, крепко обнял её и, обращаясь к Юнь Чжаньао и Инь Ифаню, произнёс:
— Извините, в компании дела. Мне пора. Обязательно приглашу вас всех на ужин в ближайшее время. До свидания, дядя Юнь, господин Инь!
— Счастливого пути! — с улыбкой ответил Юнь Чжаньао. Хотя Инь Ифань и был его племянником, он не мог не признать: когда Юнь Сивэнь была рядом с Цзинь Чуанем, в её глазах сияло такое счастье, какого он никогда раньше не видел. Всё, что делало счастливой его дочь, заслуживало его уважения.
Когда все уже подумали, что Инь Ифань вновь промолчит, он неожиданно произнёс:
— До встречи, господин Цзинь!
Его слова привлекли внимание Цзинь Чуаня. Тот внимательно взглянул на него, кивнул и, повернувшись к Юнь Сивэнь, мягко улыбнулся:
— Я поехал. Позже позвоню.
— Хорошо, — с улыбкой ответила она.
Тёплая волна чувств, переполнявшая их обоих, заставила Инь Ифаня сжать кулаки.
Цзинь Чуань уже открыл дверцу водительского места, но ещё не сел в машину, когда Инь Ифань вновь окликнул его:
— Господин Цзинь!
Цзинь Чуань остановился и поднял глаза. Инь Ифань спустился по ступенькам и, остановившись у пассажирской двери, холодно посмотрел на него:
— Участок в Хайюне скоро выставят на торги. Наше соперничество только начинается. Будьте готовы!
Цзинь Чуань, поняв двойной смысл слов, уверенно улыбнулся:
— Всегда готов!
С этими словами он сел в автомобиль и уехал.
Инь Ифань несколько секунд смотрел вслед машине, затем повернулся к Юнь Чжаньао:
— Дядя, я поеду в компанию.
Он спокойно взглянул на Юнь Сивэнь, ничего не сказал и ушёл.
Юнь Сивэнь понимала, что Инь Ифань до сих пор обижен на неё, особенно после инцидента с звонком тётушки Ван. Между ними словно выросла невидимая стена, и она не знала, как её преодолеть. Пока что ей оставалось лишь отложить эту проблему в долгий ящик.
http://bllate.org/book/2857/313513
Готово:
