Вань Шаньлан обратным хватом одернул собственную одежду и задрал подбородок на помощника режиссера:
— Все равно на поиски нового человека уйдет время, а здесь столько сцен с трюками и драками, чуть что — и подмена станет заметна. Лучше я сам. Мм… Послезавтра, давайте послезавтра снова придем сюда на съемки, идет?
— Учитель Вань, мы знаем, что вы очень профессиональны и хотите снять идеальную работу, но все же нужно беречь здоровье.
— Ладно, пусть будет так, — Вань Шаньлан махнул рукой. — На сегодня сворачиваемся. Я тут сейчас зажарюсь насмерть.
Раз уж он был не против, у остальных и подавно не могло быть никаких возражений. Заметив это, помощник режиссера тут же бросился к продюсеру и режиссеру.
Чжао Сяосяо посмотрел на расходящуюся толпу и тихо пробормотал:
— Послезавтра? Брат Лан, мог бы хоть на пару дней попозже назвать.
— Чем быстрее я отснимусь, тем быстрее вернусь в Юйян к маме с папой. — Вань Шаньлан встряхнул солнцезащитные очки и надел их, а заметив, как Ли Сы держит маленький вентилятор для Пей Синчуаня, с опозданием понял, что его лучезарная улыбка застыла на лице. — Эй, а где мой веер… то есть, где мой сценарий?
— Ты сложил его в веер, самолетики и бумажные кораблики! — Связаться с таким несерьезным типом было для Чжао Сяосяо настоящим испытанием, и он в отчаянии поспешил обратно на поиски.
— Ладно, вы отлично потрудились! — Впервые с момента перемещения почувствовав себя уверенно перед лицом Пей Синчуаня, Вань Шаньлан пребывал в самом превосходном расположении духа. Стоило ему сделать шаг, собираясь уйти, как его окликнули:
— Брат Лан, подержи, пожалуйста, у Пей-гэ, а я схожу к врачу за лекарством.
— Мм? — Не успел он опомниться, как девушка уже убежала далеко. Вань Шаньлан с натянутой улыбкой посмотрел на свалившийся на него из ниоткуда вентилятор, а спустя две секунды его лицо помрачнело:
— Эй, да я еще не видел, чтобы людей так нагло использовали в качестве прислуги!
Неужели все вокруг Пей Синчуаня считают его за собачку?
Окружающие уже разошлись, и Вань Шаньлан, снедаемый раздражением, бросил сердитый взгляд на всё еще сидевшего на земле Пей Синчуаня.
Его взгляд упал на грязные щеки собеседника, и только что скривившееся лицо внезапно тронула усмешка:
— Ой, да это же Пей Синчуань.
— …Псих. — Пей Синчуань закатил глаза, глядя в ту сторону, куда ушел Ли Сы, чувствуя легкое беспокойство. В этот момент нагловатое лицо заслонило ему обзор: — Ты же говорил, что у тебя отличная выносливость, и как тебе такое — один против троих?
— И всё из-за тебя, такого глупого: упал и потерял память, да так, что пришлось звать дублера. — Сообразив, что брошенные тогда вскользь насмешки вернулись к нему бумерангом, Пей Синчуань слегка смутился и разозлился, съязвив: — Не лучше ли тебе пойти поучить сценарий, а то опозоришься послезавтра перед доброй сотней людей?
Вань Шаньлан направил веер прямо себе в лицо, изображая абсолютно безразличный вид:
— Как-нибудь сойдет. Я тут от Чжао Сяосяо слышал, что создатели сериала платят мне куда меньше, чем тебе. Мы оба главные герои, с какой стати? Я им покажу, что дешево — значит хорошо не бывает.
— … — Пей Синчуань потерял дар речи и лишь спустя какое-то время выдавил: — Я просто в шоке.
Казалось, за всё это время они еще ни разу не разговаривали так спокойно… хотя спокойным это назвать было трудно. Пей Синчуань прислонился к дереву, отвернулся в сторону и молча отказался продолжать разговор с идиотом.
Храня молчание, Вань Шаньлан с раздражением подпер щеку рукой, блуждая взглядом по сторонам в надежде, что кто-нибудь из ассистентов наконец придет спасти положение.
Случайно скользнув взглядом по сидевшему перед ним человеку, он внезапно замер.
Одежду, которую тот намеренно расстегнул, чтобы соответствовать образу развязного молодого господина, после череды недавних бурных сцен потрепало еще сильнее — теперь она распахнулась почти до самого пояса.
Но даже при этом Пей Синчуань, похоже, всё еще страдал от жары: он был сплошь покрыт потом, а на его белой шее висели крупные капли. Он сидел лицом к Вань Шаньлану, поэтому, когда отвернулся, линии его шеи и ключицы полностью открылись чужим взорам, выглядя совершенно беззащитно.
— …Цц. — Хотя они оба были мужчинами, Вань Шаньлан почему-то почувствовал себя неловко. Он смущенно отвлекся, да и воздух из вентилятора стал казаться всё более горячим, поэтому он просто сунул его в руки Пей Синчуаня: — Достало! От этого веера дует только горячим воздухом. Когда они уже вернутся, я хочу в комнату под кондиционер!
Пей Синчуань холодно произнес:
— Можешь идти.
— Говоришь так, будто я по собственной воле тут торчу. — Вань Шаньлан недовольно поморщился и резко поднялся. — Раз ухожу, так ухожу…
— Старший брат!
Пей Синчуань обернулся на голос и увидел возвращающегося Кэ Си. Казалось, тот бежал издалека: его лицо раскраснелось от палящего солнца. Подойдя ближе и заметив стоявшего рядом Вань Шаньлана, он вежливо поприветствовал его:
— Здравствуйте, учитель Вань!
— Угу. — Вань Шаньлан окинул его взглядом с ног до головы и, сам не зная почему, остановился, уже было занеся ногу для шага.
— Старший брат, на улице слишком жаро, а вода, которую приготовила съемочная группа, успела нагреться на солнце. Выпейте бутылочку холодной, утолите жажду. — Кэ Си протянул Пей Синчуаню ледяную колу.
Пей Синчуань действительно ужасно изнывал от жары, поэтому отказываться не стал. В этой глухой провинции цивилизация развивалась намного медленнее, чем в больших городах. Время здесь будто застыло прямо на бутылке с колой, и, глядя на это стеклянное горлышко, он на мгновение даже почувствовал нечто новенькое:
— Спасибо.
Кэ Си перевел взгляд на стоявшего рядом Вань Шаньлана и с энтузиазмом протянул ему оставшуюся бутылку:
— Учитель Вань, если вы не брезгуете, выпейте тоже!
— Брезгую. — Вань Шаньлан не проявил ни капли вежливости, бросил взгляд на бутылку в его руках и скрестил руки на груди: — Я не пью газировку.
Кэ Си растерялся:
— Ах… Простите.
— Не обращай на него внимания. Хочет — пьет, хочет — нет. — Пей Синчуань бросил сердитый взгляд на этого невоспитанного типа.
Вань Шаньлан захлопал в ладоши:
— Потрясающе, современный мастер лицедейства из сычуаньской оперы. Без тебя я в этом году новогодний огонек смотреть не буду.
Ему не казалось — их диалог действительно сочился взаимной язвительностью. Подойдя ближе, Кэ Си смутно расслышал, что они ссорятся.
Переведя взгляд с Пей Синчуаня на Вань Шаньлана и вспомнив, что сегодня на площадке они вообще никак не общались друг с другом — так даже простые знакомые себя не ведут, не говоря уже о ходивших по индустрии слухах, будто они настоящая пара…
Он отвел взгляд и, глядя на Пей Синчуаня, всё же не смог подавить угрызения совести:
— Старший брат, я хочу еще раз извиниться за сегодняшние неприятности.
— …
Услышав, что тот снова собирается извиняться, Вань Шаньлан закатил глаза едва ли не под самые брови. Пей Синчуань тоже не знал, что сказать.
Бездарно потраченный день, да еще и порезы с ушибами — сказать, что он совсем не сердится, было бы враньем. Просто Пей Синчуань ленился выяснять отношения по пустякам.
Он посмотрел на младшего на несколько лет коллегу:
— Забудь. Спасибо за напиток.
Это означало: я принял твою колу, и мы квиты.
Уловив скрытый смысл, Кэ Си замахал руками:
— Нет, я должен. Мои родные сказали мне взглянуть правде в глаза. Я бросил старую работу по сиюминутному капризу, думал, что чего-то стою, а реальность меня так быстро опустила с небес на землю…
— Каждый шаг в жизни имеет значение. Хочешь что-то сделать — дерись за это. Не стоит опускать руки из-за малейшей неудачи.
Пей Синчуань вовсе не стремился взваливать на себя столь тяжкий груз, как роль поворотного пункта в чужой судьбе. Поразмыслив секунду, он поправил себя:
— Впрочем, если ты так легко сдаешься, значит, на самом деле это не было твоей заветной мечтой. Тогда можно и сменить путь.
Сам того не зная почему, услышав эти слова, Вань Шаньлан почувствовал легкий укол в сердце. Выражение брезгливости на его лице мгновенно застыло.
Острая кислая боль тончайшими иглами пронзила сердце, проникая в каждый нерв и в одно мгновение заполняя всю грудную клетку. Словно под воздействием телесной памяти, эта бессмысленная реакция заставила его остолбенеть, и он озадаченно приложил руку к груди:
— …Что за чертовщина?
Глава 7
— Я понял, спасибо, старший брат! — Кэ Си поднялся на ноги и глубоко поклонился. — Я буду стараться изо всех сил! Надеюсь, мы еще встретимся на съемочной площадке!
— Хорошо. — Пей Синчуань сощурил глаза в улыбке. — Я тоже с нетерпением жду возможности увидеть твою лучшую версию.
Только что пришедший в себя от странного чувства Вань Шаньлан, наблюдая эту трогательную сцену проявления товарищества, нахмурился. Он хотел было что-то сказать, но подумал, что говорить с ними не о чем. Заметив периферийным зрением возвращающегося ассистента Пей Синчуаня, он решил, что его миссия выполнена, и молча зашагал прочь, не оглядываясь.
Почти половину той толстой стопки сценариев, что лежала у него утром, он к текущему моменту уже разорвал. Чжао Сяосяо подобрал пару унесенных ветром листочков и теперь уныло смотрел на целый стол из бумажных корабликов и самолетиков, собираясь засунуть их в сумку, чтобы потихоньку разобрать дома. В этот момент изящная длинная рука подхватила один из самолетиков и запустила его в воздух.
Бумажный самолетик рассек небо, подхваченный теплым ветром, и взлетел еще выше, перелетел через пол-озера и неторопливо опустился на водную гладь.
— Как далеко улетел. — Чжао Сяосяо приложил ладонь ко лбу, вглядываясь в рябь на воде, где всё еще виднелся силуэт самолетика. — Но это же твой сценарий.
— Эта страница уже отснята, — Вань Шаньлан лениво взмахнул веером. — А вот это — то, что еще предстоит снять.
— На чем мы остановились?
— О чем ты?
Вань Шаньлан небрежно собрал все бумажные поделки обратно в сумку:
— Из-за чего он в прошлом году устроил скандал на съемочной площадке?
— А~ ты об этом. — Чжао Сяосяо пренебрежительно хмыкнул. — У съемочной группы в том году был один молодой актер-красавчик с богатым спонсором за спиной. Играть не умеет, характер скверный, а сейчас еще модно заигрывать с фандомом ради фансервиса, вот его команда и пыталась пропиариться за чужой счет, цепляясь к чужой популярности.
Этот ответ оказался несколько неожиданным, и Вань Шаньлан приподнял бровь:
— Пей Синчуань отказался подыгрывать?
— С характером Пей-лаоши, неужели ты думаешь, что он станет участвовать в подобном пиаре?
Чжао Сяосяо горько усмехнулся:
— Пей-лаоши почти всегда со всеми держится холодно и вообще не обращал на него внимания. Тот пытался навязаться в друзья, но получал лишь ледяное пренебрежение. Папарацци и фанатки слили это в сеть, заявив, будто Пей-лаоши издевается над новичком. Позже Пей-лаоши просто не выдержал бездарной игры этого придурка, а режиссер, на беду, оказался человеком принципиальным — каждую сцену снимали раз по десять, заставляя всех работать сверхурочно. В итоге они сошлись в споре. Для тех полоумных фанатиков этого оказалось более чем достаточно.
Хотя Чжао Сяосяо говорил об этом легко, Вань Шаньлан заметил, что тот всё это время украдкой следил за его лицом, словно боясь рассердить.
Пей Синчуань сел в лужу, с какой стати ему злиться? По правде говоря, в такие моменты каждый боится быть втянутым, и самосохранение — единственно верный путь.
Но тот он тогда всё же встал на защиту.
Вань Шаньлан с напускным равнодушием усмехнулся:
— Ну ругали и ругали, закрыл телефон и не смотри. Хорошо еще, меня не задело…
— Еще как задело. Да эти психопаты-фанатки ведут себя как социопаты: они не только слили в сеть адрес Пей-лаоши, его номер телефона и все аккаунты в соцсетях, но даже караулили у его отеля и на дороге, по которой он ездит на работу.
http://bllate.org/book/27536/3347881
Готово:
