Он никогда не говорил родителям, где живёт. Откуда же они узнали?
Цзян Юань даже слышал собственное сердцебиение, даже дыхание стало едва уловимым.
Человек за дверью выглядел так, будто собирался выбить её напрямую, и грохот ударов эхом отдавался в ушах Цзян Юаня.
Он жил на третьем этаже: на окнах были защитные решётки, но в туалете их не было.
Прижимая к груди собаку, Цзян Юань выглянул в окно — внизу было пусто.
Неизвестно, в какой момент железная дверь снаружи не выдержит и сломается, в конце концов, замок здесь действительно старый.
Если спрыгнуть прямо сейчас...
— Эта паршивая железяка думала меня удержать!
С глухим стуком дверь распахнулась от удара.
Цзян Юань вздрогнул от испуга, стараясь дышать ещё тише.
Щелчок. Замок повернулся.
Конец.
Цзян Юань упpелся спиной в дверь, его всего колотило. Маленький щенок, словно чувствуя его напряжение и страх, оскалил зубы и уставился на дверь вместе с ним.
— Дядя, я хочу с тобой поговорить.
Это был голос Гу Цзиня.
Одеревеневшее тело Цзян Юаня наконец расслабилось, но его всё ещё продолжало трясти. Прижавшись спиной к двери, он не смел издать ни звука.
Цзян Юань не знал, о чём они говорили, но родители ведь так не любят Гу Цзиня... неужели они просто так отпущут его?
— Это я, они ушли. — Гу Цзинь трижды постучал в дверь.
В голове Цзян Юаня было абсолютно пусто. Он резким движением распахнул дверь, обвил руками шею Гу Цзиня и вцепился мёртвой хваткой, а слёзы уже не получалось сдерживать.
Там, где он не мог видеть, те светло-голубые глаза были темнее тучи.
— Поедешь со мной домой? — мягко спросил Гу Цзинь.
На этот раз Цзян Юань кивнул без малейших колебаний.
У Цзян Юаня было не так много вещей, и сначала он собирался захватить лишь пару нарядов и уйти, но Гу Цзинь уговорами и хитростью заставил его просто расторгнуть договор аренды с хозяином квартиры.
Так, пребывая в полном тумане, он и последовал за Гу Цзинем. Маленький щенок сидел на руках у Цзян Юаня — он собирался вернуть его маленькой хозяйке, ведь теперь было неизвестно, когда он вообще сможет сюда вернуться.
Оглянувшись на место, где прожил целый год, он даже почувствовал лёгкую тоску.
В маленьком дворике было тихо, тут и там валялись вешалки для белья, а посредине возвышалось несколько сосен — даже зимой они загораживали большую часть солнечного света, и после зимнего дождя с них наверняка опадало немало листьев.
Этот жилой район уже сильно обветшал, штукатурка на стенах облупилась почти наполовину, всё выглядело полуразрушенным. Дом, в котором жил Цзян Юань, был невысоким, но квартиры располагались очень плотно друг к другу: дверь в дверь на каждом этаже. Звукоизоляция оставляла желать лучшего, временами было шумновато, но соседи оказались очень дружелюбными. Они то и дело заходили друг к другу в гости, при встрече обязательно здоровались, а позади рядов длинных коридоров виднелись всё новые и новые двери.
Все относились к нему очень заботливо.
Гу Цзинь нёс сумку, стоя в стороне. Бросив взгляд на Цзян Юаня, он молча отдал распоряжение людям выкупить квартиру, в которой тот жил, чтобы никто ничего не мог сказать.
Как и говорилось в письме, та семья действительно съехала.
Цзян Юань прижимал к груди щенка и беспомощно смотрел на Гу Цзиня — в конце концов, это был не его собственный дом, и если бы Гу Цзинь оказался против...
Маленький щенок, казалось, понимал, что он никому не нужен, и молча сжался в комочек на руках у Цзян Юаня.
— Пойдём.
Это означало согласие.Листья камфорного дерева росли густо и пышно, даже зимой сохраняя зелень. Двойной ряд ветвей заслонял большую часть неба, создавая живописную картину, словно сошедшую с полотна художника.
Цзян Юань шел по улице, испытывая легкую, тихую радость. Он погладил спинку щенка, приглаживая ему шерстку, и сел в машину вслед за Гу Цзинем.
Вернувшись в дом Гу Цзиня во второй раз, Цзян Юань обратил внимание на то, что у того нет ни роскошных суперкаров, ни вилл, о которых судачили одноклассники. Ездил он на самой обычной машине для поездок по городу, а жил в небольшой квартире.
Большая часть былой скованности исчезла. Трудно сказать, как именно тогда разнеслись те слухи, а может, просто тот юноша в те годы был слишком ослепительным.
Все казалось нереальным, словно сон, и в то же время происходило наяву.
Войдя в прихожую и окинув взглядом гостиную, Цзян Юань заметил, что везде преобладают простые черно-белые тона. Вообще-то сам Цзян Юань больше любил синий цвет — такой же, как глаза Гу Цзиня, а черный с белым казались слишком однообразными и давящими.
Но все же это чужой дом, и уже хорошо, что ему позволили здесь оставаться, так что жаловаться и перебирать харчами не приходилось.
Цзян Юань остановился у порога и сначала опустил щенка на пол. Чувствуя себя немного не в своей тарелке, он заметил у входа лишь одну пару обуви — бахил поблизости не наблюдалось.
Гу Цзинь бросил сумку на диван и бросил:
— Пойдем.
Цзян Юань озадаченно склонил голову набок.
— Ко кое-что тебе купим, — произнес Гу Цзинь, закрывая дверь.
Цзян Юань замахал руками, показывая, что не нужно.
Он сейчас... абсолютно без гроша в кармане...
Его утащили без лишних разговоров — Гу Цзинь даже не стал спрашивать его мнения, просто поставил перед фактом.
Квартира находилась в деловом районе, супермаркет располагался сразу у выхода из дома. Как раз наступил час пик, людей в магазине толпилось много. Одной рукой Гу Цзинь катил тележку, а другой держал Цзян Юаня за руку.
Белый свитер в сочетании с серым плащом, на запястье — часы в черно-белой гамме. Гу Цзинь, казалось, питал особую страсть к черно-бело-серой палитре: такой была его квартира, и точно так же он одевался чаще всего в школьные годы.
Мужчина был выше него почти на полголовы. Цзян Юань каждый раз мысленно вздыхал: сам-то он вовсе не низкий, целый метр семьдесят шесть, но у Гу Цзиня — метр восемьдесят девять.
Настоящее подавление ростом.
Когда они выбирали шампунь и гель для душа, Гу Цзинь открывал несколько флаконов и подносил к самому его носу, давая понюхать. Цзян Юань не разбирался, какой флакон лучше, а какой хуже, и просто выбрал тот, у которого запах был не таким резким.
Он уставился на руку, которую держал Гу Цзинь, а затем перевел взгляд на самого Гу Цзиня, так серьезно подбиравшего для него вещи.
На душе было тяжело и сложно.
Настанет момент, когда Гу Цзиню надоест эта игра, и тогда ему самому будет невыносимо больно уходить.
Год назад именно он оттолкнул Гу Цзиня, так что если Гу Цзинь теперь оттолкнет его в ответ — пожалуй, это будет даже честно.
Цзян Юань потер ладонью большой палец, успокаивая себя тем, что все в порядке.
Незаметно для них самих тележка для покупок заполнилась доверху.
Сложив вещи в машину, Гу Цзинь отвез его в мебельный магазин. Комплект постельного белья из четырех предметов, шторы, ваза, декоративные украшения, чашки и палочки для еды — все было выдержано в едином синем цвете.
Затем они заглянули в магазин одежды и наконец отправились домой. Всё это время Цзян Юань просто отрешенно следовал за ним по пятам.
К этой квартире Цзян Юань еще толком не привык. Приготовлением ужина Гу Цзинь его утруждать не стал: сам зашел на кухню, а вскоре позвал его к столу.
Перед ним стояла пиала с просяной кашей и тарелочка зелени цайминь.
А единственная порция жареной свинины с овощами оказалась в миске Нюню.
http://bllate.org/book/28400/3432286
Готово:
