— Больше улыбайся, это полезно для здоровья. Ты красив, черты лица правильные, взгляд ясный, характер твёрдый, но сердце доброе, от тебя исходит истинная праведность, и у тебя облик человека, которому суждено богатство и знатность. Просто ты редко улыбаешься, да и натура у тебя холодная, поэтому в делах сердечных ты несколько слаб, — Чжан Чжэн впервые за долгое время говорил так серьёзно, внимательно разглядывая собеседника.
Чжан Чжэн: «…»
— Не переживай, эта книга тебе поможет, — Хуан Цань снова протянул книгу Чжан Чжэну, его тон звучал игриво. — В прошлый раз ты не взял, когда я предлагал, но теперь я возьму с тебя деньги.
Улыбка сошла с лица Чжан Чжэна, он застыл, словно ледяная статуя. Ну просто отлично, теперь весь клуб знает, что у него холодная натура.
— Ты…
— Можешь не благодарить, — только начал Чжан Чжэн, как Хуан Цань его перебил. — Сделаю тебе скидку, пятьдесят.
— Хуан Цань, ты угомонишься или нет? — рявкнул Ван Ху. — Ты, идиот, ты хоть знаешь, кто такой господин Чжан? — он отчаянно замигал Хуан Цаню, умоляя этого предка хотя бы помолчать.
— Да это же просто мошенник, притворяющийся богом богатства, — сказав это, Хуан Цань посмотрел на Чжан Чжэна и наставительно произнёс: — У тебя и так полно денег. Конечно, до бога богатства тебе далеко, но твоих средств хватит на три жизни вперёд, так что нет нужды притворяться. Лучше быть честным человеком.
— «…»
Чжан Чжэна снова разобрало от ярости, но в этот раз, что удивительно, у него не возникло желания поджарить Хуан Цаня. Он поднял руку, приказывая Ван Ху молчать, и, пристально глядя на Хуан Цаня, спросил:
— Как тебя зовут?
— Хуан Цань. Хуан — как жёлтый, Цань — как сияющий. Мой любимый цвет — жёлтый, любимая фамилия — Хуан, больше всего я люблю…
— Кто тебя спрашивал, что ты любишь? — недовольно перебил Чжан Чжэн.
Хуан Цань закрыл рот и захлопал своими красивыми глазами. Раз этот человек не хочет слушать, он продолжит рекламировать свою книгу:
— Так купишь книгу? Она тебе пригодится.
— Да что с этим парнем не так…
— Твоё ли это дело — лезть в разговор? — Ду Тан пнул Юй Цяня. — Вали отсюда! — Сказав это, он повернулся к Хуан Цаню и дружелюбно предупредил: — Послушай, Мастер Хуан, с Чжэн-чжэном лучше не вести себя так своевольно.
Хуан Цань ответил прямо:
— Я всегда так разговариваю. К тому же, я делаю это во благо господина Чжэн-чжэна.
— «…» — уголок рта Чжан Чжэна дёрнулся, он процедил сквозь зубы: — Не называй меня Чжэн-чжэном.
Ду Тан тут же притворился, что любуется пейзажем.
Хуан Цань кивнул:
— Хорошо, не буду звать тебя Чжэн-чжэном. — И добавил: — Эй, так как тебя зовут?
Ван Ху вытаращил глаза, предупреждая взглядом: ты хоть понимаешь, у кого спрашиваешь имя?
Чжан Чжэн решил, что сегодня он, должно быть, сошёл с ума. Всё ненормально, совершенно ненормально. Он неожиданно ответил:
— Меня зовут Чжан…
— Ой, мои вонтоны подгорели! — не дав ему договорить, снова прервал его Хуан Цань.
Сказав это, он быстро скрылся. Переводить продукты — позор!
— …Чжэн, — прошептал Чжан Чжэн, метнул ледяной взгляд в сторону Хуан Цаня, который уплетал вонтоны, а затем поманил пальцем Ван Ху.
Ван Ху сглотнул, дрожащей походкой подошёл ближе, и Чжан Чжэн без лишних слов наградил его парой ударов.
Остальные: «…»
Почувствовав лёгкость на душе и выдохнув, Чжан Чжэн поправил воротник рубашки и ушёл.
Ван Ху, полный горьких слёз, перехватил Ду Тана и взмолился:
— Господин Ду, умоляю, замолвите за меня словечко.
Ду Тан взглянул на него, ничего не сказал, лишь покачал головой, похлопал его по плечу и одарил взглядом, полным сочувствия.
Ван Ху почувствовал, что небо рухнуло:
— Господин Ду, если вы поможете, я буду вам бесконечно благодарен, готов пройти сквозь огонь и воду, господин Ду, вы мой ветер, вы мой свет, вы моё единственное спасение…
— Хватит, хватит, — Ду Тана начало мутить. Он перевёл взгляд на Хуан Цаня, который неподалёку ел вонтоны, на его лице отразилось смятение. Через мгновение он отвернулся и сказал: — Сначала пришли мне досье на Мастера Хуана.
— А как же господин Чжан… — лицо Ван Ху сморщилось.
— Я замолвлю за тебя пару слов, но остынет ли он — зависит только от твоей судьбы, — бросил Ду Тан и ушёл.
Юй Цянь, виляя хвостом, поплелся за ним, не забыв напоследок высокомерно закатить глаза на остальных.
Остальные: «?»
Это ещё кто такой? Пёс лает, а чувствует себя таким важным!
Как только главный ушёл, Ван Ху расслабился, а затем быстро зашагал к Хуан Цаню.
— Ты вообще собираешься работать? — рявкнул он. — Ты понимаешь, чем грозит оскорбление господина Чжана?
Он был готов разрыдаться! Он был готов рухнуть на месте!
Хуан Цань хоть и прожил несколько сотен лет в глубоких горах, но за последние десятилетия жизни в миру понял, что Ван Ху — человек неплохой, просто слишком вспыльчивый, особенно когда дело касалось его самого. Хуан Цань посмотрел на него и с любопытством спросил:
— Тот человек, что был здесь, занимает высокое положение и очень могущественен в мире смертных?
Ван Ху посмотрел на него как на умственно отсталого и повторил его же слова:
— Можно сказать и так. У него есть связи и статус, он словно небожитель, а мы — просто смертные без положения и покровителей!
Хуан Цань удивился:
— Он небожитель? Вряд ли, я не почувствовал от него никакой ауры бессмертия.
Ван Ху чуть было не заехал ему в лицо:
— Твою мать, говори по-человечески! Если я ещё хоть раз услышу бред про небожителей и призраков, я тебя прикончу.
Хуан Цань, не дрогнув, твёрдо ответил:
— Но я и есть небожитель. Меня сослали в мир смертных за то, что я сломал помаду, которую Ванму подарил её старый любовник. Хуху, почему ты мне не веришь? — закончив, он вздохнул.
В этом мире он не понимал смертных, а смертные не понимали его.
Ван Ху чуть не лопнул от злости, закатал рукава:
— Ты, твою мать, веришь, что я тебя сейчас прибью?
— Ладно, ладно, как небожитель, я не стану опускаться до твоего уровня, — Хуан Цань проявил великодушие. На самом деле у него остались только воспоминания небожителя, но не способности. Видя, что Ван Ху расстроен из-за случившегося, он счёл нужным проявить заботу: — Хуху, не переживай, что бы ни случилось, я, небожитель, всё возьму на себя.
Ван Ху брезгливо хмыкнул, скрипя зубами:
— Ну, тогда премного благодарен.
— Не стоит, — ответил Хуан Цань и продолжил есть вонтоны. Доев последнюю порцию, он вытер рот и откинулся на спинку стула: — Хуху, за вонтоны я заплачу сам, сегодня я как раз заработал…
http://bllate.org/book/27894/3381314
Готово:
