Белый самолёт прорезал плотные облака над Юйчэном и плавно приземлился в аэропорту.
Едва лайнер начал замедлять ход по взлётно-посадочной полосе, как пассажиры уже заторопились включать телефоны — со всех сторон зазвенели уведомления о новых сообщениях.
Чуся сидела у окна.
Мужчина средних лет, сидевший рядом, потянулся к багажной полке. У Чуси не было никаких срочных дел, и она спокойно дочитывала последние две страницы свежего номера экономического журнала.
Она читала сосредоточенно. Мужчина вернулся на своё место и бросил взгляд на девушку, которая с самого взлёта увлечённо листала англоязычный журнал. В его глазах мелькнуло пренебрежение.
«Современная молодёжь всё больше любит выставлять напоказ. Неужели английский — такая редкость? Кто его не учил?»
Жаль, конечно, такую красивую девушку. Если бы не эта показная эрудиция, он бы с удовольствием завёл с ней разговор.
Самолёт плавно остановился, и пассажиры начали выстраиваться в очередь к выходу.
Чуся дочитала последнюю страницу, аккуратно сложила журнал и убрала его в сумку. Очередь всё ещё была длинной, но она включила телефон.
Пришло приветственное SMS от туристического управления Юйчэна.
Чуся улыбнулась и отправила сообщение своему двоюродному брату из Пекина, который провожал её в аэропорту, чтобы сообщить, что благополучно прилетела.
Брат не ответил — наверное, был занят на работе.
Сегодня пятница, и Чуся специально выбрала этот день, чтобы порадовать родителей неожиданным возвращением.
Очередь медленно продвигалась. Чуся, держа сумку на левом плече и катя небольшой чемоданчик, а в правой руке — телефон, неспешно двигалась вперёд.
Юйчэн — известный туристический город, пользующийся популярностью даже за пределами страны. Чуся родилась и выросла здесь, прекрасно знала местный климат и все достопримечательности. Однако шесть лет учёбы и два года работы в Пекине отдалили её от родного города, а за это время Юйчэн стремительно развивался. Каждый раз, возвращаясь домой, Чуся замечала новые перемены.
Она неспешно шла по терминалу, с лёгким удовольствием разглядывая новое оборудование в аэропорту.
Через десять минут она наконец вышла в зал прилёта.
Автоматические стеклянные двери разъехались, и ей навстречу хлынул знакомый, душный зной.
Лето в Юйчэне, если только не идёт дождь, такое жаркое, что на улице не хочется задерживаться ни минуты.
Чуся ускорила шаг, направляясь к стоянке такси.
— Сюй Чуся?
Неожиданно услышав своё имя, она удивлённо посмотрела на противоположную сторону дороги. Там, у чёрного автомобиля, стоял мужчина в синей футболке и радостно махал ей рукой. Убедившись, что ошибки нет, он побежал к ней.
Мужчина был среднего роста, симпатичной внешности. Когда он подошёл ближе, Чуся заметила маленькое родимое пятнышко над левой бровью.
По этому пятну она его узнала и улыбнулась:
— Фан Юэ?
Фан Юэ обрадовался ещё больше, его глаза засияли:
— Да! Спасибо, что помнишь меня, бывшая красавица класса!
Они учились вместе в выпускном классе. В то время Чуся не только считалась красавицей своего девятого класса, но и вполне могла претендовать на звание школьной королевы красоты. Она была необычайно хороша собой, и множество мальчишек мечтали о ней. Но Чуся была спокойной, дисциплинированной и каждый год входила в десятку лучших учеников школы. Её репутация отличницы отпугивала большинство ухажёров, заставляя их втихомолку отступать.
Фан Юэ помнил, как один парень, чьи оценки почти не уступали Чусе, официально пригласил её на свидание… и тоже получил отказ.
После выпускных экзаменов Чуся с результатом более чем в семьсот баллов поступила в лучший языковой вуз страны.
Фан Юэ учился средне, но всё же поступил в провинциальный университет. После последней встречи выпускников они превратились из одноклассников, вместе готовившихся к экзаменам, в людей, живущих в разных городах и лишь изредка ставящих лайки под постами друг друга в соцсетях.
Чуся почти не публиковала ничего в соцсетях, но каждый её пост собирал массу лайков от бывших одноклассников. Фан Юэ подозревал, что она вряд ли заглядывала в список лайкнувших, чтобы увидеть среди них его — обычного, ничем не примечательного бывшего одноклассника.
— Ты откуда прилетела? — спросил он.
За эти годы Чуся стала ещё красивее. В школе её больше всего ценили за чистую, непорочную внешность, а теперь, с распущенными до плеч волосами, в ней чувствовалась зрелая женственность.
Как и любой мужчина, увидевший красивую девушку, Фан Юэ захотел немного пофлиртовать, хотя и понимал, что у него нет шансов.
Чуся тоже обрадовалась встрече со старым знакомым и, поставив чемодан на колёсики, начала разговор:
— Из Пекина. А ты кого встречаешь?
Фан Юэ взглянул на часы и одновременно оглянулся в сторону терминала:
— Да, друга. Ты куда в город едешь? У меня машина, подвезу? Он скоро выйдет.
Старый одноклассник был так любезен, что Чуся не могла сразу отказаться:
— Мне в Чуньцзянъюань. По пути ли это?
Чуньцзянъюань — известный элитный жилой район Юйчэна с хорошей школой. Хотя району уже много лет, вся инфраструктура вокруг отлично развита, и жильцам здесь очень комфортно.
Фан Юэ помнил: отец Чуси — главврач, а мать — топ-менеджер крупной компании. Один уважаемый, другой богатый.
— В целом да. Я высадлю тебя у здания Хубинь, а там уже поймаешь такси. Идём, садись в машину, там прохладнее, — улыбнулся Фан Юэ и взял её чемодан.
Чуся послушно пошла за ним.
Она стояла рядом с машиной, наблюдая, как Фан Юэ кладёт её багаж в багажник.
Тот захлопнул крышку и уже собирался открыть заднюю дверь, как вдруг заметил знакомую фигуру, выходящую из терминала.
Фан Юэ обрадованно помахал рукой:
— Лие-гэ, сюда!
Лие-гэ?
Имя, давно забытое, вдруг ворвалось в сознание Чуси. Она замерла.
«Не может быть, чтобы это был он…» — подумала она и обернулась.
К ним шёл мужчина в чёрной рубашке. Его лицо…
Чуся быстро опустила глаза. Сердце заколотилось — от смеси тревоги, вины и неловкости.
Хань Лие за эти годы стал ещё более внушительным. Фан Юэ подумал, что, возможно, Чуся просто испугалась такого грозного вида босса, и пояснил:
— Это наш главный, все зовут его Лие-гэ. Не бойся, он не такой уж страшный, хоть и выглядит сурово.
Затем он представил Чусю:
— Лие-гэ, это Сюй Чуся, наша школьная красавица, выпускница Пекинского иноязычного университета! Она тоже едет в город, не возражаешь, если я её подвезу?
Чуся почувствовала себя ещё неловче.
Неужели «Мерседес» принадлежит Хань Лие, и у Фан Юэ нет права решать, кого подвозить?
— Лучше не надо, я сама на такси поеду, — сказала она, стараясь сохранять спокойствие, и незаметно подмигнула Фан Юэ.
Тот ответил таким же взглядом, будто говоря: «Да ладно, наш босс не такой уж жадный».
— Как хочешь, лишь бы не сорвало моё свидание, — холодно бросил Хань Лие и обошёл машину, чтобы сесть на заднее сиденье.
Фан Юэ смотрел ему вслед и почувствовал странность.
Ведь босс только что употребил слово «свидание»!
В обед у него действительно была деловая встреча с клиентом — мужчиной. Разве такие встречи называют свиданиями?
Но это мелочь, неважно!
Фан Юэ открыл заднюю дверь и пригласил Чусю садиться.
Та мельком взглянула на мужчину с длинными ногами, удобно устроившегося внутри, и направилась к переднему пассажирскому сиденью.
— Я лучше спереди посижу, — сказала она, улыбаясь, — вдруг ты не знаешь дорогу.
Фан Юэ подумал, что сейчас все пользуются навигаторами, и даже чужак не собьётся с пути.
Чуся явно боится босса.
Ну и ладно, ведь рядом с таким типом, как Лие-гэ, и вправду можно занервничать, если его не знаешь.
Фан Юэ тактично не стал разоблачать её неуклюжий предлог и, дождавшись, пока Чуся сядет, обошёл машину и уселся за руль.
— Лие-гэ, попей воды, — сказал он, протягивая две бутылки минералки. Одну — назад.
Хань Лие взял, открутил крышку и сделал несколько глотков.
Вторую бутылку Фан Юэ передал Чусе:
— Новая, только что купил.
Чуся:
— Спасибо.
— Да не за что, — завёл двигатель Фан Юэ и спросил: — Я видел твои посты в соцсетях. Все эти годы ты в Пекине?
Чуся держала бутылку на коленях и, глядя в поток машин, тихо ответила:
— Да, сразу после выпуска устроилась на работу там.
— А теперь вернулась? — уточнил он.
Пальцы Чуси скользнули по прохладной поверхности бутылки, и она перевела взгляд за окно:
— Родители уже не молоды, а я всё время была вдали. Решила вернуться.
Фан Юэ кивнул:
— Правильно, пора заботиться о родителях. Значит, теперь будешь жить здесь постоянно?
— Да, — коротко ответила Чуся.
Фан Юэ почему-то обрадовался. Он бросил взгляд на сидящую рядом девушку и, стараясь скрыть эмоции, улыбнулся:
— С твоим дипломом здесь хоть завтра начинай работать. Уже нашла место?
Чуся посмотрела в телефон, будто проверяя сообщения, и интерес к разговору заметно угас:
— Пока нет. Буду искать не спеша.
Фан Юэ понял намёк и включил музыку, сосредоточившись на дороге.
Чуся всё это время смотрела в экран телефона.
Список её контактов в WeChat был очень длинным — одноклассники, однокурсники, коллеги, бывшие клиенты.
По алфавиту имя «Хань Фэйцзы» стояло где-то посередине.
Она добавила Хань Лие в друзья ещё в выпускном классе.
Тогда она ещё не соглашалась быть его девушкой, но уже чувствовала вину и боялась, что мать узнает. Поэтому вместо настоящего имени она написала никнейм в честь древнего философа.
С самого начала знакомства Хань Лие ухаживал за ней. До выпускных экзаменов он сдерживался, но как только они закончились, он, словно пламя, охватил её целиком.
Но их тайный роман всё же раскрыла мать.
Хань Лие бросил школу ещё до окончания старших классов и вёл жизнь «маленького хулигана».
Мама была категорически против.
Она была умной и успешной женщиной, и её логичные, холодные доводы оказались для Чуси непреодолимыми.
Чуся написала Хань Лие в WeChat, что они расстаются.
Сидя в своей комнате, одной рукой она прижимала к лицу салфетку, чтобы не дать слезам вырваться наружу, а другой отправила сообщение «Хань Фэйцзы»: «Я уезжаю в Пекин. Мне нужно сосредоточиться на учёбе. Давай больше не будем общаться. Желаю тебе найти кого-то получше».
В восемнадцать лет такие слова звучат наивно и глупо.
Телефон в беззвучном режиме слегка вибрировал. Через пять минут «Хань Фэйцзы» ответил одним словом: «Хорошо».
После расставания Чуся не удалила его из друзей.
Удалил ли он её — она не знала. Его аккаунт словно умер и больше не подавал признаков жизни.
Но у Чуси был только один роман в жизни, поэтому она всё помнила очень чётко.
Все восемь лет в Пекине она время от времени видела Хань Лие во сне.
Днём она почти не думала о нём — разве что иногда, глядя на парочек, держащихся за руки, вспоминала их короткие месяцы вместе. В университете царила атмосфера усердной учёбы, все стремились к своим целям, и Чуся была не исключением. Более того, можно сказать, что, будучи одинокой, она уделяла учёбе даже больше времени, чем большинство однокурсников.
И всё же ей снился Хань Лие.
Снились разные сны — сладкие, горькие, от которых она просыпалась с красным лицом и учащённым сердцебиением, подозревая, что, возможно, просто слишком долго живёт одна и организму не хватает… эмоциональной разрядки.
В общем, Чуся помнила Хань Лие.
Когда они встретились в аэропорту, в её голове даже мелькнула романтическая мысль: неужели это судьба? Она только вернулась — и сразу столкнулась с ним?
Но Хань Лие сказал, что у него свидание.
Реальность жестоко разрушила её мечты.
Хотя особого разочарования Чуся не почувствовала.
Ведь прошло уже восемь лет. Её сердце давно успокоилось, как гладь озера. Появление Хань Лие было лишь маленьким камешком, брошенным в воду. Пройдя через кратковременный шок от встречи с первой любовью, Чуся снова стала той самой спокойной отличницей.
http://bllate.org/book/2788/304503
Готово:
