Когда еда источала жар, голодный как волк рядовой даже не успел сказать спасибо: схватил порцию и сразу отправил в рот.
Ожидаемого конфуза с обжиганием губ не случилось: Сяо Мутин, словно заранее знал, что парень накинется на еду, немного остудил лапшу, прежде чем отдать её.
Шао Фэй за минуту умял две пачки лапши, лицо его раскраснелось, со лба выступил пот. Сяо Мутин поставил на стол коробку молока. Только когда Шао Фэй, припав к трубочке, перевел дух и собрался поблагодарить, Сяо Мутин уже выключил свет в дальней комнате и молча лег в постель.
Вымыв миску и палочки и снова укладываясь в свою кровать, Шао Фэй подумал: может, он раньше ошибался насчёт капитана Сяо? Может, этот человек на самом деле неплох?
На следующее утро Шао Фэй поднялся еще до рассвета. Одевшись в темноте, он тихонько выскользнул наружу. Сделав вдох свежего воздуха, он почувствовал, как внутри него будто всё ожило.
Он был лучшим бойцом во 2-м эскадроне и самым прилежным. Каждый день он вставал до сигнала побудки, привязывал к ногам и поясу мешки с песком и таскал наполненную песком шину, отрабатывая быстрый шаг.
Ай Синь и Чэнь Сюэфэн тоже встали рано и сопровождали его на тренировке. Ай Синь был невысокого мнения о Сяо Мутине, ворча, что вчера после вступления в должность тот молол лишь бюрократическую чушь, не сказав ничего дельного.
— Зачем нашему 2-му эскадрону такой командир? Ни ударить, ни побегать, судя по его виду — просто книжный червь, который разве что теорию наизусть знает!
После вчерашних событий мнение Шао Фэя о Сяо Мутине несколько изменилось, но неприязнь всё ещё занимала девять десятых его мыслей. Однако сейчас, слушая придирки Ай Синя, он вдруг почувствовал, что на душе стало как-то не по себе.
Если описывать это чувство, то оно напоминало поведение волчонка, охраняющего свою добычу: кость или мясо, которые я отвоевал — грызу я их сидя, лежа или в прыжке, неважно, но вам их трогать нельзя!
Глава 8
Сяо Мутин на утренней тренировке не появился.
В половине восьмого Шао Фэй, обливаясь потом, вернулся в казарму и увидел, что тот, кажется, только встал и умывается в ванной.
Шао Фэй подумал про себя: этот генерал-майор не только мастер поспать, но и сигнал побудки игнорирует. Мало того что встал поздно, так ещё и ни тени смущения, кровать заправлять не спешит, зато занял ванную, чтобы бриться...
Кровать Шао Фэя стояла близко к ванной, и он, убирая постель, украдкой поглядывал в ту сторону.
Сяо Мутин стоял у раковины, слегка приподняв подбородок, электробритва тихо жужжала.
Шао Фэй не решался глазеть открыто, но видел изящную линию его шеи и острый профиль.
Веки Сяо Мутина были полуприкрыты, в глазах ещё стояла пелена сна. Эта мягкость, подобно капле ароматного молока в черном кофе, смягчала суровость его бровей, делая облик чуть более доброжелательным.
Шао Фэй хотел разглядеть его получше, но в зеркале внезапно встретился взглядом с глазами генерал-майора.
Рядовой замер.
Сяо Мутин выключил бритву и негромко распорядился:
— Заправь кровать, а потом иди в столовую за едой. Миска рисовой каши, порция овощей, одно яйцо, две паровые булочки. До четверти девятого принеси ко мне в кабинет.
— Есть. — Шао Фэй уже собирался развернуться, как услышал снова:
— Впредь каждое утро перед тренировкой сначала подогрей мне стакан воды. Не вчерашней, кипяти свежую, а когда остынет — добавь пол-ложки мёда.
Шао Фэй нахмурился, чувствуя недовольство — утром каждая минута на счету, сколько времени уйдет на то, чтобы вскипятить и остудить!
Сяо Мутин, откручивая кран, чтобы помыть руки, добавил:
— Остужать нельзя, дуя ртом — брызги слюны попадут, негигиенично.
Шао Фэй отвернулся и пробормотал:
— Выпендрежник!
— Что? — Сяо Мутин прекратил мыть руки и обернулся, глядя на Шао Фэя.
Шао Фэй рванул в дальнюю комнату, встряхнул одеяло и громко отрапортовал:
— Я ничего не сказал, капитан Сяо, вы ослышались!
Одеяло было чистым — в отличие от постелей обычных солдат, не пахло потом и специфическим запахом тела. Шао Фэй, согнувшись, ловко сложил его в идеальный кирпичик, расправил простыню — весь процесс занял меньше минуты.
Сяо Мутин бросил взгляд, переоделся в парадный мундир и молча вышел, толкнув дверь.
Как только дверь тихо закрылась, Шао Фэй скривил губы, плюхнулся на только что заправленную кровать и показал на дверь средний палец.
Было еще рано, спешить в столовую не требовалось. Он откинулся назад, растянувшись на кровати генерал-майора, и уставился в потолок, погрузившись в свои мысли. На душе было пусто. Полежав немного, он сел и вдруг заметил, что отпечатки пота от его спины и затылка остались на простыне.
— Черт! — он подскочил как ошпаренный, глядя на потные пятна и вмятину, и похолодел.
Похоже, этот тип помешан на чистоте.
Шао Фэй дважды крутанулся вокруг кровати, в панике пытаясь разгладить простыню, прикидывая, высохнет ли пятно до обеда, и что будет, если нет.
Поколебавшись, он вытащил из книжного шкафа книгу и принялся энергично обмахивать простыню.
Толку было мало. Видя, что время поджимает, Шао Фэй запихнул книгу обратно, присел на корточки и потрогал темное пятно, затем решительно махнул рукой:
— Плевать, всё равно камер тут нет, буду до последнего стоять на своем, если что!
Умывшись в ванной, Шао Фэй на спринтерской скорости рванул в столовую. За десять минут он проглотил пять булочек, три палочки теста и две миски каши, после чего встал в очередь за едой для Сяо Мутина.
Ай Синь окликнул его:
— Самолет, ты на стрельбище позже пойдешь?
— Приду! — отрезал Шао Фэй, хотя на душе было неспокойно: он не знал, позволит ли этот дотошный генерал-майор ему уйти на тренировку.
Чем больше он общался с Сяо Мутином, тем меньше понимал его.
До встречи с ним он знал лишь то, что тот — избалованный сынок с невероятными связями, изнеженный и развратный, который вылез на своей должности только благодаря отцу. Никаких талантов, десять лет околачивается в штабе спецназа, слабый, да к тому же любит пустить пыль в глаза.
Но после совместной работы он начал казаться загадочнее. Характер оказался не таким уж скверным, он, казалось, даже умел заботиться о людях, а время от времени проскальзывающая властность внушала трепет.
Это ощущение давления никак не было связано со званием или семьей. Шао Фэй не мог до конца понять, в чем дело, но смутно чувствовал: Сяо Мутин совсем не так прост.
В десять минут девятого он принес завтрак в кабинет Сяо Мутина.
Сяо Мутин стучал по клавишам компьютера, оставив завтрак в стороне, есть он явно не спешил.
Шао Фэй, которому не терпелось на стрельбище, не выдержал и с мрачным видом «проявил заботу»:
— Капитан Сяо, если не съедите сейчас, всё остынет.
Сяо Мутин взглянул на него и неспешно ответил:
— Не спеши.
Шао Фэй подумал: А я спешу!
Сяо Мутин продолжал печатать, прихлебывая чай, даже не глядя на него.
В половине девятого Шао Фэй, не выдержав, вежливо процедил:
— В общем, капитан Сяо, если у вас нет других дел, я пойду на стрельбище. Вчера весь день пропустил, сегодня нужно...
— Нет. — Сяо Мутин поднял голову, его взгляд был холоден.
Шао Фэя охватила обида и злость, он повысил голос:
— Почему!
— Сейчас ты — мой ординарец. — Сяо Мутин указал на дверь. — Где я работаю, там ты и должен стоять в карауле.
Шао Фэй едва сдерживал дыхание, он застыл перед столом Сяо Мутина, не зная, то ли уйти, то ли остаться. Сяо Мутин больше не смотрел на него, пододвигая себе рисовую кашу:
— Стой у двери, если кто придет — сначала докладывай.
Шао Фэй закипел, в глазах полыхнул огонь. Сяо Мутин даже не поднял век:
— Выйди.
Шао Фэй впервые стоял в карауле перед кабинетом начальника. Лицо его потемнело, губы были сжаты до белизны, а глаза налились такой пугающей кровью, что он стал похож на разъяренного пса.
Ло Фэн, проходя мимо, специально отшатнулся назад, изображая испуг:
— Если этого Самолета никто не приструнит, он точно возомнит себя пупом земли.
После девяти Сяо Мутин вышел с черным блокнотом. Не сказав ни слова, он твердо зашагал по полу, и вскоре его фигура скрылась за углом, а затем послышались удаляющиеся шаги по лестнице.
Шао Фэя снедало нетерпение, но самовольно уйти он не смел.
Ближе к обеду Сяо Мутин вернулся. Блокнота в руках не было, зато были два пакета с едой в контейнерах.
Он жестом позвал Шао Фэя в кабинет и указал на один из контейнеров на журнальном столике:
— Твой, ешь, пока горячий.
Шао Фэй ковырял белый рис, совершенно не чувствуя вкуса. Спустя десять минут мучительного молчания он всё же не выдержал:
— Капитан Сяо, а что будет с моими тренировками в будущем? Я из полевых войск, полноправный боец «Сокола». Неужели теперь, став вашим ординарцем, я должен забыть обо всем, к чему стремился?
Сяо Мутин рассеянно копался в соевых бобах в своем контейнере:
— Я слышал от капитана Нин, что ты — лучший во 2-м эскадроне. Раз так, то разве десять-пятнадцать дней без тренировок могут на тебе сказаться?
http://bllate.org/book/26852/3229758
Готово:
