Девушка стояла у ворот промзоны, прикрывая ладонями лоб от яркого солнца. Гу Ян дважды коротко нажал на клаксон.
Она лишь смотрела на него — неподвижно, будто вкопанная в землю.
...
Наверное, стыдится и не решается подойти?
Гу Ян окинул взглядом пустынную окрестность, презрительно хмыкнул и вышел из машины.
В три шага он оказался перед ней, сверху вниз глянул на вспотевшую девушку и раздражённо бросил:
— Чего стоишь, как пень? Только что в машину не села?
Сань Юй подняла лицо к солнцу и ответила, щурясь:
— Ты же сам велел стоять здесь и не двигаться.
— ...
Гу Ян едва сдержал смех от досады, но, заметив, как она морщится от слепящего света, сделал ещё один шаг вперёд и укрыл её своей тенью.
— Голова садовая? Не могла найти хоть какое-то прохладное место? Раньше такого послушания за тобой не водилось!
Тень его высокой фигуры накрыла её с головы до плеч. Сань Юй опустила руку и кончиком пальца смахнула капельку пота с переносицы.
— Если ты видишь хоть какое-нибудь прохладное место, подскажи, пожалуйста, — сказала она, оглядываясь по сторонам с искренним недоумением.
Гу Ян последовал её взгляду.
Ровный ряд безликих, прямоугольных цехов, похожих на гробовые крышки, да вокруг — ни единого дерева, ни клочка тени. Действительно, укрыться от зноя было негде.
— Тогда почему только что делала вид, что не слышишь, и не села в машину? — начал он выяснять отношения.
— А зачем мне садиться? — спросила Сань Юй.
— Пообедать!
— ...Ты имеешь в виду, снова два часа ехать в город, чтобы поесть? — Она облизнула пересохшие губы. — Тогда уж точно получится ужин. А ты сам-то обедал?
— ...Я! — Гу Ян осёкся. И правда: по дороге сюда он не заметил ни одного заведения, которое можно было бы назвать даже забегаловкой.
— Так что теперь делать? Я ведь специально приехал, а ты ещё обещала угостить меня!
— ...«Цяньли тяо тяо», — не выдержала Сань Юй после короткой паузы.
— ...Сс—, — Гу Ян сжал губы и сердито уставился на неё.
Видимо, голод сделал его особенно раздражительным: едва она его поддразнила — и он уже смотрел на её покрасневшее от солнца личико и с трудом сдерживал желание укусить её.
Сань Юй, уловив знакомый взгляд, предвещающий бурю, благоразумно отступила на шаг и пробормотала:
— Ты ведь сам приехал...
Под его предостерегающим взглядом она спрятала искрящийся смех и, развернувшись, пошла вглубь территории:
— Ладно, иди за мной, покажу, где поесть.
Гу Ян и не надеялся найти здесь что-то приличное для еды, но когда оказался перед заведением, из которого валил густой дымок, а над входом косо болталась вывеска с размашистыми буквами «Любовная малацзянтан», нацарапанными фломастером, молодой господин впервые за день пожалел, что так настойчиво приехал за человеком.
Лучше бы вообще без обеда остаться.
Эти разнообразные доставки хоть как-то можно проглотить — всё равно не отравишься до смерти.
Но, глядя на два огромных котла с бурлящим красным бульоном, он сглотнул слюну и засомневался: это вообще место, где можно поесть?
— Ой, девочка, сегодня задержалась! Это твой парень? Ого! Да какой красавец! — воскликнула хозяйка в цветастом фартуке, увидев высокую фигуру у двери.
Именно эти слова заставили Гу Яна переступить порог.
Кажется, его задело за живое это словечко, и хмурое лицо молодого господина наконец прояснилось.
Если присмотреться, даже за ухом он слегка покраснел.
Щёки Сань Юй вспыхнули. Она инстинктивно обернулась и встретилась с его прямым, неподвижным взглядом.
От этого взгляда её будто обожгло. Она поспешно отвела глаза и, обращаясь к хозяйке, замахала руками:
— Нет-нет, это мой босс! Не... не парень...
Последние три слова едва слышно сорвались с языка. Щёки её окончательно вспыхнули.
Она опустила голову, нашла свободный столик и, вытащив салфетку, принялась вытирать масляные пятна.
На лице было написано одно: «Я очень занята, оставьте меня в покое, пожалуйста!»
Ей так и хотелось провалиться сквозь землю.
Хозяйка ещё раз перевела взгляд с одного на другого и, улыбнувшись, сказала:
— А, босс! Тоже неплохо. С таким красавцем-начальником на работе веселее, верно?
Сань Юй лишь покраснела ещё сильнее и растерянно улыбнулась в ответ.
— У вас отличный вкус, хозяйка. Неудивительно, что у вас такие дела! — Гу Ян без тени смущения расхвалил хозяйку.
Молодой господин всегда с удовольствием принимал комплименты.
И даже эта крошечная забегаловка вдруг стала ему милее.
Сань Юй тайком закатила глаза.
«Бесстыжий», — подумала она.
Только что стоял у двери, будто его силком сюда затаскивают, а теперь вон как расхваливает!
— Если хозяйка хвалит меня, почему ты краснеешь? — Гу Ян сел рядом, положил локоть на стол и, повернувшись к ней, уставился на её румяное личико.
Сердце Сань Юй ёкнуло. Она машинально приложила ладонь к щеке и, почувствовав жар, упрямо выпятила подбородок:
— Это от солнца! Ты же сам велел стоять на месте, вот щёки и покраснели.
— О—о? Правда? — протянул Гу Ян, глядя на её уклончивый взгляд.
— Конечно! А от чего ещё?
— Я просто подумал, что ты застеснялась от моей красоты... — сказал Гу Ян.
Сань Юй: ...
Жар на лице мгновенно спал под натиском его наглости.
Глубоко вдохнув, она махнула рукой и встала, чтобы выбрать еду.
Гу Ян последовал за ней:
— Это что за процедура?
Сань Юй посмотрела на него, как на идиота:
— Ты что, никогда не ел малацзянтан?
Гу Ян покачал головой, взял пинцетом целый, не нарезанный шампиньон и с отвращением цокнул языком:
— Что за хрень? Такой огромный! Неужели его сырым есть?
Сань Юй внезапно почувствовала странное облегчение и напомнила себе: не стоит осуждать человека, у которого нет жизненного опыта.
— Малацзянтан, если просто объяснить, — это одиночный мини-вариант хот-пота. Хот-пот ты хотя бы ел?
Гу Ян окинул взглядом содержимое холодильника и, наконец увидев несколько знакомых ингредиентов, кивнул:
— За границей хот-поты невкусные, там всё не то.
Сань Юй взглянула на него и положила в его корзинку несколько креветок:
— Ты ведь любишь креветки? Сегодня угощаю тебя.
Упомянув об угощении, Гу Ян вдруг вспомнил.
Он взглянул на ценники у каждого продукта и прищурился:
— Рыбка, неужели ты думала отделаться этим? Даже если я наемся до отвала, выйдет меньше пятидесяти юаней. Это всё, чем ты благодаришь старшего брата, а?
Сань Юй сжалась и высунула язык.
Ах, разоблачили.
— Ладно, ладно! Забудем про это! — Она уже не стала спорить из-за его вызывающего «старшего брата» и, чувствуя неловкость, поставила корзинку на прилавок. — Угощение отложим на потом, сегодня обед за твой счёт.
— Хм, вот это уже лучше, — Гу Ян наобум набрал еды и поставил свою корзинку рядом.
Хозяйка считала деньги и то и дело поглядывала на них, потом крикнула мужчине у котлов:
— Лао Чжан, можешь забыть про планы знакомить девочку со своим младшим братом. Теперь понятно, что это безнадёжно!
Мужчина переглянулся с хозяйкой и лишь покачал головой с улыбкой.
Двое за столиком слушали в полном недоумении.
Какое знакомство? — Гу Ян нахмурил брови и беззвучно спросил взглядом.
Откуда я знаю! — Сань Юй пожала плечами и развела руками с невинным выражением лица.
— Так вот почему ты покраснела! Не зря привела именно в это заведение. Ты уже встречалась с младшим братом хозяина? — спросил Гу Ян, когда они вернулись за стол.
— Не говори глупостей! Никто даже не упоминал, о ком речь. Не все такие... наглые, как ты! — В стремлении оправдаться Сань Юй даже забыла, что ругается при боссе.
Гу Ян лишь фыркнул:
— Здесь разве есть ещё одна девушка?
Сань Юй взглянула на него и нагло соврала:
— А вдруг речь о тебе? Ты ведь такой красивый, кто знает...
Гу Ян: ...
Сс—! Маленький перепёлок обнаглел и даже начал царапаться.
Гу Ян прищурился.
За окном сияло яркое солнце, и на её нежной шее блестели капельки пота.
Видимо, весь день она была занята: хвостик болтался небрежно. На лице ещё не сошёл лёгкий румянец, а ресницы за стёклами очков дрожали от смущения и вины.
Гу Ян вдруг заметил тонкую серую полоску у неё на щеке, у самого уха — будто что-то испачкалось.
Он машинально потянулся и провёл пальцем по щеке.
Только осознав, что сделал, он почувствовал под пальцами лишь нежную мягкость.
— ...?
Сань Юй вздрогнула и широко распахнула на него глаза.
Гу Ян отдернул руку и, спрятав её под стол, стал тереть кончики пальцев. В горле пересохло.
Он указал пальцем на её щёку и, отвернувшись, кашлянул:
— У тебя грязь на лице.
— ...
Сань Юй провела рукой по тому месту и действительно обнаружила пятно.
Но это ещё не повод трогать чужое лицо без спроса!
Видимо, сегодняшние потрясения уже притупили чувства, потому что Сань Юй удивилась, как спокойно может сидеть и ждать свой «низкобюджетный одиночный хот-пот».
Если бы её подружки узнали об этом, они бы точно включили этот случай в список самых жутких событий года.
Ведь даже за все годы дружбы Сань Юй едва ли пять раз прикасалась к ним физически.
— О, наверное, это от принтера. Утром помогала чинить, — сказала она.
Вот и отлично! Она даже умеет поддерживать разговор, чтобы разрядить обстановку.
Сань Юй, ты действительно повзрослела!
А вот обычно разговорчивый Гу Ян лишь коротко «охнул» и, словно настоящий интроверт, уставился в стол, не зная, о чём думать.
Одна рука всё ещё пряталась под столом, и даже когда подали малацзянтан, он не вытащил её.
Сань Юй взглянула на его неудобную позу, прикусила кончик палочки и хотела что-то спросить, но передумала.
Ладно, может, у него просто особые привычки за столом.
Но Гу Ян был далеко не так спокоен, как казался.
Рука, коснувшаяся её щеки, будто перестала быть его. Ощущение мягкости не исчезало.
Как же она мягкая...
Фу-фу-фу! Гу Ян, ты вообще человек?!
Осознав, о чём он вспоминает, молодой господин резко опомнился и чуть не уткнулся лицом в миску.
Рука, «совершившая преступление», так и оставалась под столом — стыдно показать.
Гу Ян поднял глаза из-за края миски. Она ела с полной сосредоточенностью.
Маленький ротик сосал фунчозу, а на очках запотели стёкла.
Похоже, она действительно проголодалась и, слегка растрёпанная, увлечённо ела.
Гу Ян облизнул уголок губ, запачканный бульоном, и вдруг спросил:
— Все отказывались этим заниматься. Почему ты так рвёшься вперёд?
— А? — Сань Юй подняла голову, держа во рту половинку фунчозы.
— Я про принтер, — уточнил Гу Ян.
— А, это... — Она втянула оставшуюся фунчозу и невнятно проговорила: — «Синьхуо» я читаю с детства. Не могу допустить, чтобы он не вышел в свет из-за меня...
— Но через три месяца он, возможно, больше никогда не выйдет, — сказал Гу Ян, глядя на неё.
Сань Юй мысленно фыркнула: «Ты ведь и сам это знаешь! Почему сам не проявляешь инициативу?»
Император не торопится, а я, что ли, слишком рвусь вперёд, как придворная служанка?
— Поэтому и надо стараться! Не хочу, чтобы он просто стал историей. И... — Сань Юй вдруг замолчала и посмотрела на него.
— И что? — Гу Ян встретился с её взглядом и почувствовал, что «и» касается именно его.
— ...Ничего.
Сань Юй потрогала нос и, казалось, пожалела о сказанном, опустив лицо почти в миску.
— Что ты хотела сказать?
Молодой господин не собирался отступать.
Сань Юй, пряча лицо в миске, глухо произнесла:
— Я просто хотела спросить: тебе не утомительно есть, пряча руку под столом?
Гу Ян: ...
Автор примечает:
Цзыцзы: Моя рука сама по себе решает, что делать...
Напечатали-таки вовремя — к самому дню выхода в продажу.
Но с печатью покончили, а вот с распространением новая проблема.
http://bllate.org/book/2792/304733
Готово:
