Вечер, десять часов. Уголок в отдаленной части северного района Хуайаня, бар Чанба.
Это место нельзя назвать элитным: здесь смешались все слои общества, стоит шум, а тусклое освещение создает атмосферу зыбкости и дурмана. Бар довольно известен в северном районе, но больше, чем выпивка, местных гуляк привлекает подпольное казино в подвале. Кто-то приходит сюда утопить горе в вине, кто-то спускает целое состояние за ночь, а кто-то надеется в одночасье разбогатеть.
Там, где собираются люди, особенно в таких шумных и нервных местах, легко вспыхивают ссоры. Стоит чуть зазеваться — и дело доходит до драк или погромов, а то и до визита в полицию.
Именно сейчас в одном из углов бара разгорался конфликт. Посетители, попивая спиртное, посвистывали, наблюдая за центром событий — им только в радость было поглазеть на чужие неприятности.
В центре внимания оказался парень в рабочей униформе. Примечательно, что даже обычная роба сидела на нем безупречно, подчеркивая подтянутую фигуру. Высокий, с холодным выражением лица, он обладал той редкой, притягательной красотой, что заставляет людей невольно засматриваться, пытаясь разгадать, что скрывается за этой ледяной маской. В обычное время люди лишь восхищенно перешептывались бы, удивляясь, как такой красавец оказался в подобном месте, но сегодня парень явно попал в беду.
Глядя на разбитую бутылку вина, мужчина средних лет напротив выпятил свой огромный пивной живот. В его мутных глазах, устремленных на юношу, сквозили зависть и злоба. Чжан Дэцзай с юных лет ненавидел смазливых парней — слишком часто ему приходилось слышать, как окружающие обсуждают чужую внешность на фоне его собственной.
— Хе-хе, смазливый ты мой, ты… ты хоть знаешь, сколько… сколько стоит вино, которое ты разбил? Тебе и зарплаты за месяц… за месяц не хватит, чтобы расплатиться! — Чжан икнул и продолжил: — Но сегодня у меня, босса Чжана, настроение… настроение хорошее! Если прямо сейчас встанешь на колени и попросишь прощения, я тебя прощу!
Очевидно, мужчина был уже изрядно пьян, раз с трудом выговаривал слова. Его хамство и откровенное домогательство к персоналу лишь подогревали интерес толпы. Все в баре прекрасно знали этого пузатого господина: его звали Чжан Дэцзай, и, несмотря на наличие в имени иероглифа «добродетель», он славился своими гнусными поступками. В молодости он пропивал и проигрывал всё, довел жену до смерти, но в зрелые годы ему улыбнулась удача — он открыл небольшую строительную фирму и зажил на широкую ногу.
— Похоже, пареньку не выбраться, нарвался на такого похотливого негодяя, — шептались в толпе.
— Не повезло ему! Толстяк Чжан — известный мерзавец. Даже если сегодня чудом пронесет, тот еще припомнит!
— Да уж, если Толстяк Чжан устроит скандал, ему самому не поздоровится, когда придет хозяин бара!
Несмотря на домогательства Чжана и перешептывания зевак, в глазах парня не мелькнуло ни капли страха. Лишь когда речь зашла о компенсации, его взгляд стал тяжелее. Голос юноши прозвучал низко и твердо, прорезая шум бара:
— Я не разбивал вино. Это вы врезались в меня с бутылкой в руках, вот она и разбилась.
— Похоже, это сам босс Чжан перебрал, впилился в парня, а теперь пытается его на деньги развести, ха-ха!
— Ха-ха-ха, выходит, Толстяк Чжан решил на халяву погулять!
Услышав насмешки, Чжан Дэцзай немного протрезвел. Он понимал, что устраивать сцену при всех не стоит — хозяин бара был человеком серьезным, а правила заведения строго запрещали драки. Но отступать, когда на него смотрят столько людей, означало признать поражение.
— Кхе-кхе! С чего бы это не твоя вина? Если бы ты не возник у меня на пути, я бы в тебя не врезался! Ладно, проявлю милосердие, остальное можешь не возмещать, просто оплати стоимость этой бутылки! — Чжан демонстративно отряхнул пиджак, на который попали капли вина, и потребовал компенсацию, сохраняя при этом вид великодушного человека.
Парень взглянул на осколки стекла и лужу вина. Он знал, что эта бутылка стоит около двадцати тысяч, и, как ни крути, это действительно была сумма, превышающая его месячный заработок.
— Извините, но я этого не делал и платить не буду. Я могу позвать менеджера, чтобы он во всем разобрался.
Голос парня звучал спокойно и уверенно. Чжан Дэцзай почувствовал, что его игнорируют и оскорбляют. Ярость, подогретая алкоголем, ударила в голову.
— Щенок, не хочешь по-хорошему — будет по-плохому!
Чжан больше всего на свете дорожил своей репутацией. То, что какой-то официант посмел поставить его в неловкое положение на глазах у всех, переполнило чашу терпения. Он замахнулся, чтобы ударить парня по лицу, но рука на полпути была перехвачена.
Парень перехватил запястье Чжана крепкой хваткой. Его пальцы сжались, на коже проступили вены. Чжан почувствовал, как запястье вот-вот хрустнет, а лицо его налилось багровым цветом.
В этот момент к месту событий пробился менеджер бара — пухлый, добродушный на вид мужчина, которого все звали управляющим Ваном.
— Ай-яй-яй! Что тут происходит? Сяо Сюэ, быстро отпусти! — Управляющий Ван улыбнулся Чжану: — Босс Чжан, прошу прощения за этот инцидент! Сяо Сюэ у нас новичок, не судите строго.
Ван извинился, но в его тоне не было подобострастия. Он перевел строгий взгляд на парня:
— Сяо Сюэ, извинись перед боссом Чжаном.
Чжан Дэцзай, довольный тем, что ситуация поворачивается в его пользу, прервал юношу, который уже собирался заговорить:
— Хе! Извиниться можно, но я хочу, чтобы он сделал это на коленях!
Атмосфера, которая было разрядилась, снова накалилась. Все ожидали, что красавчик сейчас встанет на колени — в конце концов, это был самый простой способ уладить конфликт. Но тон управляющего Вана внезапно стал холодным и официальным:
— Босс Чжан, давайте так: я сам принесу вам извинения за Сяо Сюэ. Сегодняшний счет за ваш стол — за мой счет. Давайте разойдемся миром, что скажете?
Хотя это прозвучало как вопрос, было ясно, что Ван встал на сторону Сюэ Юаня. Сюэ Юань, стоявший рядом, едва заметно напрягся, его руки, опущенные вдоль тела, сжались в кулаки.
— Ну и ну, Толстяк Чжан, не наглей! — послышались голоса из толпы.
— Управляющий Ван уже пошел на уступки, к чему придираться к официанту?
— И то верно, а он, похоже, хочет идти до конца…
Чжан Дэцзай не хотел соглашаться. У него был ужасный день: утром сорвалась сделка, днем он узнал, что любовница сбежала к другому, напоследок обозвав его уродом и скрягой. Он пришел в бар утопить горе, а тут еще этот официант. Чжан хотел выместить всю свою злость на парне, но сегодня судьба была не на его стороне.
Подавив гнев, он неохотно принял предложение Вана и, бросив на Сюэ Юаня полный ненависти взгляд, вышел из бара.
Увидев, что главный зачинщик ушел, управляющий Ван снова заулыбался:
— Продолжаем отдыхать, господа! Мир да любовь, мир да любовь!
Толпа рассеялась, и бар снова наполнился шумом и звоном бокалов.
В подсобке управляющий Ван закурил. Дым медленно окутывал пространство. Он наставительно сказал парню:
— В ближайшие дни возвращайся домой осторожнее. Этот жирный ублюдок любит нападать на тех, кто слабее. Тьфу! — Ван нахмурился и с силой затянулся.
— Дядя Ван, спасибо вам большое. Я буду осторожен, — в глазах Сюэ Юаня читалась искренняя благодарность. — А деньги за вино… я отдам, как только заработаю.
Ван увидел, как тяжело Сюэ Юаню, и похлопал его по плечу:
— Для меня это пустяки, не бери в голову. Знаю, тебе сейчас деньги нужны, лучше позаботься о себе и своей семье. Как твоя мать?
Ван знал о ситуации Сюэ Юаня. Мальчику не повезло: отец — безответственный гуляка, мать годами прикована к постели. В его возрасте другие дети не знают, что такое бороться за выживание. Сюэ Юань вообще не подходил по возрасту для этой работы, но Ван, тронутый его мольбами, согласился взять его. Три дня в неделю, с пятницы по воскресенье, по восемь часов — работа тяжелая, хоть и оплачивалась чуть лучше обычного.
— Спасибо, дядя Ван, ей немного лучше, — при упоминании матери на всегда холодном лице Сюэ Юаня наконец появилась слабая улыбка.
— Ну и хорошо, иди сегодня домой пораньше, — ответил Ван.
***
Прошла ночь, забрезжил рассвет. Се Шивэй проснулся, озаренный утренним светом. Он надел вчерашнюю одежду — к счастью, была ранняя весна, и вещи не успели пропитаться запахами, иначе пришлось бы совсем туго. Он тихо вздохнул: в прошлой жизни ему и в голову не приходило беспокоиться о таких мелочах. Позавтракав, он неспешно вышел из дома.
— Хозяин, куда мы направляемся в такую рань? — зевнул 001.
— Нужно придумать, как заработать на карманные расходы, иначе с тем, что осталось в карманах, мы скоро окажемся на улице.
Се Шивэй шел по улице, осматриваясь. Юноша был статен, весенний ветерок отбрасывал пряди волос со лба, открывая выразительные персиковые глаза. 001 с удивлением наблюдал, как его хозяин свернул в парикмахерскую.
После стрижки и оплаты услуг Се Шивэй оценил результат: темные, как черный нефрит, пряди мягко обрамляли лицо, открывая чистый, почти стеклянный блеск глаз. С новой прической юноша выглядел свежо и по-детски мило.
— Вау, хозяин, эта прическа тебе очень идет!
Се Шивэй проигнорировал просьбу парикмахера обменяться контактами и, не оглядываясь, вышел на улицу. Город просыпался, торговцы раскладывали товары. Воздух наполнился ароматом жареных лепешек с луком, дразня прохожих, которые не успели позавтракать.
— Парень, твои лепешки готовы, — окликнул его продавец.
— Спасибо, — ответил юноша в черном, расплатился и пошел дальше.
— Мы идем зарабатывать деньги? — спросил 001.
Се Шивэй не ответил. Через некоторое время 001 увидел, что хозяин зашел в интернет-кафе.
— Ну ладно… — 001, поняв, что ответа не дождаться, вернулся в свое пространство смотреть сериалы.
Несколько дней назад, собирая информацию об этом мире, система обнаружила сериалы, которые здесь считались «пищей для ума», особенно многосерийные драмы о дворцовых интригах. Посмотрев одну серию, ИИ осознал, что его интеллект меркнет перед хитросплетениями сюжета, и, не желая сдаваться, начал смотреть серию за серией.
Настоящая система-геймер…
http://bllate.org/book/27552/3349448
Готово:
