Кэ Кэ, иди сюда. Ань Яфэй помахал обрубком дерева, который нашел в поленнице у печи — он собирался смастерить для малыша волчок.
Смотреть, как ребенок целыми днями играет с жалким деревянным человечком, было по-настоящему больно.
Брат, что ты делаешь? — Ань Яке с любопытством широко распахнул глаза.
Делаю для тебя игрушку, — Ань Яфэй с силой отсек топориком для дров небольшой кусок, а затем принялся неспешно обтесывать его, придавая форму волчка.
Найдя тонкую деревянную палочку, он привязал к одному её концу заранее заготовленную пеньковую бечевку — и набор для игры в волчок был готов.
Ань Яке всё это время неотрывно и сосредоточенно наблюдал за процессом.
Ань Яфэй усмехнулся, опробовал игрушку сам и мысленно похвалил себя за находчивость. Готово, забирай, играй.
М-м! — Ань Яке в восторге принял подарок и под лучезарным взглядом брата побежал играть на свободное место во дворе.
Брат! — Ань Яке обиженно поднял голову. — Почему мой волчок перестал крутиться?
Глупыш, — Ань Яфэй покачал головой, подошел и, взяв его руки в свои, начал учить: Смотри, не затягивай веревку слишком туго, когда тянешь, делай это быстрее, а потом подстегни его. Попробуй сам.
Ань Яке попытался повторить, и хотя получалось еще не совсем ловко, вышло гораздо лучше, чем в первый раз.
Посмотрев немного, Ань Яфэй с улыбкой позволил мальчику играть самостоятельно, а сам направился на задний двор.
Там была свободная площадка, где обычно во время сбора урожая сушили зерно. Озимой пшеницы посадили мало, так что место пустовало, и он решил прибраться, чтобы выложить на просушку уже скошенную и сложенную в кучу солому.
На обед он приготовил простые лепешки, тарелку острого картофеля соломкой и тарелку жареного водяного шпината. Еще сварил кастрюлю машевого супа и опустил его в колодец остужаться.
Эх, — Ань Яфэй вздохнул, глядя на скромную трапезу. Кроме готовки, он практически ничего не умел. Немного разбирался в сельских работах, но особой помощи от него не требовалось: даже если он и хотел подсобить, двое любящих отцов всё равно не позволяли. К тому же в эту эпоху без каких-либо пестицидов в земле было полно всяких ползающих тварей, и ему было страшно туда лезть.
Подумать только, какой он бесполезный. Денег заработать не может, а об открытии ресторана отцы и слушать не станут. Как же печально.
Мне так хочется начать зарабатывать самому, — пробормотал он про себя и тут же услышал знакомый голос.
Зачем Фэй-эр зарабатывать деньги? В будущем я буду тебя содержать, этого вполне хватит, — перед Ань Яфэем возник Лу Ханьцин, одарив его донельзя любящим взглядом.
Ты почему опять пришел? — Ань Яфэй не удержался и закатил глаза.
Даже если Фэй-эр больше меня не любит, не обязательно показывать это так явно, — Лу Ханьцин изобразил на лице страдание, а в глубине глаз затаилась печаль.
Неужели это было так заметно? Раз уж ты всё понял, может, подумаешь о расторжении нашей помолвки? — искренне предложил Ань Яфэй.
Лу Ханьцин криво усмехнулся: Неужели Фэй-эр так сильно изменился после потери памяти? — но отвечать на вопрос не стал.
Ань Яфэй внутренне содрогнулся, но внешне остался невозмутим: Хе-хе, разве я сильно изменился? Память-то пропала, всё, что было раньше, забылось. Значит, считай, начал жизнь с чистого листа, конечно, будет какая-то разница.
Черт, неужели этот человек настолько умен, что догадается обо всём? Как же страшно.
Он вовсе не хотел, чтобы его приняли за оборотня и сожгли — должно быть, это очень больно.
Тоже верно, — Лу Ханьцин понимающе кивнул. — Фэй-эр, хотя законы нашего государства довольно мягко относятся к вопросам помолвки, наша была заключена старшим поколением. А теперь, когда дедушка Ань ушел, разорвать её невозможно. Да и, к тому же, я сам не хочу этого делать.
В Государстве Лянъюэ правила относительно помолвок между молодыми людьми были четко прописаны: если обе стороны желают расторжения, требуется присутствие самих помолвленных и свидетелей.
Ань Яфэй разузнал об этом у отца, однако правило не было абсолютным. Если обе стороны добровольно соглашались, никто не стал бы препятствовать — особенно если инициатором выступал сам юноша.
Почему ты не хочешь? — Ань Яфэй широко открыл глаза. Судя по словам отцов, этот человек не мог по-настоящему любить прежнего владельца тела, тот был влюблен в него лишь безответно.
Раз так, зачем цепляться за помолвку? Ты ведь не питаешь ко мне искренних чувств.
Лу Ханьцин перевел тему: Фэй-эр, почему ты хочешь зарабатывать деньги?
Ань Яфэй бросил на него взгляд, понимая, что тот не желает продолжать разговор, и не стал настаивать. В любом случае, у него в запасе был еще год.
Видишь, в каком состоянии мой дом, — ответил он. — Одних денег от урожая и пушнины, которую отец изредка приносит с охоты, надолго не хватит. Когда мы заживем по-человечески? Кэ Кэ скоро пора в школу, а нынешних сбережений едва хватает на еду.
А главное — три эти хижины совсем обветшали. Летом еще ладно, если продувает — сойдет за веер. Крышу он недавно чинил, а дождей с тех пор не было, так что неясно, протекает она или нет.
Но в доме зимой точно будет холодно. Даже если деревня Фэншань расположена на юге Государства Лянъюэ и снега зимой не бывает, теплее от этого не становится. В такой мазанке зимой можно околеть.
Интересно, как отцы жили здесь раньше? Одно лишь воспоминание об этом заставляло его ежиться от холода.
А придумал ли Фэй-эр, как именно заработать? — Лу Ханьцин не стал предлагать денег напрямую.
Нет еще, — Ань Яфэй покачал головой, чувствуя досаду.
Помимо кулинарного мастерства, других особых талантов у него не было.
Фэй-эр может поскорее выйти за меня, — с улыбкой предложил Лу Ханьцин.
Ань Яфэй одарил его очередным закатыванием глаз: Я говорю серьезно.
Хорошо, — улыбнулся Лу Ханьцин. — Фэй-эр, подумай, спешить некуда.
Что ж, так и придется сделать.
Повернувшись, чтобы упаковать еду для родителей, Ань Яфэй спросил: Ты уже обедал?
http://bllate.org/book/27429/3331691
Готово:
