[Ян Ыно]: Я же староста группы. Почему тогда чат создаёшь ты?
[Бён Сынджин]: А, мой косяк.
[Ян Ыно]: В Winning сыграем?
[Бён Сынджин]: Ага, выходи в гостиную.
[Ян Ыно]: Ладно.
[Ян Ыно]: Хахаха!
[Ян Ыно]: Хахахахахаха!
[Ян Ыно]: Хаха!
[Ян Ыно]: Не строй из себя крутого, если играть не умеешь. На сегодня хватит, а то ещё расплачешься.
[Бён Сынджин]: Чувак, давай признавать очевидное. Забить гол, пока я отходил ответить на звонок, — это вообще нечестно.
[Ян Ыно]: Ага, но счёт всё равно 3:2~
[Бён Сынджин]: Ну ты и подлый гад.
Бён Сынджин удалил сообщение.
Бён Сынджин удалил сообщение.
Бён Сынджин удалил сообщение.
[Ян Ыно]: Не можешь победить по-честному, так решил ругаться? Уже рыдаешь у себя в комнате?
[Бён Сынджин]: К тому же я справедливый и красивый, прямо как Корея, которой завидуют соседние страны.
[Хан Дживон]: Привет.
[Бён Сынджин]: А ты вообще…
[Бён Сынджин]: А-а-а!!!
[Бён Сынджин]: <смайлик>
[Ян Ыно]: Дживон, ты играешь в Winning?
[Бён Сынджин]: <смайлик>
[Бён Сынджин]: <смайлик>
[Хан Дживон]: Нет, я не очень хорошо играю в видеоигры… хаха.
[Бён Сынджин]: <смайлик>
[Ян Ыно]: Я тебя научу. Давай чаще встречаться, как раньше.
[Бён Сынджин]: Ты что несёшь, идиот? Дживон застенчивый и не любит, когда к нему пристают.
[Хан Дживон]: Всё нормально, хаха.
[Бён Сынджин]: Ну вот, опять. Наша звезда ведь никому отказать не может, да?
[Ян Ыно]: Ещё партию?
[Ян Ыно]: На этот раз поддамся.
[Ян Ыно]: Дживон, хочешь присоединиться? «Грин Парк Хилл» недалеко от нашего общежития.
[Бён Сынджин]: Не ставь его в неловкое положение. Дживон тебе даже не отвечает.
[Хан Дживон]: Простите… Мне нужно устранить царапину на машине. Я как раз собирался выезжать, поэтому не смогу прийти. Извините и спасибо за приглашение.
[Ян Ыно]: Да ничего страшного.
[Бён Сынджин]: Какой идиот поцарапал машину Дживона?! Не умеешь водить — сиди дома! Чёрт, как же бесит!
[Хан Дживон]: А… Это я сам поцарапал её, когда парковался. Я ещё начинающий водитель, поэтому пока не очень хорошо получается…
[Бён Сынджин]: Ну никто же не идеален, правда? Кто из нас не был новичком? По мне, такие царапины — настоящие боевые награды для машины.
[Бён Сынджин]: Ты ведь не пострадал? Может, нам приехать помочь?
[Ян Ыно]: Мы же ровесники, так что хватит уже разговаривать так официально. Сколько ещё будешь с нами церемониться?
[Бён Сынджин]: Надо сначала получше познакомиться, а уже потом переходить на неформальное общение. Ты что, маленький?
[Хан Дживон]: А, так можно?
[Бён Сынджин]: Да.
[Бён Сынджин]: Ещё как можно!
[Ян Ыно]: Выходи в гостиную.
[Ян Ыно]: Может, устроим для Дживона прямую трансляцию? Пусть в реальном времени посмотрит, как тебя разносят.
[Хан Дживон]: Не надо, хаха. Хорошо вам поиграть~ А я уже выхожу.
[Бён Сынджин]: Можешь не обращать внимания на такую ерунду^^ Удачи с ремонтом и спокойной ночи, Дживон♡
[Бён Сынджин]: Чёрт, живу жизнью мечты любого фаната.
[Хан Дживон]: Спасибо^^
[Ян Ыно]: Пока.
[Бён Сынджин]: Чем там Квон Чону занимается, что до сих пор не вернулся? Он даже KakaoTalk не проверяет.
--------------------------------
Групповой чат, созданный в тот день, когда мы обменялись номерами телефонов, с тех пор не затихал ни на день. Я читал все сообщения, надеясь, что речь наконец зайдёт о нашем групповом проекте, но до сих пор о нём ни разу не упомянули.
Переписка в чате помогла мне пережить мучительное задание на профильном занятии, где нужно было представить себя с помощью фотографии. Пока на экране показывали мой снимок, я пробормотал несколько слов о себе, а затем вернулся на место и снова проверил сообщения. Из-за этой бесконечной болтовни ни о чём я буквально не выпускал телефон из рук.
Судя по сообщениям, в прошлом году Квон Чону, Бён Сынджин и Ян Ыно жили в общежитии, а на третьем курсе переехали в съёмное жильё и теперь жили вместе. Правда, я не понимал, зачем им переписываться в мессенджере, если они и так находятся под одной крышей.
Девяносто девять процентов сообщений принадлежали Бён Сынджину и Ян Ыно. Оставшийся один процент приходился на мои ответы, когда они обращались ко мне. Казалось, им никогда не надоест приглашать меня поиграть: предложения поступали чуть ли не через день.
Квон Чону в чате вообще не появлялся. Даже Бён Сынджин и Ян Ыно, которые поначалу иногда его упоминали, перестали о нём спрашивать.
Может, я ему не нравлюсь.
Конечно, у меня не было особых оснований так думать, но после всех неловких ситуаций, в которые мы с Квон Чону успели попасть, такое вполне могло быть.
С каким выражением лица Квон Чону узнал, что ему придётся делать групповой проект вместе со мной? Что он тогда сказал? Я слишком плохо его знал, чтобы понимать, как он ведёт себя с людьми, рядом с которыми чувствует себя неуютно. Вряд ли он обрадовался. Возможно, он и сам недоумевал, почему мы постоянно сталкиваемся… Интересно, для университетской жизни такое частое общение — обычное дело? В этом я тоже не был уверен.
Прошла почти неделя, прежде чем в нашем групповом чате, прекрасно обходившемся без Квон Чону, наконец заговорили о проекте. Очевидно, дело было в приближавшемся занятии по «Введению в архитектуру». Я почувствовал облегчение: если бы до завтра никто ничего не написал, мне пришлось бы самому набраться смелости и поднять этот вопрос.
[Ян Ыно]: Дживон, давай завтра встретимся в семь вечера в мясном ресторане возле задних ворот университета.
[Ян Ыно]: Ты ведь не забыл, что мы собираемся обсудить групповой проект? Хаха.
[Ян Ыно]: Кто придёт последним, тот жарит мясо.
[Ян Ыно]: Кстати, завтра у нас нет тренировки, так что мы не опоздаем~~
Судя по сообщениям, мы действительно собирались встретиться ради проекта, но место вызывало сомнения. Разве групповые проекты обсуждают в мясных ресторанах?
На следующий день я отправился в ресторан возле задних ворот университета, всё ещё терзаясь сомнениями. Из-за затянувшегося занятия я опоздал примерно на десять минут, но остальные уже собрались.
— О, пришёл?
— Дживон!! Мы здесь!!!
Сидевший рядом с Ян Ыно Бён Сынджин поднялся и указал на свободное место возле себя. Хорошо, что перед входом я предусмотрительно надвинул кепку пониже: почему-то у меня было сильное предчувствие, что Бён Сынджин станет выкрикивать моё имя.
За круглым металлическим столом мне отвели место между Бён Сынджином и Квон Чону. Когда я подошёл, Квон Чону как раз наливал себе соджу. Судя по всему, они уже успели выпить по нескольку рюмок.
Даже в почти заполненном ресторане столик с тремя баскетболистами сразу бросался в глаза. Хотя все трое были одеты в серые факультетские куртки, из-за высокого роста не заметить их было невозможно. Особенно выделялся Квон Чону. Я никак не мог понять, почему он не прячет лицо под кепкой или маской. Он ведь знаменитость, наверняка ему приходится о многом беспокоиться.
На мгновение наши с Квон Чону взгляды встретились. Почему-то мне показалось, что, если я продолжу медлить, он рассердится, поэтому я поспешил к столику.
И тут заметил, что на моём стуле стоит миска с супом из соевой пасты.
Когда я приблизился, Бён Сынджин поднял миску и переставил её обратно на стол.
— Я тебе место подогревал.
— Ну и придурок.
Несмотря на ругань Ян Ыно, Бён Сынджин продолжал жестами приглашать меня сесть. Я опустился на стул с улыбкой, больше похожей на гримасу. И действительно, сиденье оказалось тёплым, словно под ним лежал коврик с подогревом.
— Ты на машине приехал?
Квон Чону задал вопрос, наклоняя бутылку соджу к моей рюмке. Не зная, куда деть сумку, я поспешно положил её на колени и приподнял рюмку.
— Эм, да, но ничего страшного. Я могу просто вызвать трезвого водителя.
— Сегодня я тоже не смогу тебя отвезти, потому что сам пью.
Поначалу я не понял, о чём он говорит. Лишь уловив сквозь отчётливый запах жареного мяса едва заметный аромат, исходивший от него, я вспомнил ту недавнюю ночь.
— Конечно! На этот раз я обязательно дождусь настоящего водителя! И не стану с ним разговаривать, пока не удостоверюсь, что это он. Даже попрошу показать визитку.
— Ладно. Просто сиди спокойно.
Квон Чону налил мне в рюмку прозрачный напиток. Глядя на соджу, я невольно перевёл взгляд на его руку. Он без малейшего усилия держал бутылку одной рукой, и даже костяшки его пальцев выглядели впечатляюще. Казалось бы, хоть что-то в нём должно быть несовершенным…
И тут я вдруг заметил, что, в отличие от него, наливавшего одной рукой, сам держу рюмку обеими.
Я поспешно убрал одну руку.
— Прости.
Наверное, из-за нашего недавнего разговора я извинился, даже не подумав. Квон Чону усмехнулся, глядя на мою руку, неловко застывшую в воздухе.
— За что? Это было вежливо. Мне понравилось.
Я не нашёлся что ответить и лишь смущённо улыбнулся. Тогда Квон Чону пробормотал себе под нос:
— Видимо, я думал, что мы ближе, чем на самом деле.
Прежде чем я успел отреагировать на его слова, официант принёс сырое мясо. Пока Квон Чону принимал тарелку, мысли у меня в голове лихорадочно метались. Было трудно понять, шутит он или говорит серьёзно.
Ближе, значит…
Я беспокоился, что могу ему не нравиться, но никогда не считал нас близкими. Стоит ли соврать, что я чувствую то же самое? Или он всё-таки просто пошутил?
Погрузившись в размышления, я заметил, что Квон Чону выкладывает сырое мясо на решётку.
— Давай я. Я ведь опоздал, так что мне и жарить.
Я поспешно протянул руку, чтобы забрать у него щипцы, но Квон Чону схватил меня за запястье и потянул обратно. Его хватка оказалась настолько сильной, что на мгновение мне показалось, будто я понял, что чувствует баскетбольный мяч в его руках.
— Просто ешь.
С этими словами Квон Чону вложил ложку в мою раскрытую ладонь, и моя глупая рука послушно сжала её.
В тот момент я и правда был похож на баскетбольный мяч, которым он вертел как хотел.
— Ага, давайте уже есть. За нас!
Ян Ыно поднял рюмку и громко произнёс тост. Все последовали его примеру.
Я тоже отложил ложку и поднял рюмку с соджу, испытывая неловкость оттого, что снова оказался в долгу перед Квон Чону.
— Для меня это настоящая честь.
Не успел я толком поднять рюмку, как Бён Сынджин поднёс свою вплотную к ней, соединяя наши рюмки. Ян Ыно недовольно заворчал, протягивая руку над раскалённой решёткой.
Раздался звон стекла, и мы вчетвером убрали руки.
— Мы, конечно, ровесники и можем общаться без формальностей, но это ещё не значит, что мы близкие друзья, — сказал Бён Сынджин. — Просто не хочу показывать, как у меня дрожат руки.
— Не преувеличивай. Мы всего лишь перешли на неформальное общение, потому что одного возраста. Это не значит, что мы уже подружились.
— За Хан Дживона!
Бён Сынджин поднял рюмку и выпил, отвернувшись от меня. Растерявшись, я тоже поднёс рюмку к губам и повернул голову в противоположную сторону, но оказался лицом к Квон Чону. Даже в профиль его острый нос сразу бросался в глаза. Сам же он не обращал на меня никакого внимания, смотрел я на него или нет.
Я принялся медленно потягивать соджу, украдкой наблюдая за Квон Чону. Мой взгляд скользнул от его опущенных ресниц к красным губам. Когда прозрачный алкоголь полился ему в рот, кадык заметно двинулся, а полная нижняя губа прижалась к краю рюмки и лишь неохотно от него оторвалась. Несмотря на соблазнительные ароматы, наполнявшие ресторан, в тот момент ничто не волновало меня сильнее, чем вид Квон Чону.
Засмотревшись на него, я незаметно для себя допил соджу до последней капли. Лишь тихий стук рюмки, которую Квон Чону осторожно поставил на стол, заставил меня очнуться.
Я почувствовал себя каким-то похотливым стариком, который вместо закуски к выпивке пожирает глазами другого человека. Испытав отвращение к самому себе, я поспешно отвёл взгляд и поставил рюмку на стол.
За столом быстро стало шумно и оживлённо. Раньше я недоумевал, как можно работать над групповым проектом в мясном ресторане, но теперь о нём никто даже не заикался — мы только пили. Похоже, эти баскетболисты забыли о проекте сразу же, как только договорились о встрече.
— Помнишь кофейные фургоны, которые каждый год приезжали к тренировочному залу на твой день рождения? Так вот, часть денег на них была моя! Только не спрашивай, сколько я вложил. Не хочу, чтобы ты чувствовал себя обязанным, Дживон.
— О… Спасибо. Благодаря тебе я каждый год радовался. А когда у тебя день рождения? Я тоже обязательно тебя поздравлю.
— Прямо сейчас, Игрок. Официально мой день рождения — двадцать четвёртого марта, в девять часов три минуты вечера. Пора выпить.
— Ого, как время летит! Уже девять? Может, сходим в зал игровых автоматов, попробуем что-нибудь вытащить из автоматов с клешнёй, а потом устроим третий раунд с Winning Eleven?
— Мне сегодня нужно пораньше домой, так что, боюсь, второй раунд придётся пропустить. Простите…
— А почему тебе нужно рано уходить? Что-то случилось? — спросил Бён Сынджин с явным разочарованием.
Квон Чону, до этого не отрывавшийся от телефона, слегка наклонил голову и посмотрел на меня. От его взгляда мне стало неловко, словно я вдруг оказался в центре всеобщего внимания, хотя ничего особенного не произошло.
— Нет, ничего не случилось… Просто завтра перед занятием по архитектуре у меня ещё одна пара по специальности.
— А, точно, у нас же завтра архитектура! Как представлю, что придётся два часа там сидеть, так уже на месте не сидится.
— Ты всё такой же прилежный, Дживон. Даже в начальной школе никогда не забывал учебные принадлежности. Классный руководитель тебя очень любил.
— Хм, правда?
— Впрочем, чтобы добиться успеха, наверное, и нужно быть таким старательным. Ты ведь наверняка и в том конкурсе победишь, да?
Ян Ыно пожал плечами, продолжая меня расхваливать. Он всегда умел представить меня в лучшем свете, чем я того заслуживал.
— Ты участвуешь в конкурсе?
Квон Чону задал вопрос, отложив телефон. Хотя экран погас, на нём то и дело вспыхивали уведомления о новых сообщениях. Я старательно отводил взгляд, чтобы он не подумал, будто я подглядываю.
— Да. Нам сказали, что первокурсники тоже могут участвовать, если захотят.
— Похоже, ты всерьёз этим увлёкся.
Квон Чону пожал плечами, словно удивившись. Ян Ыно, раскрасневшийся от выпитого, недовольно нахмурился.
— Серьёзно, ты хоть иногда заглядывай в групповой чат. Всё важное пропускаешь.
— Это только для тебя важно. Позвоните, когда действительно начнёте обсуждать проект. А так только раздражает.
— А сообщения от своей девушки ты, смотрю, прекрасно читаешь.
— Потому что она моя девушка.
С этими словами Квон Чону протянул рюмку. Ян Ыно и Бён Сынджин тут же принялись наполнять свои. Я рассеянно вертел в пальцах наполовину полную рюмку, наблюдая за ними.
Значит, у него есть девушка.
Ну конечно, есть. Было бы странно, если бы такой парень, как Квон Чону, оставался один. Наверняка вокруг него полно девушек, которым он нравится. Это я почему-то решил, что у него никого нет.
Похоже, Квон Чону не любил выставлять свои отношения напоказ. На аватарке в мессенджере у него стояла обычная фотография американского баскетболиста, а на длинных пальцах не было кольца.
…Хотя спортсмену вполне естественно не носить кольца.
Если подумать, мы с ним даже толком не общались, откуда мне было знать, есть у него девушка или нет.
Учитывая его популярность, удивляться было нечему, и всё же почему-то эта новость вызвала у меня странное чувство. Может, дело в том, что я узнал о Квон Чону что-то новое? Но ведь я и без того почти ничего о нём не знал. Возможно, меня удивило, что при таком плотном расписании он умудрялся находить время ещё и на отношения. Не знаю. Мне просто вдруг стало так неловко, что я даже не мог заставить себя поднять маленькую рюмку с соджу.
Чокнувшись с остальными, я наконец заговорил. Впервые за весь вечер я сам начал разговор.
— А мы разве не будем распределять задания по проекту?
— А, сегодня у нас просто что-то вроде ознакомительной встречи. С материалами по западной архитектуре можно и за день разобраться.
Я кивнул, словно соглашаясь, хотя про себя подумал, что зря сюда приехал. То ли Квон Чону было неинтересно происходящее, то ли его занимало что-то другое, но он снова уткнулся в телефон и принялся с кем-то переписываться. Время от времени он вздыхал, поэтому я склонялся ко второму варианту. Если бы ему совсем не хотелось здесь находиться, он вряд ли стал бы пить в одиночку.
Мне хотелось украдкой взглянуть на выражение лица Квон Чону, но почему-то я никак не мог заставить себя повернуться в его сторону. Казалось, он чувствовал себя со мной вполне свободно, а вот мне становилось всё труднее его понимать.
В этот момент Бён Сынджин окликнул нас, привлекая всеобщее внимание. Вернее, только моё и Ян Ыно.
— Раз уж мы собрались ради проекта, давайте, как Дживон и предложил, сначала распределим обязанности. Лучше разобраться с этим сейчас, чем потом всё делать в спешке.
— Я займусь поиском информации!
Ян Ыно выкрикнул это прежде, чем Бён Сынджин успел договорить. Тот машинально подхватил:
— Я тоже! Я тоже буду искать информацию!
В мгновение ока всё превратилось в соревнование: кто быстрее успеет застолбить себе задание. Так же быстро они и распределили обязанности. Бён Сынджин, кажется, немного смутившись, пожал плечами.
— Хм, тогда остаётся только систематизировать материалы и выступить с презентацией.
— Мне, кажется, пора. Еджин только что написала.
Квон Чону, всё это время возившийся с телефоном, вздохнул и вмешался в разговор. Бён Сынджин и Ян Ыно удивлённо посмотрели на него.
— Что? Прямо сейчас? Почему?
— Я пошёл.
— Эй, прежде чем уйдёшь, решите, кто будет выступать с презентацией. Кому-то из вас двоих придётся это делать.
Не обращая внимания на возмущение Бён Сынджина и Ян Ыно, Квон Чону молча закинул сумку на плечо. Он двигался торопливо, словно его ждали какие-то неотложные дела, и не делал ни одного лишнего движения.
Я даже не решался взглянуть ему в лицо, но слегка наклонился в сторону, освобождая проход. Мне казалось, что так я хоть немного ему помогу. Впрочем, Квон Чону, похоже, этого даже не заметил.
— Я ухожу. Увидимся в общежитии.
Попрощавшись, он, не дожидаясь ответа, отошёл от стола. Затем, словно по привычке, обернулся и ещё раз окинул всех взглядом.
Наши глаза встретились. Его взгляд оставался равнодушным. Казалось, он вдруг вспомнил, что меня в общежитии не будет: на мгновение остановился и что-то пробормотал. Я отвёл глаза, но, испугавшись, что это покажется странным, заставил себя снова посмотреть на него. Однако не прошло и доли секунды, как я машинально отвернулся, сделав ситуацию ещё более неловкой.
В этот момент Квон Чону вернулся к столу. Широкими шагами он подошёл ко мне, поднял сумку, лежавшую у меня на левом колене, и переложил её на стул, где только что сидел сам.
— Тебе ведь нельзя нагружать эту ногу?
— А… что?
— Береги её.
Он произнёс это небрежно, почти с упрёком, затем добавил:
— Всё, теперь точно ухожу.
И окончательно покинул ресторан.
Лишь спустя несколько мгновений до меня дошло, что он говорил о моей травме.
Пусть я и не сумел как следует попрощаться, но мог хотя бы поблагодарить его за заботу.
Я утешал себя тем, что всё произошло слишком быстро и я просто не успел ничего сказать. Но перед глазами снова и снова возникала удаляющаяся фигура Квон Чону, глубоко засунувшего руки в карманы. И чувство сожаления ещё долго меня не отпускало.
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется
http://bllate.org/book/26351/5149179