Шэнь И распахнула дверцу шкафа, оттуда повеяло прохладой, и она протянула руку за цветами в ведре. Когда пальцы коснулись ледяных лепестков, в голове без всякого предупреждения всплыла совсем другая картина.
Горячий лоб. Влажные от пота пряди, прилипшие к коже. Рассеянный и полный зависимости взгляд, брошенный на нее.
Рука Шэнь И на мгновение замерла в воздухе.
— Хозяйка? — раздался голос Чжао Синьи из-за спины. — Нужна помощь?
Шэнь И отдернула руку и подхватила целое ведро с цветами:
— Не нужно. Иди проверь оборудование для трансляции.
Она направилась к рабочему столу, шагая уверенно и твердо. Вот только костяшки пальцев рук, обнимавших цветочное ведро, слегка побелели.
——
Сун Чэнъюэ сидела перед экраном компьютера, прижавшись лбом к прохладному краю стола.
В полумраке комнаты свет монитора казался ослепительным. На интерфейсе программы для аранжировки густой сеткой расходились звуковые дорожки. Самая верхняя из них — записанное ею вчера вечером вокальное мычание — крутилась сейчас по бесконечному циклу.
Экран ее телефона светился, лежа горизонтально рядом с клавиатурой.
На экране блокировки висело непрочитанное сообщение от продюсера Ghost.
【Продюсер Линь】: Предварительный отзыв на демо отправлен на почту, пожалуйста, проверьте. Есть несколько направлений для обсуждения, с нетерпением ждем вашу обновленную версию.
Сообщение было получено в два часа ночи. А она, проснувшись на диване в квартире Шэнь И и шатаясь добравшись до собственной квартиры, уселась здесь и просидела ровно пять часов.
В месте, где лоб соприкасался с краем стола, отдавалась тупая боль. Она знала, что у нее жар, и температура, возможно, была немалой. В стоявшем рядом стакане оставалось полстакана холодной воды; она потянулась взять его, но пальцы сильно дрожали, часть воды расплескалась и промочила лежавший на столе листок для заметок.
Это была та самая записка, что она принесла из дома Шэнь И. На ней красовался изящный почерк Шэнь И:
Образ: глубоководная база, золотые артерии, свет рассвета.
Ощущение: тихие воды текут глубоко, ядро полно жизни. Концовка выглядит немного поспешной?
Капли воды размыли чернила на записке, и Сун Чэнъюэ в панике попыталась вытереть их рукавом, но движение вышло слишком резким — рукав смахнул стакан.
Дзынь!
Полстакана воды целиком вылилось на клавиатуру.
Сун Чэнъюэ замерла. Она смотрела, как капли просачиваются сквозь щели клавиатуры, как интерфейс программы для аранжировки внезапно начинает мигать, как тот самый файл, который она переделывала уже раз десять, с рывками дергается на экране.
А затем экран погас.
…
Спустя несколько секунд ноутбук издал тихий гул и пошел на принудительную перезагрузку. Засветилась синяя заставка, полоса загрузки поползла с черепашьей скоростью.
Сун Чэнъюэ сидела в кресле неподвижно. Из-за жара мысли в голове стали вязкими, и ей потребовалось немало времени, чтобы осознать происходящее. Файл… возможно, не сохранился. Нет, когда была последняя сохраненная версия? Ей казалось, будто она нажимала на сохранение, но в то же время — будто бы и нет.
В горле подступила кислая горечь. Она закусила губу, прогоняя это ощущение.
Нельзя плакать. От слез станет еще тошнотворнее.
Загрузка завершилась. Джажащими пальцами она открыла программу для аранжировки и заглянула в список недавних проектов. Самый верхний файл сохранял время изменения на одиннадцати часах семи минутах прошлой ночи.
Она кликнула по нему.
Загрузились дорожки. Остался лишь самый базовый аккордовый каркас — все те утонченные переплетения, те внезапные озарения и переходы, над которыми она корпела всю ночь… все они исчезли.
Будто их никогда и не существовало.
Сун Чэнъюэ уставилась в монитор широко раскрытыми глазами. Из-за жара зрение немного расплывалось, линии звуковых дорожек качались перед глазами и накладывались друг на друга.
Она глубоко вздохнула, еще раз глубоко вздохнула, а затем медленно-медленно согнулась пополам и уткнулась лицом в сгиб локтя.
Плечи легко задрожали.
Но прошло всего секунд десять. Она подняла голову, тыльной стороной ладони яростно вытерла глаза и снова взялась за мышку.
Открыла почту, нашла письмо с отзывами от продюсера Ghost.
Скачала вложение.
Открыла.
Профессиональные термины, конкретные предложения, четкие ожидания.
Она снова открыла тот аудиофайл, от которого остался один скелет, и нажала кнопку воспроизведения.
Зазвучала убогая мелодия, бесконечно далекая от того, что она пыталась выразить.
Сун Чэнъюэ закрыла глаза. Однако в голове всплыла совсем другая картина — не музыка, не мелодия.
То был профиль Шэнь И, сидевшей за рабочим столом в цветочном магазине и опустившей взгляд при смешивании красок.
На экране трансляции ее ресницы отбрасывали легкие тени при свете лампы, а пальцы, сжимавшие кисть, двигались уверенно и сосредоточенно. Весь мир затихал, и оставался лишь шорох кончика кисти о бумажную поверхность.
Та самая тишина, что растет изнутри.
Сун Чэнъюэ внезапно распахнула глаза.
Она схватила лежавший рядом блокнот для набросков, вырвала чистый лист и взяла ручку. Жар делал руку неуверенной, почерк вышел кривым, но писала она очень поспешно.
Однако, кое-как дописав, она остановилась. Кончик ручки завис над бумагой, чернила собрались в маленькую точку.
Затем она принялась писать заново, на этот раз очень медленно:
— Когда ты смотришь на меня… мир затихает.
Закончив фразу, она долго вглядывалась в бумагу. Потом аккуратно оторвала листок, свернула его и засунула под чехол телефона.
Закончив с этим, она вновь перевела взгляд на экран компьютера.
Пустой интерфейс аранжировки, документ с отзывами от Ghost и время в правом нижнем углу — одиннадцать двадцать утра.
Она проглотила две таблетки от жара и снова надела наушники.
Глава 12
Уже два дня подряд Сун Чэнъюэ словно испарилась с лица земли, ее было совершенно не видно.
Разумеется, хотя они с Шэнь И и добавили друг друга в WeChat, их взаимодействие равнялось нулю.
Шэнь И пребывала в тяжелых сомнениях: с одной стороны, видеть Сун Чэнъюэ ей вовсе не хотелось, но с другой — она ведь приютила ее на ночь, а та исчезла бесследно, даже не сказав спасибо. Те крохи благосклонности, что могли зародиться за последнее время, развеялись без следа.
В шесть часов вечера Шэнь И вышла из лифта с пакетом из супермаркета.
В коридоре было так тихо, что слышались лишь ее собственные шаги. Автоматический светильник зажегся от ее приближения, и холодной белой светом осветило два пакета с едой на полу у двери Сун Чэнъюэ.
Шаги Шэнь И замерли.
Она уставилась на эти два пакета. На одном из них был наклеен распечатанный чек, судя по всему, от заказанной еды, а второй безошибочно угадывался как лекарства.
На пакетах собрались мелкие капли воды. Похоже, их привезли не только что.
Шэнь И постояла на месте несколько секунд, а затем направилась дальше к своему дому. Она достала ключ и открыла дверь — движение было плавным, она даже не обернулась. Дверь за ее спиной закрылась с тихим щелчком.
Она поставила пакет в прихожей, сменила обувь, сняла верхнюю одежду. Все шло как обычно.
Но две минуты спустя она снова открыла дверь.
В коридоре те же два пакета по-прежнему стояли на прежнем месте.
Брови Шэнь И сошлись на переносице. Она подошла, остановилась в шаге от пакетов и прислушалась.
За дверью царила мертвая тишина.
Она подняла руку, намереваясь постучать. Кончик пальца замер на дюйме от дверного полотна. Поколебавшись три секунды, она опустила руку обратно.
Лучше не совать нос в чужие дела, сказала она себе. Наверное, та опять забыла забрать доставку, точно так же, как в тот раз в кофейне забыла кошелек и телефон. Сун Чэнъюэ именно такая — безрассудная, рассеянная, точь-в-точь как воздушный шарик в виде щенка, который может взорваться в любой момент.
Шэнь И развернулась, собираясь вернуться домой.
Но стоило ей сделать первый шаг, как из-за двери донесся звук.
Очень тихий глухой стук — будто что-то упало на пол. А затем — шаркающие шаги, приближающиеся к двери.
Шэнь И остановилась.
Дверная ручка повернулась, дверь приоткрылась на щель.
В проеме появилась Сун Чэнъюэ.
Дыхание Шэнь И едва заметно сбилось.
Стоявшая перед ней Сун Чэнъюэ таращила глаза, но взгляд был рассеянным, а губы потрескались и покрылись коркой.
Увидев Шэнь И, она шевельнула губами, словно собиралась что-то сказать, но звук не сорвался с ее уст. Затем она наклонилась и протянула руку, пытаясь дотянуться до пакета с едой на полу.
Пальцы сильно дрожали. С первой попытки зацепить край пластикового пакета не удалось. Со второй получилось, но стоило приподнять его хоть на чуть-чуть, как пакет выскользнул из ее ослабевших пальцев.
Хлюп.
Пластиковый пакет снова упал на пол, находившийся внутри контейнер перевернулся, крышка соскочила, и теплая кашу расплескалась, оставив на поверхности белой рисовой каши масляное пятно.
Сун Чэнъюэ тупо уставилась на пролитую еду, будто не понимая, что произошло.
Затем она попыталась присесть на корточки, чтобы все убрать, но стоило ей согнуться, как все ее тело резко качнуло.
Шэнь И бросилась вперед практически на инстинктах.
За секунду до того, как та рухнула на пол, Шэнь И подхватила ее под руки. Ощутившаяся под пальцами температура кожи обжигала до ужаса — эту неестественную жароподобную духоту чувствовалось даже сквозь ткань толстовки.
Сун Чэнъюэ подняла голову, и ее блуждающий взгляд с трудом сфокусировался на лице Шэнь И. Ее ресницы промокли от пота и слиплись пучками.
— Сестрица, — ее голос прозвучал хрипло, почти надломлено, словно наждачной бумагой по горлу прошлись. — Мне кажется… я немного плыву…
С этими словами ее тело обмякло, и вся тяжесть рухнула на руки Шэнь И.
Шэнь И отшатнулась на шаг, инстинктивно сжав объятия и приподнимая соскальзывающее вниз тело. Лоб Сун Чэнъюэ уткнулся ей в плечо, горячее дыхание обжигало шею, и каждый вздох источал палящий жар.
Автоматический светильник в коридоре погас.
В темноте Шэнь И отчетливо слышала стук собственного частого сердца и тяжелое, пышущее жаром дыхание человека в ее объятиях.
Глубоко вздохнув, она пком распахнула дверь квартиры и наполовину на весу, наполовину волоком затащила девушку внутрь.
В квартире царил полумрак, шторы были задернуты, и лишь монитор компьютера продолжал излучать тусклое сияние, отражая пустой интерфейс музыкальной программы.
Шэнь И бережно уложила девушку на диван и быстро окинула взглядом комнату. На журнальном столике стоял пустой стакан, валялась коробочка с лекарствами, лежал ноутбук. На подлокотнике дивана был перекинут тонкий плед — она сдернула его и укрыла Сун Чэнъюэ.
Затем она достала телефон, разблокировала его и набрала номер сто двадцать.
Назвав адрес и повесив трубку, она присела на корточки у дивана и протянула руку, чтобы проверить лоб Сун Чэнъюэ. От высокой температуры ее кончики пальцев невольно сжались.
Шэнь И поднялась, прошла на кухню и открыла холодильник.
В холодильном отделении было практически пусто, стояло лишь несколько бутылок с напитками. В морозилке нашелся лоток со льдом. Достав несколько кубиков, она завернула их в чистое полотенце, вернулась к дивану и аккуратно приложила ко лбу Сун Чэнъюэ.
http://bllate.org/book/27505/3341844
Готово:
