За двадцать минут до этого Хиксон прибыл в первый космопорт столичной планеты.
Он только что вернулся из трёхдневной командировки, и даже вампир после такой поездки не мог не чувствовать усталости.
Изначально он должен был вернуться на столичную планету глубокой ночью, но переговоры закончились раньше, поэтому Хиксон в последний момент пересел на более ранний рейс и прибыл ещё вечером. Теперь он сможет разобраться с работой, накопившейся за последние несколько дней, и не придётся откладывать завтрашние дела.
Будучи старшим сыном влиятельной вампирской семьи Носфера и действующим президентом корпорации «Сумерки», Хиксон давно привык к такому напряжённому ритму жизни. Лишь пока водитель ещё не приехал, у него появилась возможность немного отдохнуть, откинувшись на диване в VIP-зале.
Именно в эту редкую свободную минуту он благодаря превосходному зрению вампира заметил через панорамное окно подозрительную сцену возле терминала.
Вообще-то он заподозрил неладное ещё тогда, когда увидел маленькую летучую мышь, выбиравшуюся из контейнера. Откуда в космопорте могла взяться летучая мышь?
А когда она превратилась в человеческого малыша с клыками, Хиксон тут же поднялся на ноги.
Превращаться из человека в летучую мышь и обратно умели только представители вампирского рода. Следовательно, никаких сомнений быть не могло: это был маленький вампир, которому угрожала опасность.
Вампиры жили очень долго, но размножались крайне медленно, поэтому почти все они невероятно дорожили детьми. Стремление защищать малышей было заложено в них самой природой. Даже самый холодный и равнодушный вампир не смог бы спокойно смотреть, как обижают ребёнка его расы.
Поэтому Хиксон почти не раздумывал. Он немедленно призвал чёрные тени, разбил ими панорамное окно и выпрыгнул наружу.
Обычно он крайне редко действовал настолько импульсивно. Когда Хиксон наконец успокоился, преступники уже были пригвождены к земле, а из их ран обильно текла кровь.
Хиксон на мгновение растерялся. Опустив голову, он увидел, что незнакомый маленький вампир по-прежнему обнимает его за ногу и, всхлипывая, жалуется:
— Они… они связали Фуфу, называли Фуфу маленьким чудовищем, у-у-у…
Лицо Хиксона стало ещё мрачнее. Он поднял руку, и вокруг троих лежавших на земле мужчин обвилось ещё несколько чёрных теней. Затем они бесшумно сжались, заставив преступников завопить от боли.
Вокруг царила суматоха. Прибыли полицейские, и Хиксон с мрачным видом объяснил им, что произошло.
Компания Хиксона сотрудничала с полицией, поэтому многие сотрудники его знали. Услышав объяснение, полицейские сразу поняли, что в космопорт проникла банда торговцев детьми. Осознав серьёзность ситуации, они немедленно вызвали подкрепление, начали проверять контейнеры и одновременно выставили посты на всех выходах из космопорта.
Хиксон облегчённо выдохнул. Это была столичная планета сектора фантастических рас, где почти все жители принадлежали к этим расам и очень трепетно относились к детям. Трое мужчин на земле выглядели обычными людьми. Раз они осмелились похищать малышей на территории фантастических рас, похоже, теперь им предстояло провести остаток жизни за решёткой.
Впрочем, дальше пусть разбирается полиция. К нему это уже не имело отношения. Хиксон посмотрел на часы. Водитель, наверное, скоро приедет? Ему совершенно не хотелось задерживаться здесь.
Но сначала…
Хиксон нахмурился и посмотрел на малыша, который всё ещё цеплялся за его брюки и громко плакал.
Похоже, ребёнок сильно перепугался. Он крепко держался за штанину, уткнувшись лицом в полы его одежды, и никак не мог перестать всхлипывать. Слёзы и сопли уже перепачкали Хиксону весь костюм.
Вот же хлопотный малыш.
Хиксон огляделся. Полицейские только что вскрыли контейнер и теперь были заняты спасением запертых внутри детей. Медики ещё не прибыли, вокруг царила полная неразбериха. Очевидно, никто сейчас не мог помочь ему успокоить бедного маленького вампира.
Придётся самому.
Хиксон наклонился, положил руку малышу на плечо и произнёс:
— Ну всё, всё…
Он замолчал, мучительно пытаясь вспомнить, какими словами обычно успокаивают детей. После долгих мысленных поисков Хиксон наконец сдался и выдавил:
— Не плачь.
Услышав его слова, малыш поднял голову. Он явно старался перестать плакать, но ничего не получалось. Нижняя губа обиженно выпятилась, плечики то и дело вздрагивали от всхлипываний. Выглядел он до невозможности несчастным.
Однако, несмотря на все свои обиды, малыш совершенно не стеснялся незнакомцев. Увидев протянутую руку, он тут же подался вперёд и принялся тереться грязным личиком о ладонь Хиксона.
— У-у, братик…
Хиксон застыл ещё сильнее. Лицо малыша было мокрым, немного прохладным и перепачканным пылью, которая теперь вместе со слезами размазывалась по его руке.
Но какое же оно мягкое…
Щёки, кончик носа, губы — всё у малыша было невероятно нежным. Даже два маленьких острых клыка по краям рта, характерных для вампиров, оказались совершенно гладкими…
От этих незнакомых ощущений Хиксон немного растерялся.
Он попытался убрать руку, но малышу это явно не понравилось. Тот надул губы, поднял голову и недовольно посмотрел на него.
Хиксон невольно замер, а потом сам удивился такой наглости.
Ты ещё и недоволен? Я ведь тебе не родитель! И вообще не обязан позволять тебе об себя тереться.
Но малыш совершенно не смущался.
Надув губы, он попросил:
— Братик, обними…
Ну уж нет.
Хиксон убрал руку, собираясь отказать.
Однако ребёнок оказался ещё бесцеремоннее, чем он предполагал. Увидев, что его не собираются брать на руки, малыш сам схватил Хиксона за рукав, другой рукой уцепился за край рубашки и принялся карабкаться наверх!
Хиксон почувствовал, как одежду резко потянуло вниз, и испугался. Вдруг ребёнок не удержится и упадёт? Он поспешно наклонился, но тем самым лишь облегчил малышу задачу.
Маленькие ручки оказались неожиданно сильными. Словно летучая мышь, карабкающаяся по дереву, малыш крепко цеплялся за дорогой костюм, сшитый на заказ, и за несколько движений добрался до плеч Хиксона, повиснув у него на груди.
Вот теперь Хиксон по-настоящему растерялся.
Он совершенно не умел обращаться с детьми, а уж держать их на руках — тем более. Обе руки беспомощно застыли в воздухе. Маленькое существо, повисшее на нём, казалось мягким, словно комочек ваты. Хиксон даже не представлял, за что его можно взять, и боялся случайно повредить это хрупкое тельце.
Ему оставалось лишь неловко согнуть руки.
К счастью, маленький вампир оказался очень ловким. Заметив, что Хиксон поднял руку, он тут же крепче ухватился за его плечо, подтянулся и устроился попой на его предплечье.
Похоже, малышу такая поза тоже понравилась.
Теперь ему больше не нужно было цепляться за одежду. Он повернулся боком и положил голову Хиксону на плечо. Тельце всё ещё вздрагивало от всхлипываний, щёчки раскраснелись, а в уголках глаз и на подбородке висели слёзы. Заметив, что Хиксон на него смотрит, малыш ещё и вытер лицо грязным рукавом…
Выглядел он невероятно жалким.
И совсем не походил на того, кто только что без разрешения вскарабкался по незнакомому братику, словно по дереву.
Хиксон беспомощно вздохнул.
Вообще-то он не отличался особой добротой. Вмешался он лишь поддавшись минутному порыву, потому что не хотел смотреть, как какие-то люди обижают ребёнка его расы.
А теперь делом уже занималась полиция. По привычке Хиксону следовало немедленно уйти. Его время было очень дорогим.
Но каким бы хладнокровным он ни был, бросить посреди переполненного полицейскими места маленького ребёнка, который только что вырвался из рук преступников и всё ещё плакал, он просто не мог.
Ладно…
Хиксон молча отправил сообщение помощнику и успокаивающе похлопал малыша по спине.
Побудет с ним ещё немного. Полиция обычно работает быстро, медики тоже скоро прибудут. Как только у них появится свободная минутка, найдётся кто-нибудь более подходящий, чтобы позаботиться о ребёнке. Ему обработают раны, проведут осмотр и помогут найти родителей. А тогда Хиксон сможет спокойно уйти.
Всего лишь немного подождать. Много времени это не займёт.
Вскоре полицейские освободили из контейнера остальных детей. Вместе с малышом на руках у Хиксона их оказалось восемь. Все принадлежали к разным фантастическим расам, а возраст составлял от трёх до семи лет.
Теперь стало окончательно ясно, что это была банда торговцев детьми. Полицейские задержали ещё двух сообщников, пытавшихся сбежать, и вместе с тремя лежавшими на земле преступниками, заковали их в наручники и отправили в полицейские машины.
Когда чёрные тени отпустили тех троих и полицейские подняли их с земли, мужчины уже едва дышали. У каждого было сломано по несколько рёбер. Они слабо стонали от боли, но никто их не жалел. Преступников схватили за воротники, затолкали в машину и увезли.
Тем временем медики уже проводили первичный осмотр спасённых малышей. Хотя дети сильно испугались, состояние у всех оказалось вполне удовлетворительным. Ничего угрожающего жизни не обнаружили. Им дали питательную смесь, после чего тоже посадили в полицейские машины.
Когда остальных детей устроили, к стоявшей в стороне паре подошёл молодой полицейский.
— Господин, этот ребёнок…
Малыш на руках у Хиксона к тому времени уже вдоволь наплакался. Но стоило ему увидеть приближающегося незнакомца, как он словно почувствовал опасность, тут же крепко вцепился в пиджак Хиксона и дрожащим от слёз голосом позвал:
— Бра-а-тик!
Ещё немного — и снова заплачет.
Хиксон поспешно прижал малыша к себе и неловко укрыл полами пиджака.
Молодой полицейский смущённо остановился.
Вообще-то страх ребёнка был вполне понятен. Полицейский оказался высоким мужчиной-кентавром, ростом примерно два метра двадцать или тридцать сантиметров. Даже Хиксону приходилось смотреть на него снизу вверх. Неудивительно, что обычный малыш мог испугаться.
И всё же…
Хиксон нахмурился и с подозрением посмотрел на ребёнка в своих руках.
Этот маленький вампир был настолько милым и невинным с виду, что окружающие легко забывали одну вещь…
Ведь именно он единственный сумел самостоятельно выбраться из контейнера. Даже когда преступник поднял его в воздух, малыш отчаянно сопротивлялся, размахивал руками и ногами и пытался укусить обидчика!
После спасения он, конечно, долго и обиженно плакал, но при этом нисколько не забывал о собственном удобстве. Сначала вытер лицо о руку Хиксона, затем вскарабкался по его одежде, силой повис на нём и не успокоился, пока не заставил принять подходящую позу, чтобы самому удобно устроиться на руках.
Что тут скажешь…
Хиксон вовсе не испытывал к нему неприязни, но ему всё больше казалось, что для трёх-четырёхлетнего малыша тот проявлял просто невероятную решительность.
Совершенно не похоже, что такой ребёнок испугается какого-то кентавра.
Хотя кто его знает.
В конце концов, у Хиксона не было опыта общения с детьми. Вдруг малыш действительно получил психологическую травму и теперь боится крупных мужчин?
Увидев, что ребёнок так сильно сопротивляется, полицейский-кентавр отошёл на несколько шагов и что-то крикнул стоявшим неподалёку медикам.
Вскоре к ним мелкими шажками подбежала медсестра из расы эльфов.
Эльфы от природы умели располагать к себе окружающих. Особенно женщины-эльфы, которые обычно говорили мягко и ласково. Ни один ребёнок не мог перед ними устоять.
Заметив испуг маленького вампира, медсестра специально заговорила ещё нежнее:
— Малыш, как тебя зовут? Давай сестрёнка тебя подержит, хорошо?
Но ребёнок испугался ещё сильнее. Он изо всех сил попытался спрятать голову под одеждой Хиксона и снова захныкал:
— У-у, братик, не надо…
Хиксон: «…»
…Да он точно притворяется!
Медсестра-эльфийка застыла. Судя по всему, с таким отношением к себе она ещё никогда не сталкивалась.
Она поспешно отступила.
— Ой, нет… Похоже, сегодня у малыша был слишком сильный стресс. Он совсем не подпускает к себе незнакомцев. Боюсь, кто бы ни подошёл, результат будет одинаковым…
Она переглянулась с полицейским-кентавром, после чего оба одновременно посмотрели на Хиксона с надеждой.
Сильный стресс? У него?
Ха.
Тем не менее Хиксон тихо вздохнул и плотнее укутал малыша пиджаком.
— Тогда я поеду вместе с ним.
Ничего не поделаешь. Даже понимая, что ребёнок притворяется, он всё равно не мог заставить себя силой передать плачущего малыша кому-то другому.
К тому же детские хитрости было слишком легко разгадать. Хиксон прекрасно понимал, чего добивается ребёнок. Тот только что спасся от торговцев детьми, чувствовал себя незащищённым и потому выбрал взрослого, который показался ему самым надёжным и безопасным, а теперь не хотел от него отставать.
Разве можно сердиться на малыша за такую хитрость?
Поэтому он просто съездит вместе с ним. Когда ребёнок почувствует себя в безопасности и окончательно успокоится, наверняка перестанет так цепляться.
Была только одна проблема…
Хиксон посмотрел на часы.
Уже перевалило за девять вечера. Если сейчас ехать в полицейский участок и проходить все необходимые процедуры, домой он вернётся глубокой ночью. А у него ещё работа…
Ладно, придётся посидеть ночью. Вампиры всё равно не умирают от внезапной остановки сердца из-за переутомления.
Хиксон велел помощнику и остальным ехать домой, а сам сел в полицейскую машину и вместе с детьми отправился в участок.
-
Альянс фантастических рас уделял огромное внимание защите детей. Поэтому в полицейском участке имелась специальная комната отдыха для малышей. Её оформили в ярких, жизнерадостных цветах, поставили разноцветные диванчики и маленькие табуретки, а также разложили множество мягких игрушек, которые помогали детям успокоиться.
Полицейские разместили здесь всех спасённых малышей, после чего медики по очереди брали у них кровь, чтобы с помощью генетической базы данных найти родителей.
Детей только что освободили из рук торговцев. Хотя физически все выглядели вполне здоровыми, перепугались они ужасно. В комнате то и дело раздавался плач. Любой посторонний звук мог вызвать цепную реакцию, и тогда все малыши в комнате одновременно начинали паниковать.
Полицейские и медсёстры одновременно жалели детей и не знали, что с ними делать. Оставалось только старательно успокаивать их, предлагая игрушки и угощения, чтобы хоть немного отвлечь.
Лишь маленький вампир по имени Фуфу заметно отличался от остальных.
Он сидел на руках у Хиксона и не только не плакал, но ещё и с любопытством разглядывал всё вокруг.
Даже когда у него брали кровь, малыш лишь недовольно похныкал несколько раз. А стоило после процедуры дать ему печенье, как он тут же успокоился.
Теперь Фуфу держал обеими руками большое молочно-сливочное печенье, которое дала ему медсестра, и потихоньку грыз его.
При этом он с любопытством наблюдал за происходящим, словно смотрел интересное представление. Поглядывая на громко плачущих детей, малыш недоумевал. Казалось, он хотел спросить:
«А почему они не едят? Если они не хотят, можно Фуфу съесть?»
И очень скоро решил действовать.
Доедая печенье, Фуфу лёг животом на руку Хиксона, высунулся вперёд почти всем туловищем и протянул свою маленькую озорную ручку к ближайшему ребёнку-русалу, который плакал громче всех.
Он собирался стащить у того печенье и тем самым нанести ещё один удар по и без того несчастному малышу.
Хиксон наконец не выдержал. Он протянул руку, подхватил Фуфу и усадил обратно к себе на колени, после чего достал из пакета новое печенье.
— Ешь своё.
Фуфу уже собирался надуть губы, но, увидев новое печенье, тут же просиял и сменил гнев на радость.
Правда, брать угощение сразу он не стал.
Сначала малыш старательно вытер обе жирные ладошки о костюм братика, затем протянул руки, торжественно принял печенье и сладко улыбнулся.
— Спасибо, братик!
Хиксон к этому времени уже совершенно перестал на него сердиться.
Костюм и так был измят и растянут маленькими ручками. Скорее всего, после возвращения домой его придётся выбросить. Так что пусть ребёнок делает с ним что хочет.
Фуфу обнял огромное печенье и принялся с хрустом грызть, всем своим видом выражая полное счастье.
Глядя на его беззаботное выражение, Хиксон вдруг начал сомневаться в собственных прежних выводах.
До этого он считал, что маленький вампир только что вырвался из рук преступников и теперь отчаянно нуждался в чувстве безопасности, поэтому и прицепился к нему.
Но сейчас…
Не слишком ли высокого он был о себе мнения?
Ведь судя по тому, как малыш себя вёл, с чувством безопасности у него всё было прекрасно…
Хиксон начал подозревать, что ребёнок прицепился к нему вовсе не потому, что искал защиты.
Возможно, он просто нашёл себе удобное дерево для лазанья.
Причём такое, которое само выделяет тепло и о которое можно вытирать руки и лицо.
Но даже осознав это, Хиксон ничего не мог поделать.
Ведь он уже проверял. Пусть сейчас малыш выглядел послушным, милым и готовым обо всём договориться, стоило Хиксону попытаться встать или опустить его на пол, как ребёнок тут же изо всех сил вцеплялся пухлыми ручками в его одежду, жалобно смотрел на него и дрожащим голосом произносил:
— Братик, не уходи… Братик, обними…
И получалось так, словно вовсе не Хиксон спас его из рук торговцев детьми, а сам был бессердечным старшим братом, который собирался продать малыша этим торговцам.
Вспомнив эту картину, Хиксон наконец не удержался, поднял руку и несколько раз энергично взъерошил кудрявые волосы ребёнка.
Хм! Такой милый с виду, а сколько хитростей в маленькой голове!
Коварный плюшевый комочек.
Хотя, надо признать, на ощупь волосы были очень приятными. Словно свежеприготовленная сладкая вата.
Хиксон не удержался и взъерошил их ещё несколько раз, окончательно растрепав малыша.
Тот, впрочем, не рассердился.
Когда Хиксон закончил, ребёнок поднял голову. Из-под растрёпанных кудрей показался один блестящий чёрный глаз, который недоумённо уставился на него.
— Братик?
Уголки губ Хиксона невольно приподнялись.
Ладно. Он ведь и не собирался всерьёз спорить с четырёхлетним малышом.
Всё равно он уже морально приготовился просидеть здесь с ним до глубокой ночи. Поэтому Хиксон перестал думать об уходе, спокойно устроился на диване и добросовестно исполнял роль крепкого, надёжного и первоклассного дерева для лазанья.
Ночь становилась всё глубже. Дети наплакались и устали, поэтому постепенно начали успокаиваться. Полицейские, которые весь вечер не знали ни минуты отдыха, наконец смогли присесть и перевести дух.
Молодая девушка-полицейский из расы оборотней-волков подошла к Хиксону и с любопытством посмотрела на малыша в его руках.
Фуфу сидел у Хиксона на коленях и играл с маленьким плюшевым пингвином. Заметив взгляд девушки, он повернул голову, улыбнулся ей, а затем неожиданно протянул игрушку.
— Сестрёнка, ты так много работала. Вот, поиграй.
От этой улыбки девушка словно получила сокрушительный удар прямо в сердце. У неё в голове будто взорвался целый фейерверк, а большой хвост за спиной принялся бешено вилять.
Ну до чего же милый!
Разве бывают на свете настолько послушные и заботливые малыши? Неужели у вампиров все дети такие?!
Она невольно протянула руку, но тут же остановилась и с улыбкой покачала головой.
— Спасибо, малыш! Играй сам!
Однако Фуфу не сдался и протянул игрушку ещё ближе.
— Ничего страшного. Возьми, сестрёнка.
Девушка-волчица больше не могла сопротивляться. Изо всех сил подавив желание завизжать от восторга и покататься по полу, она взяла у малыша плюшевого пингвина.
— Тогда большое тебе спасибо! Сестрёнке он очень нравится!
— Не за что.
Малыш довольно убрал руки, снова прислонился к Хиксону, поднял голову и протяжно позвал:
— Бра-а-тик…
Хиксон посмотрел на него.
Фуфу указал подбородком на корзину с игрушками, стоявшую рядом с диваном.
Хиксон уже окончательно смирился со своей участью и бесстрастно спросил:
— Какую на этот раз?
— Зайчика.
Хиксон привычным движением наклонился и достал из корзины жёлтого плюшевого зайца.
— Розового, — добавил малыш.
Хиксон с тем же бесстрастным выражением бросил жёлтого зайца обратно и поднял лежавшего рядом розового.
Получив желанную игрушку, Фуфу тут же расплылся в счастливой улыбке.
— Спасибо, братик~
При этом он ещё и повернул голову, потёршись маленькими кудряшками о грудь Хиксона.
Что оставалось делать Хиксону?
Только беспомощно погладить его по голове и ответить:
— Не за что.
Девушка-полицейский наблюдала за всем происходящим и наконец не выдержала, прыснув со смеху.
Вот почему малыш так легко отдавал свои игрушки! Он ведь знал, что братик обязательно достанет ему новые.
Сразу видно, что это маленькое сокровище, которое вся семья безоговорочно балует!
Но тут девушка вдруг замерла.
Погодите-ка.
Разве этого малыша не освободили сегодня вечером? Почему его родственники уже успели приехать? Ведь результаты генетического анализа ещё даже не готовы!
Она немного растерялась.
Но, глядя на то, с каким безграничным доверием малыш относился к своему братику, девушка всё же не выдержала и спросила:
— Господин, вы его родной старший брат?
— Что?
Хиксон совершенно растерялся.
Что за странные вопросы у этой молодой полицейской?
Разве не они сами только сегодня вечером спасли этого ребёнка? При чём тут вообще он?
Хиксон был всего лишь добрым прохожим, к которому малыш совершенно непонятным образом прицепился!
Он уже собирался всё отрицать, но, опустив голову, увидел, что ребёнок в его руках смотрит на него блестящими чёрными глазами, полными ожидания.
Хиксон осёкся.
Он открыл рот, потом снова открыл, но в итоге выдавил:
— Да… Я его брат.
Малыш довольно потёрся щекой о его грудь, и Хиксон облегчённо выдохнул.
Затем он незаметно подал девушке знак глазами и тихо добавил:
— Только сегодня им стал.
После этих слов он с некоторой тревогой посмотрел на ребёнка.
К счастью, малыш совершенно не возражал против такого объяснения. Более того, он гордо посмотрел на девушку-волчицу, словно хотел сказать:
«Ага! Это мой новый братик! Красивый, правда?»
Девушка заметила все эти сложные перемены в выражении лица Хиксона и поняла, что тот просто заботится о чувствах ребёнка. Она тут же рассмеялась.
— Ха-ха, поняла! Но вообще-то вы действительно очень похожи. Если бы я встретила вас на улице, точно решила бы, что вы родные братья.
Хиксон лишь кивнул и ничего не ответил.
И правда, он тоже считал, что ребёнок у него на руках подозрительно похож на него самого.
От формы лица до глаз и бровей — словно его собственная уменьшенная и более круглолицая копия.
Особенно если учесть, что мало кто знал одну подробность: волосы Хиксон унаследовал от матери. В детстве они у него тоже были такими пушистыми и кудрявыми, но постепенно распрямлялись, и к совершеннолетию стали почти прямыми.
Если бы удалось найти его детские фотографии и сравнить их с этим малышом, сходство наверняка оказалось бы ещё сильнее.
Правда, в детстве Хиксон обладал характером, типичным для маленьких вампиров: был тихим, спокойным, почти не выражал эмоций, мало разговаривал и никогда не цеплялся за взрослых.
Совсем не таким, как этот невероятно приставучий малыш.
В том, что два представителя одной расы немного похожи друг на друга, не было ничего удивительного.
Но чтобы даже цвет волос и глаз совпадал настолько точно…
Это уже заставляло задуматься.
Ведь его цвет волос встречался среди вампиров нечасто. Обычно у представителей этой расы волосы были серебристыми или чёрными. Рыжевато-каштановый оттенок Хиксон унаследовал от матери, которая вообще-то принадлежала к расе русалов.
А межрасовые браки, подобные браку его родителей, были довольно редкими.
Впрочем, Хиксон не стал слишком долго об этом думать.
Сам по себе рыжевато-каштановый цвет волос не был чем-то необычным. Вампиры в целом предпочитали жить незаметно и тихо селились в самых разных уголках межзвёздного пространства. С большинством представителей своей расы Хиксон даже не был знаком.
Вполне возможно, где-нибудь существовала целая ветвь вампирского рода с такими же рыжевато-каштановыми волосами, как у русалов.
Подумав об этом, Хиксон почувствовал лёгкое раздражение.
Среди всех фантастических рас вампиры отличались самой большой продолжительностью жизни, но размножение давалось им невероятно трудно. Вероятность зачатия была крайне низкой, и даже современные технологии не могли на неё повлиять. Именно поэтому вампиры так дорожили детьми.
И теперь Хиксону действительно хотелось встретиться с родителями этого маленького создания и спросить, как они вообще смотрели за ребёнком.
Как можно было допустить, чтобы малыш попал в руки торговцев детьми?!
Не умеете растить детей — так не беритесь!
Отдайте ребёнка другим! Желающих воспитывать маленького вампира найдётся сколько угодно.
— Господин Носфера!
Звонкий голос внезапно прервал размышления Хиксона.
Он поднял глаза и увидел ту самую медсестру-эльфийку, которая теперь направлялась к нему.
— Начальник участка просит вас пройти к нему.
Хиксон удивился.
Его?
Если результаты генетического анализа уже готовы, разве не ребёнка должны были позвать?
Сам-то он теперь был просто деревом для лазанья, не испытывающим никаких чувств.
Или возникло какое-то другое дело?
Такое вполне возможно. Корпорация «Сумерки» сотрудничала с полицией города Сияния. Может, начальник просто хотел с ним поздороваться.
Но Хиксону, если честно, идти не хотелось.
Перед ними раскрылась целая банда торговцев детьми. Вместо того чтобы как можно скорее расследовать дело, начальник решил поболтать с ним?
К тому же у Хиксона на руках всё ещё сидел приставучий малыш, который категорически отказывался его отпускать.
Являться к начальнику участка с ребёнком на руках было бы слишком странно.
Хиксон посмотрел на Фуфу, затем перевёл взгляд на девушку-полицейского напротив.
Малыш вроде бы хорошо с ней общался. Может, удастся хотя бы ненадолго оставить его на её попечение…
Однако ребёнок словно угадал его мысли.
Маленькие ручки тут же крепко вцепились в одежду Хиксона, личико сморщилось, и Фуфу жалобно позвал:
— Братик…
Ещё немного — и снова заплачет.
…Ладно.
Хиксон беспомощно вздохнул, поудобнее перехватил ребёнка и вместе с ним направился в кабинет.
Начальником полицейского участка города Сияния был темнокожий кентавр по имени Варрен.
Увидев, что Хиксон вошёл с малышом на руках, он удивлённо моргнул.
Хиксон извиняющимся жестом кивнул и объяснил:
— Маленький немного боится.
Услышав это, Варрен кашлянул и тоже кивнул.
— Ничего страшного. Так даже лучше. Присаживайтесь.
Даже лучше?
Что именно лучше?
У Хиксона мелькнуло недоумение.
Но он не стал об этом задумываться и сел, продолжая держать малыша на руках.
— Что случилось?
Полицейский-кентавр сложил руки на груди и улыбнулся.
— Господин Носфера, уже поздно, поэтому перейду сразу к делу.
Варрен протянул ему стопку документов.
— Это результаты поиска совпадений в нашей генетической базе данных для малыша, которого вы держите на руках.
Хиксон взял документы, быстро пробежал их глазами и нахмурился.
Варрен продолжил:
— Как видите, на генетическом уровне у этого ребёнка обнаружена очень близкая степень родства с вами.
— Точнее говоря, он, по всей видимости, ваш родной младший брат. Причём у вас общие и отец, и мать.
http://bllate.org/book/28292/3420476
