— Но в качестве обмена ты позволишь мне оставаться в этом художественной студии. Тебе не нужно тратить время на то, чтобы чему-то меня учить, достаточно просто позволить мне смотреть со стороны, когда ты рисуешь.
Некоторые техники рисования и приемы смешивания цветов можно освоить, просто наблюдая за процессом создания картины.
Ли Цзысянь: !!
Предложение, которое озвучил Тан Лофань, заставило ее слегка заволноваться.
Хотя она и не знала, каков уровень мастерства у Тан Лованя, но родной сын учителя Су Ман в любом случае должен обладать определенным талантом и базой. Этого точно хватит, чтобы обучать новичка.
— Но...
Ли Цзысянь смягчила выражение лица и с сомнением переспросила:
— ...Ты сможешь справиться с тем однокурсником Линем?
Тан Лофань изящным указательным пальцем раздвинул жалюзи и посмотрел на потрясающе красивого мужчину, сидевшего в приемной. Его глаза заискрились:
— Я попробую.
— Давай так.
Ли Цзысянь придумала взаимовыгодный план. Хлопая глазами с тяжелыми темными кругами под ними, она обсудила это с Тан Лованем:
— Я не осмелюсь быть твоим учителем. Но если ты сможешь удержать этого ученика, в будущем я буду наставлять тебя в статусе старшей соученицы.
Тан Лофань отреагировал мгновенно. Наклонив голову, он очень послушно позвал:
— Приветствую, старшая соученица!
— Не спеши так радоваться, — напомнила она. — Ты уверен, что хочешь обучать ученика под именем Тан Лофань?
В конце концов, семья Тан — известное богатое семейство в городе А, и стоит лишь немного копнуть, как все тайное станет явным.
Тан Лофань немного подумал и ответил:
— Отныне в этой художественной студии я буду пользоваться именем Су Лэ.
— Идет!
Ли Цзысянь, не лезшая за словом в карман, сразу же распорядилась:
— Сяо Цяо, скажи этому господину, что учитель Су Лэ — опытный преподаватель нашей студии, и именно он отвечает за работу с учениками.
Сяо Цяо была девушкой крайне сообразительной и с совершенно невозмутимым лицом подыграла:
— Слушаюсь. Опытный художник, учитель Су Лэ, прошу вас сюда. Новый ученик ждет вас в приемной.
Тан Лофань проявил еще большую сообразительность и, засучивая рукава рубашки, отозвался:
— Ой, уже иду!
Когда Тан Лофань вошел в приемную, сидевший на диване мужчина услышал движение и повернул к нему голову.
Он совершенно неожиданно встретился взглядом с мужчиной, и в тот же миг прямо в его поле зрения предстало лицо незнакомца.
Сердце Тан Лофань снова забилось быстрее, помимо воли подсказывая мысль: черт возьми, какой красавец!
Точно так же, как и тот сильный мимолетный восторг от профиля, анфас этого мужчины ни капли его не разочаровал.
Будь то его приятный медовый оттенок кожи или четкие, мужественные черты лица — каждая деталь идеально попадала в эстетический вкус заядлого любителя красоты. Опустив взгляд ниже, он заметил ноги мужчины, согнутые между диваном и журнальным столиком: какие длинные!
В одно мгновение настроение Тан Лованя, обожавшего красивых людей, взлетело до небес.
Сяо Цяо обладала истинно профессиональной хваткой: ради того чтобы удержать богатого ученика, она ни на секунду не моргнула, откровенно лвя:
— Господин Линь, извините, что заставили вас так долго ждать. Это опытный художник нашей Художественной мастерской масляной живописи «Илань», учитель Су. С сегодняшнего дня рисовать вас будет обучать именно он.
Затем она обратилась к Тан Лофаню:
— Учитель Су, это господин Линь Хэ, который хочет обучаться рисованию в нашей студии.
Хотя его назвали учеником, на вид этот мужчина был на несколько лет старше Тан Лованя. Судя по его одежде, манерам и стоявшему за спиной помощнику с безупречным профессиональным складом ума, было очевидно, что его происхождение далеко не простое.
Поэтому Тан Лофань не стал вести себя заносчиво и вежливо поприветствовал его:
— Здравствуйте, господин Линь.
— Здравствуйте.
Хэ Хуай поднял взгляд и ответил.
Голос его был негромким, но низким и бархатистым, неся в себе подавляющую, холодную ауру. В его глубоких черных глазах читались легкая отрешенность и трудно уловимое, пронизывающее любопытство.
Столкнувшись с его взглядом, Тан Лофань внезапно почувствовал себя так, будто его насквозь видят.
Невольно ощутив легкую неуверенность, он произвел:
— Я... я тот преподаватель этой студии, который отвечает за обучение учеников. Если вы хотите учиться здесь живописи, можете сначала озвучить свои требования.
Стоявший рядом с Хэ Хуаем помощник Юй Хуэй выказал недовольство. Нахмурившись, он спросил:
— Мы пришли учиться в вашу студию после того, как прочитали научную статью учителя Ли Цзысянь «Живопись и современная тревожность». Скажите, разве не учитель Ли должна вести занятия?
— Простите. Учитель Ли слишком занята, и за обучение новичков в нашей студии отвечает только учитель Су.
Сяо Цяо отвечала без малейшей запинки:
— Наш учитель Су и учитель Ли — ученики, лично впитавшие мудрость всемирно известной художницы масляной живописи, учителя Су Ман, и обладают глубочайшими познаниями в техниках рисования.
К тому же учитель Су также ведет научные изыскания на стыке живописи и психологии, и я верю, что он непременно сможет помочь господину Линю.
— Вот как?
Хэ Хуай поднял взгляд, перевел его на Сяо Цяо и тихо переспросил.
Всего два слова — отстраненно и низко.
Сяо Цяо, до этого сидевшая с невозмутимым видом скалы, вдруг почувствовала, как на ее лице, казавшемся холодным из-за инъекций гиалуроновой кислоты, проступило легкое напряжение, и речь сразу сбилась:
— Д-да, верно, господин...
С позиции Тан Лованя был отлично виден бесстрастный профиль этого господина Линя.
Он не сердился и не улыбался, но от него исходило какое-то невыразимое давящее присутствие.
Особенно когда его бездонные черные глаза холодно смотрели на Сяо Цяо — в этом взгляде чудились то ли допрос, то ли разоблачение выдуманной ею лжи.
Сяо Цяо не выдерживала подобного давления.
В этот момент Тан Лофань был бесконечно рад, что дома его окружали суровый отец, холодный старший брат и умный, расчетливый второй брат. Постоянно лавируя между этими тремя мужчинами, он давно выработал в себе хладнокровие, позволяющее чувствовать себя как рыба в воде при любой атмосфере.
— Господин Линь.
Тан Лофань тут же выступил вперед, чтобы выручить Сяо Цяо, и с очаровательной улыбкой произнес:
— Хотя я не так знаменит, как моя старшая соученица, у меня все же есть определенные навыки в живописи. Если вы хотите насладиться расслаблением и психологическим утешением, которые приносит рисование, почему бы вам не попробовать провести со мной одно занятие?
Но если вы непременно хотите заниматься только у моей старшей соученицы, то здесь я бессилен. У нее действительно нет времени на обучение студентов.
Молодой, богатый, с помощником, на роскошной машине.
Этот господин Линь Хэ перед ним должен быть точно таким же, как те два брата у него дома — на первый взгляд они занимают невероятно крутые руководящие должности в компании.
Но стресс и напряжение, порождаемые сумасшедшим темпом работы, таковы, что их жизнь оказывается куда хуже жизни обычных офисных клерков.
http://bllate.org/book/26520/3174551
Готово:
