Хотя самоед жил на улице, его шерсть оставалась безупречно чистой и белоснежной. От жары он тяжело высовывал язык и часто дышал, а потом вдруг резко свернул от Ци Яна к Пэй Сяню и, вскинув передние лапы, бросился на него.
В конце концов, это был еще не выросший щенок, и он оставил на черных брюках Пэй Сяня несколько следов от лап.
— Пришли? — Дин Гаоцзюнь вышла из комнаты и прямиком направилась к дверям.
Ци Ян поспешно отвел взгляд от собаки. Он совершенно не умел ладить со старшими, выглядел донельзя скованным и поспешно протянул приготовленные подарки:
— Здравствуйте, я не знал, что вам нравится, поэтому купил кое-что наугад, надеюсь, вы не откажетесь.
Стоило ему открыть рот, как зазвучали слова, заученные словно реплика из роли, и Пэй Сянь невольно усмехнулся.
Дин Гаоцзюнь тоже замерла на мгновение, а затем рассмеялась. Они с отцом Пэй Сяня, Пэй Сиюанем, принадлежали к интеллигенции старшего поколения и отличались весьма передовыми взглядами: в молодости они вообще не планировали заводить детей, но ближе к тридцати годам неожиданно забеременели Пэй Сянем. Сейчас ей уже было под шестьдесят, а слегка поседевшие волосы были безупречно уложены в пучок.
Она не скрывала признаков старости, словно спокойно принимая все, что даровала ей жизнь. Ци Ян невольно вспомнил собственную мать, и его взгляд задержался на ее волосах на пару секунд дольше, чем следовало.
Дин Гаоцзюнь приняла из его рук подарочную коробку и тут же сунула ее в руки Пэй Сяню, переводя взгляд на Ци Яна и не уделяя сыну ни малейшего внимания:
— Не откажусь, пойдемте. Пройдем в дом, посидим немного, помощница на кухне готовит продукты, а я потом сама все приготовлю.
Ци Ян и правда совершенно не умел общаться со старшими, даже несмотря на то, что на лице Дин Гаоцзюня было буквально написано: со мной легко найти общий язык. К счастье, Пэй Сянь это заметил и, не поддержав разговор и пары минут, под предлогом осмотра огорода увел Ци Яна на улицу.
Ци Ян не знал ни единого цветка или овоща, посаженных во дворе, и хотя Пэй Сянь битый час ему все объяснял, он все равно понимал происходящее лишь наполовину.
Веселее всего ему было, когда он возился с собакой, и Пэй Сянь больше не вмешивался, позволив ему присесть на корточки рядом и разговаривать со щенком.
— Прямо как в детстве, — неожиданно произнес Ци Ян, присев на корточки и пытаясь пожать лапу щенку.
Пэй Сянь стоял и смотрел на грядки:
— Что как в детстве?
— Да вот как сейчас. Когда не можешь усидеть со взрослыми и уводишь друга во двор поиграть. Тебе не кажется, что фразу вроде пойдем со мной во дворе погуляем говорят только дети? — Ци Ян похлопал собаку по голове, и щенок тут же задрал мордочку, глядя на его руку.
Услышав это, Пэй Сянь боковым зрением задержался на нем на пару секунд, а затем присел на корточки и помог придержать щенка:
— Его зовут Янъян.
Ци Ян замер, и рука, гладившая собаку, на мгновение остановилась.
Пэй Сянь тут же рассмеялся и пояснил:
— Солнечный — от слова солнце, только не пойми меня неправильно.
Его слова еще не стихли, как Янъян вырвался из его рук и лизнул Ци Яна в ладонь.
— Ты ему нравишься, — сказал Пэй Сянь.
Ци Ян улыбнулся и протянул руку, чтобы погладить собаку по голове — шерстка у щенка была пушистой и очень приятной на ощупь:
— Значит, мы судьбой связаны. Можешь побольше его фотографировать, щенки растут очень быстро, и когда он вырастет, возможно, уже не будет таким милым.
— Я не люблю фотографировать, — ответил Пэй Сянь.
— Мало ты меня фоткал? — Ци Ян приподнял бровь.— Ты ведь всё видел? — Пэй Сянь рассмеялся. Наверное, он был первым человеком в мире, который так радовался тому, что его секрет раскрыли. Впрочем, это вряд ли можно было назвать секретом — он только и ждал, чтобы Ци Ян всё увидел.
Он никогда не хотел прятать свою любовь, не одобрял и тихую, незаметную жертвенность. Пэй Сянь страстно желал, чтобы Ци Ян знал, как сильно он его любит, знал, насколько он надежен, и тогда бы скорее перешагнул через преграды в собственном сердце, чтобы они могли быть вместе по-настоящему.
— Не будь предвзятым, до этого ты всё снимал для этого Янъяна, а теперь поснимай-ка эту Янъян, — произнес Ци Ян.
У Пэй Сяня не было каких-то особенно глубоких чувств к собакам. В детстве воспитание в семье было строгим, и кошек с собаками в доме держать категорически запрещалось.
Дети из таких семей обычно либо испытывают непреодолимую страсть к заведению питомцев, либо привыкают обходиться без них и относятся к этому совершенно равнодушно.
Пэй Сянь относился ко второму типу.
Если бы не любовь Ци Яна, он бы никогда не привел Янъян домой.
При этих мыслях он бросил взгляд сквозь полуоткрытую створку окна на мелькавшую на кухне фигуру Дин Гаоцзюнь. В молодости она была невероятно чистоплотной и всегда брезгливо относилась к кошкам и собакам, но на этот раз, когда он предложил оставить Янъян здесь, она, вопреки своему обыкновению, согласилась безо всяких колебаний.
Маленькая собака обладала немалой силой: вырвавшись из рук Ци Яна, она принялась отчаянно скрести лапами по штанине Пэй Сяня. Пэй Сяню пришлось отогнать мысли, опустить голову, глядя на щенка, а затем перевести взгляд на макушку Ци Яна — на солнце его волосы отливали коричневым и слегка вились, будто сами по себе.
— Разве тебе трудно снять самому? — Пэй Сянь притворился, будто не уловил скрытого подтекка в его словах, и дурашливо перевел стрелки.
Не успел Ци Ян ответить, как женщина, готовившая обед, крикнула им от дверей:
— Пэй Сянь, веди друга в дом, будем обедать!Ци Ян услышал звук шагов, поднялся на ноги и отряхнул с брюк пыль, оставшуюся от собачьих лап Янъян:
— Тетя так прямо и зовет тебя Пэй Сянь? Я-то думал, у тебя есть какое-нибудь домашнее прозвище.
Пэй Сянь отогнал Янъян, мысленно решив, что эти брюки уже не спасти, усмехнулся и небрежно бросил:
— Какое еще прозвище? Разве из моего имени слепишь какое-то уменьшительно-ласкательное.
— Прозвище необязательно должно происходить от самого имени, — заметил Ци Ян.
Пэй Сянь последовал за ним в дом:
— М-м, например, как твое? Твое детское имя ведь Звездочка?
Это было из тех времен, когда Ци Ян еще жил в Юйчэне. Однажды он выпивал с друзьями по бутылочке, и оба они нажлись до одинаково смутного состояния. Тот приятель ухватил Пэй Сяня за рукав и принялся выговаривать:
— Ты что, пара Ци Яна? ...С каких это пор Ци Ян вообще согласен заводить отношения? Ну-ка, дай взглянуть на тебя...
Он отчаянно вглядывался в лицо Пэй Сяня, хотя зрачки совершенно не фокусировались, но тем не менее с видом знатока кивнул:
— Красавчик! Годится! Неплохо!
Затем он вцепился в Пэй Сяня мертвой хваткой и зашептал:
— Ты... самый первый партнер Ци Яна после его совершеннолетия. Честно. Хочешь, я открою тебе один секрет?
Вообще-то, в тот момент Пэй Сянь зацепился за фразу самый первый партнер после совершеннолетия, но, как бы сильно его ни тронуло это признание, он все же отчетливо запомнил секрет: детское имя Ци Яна — Звездочка, но никто, кроме его мамы, не смеет так его называть.
Ци Ян тогда, хоть и напился до чертиков, не забыл навострить уши, подслушивая чужой разговор. Едва услышав это, он с раскрасневшимся от алкоголя — или от чего-то еще — лицом подскочил к ним и выплеснул другу в физиономию стакан лимонада.
http://bllate.org/book/27718/3364871
Готово:
