Цзи Сицин хотел денег, а Ли Юньхэ — человека. Казалось бы, соглашение, справедливее которого и быть не могло: обе стороны получили желаемое.
Однако Ли Юньхэ не знал, что, помимо оплаты медицинских счетов, Цзи Сицин ни разу не притронулся к этой карте. Спустя год после начала их отношений Цзи Сицин сложил все потраченные суммы и перевел их обратно, выплатив до последней копейки своими гонорарами.
Цзи Сицин сидел в автобусе. Его холодные глаза вдруг опустились, взгляд уперся в непрерывно вибрирующий телефон, и он решительно нажал кнопку блокировки экрана.
Автобус проехал мимо Корпорации Ли и остановился. Цзи Сицин поднял глаза, глядя на высотку напротив. Он сидел тихо и неподвижно, когда вдруг почувствовал, как его кто-то потянул за край одежды — не сильно, но ощутимо.
Ход мыслей прервался. Он обернулся и увидел сидевшего рядом малыша с маленькими косичками. Глаза ребенка ярко сияли, он выглядел невероятно мило.
Цзи Сицин смягчил тон и спросил:
— Что такое?
— На-на-на-на! — Малыш, которому было всего года два-три и который еще толком не умел говорить, тянул свои крошечные пальчики и улыбался Цзи Сицину. От него так и веяло детской непосредственностью.
Цзи Сицин слегка улыбнулся, достал из кармана плетеный шнурок с вышитым иероглифом «счастье» и повязал его на руку ребенку.
К ним поспешила девушка с большой сумкой в руках, извиняясь:
— Извините, извините! Мой братишка не доставил вам хлопот?
Цзи Сицин поднял взгляд. Его черты лица были изящными, а в облике читалась природная доброта. Он покачал головой и спокойно ответил:
— Нет, он был очень послушным.
— Ну и славно, ну и хорошо. — Девушка взяла малыша на руки и принялась играть с ним, сидя на кресле. Картина выглядела уютной и близкой.
Цзи Сицин снова вставил наушники и устремил взгляд в суетливый мир за окном. Телефон снова завибрировал. Он посмотрел на электронную карту, подхватил свои вещи, уступил место рядом стоящему человеку и, наконец, вышел у больницы.
Больница была наполнена множеством разных запахов и звуков, в которых не было и намека на присущую ему холодность. Цзи Сицин шагнул в толпу; его природная отчужденность и сдержанность выделяли его на фоне остальных, он выглядел здесь совершенно чужим.
Впрочем, его это не сильно волновало, беспокоило лишь то, что в лифте было слишком много людей.
Цзи Сицин слегка нахмурился, развернулся и пошел по лестнице. Когда он поднялся на пятый этаж, на лбу выступили капельки пота, и он наконец вышел в коридор.
В палате было тихо. Он заглянул через стекло, затем поднял руку и очень вежливо постучал.
— Войдите, — раздался женский голос. Цзи Сицин открыл дверь и поставил бумажный пакет с покупками на стол.
Мать Цзи сегодня выглядела хорошо. Она вышла из ванной с тарелкой фруктов и с улыбкой посмотрела на своего ребенка. Конечно, если не обращать внимания на парик на голове, ее состояние было вполне достойным для женщины ее возраста.
Цзи Сицин начал доставать из рюкзака предметы первой необходимости и расставлять их на маленьком столике. Когда он закончил, Мать Цзи спросила:
— У тебя сегодня выходной?
— Да. — Лицо Цзи Сицина оставалось отстраненным, но глаза покраснели, выдавая затаенную обиду. Он послушно кивнул и сел у кровати: — Мам, как ты себя чувствуешь в последнее время?
— Конечно, хорошо. — Мать Цзи посмотрела на сына и с легким вздохом предложила: — Сынок, иди сюда, обними меня.
Цзи Сицин опустил голову. Он больше не пытался казаться сильным и, зарывшись в объятия матери, стал похож на маленького ребенка — даже больше, чем тот малыш в автобусе.
Мать Цзи погладила его по спине. Говоря невероятно нежным тоном, она рассказывала забавные истории из своей жизни, а затем поинтересовалась, хорошо ли он ест и как идут дела на работе.
Цзи Сицин ответил парой глухих фраз, а потом замолчал. Он не хотел лгать матери.
Мать Цзи почувствовала это, легонько обняла его и спросила:
— Почему наш Сицин такой грустный? Расскажешь маме?
Цзи Сицин замер. Повернув голову в сторону, он ответил упавшим голосом, словно увядающий цветок:
— Мам, я полюбил одного человека, но разве может быть хорошо, если любишь слишком сильно?
Мать Цзи не ответила. Она лишь погладила взъерошенные волосы сына и ласково произнесла:
— Сицин, любовь должна приносить радость и счастье. У мамы нет счастливого опыта в отношениях, чтобы поделиться им с тобой, могу лишь сказать: ты должен чувствовать себя счастливым.
Он с рождения был упрям, словно обладал характером, высеченным из камня. Если уж он что-то решил, то не свернет с пути. Раз он выбрал Ли Юньхэ, то готов по собственному желанию оставаться рядом, надеясь и ожидая, когда тот придет. Он не жалел сил, скрывал свои таланты, лишь бы оставаться в глазах возлюбленного «золотой птичкой» в клетке.
Счастливым… А что, если счастье приносит и боль? Стоит ли мне продолжать? Может ли моя любовь затмить мои страдания, Ли Юньхэ?
Яньши, Предприятие Ли.
Ли Юньхэ стоял, вытянувшись во весь рост. Рядом выстроилась вереница менеджеров. Они находились в кабинете Ли Чжэна и наблюдали, как его отец просматривал принесенные предложения, одно за другим отшвыривая их в сторону, отчего окружающие вздрагивали от страха.
Ли Чжэн, наконец, закончил. Он потер виски, небрежно указал на подошедшего Ли Юньхэ и, подняв на него взгляд, продемонстрировал суровый, острый нрав человека, привыкшего стоять на вершине власти.
— Тебе пора возвращаться. В этот раз ты будешь отвечать за все. Заверши передачу дел в А-ши как можно скорее, вернешься на следующей неделе и предоставишь мне удовлетворительный результат.
Уголок губ Ли Юньхэ слегка дернулся. Он быстро кивнул, еще до того, как Ли Чжэн поднял глаза, и тихо, покорно ответил:
— Слушаюсь, председатель.
И ведь только вчера его дорогая Ань Чжимэй жаловалась, что Ли Чжэн занят и не может пойти с ней развлечься, а сегодня он уже выдает такое распоряжение. Поистине, мысли отца работают быстрее ветра.
После окончания этого совещания еще неизвестно, сколько слухов поползет по компании.
— Можете идти, Ли Юньхэ останься.
— Слушаюсь, председатель.
Менеджеры поспешно подхватили с пола свои предложения и с выучкой солдат покинули кабинет. Лишь Ли Юньхэ сохранял спокойствие. Он подошел от стены к столу и заодно поправил манжеты.
Ли Чжэн посмотрел на сына, наконец смягчившись, и выполнил просьбу Ань Чжимэй:
— Приходи сегодня вечером домой ужинать.
— Хорошо, у меня дела, я пойду. До вечера. — Ли Юньхэ кивнул, оставил месячный отчет филиала в А-ши, подготовленный его помощником, и решительно вышел из кабинета.
Ли Чжэн сидел в кожаном кресле, нахмурив брови. Он проводил взглядом уверенную спину сына, открыл отчет с данными, и на его лице наконец появилась улыбка.
Этот малец с каждым годом становится все наглее, зато дела ведет все лучше.
Два года назад, когда в филиале в А-ши случились неприятности, он без колебаний отправил туда Ли Юньхэ, только что назначенного генеральным менеджером, чтобы тот разобрался с проблемами, а заодно устроил в филиале кадровую чистку.
http://bllate.org/book/27155/3284070
Готово:
