Когда Цзи Вань вернулся в класс, Фэн Цзинь уже сидел на своём месте с совершенно обычным выражением лица, в котором не было заметно ни малейших следов вчерашнего.
Проходя мимо Фэн Цзиня, Цзи Вань бросил на него быстрый взгляд, тут же отвёл глаза и спокойно устроился за своей партой.
Шёл последний урок математики этого дня, и все в классе уже сидели как на иголках. Ещё до того, как прозвенел звонок и учитель успел договорить последнее слово в привычной фразе «на сегодня урок окончен», половина класса испарилась.
Цзи Вань вовсе не спешил уходить: он неторопливо дорешал задачу и только после этого собрал вещи и направился в столовую.
Вечерняя столовая сильно отличалась от дневной. В обед здесь всегда яблоку негде упасть от толпы, зато вечером, когда многие ученики уходили домой или выбирались поесть за пределы школы, оставалось полно свободных мест. Цзи Вань взял себе порцию еды, сел за пустой столик и принялся за ужин.
Время ужина вовсе не было временем для отдыха: Цзи Вань ел и одновременно мысленно повторял формулы, которые требовалось выучить наизусть, и разбирал допущенные ошибки. Поскольку он делал два дела сразу и находился в относительно безопасной обстановке столовой, он совершенно не заметил, как кто-то приближается к его столу.
Цзи Вань опомнился только тогда, когда напротив него с тяжелым стухом кто-то плюхнулся на стул.
Сидевший напротив парень был ростом за метр восемьдесят, его обнажённые руки бугрились рельефными мышцами, а кулаки размером с глиняный горшок казались чуть ли не с половину лица самого Цзи Ваня.
Усевшись, парень не спешил заводить разговор: подперев щёку рукой и подавшись всем корпусом вперёд, он принялся в упор разглядывать Цзи Ваня.
Такой взгляд откровенно смущал. Нахмурившись, Цзи Вань слегка откинулся назад и спросил:
— Что-то нужно?
Заметив отчуждение Цзи Ваня, парень перестал пялиться на него и перевёл взгляд на его ужин.
Ужин у Цзи Ваня был самым простым: помидоры, обжаренные с яйцом, зелень и небольшая тарелочка ребрышек. В школе, где стоило кинуть кирпич — и непременно попадёшь в какого-нибудь мажора, эта еда выглядела откровенно бедно.
Цзи Вань заметил, как парень неопределённо усмехнулся, широко расставил ноги и вытянул их под столом так, чтобы Цзи Вань непременно обратил внимание на его дорогущие кроссовки.
Цзи Вань: «……»
— Чего так мало ешь? Наесться-то хоть успеваешь? — парень понизил голос, пытаясь придать ему бархатные нотки. Его взгляд скользнул с еды на стоявшую рядом пиалу с супом и презрительно блеснул: — И эту бурду хлебаешь, небось гадость редкая.
Цзи Вань покосился на свой суп из водорослей с яйцом: «…………»
Какая же это бурда? Тут тебе и яичные хлопья, и водоросли, и масло, и соль — повар в столовой явно выложился по полной программе.
Опустив глаза, Цзи Вань решил делать вид, что сидящий напротив — пустое место. В конце концов, навык притворяться, будто ничего не слышишь, он освоил дома в совершенстве.
Цзи Вань молчал, но сидевший напротив парень вовсе не торопился отступать и снова уставился на него.
Его взгляд блуждал по лицу Цзи Ваня, задерживаясь то на его ровных губах, то на тонких, изящных пальцах, державших чёрные деревянные палочки, и наконец замер на изящном, лебедином изгибе шеи.
Внезапно он спросил:
— Сколько раз тебя кусали другие альфы?
Цзи Вань остановил палочки, поднял глаза и увидел, что этот альфа по-прежнему подпирает щеку рукой и смотрит на него так, будто его слова вовсе не были хамскими и бестактными. Не дождавшись ответа, парень продолжил:
— Видимо, со счёту сбился. С виду такой пай-мальчик, а на деле вокруг тебя наверняка уже не один десяток крутился. Тц, беты — вечно от них одни проблемы, слишком легко пускают пыль в глаза.
Цзи Вань больше не хотел это слушать. Он поднялся из-за стола, намереваясь тут же уйти вместе с подносом, но парень вцепился в другой его край.
Лицо Цзи Ваня потемнело:
— Чего ты добиваешься?
— Не суетись, я просто хочу предложить то, от чего обоим будет хорошо, — уголки губ парня тронула усмешка. — Я беру на себя все твои расходы в школе на целый год, а ты становишься моим парнем на год.
Цзи Вань не был дураком: с каких это пор у отношений парня есть заранее оговоренный срок? Называйся это хоть как парень, по сути речь шла о самой настоящей покупке игрушки на содержание.
Холодно бросил Цзи Вань:
— Ищи других.
Парень на мгновение растерялся, а затем его улыбка стала ещё шире:
— Кажется, ты что-то перепутал. Я здесь не для того, чтобы с тобой торговаться, я тебя ставлю в известность.
С этими словами его вторая, свободная рука потянулась к запястью Цзи Ваня. Недолго думая, Цзи Вань просто разжал пальцы. Парень никак этого не ожидал, и по инерции продолжая тянуть поднос на себя, расплескал всю еду прямо себе на грудь.
Уголки губ Цзи Ваня изоделись в насмешливой улыбке.
— Добром не понимаешь — будет по-плохому!
Жирные остатки еды пропитали одежду и липли к коже, выглядело это жалко и унизительно. Где этот парень терпел подобное унижение на глазах у всей столовой? Его лицо исказилось от ярости:
— Ты жить надоел!
Шум привлёк внимание остальных учеников, и люди начали оглядываться.
Сидевшая за соседним столиком девушка-бета от начала до конца наблюдала за этой сценой. Её лицо покраснело от гнева, и она выпалила:
— Сам же лезть начал, а теперь ещё и угрожаешь!
— Ах так, решила заступиться? Ну тогда я с тебя и начну!
Парень вскочил на ноги. Рост и комплекция альфы создавали подавляющее впечатление, и он широким шагом двинулся вперёд, собираясь проучить девчонку.
Бета испуганно вздрогнула и машинально зажмурилась. Однако ожидаемой боли не последовало, и, недоверчиво распахнув глаза, она увидела, что перед ней встал Цзи Вань.
Фигура заслонившего её парня была стройной, но никак не мощной, её скорее можно было назвать хрупкой, однако в нём не было ни тени страха.
Цзи Вань слегка повернул голову, являя миру свои тонко выточенные черты лица, и мягко произвил:
— Спасибо. Здесь сейчас будет шумно, иди отсюда, в следующий раз я угощу тебя ужином.
Девочка покраснела, перевела взгляд с Цзи Ваня на альфу и неуверенно пробормотала:
— Но ты…
— Уходи, — повторил Цзи Вань.
Сообразив, что только путается под ногами, она сжала зубы, поднялась и поспешно ударилась в бега.
Цзи Вань повернулся к задире-альфе. Тот рассмеялся от злости:
— Решил сыграть героя-спасителя? Прекрасно. Её ты спас, а кто спасёт тебя?
Бросив это, альфа снова подался вперёд, пытаясь полуобнять и зафиксировать Цзи Ваня, чтобы на глазах у всех выволочь его наружу, в безлюдное место, и там уже делать с ним всё, что вздумается.
Если он сейчас же не сломит этого дерзкого бету, пусть его имя задом наперёд читают…!
Мысль даже не успела завершиться, как тяжёлый удар пришёлся ему прямо в живот. Издав глухой стон, парень согнулся пополам и отступил на два шага, прижимая руки к животу.
Цзи Вань прекрасно знал пределы своего организма: слабый с самого детства, он никогда не был силовиком и мог рассчитывать исключительно на технику. Уж лучше устроить скандал здесь, на виду у всех, чем позволить этому альфе затащить его в глухой угол.
Не теряя ни секунды, Цзи Вань продолжил атаку, однако противник обладал великолепной реакцией: перетерпев боль, он не только ловко увернулся, но и перешёл в контратаку.
Атакующие движения и углы ударов этого парня красноречиво говорили об одном: он явно занимался боевыми искусствами профессионально, и до обычного школьного хулигана ему было далеко.
…Дело принимает скверный оборот.
Прикусив губу и уклоняясь от летящего в лицо кулака, Цзи Вань судорожно соображал, как продержаться до прихода учителей, но тут противник внезапно замер, вытаращив глаза так, будто увидел призрака, и даже попятился.
Искренний ужас на его лице не был фальшивкой. Удивлённый Цзи Вань оглянулся через плечо и всего в двух шагах позади себя увидел с каменным лицом Фэн Цзиня.
Фэн Цзинь бросил на него короткий взгляд, затем перевёл его на рослого парня-альфу и холодно бросил:
— Драка?
Цзи Вань ещё не успел раскрыть рта, как тот самый альфа, что только что вёл себя с такой запредельной наглостью, а теперь готовый вжаться в пол от страха, затыкал в него пальцем:
— Это не я лез! Это он сам пролил на меня еду, а потом ещё и набросился с кулаками!
Цзи Вань остолбенел: в самых смелых фантазиях он не мог представить, что человек способен так нагло выворачивать всё наизнанку.
Остальные ученики в столовой тоже лишились дар речи. Кое-кто попытался было встать и сказать правду, но стоило вымолвить пару слов, как этот парень бросил на смельчаков свирепый взгляд.
В часы ужина те, у кого водились деньги, предпочитали питаться за пределами школы, а меньшинство оставшихся выбирало второй этаж — там было дороже, но и еда лучше. На первом же этаже столовались в основном простые ученики без связей и финансов, так что стоило задире посмотреть на них исподлобья, как они испуганно опускали головы.
Цзи Вань вовсе не нуждался в чужой защите и уже собирался всё объяснить Фэн Цзиню, как вдруг услышал его холодный смешок.
— Решил скармливать мне сказки через свои мозги, способные выдать от силы двадцать баллов за экзамен? — на лице Фэн Цзиня не было и намёка на улыбку. — Смелости у тебя прибавилось.
— Н-нет, погоди… — со лба альфы градом катился холодный пот. — Я правда даже ударить его не успел, это он меня отметелил!
Фэн Цзинь снова перевёл взгляд на Цзи Ваня. Тوهстретившись с ним глазами, Цзи Вань почувствовал, как по спине побежали мурашки. Сейчас аура Фэн Цзиня была точь-в-точь как в тот день, когда Цзи Вань впервые увидел его дерущимся — казалось, ещё секунда, и Фэн Цзинь проломит ему голову.
Однако Фэн Цзинь промолчал. Его взгляд вновь скользнул в сторону, на этот раз на испачканный пролитой едой стол.
— Убери тут всё, чтобы блестело, — в голосе Фэн Цзиня звенел холод.
Не успел Цзи Вань опомниться, как бывший забияка-альфа тут же заискивающе закивал, схватил тот самый поднос, содержимое которого недавно оказалось на его одежде, и принялся торопливо сгребать обратно рассыпанные по столу рисинки и объедки. В завершение он схватил тряпку, оставленную кем-то из работников столовой, и так усердно затер стол, что тот заблестел как новый.
— Фэн… Фэн-гэ, тогда я не буду вам мешать, пожалуй, пойду, — натягивая фальшивую улыбку, пролепетал парень.
— Куда собрался? — тон Фэн Цзиня не стал теплее. — Опрокинул чужую еду и думаешь сбежать?
Теперь до парня дошло: Фэн Цзинь явился сюда лично, чтобы прикрыть Цзи Ваня!
Черт побери, раз он в таких близких отношениях с Фэн Цзинем, почему раньше не сказал?!
Мысленно матерясь, парень не смел возразить и пискнуть. Он стремглав метнулся к раздаче, набрал свежей еды и поставил перед Цзи Ванем.
— Братец, сделай милость, откуси хоть ложечку, я правда больше к тебе ни ногой, — взмолился он жалобным голосом.
Цзи Вань: «……»
Фэн Цзинь: «Вали отсюда.»
Парень мгновенно испарился, а Фэн Цзинь широким шагом подошёл к столу и опустился на стул рядом с Цзи Ванем.
Усевшись, Фэн Цзинь снова зыркнул на него:
— Чего застыл? Ешь.
— Агу, — Цзи Вань вернулся к еде.
Однако пузыри недоумения в его душе разрастались с каждой секундой, и, не выдержав, он спросил:
— Почему он с самого начала так испугался, едва тебя завидев? Откуда он знал, что ты вмешаешься?
Фэн Цзинь приподнял бровь, достал телефон и принялся запускать игру:
— Потому что в этой школе хозяин я. Хочешь подраться — спроси моего разрешения. А попадёшься мне на глаза — огребут оба.
Цзи Вань: «……»
Вот он какой, школьный банда-главарь. Ужасающая мощь, ничего не скажешь.
— Спасибо, — искренне произвил Цзи Вань.
Раз уж Фэн Цзинь решил посидеть с ним рядом, это наверняка послужит отличным предупреждением для остальных желающих потрепать ему нервы.
Хмыкнув, Фэн Цзинь ничего не ответил, и Цзи Вань снова уткнулся в тарелку. Поев ещё немного, он услышал голос Фэн Цзиня:
— К тебе часто пристают с подобным?
Фэн Цзинь не стал уточнять, что именно он имеет в виду, но Цзи Вань чудесным образом понял его без слов — речь шла о постоянных домогательствах и грязных намерениях со стороны.
Опустив ресницы, Цзи Вань тихо ответил:
— …Угу.
— Тц, — Фэн Цзинь нахмурился. Развивать тему он не стал, лишь бросил: — А ты живучий.
Краем глаза Цзи Вань заметил, как Фэн Цзинь незаметно свернул игру и переключил экран на учебные материалы, сохранённые в памяти телефона.
…То есть похвалил его за живучесть в смысле того, что даже при таком раскладе он умудряется занимать первое место в параллели?
Молча продолжая жевать, Цзи Вань вспомнил слова врача, сказанные ему в больнице.
Фэн Цзиня удивляло, как при таком количестве преследователей он ухитрялся оставаться отличником, но сам Фэн Цзинь страдал от этого феромонного расстройства: даже при регулярных инъекциях подавляющих препаратов побочные эффекты делали его вспыльчивым, раздражительным и вечно угрюмым.
Учитывая, что при этом он тоже умудрялся набирать высокие баллы, Фэн Цзинь и сам был чертовски силен.
…Интересно, пытается ли Фэн Цзинь найти себе подходящего омегу? Если да, то он, пожалуй, не станет лезть.
Стоило ему об этом подумать, как напротив них сели два человека. Подняв глаза, Цзи Вань увидел двух потрясающе красивых девушек.
Одну из них Цзи Вань припоминал: Кун Лиянь как-то сплетничал о ней — это была главная красавица-омега со второго года обучения, которая уже давным-давносохла по Фэн Цзиню.
— Фэн Цзинь, в следующую субботу у меня вечеринка по случаю дня рождения, — задрав подбородок, омега состроила капризную мордашку. — Ты тоже придёшь.
— Занят, — коротко отрезал Фэн Цзинь.
Недовольно закусив губу, девушка осведомилась:
— А когда ты свободен?
Фэн Цзинь: — Не свободен. Занят, учусь.
Омега уже собиралась что-то сказать, но, вспомнив о чём-то, с крайним неудовольствием зыркнула на Цзи Вань.
Цзи Вань интуитивно почуял, что сейчас начнётся выволочка, но прежде чем сидевшая напротив красотка успела раскрыть рот, Фэн Цзинь неожиданно пихнул его локтем и пододвинул ближе свой телефон.
На экране светилось несколько математических примеров. Фэн Цзинь бросил:
— Решай.
— Чего? Дай взгляну, — Цзи Вань бегло глянул на условие и тут же выдал ход мысли: — Проводим три вспомогательные линии, а потом…
Девушки прождали целую вечность, так и не дождавшись подходящего момента вклиниться в разговор, и в конце концов оскорблённо удалились.
Проводив их взглядом, Фэн Цзинь забрал телефон и велел Цзи Вань продолжать трапезу.
Цзи Вань покосился на него: Фэн Цзинь ни капли не расстроился из-за ухода двух писаных красавиц, и на дне его глаз залегла всё та же глухая, неукротимая холодность.
Намерения использовать его в качестве щита от назойливых омег были слишком очевидны. Поразмыслив немного, Цзи Вань всё же поинтересовался:
— Тебе больше нравятся омеги другого типа?
Обычному альфе ничего не мешало спокойно искать любимого омегу, но Фэн Цзинь был другим: чем дольше он сидел на блокаторах, тем тяжелее ему приходилось. По логике вещей, ему следовало расставить сети пошире и как можно скорее подыскать себе пару.
Одарив Цзи Вань взглядом из серии «ты тоже любишь посплетничать», Фэн Цзинь отвернулся обратно.
— Я буду холостяком до самой смерти.
http://bllate.org/book/26248/3144267
Готово:
