Чёрт возьми! Как я раньше этого не заметила? Если бы он увидел, как Син Мояо обнимает её за талию, непременно устроил бы целую драму.
Её встревоженный взгляд устремился на Син Цзыханя. Тот стоял в безупречно сидящем чёрном костюме и белоснежной рубашке, с лёгкой, почти насмешливой улыбкой на губах. Его глаза, острые, как стрелы, источали леденящий холод.
Этот человек — лёд. Нерастопимый лёд.
Син Цзыхань с наслаждением наблюдал за растерянностью Тун Лоси — та напоминала испуганного крольчонка, загнанного в угол и ожидающего смерти.
Он медленно, шаг за шагом приближался, не отводя от неё взгляда ни на миг.
Сердце Тун Лоси колотилось: бух! бух! бух! — каждый удар больно отдавался в груди. Её руки, свисавшие по бокам, сжались в кулаки, и она не смела их разжать.
Син Цзыхань остановился прямо между ними, сначала бросил взгляд направо, потом налево и, наконец, уставился на Тун Лоси.
Прищурив глаза, он выпустил такой ледяной холод, что тело невольно покрылось мурашками, и медленно спросил:
— Вы двое… как оказались вместе?
Внезапно он вспомнил, как несколько дней назад увидел Тун Лоси у подъезда квартиры своего дяди, а теперь они снова стоят рядом.
— Мы… — Тун Лоси явно нервничала, её глаза метались из стороны в сторону.
Для Син Цзыханя это было явным признаком того, что здесь что-то нечисто, и его подозрения только усилились.
А Син Мояо тем временем стоял в стороне, холодно усмехаясь и молча наблюдая, как она загнана в угол и растеряна. Ему не нравился её страх, он не хотел, чтобы Син Цзыхань что-то заподозрил, но именно поэтому он и решил всё усложнить, чтобы стало ещё интереснее.
— Вы двое?.. — переспросил Син Цзыхань.
Между троими повисла тягостная, неловкая, напряжённая тишина. Каждая секунда казалась Тун Лоси пыткой.
— Мы просто столкнулись у входа. Её не хотели пускать швейцары, — небрежно произнёс Син Мояо, наконец решив выручить её после того, как достаточно насмотрелся на её замешательство.
— Да, да! Швейцар не пускал меня внутрь, и тут повезло — встретила господина Сина. Он любезно провёл меня сюда! Всё так и было! — Тун Лоси поспешила подхватить его слова и выпалила всё это на одном дыхании, стараясь говорить громко и уверенно, чтобы Син Цзыхань поверил. Её голос привлёк внимание многих гостей поблизости.
— Понятно, — равнодушно ответил Син Цзыхань, хотя в глубине глаз всё ещё таился недоверчивый блеск, тщательно скрываемый им.
Тун Лоси, заметив, что он, похоже, поверил и больше не будет допрашивать, мысленно выдохнула с облегчением.
— Именно так! — подтвердила она.
Син Цзыхань не стал настаивать. Некоторые вещи лучше не выяснять до конца.
— Пойдёмте, — холодно бросил Син Мояо и первым направился вперёд.
Тун Лоси неловко улыбнулась и последовала за ним, держась на приличном расстоянии. Син Цзыхань шёл последним, и его взгляд, устремлённый на идущих впереди, был полон глубокого, непроницаемого смысла.
Когда они подошли к двери частного кабинета и уже собирались войти, дверь внезапно распахнулась изнутри. На пороге стояла Цюй Юэмэй с приветливой улыбкой.
— Господин Син, молодой господин Син, вы пришли! Лоси, наконец-то! Почему так долго? — обратилась она к ним.
Цюй Юэмэй улыбалась Сину Мояо и Сину Цзыханю с явной подобострастностью, а увидев Тун Лоси, нахмурилась и нетерпеливо поджала губы.
Тун Лоси фальшиво улыбнулась в ответ:
— Пробки.
Цюй Юэмэй ничего не сказала, лишь махнула рукой и, улыбаясь, пригласила обоих мужчин войти, лично наливая им чай.
Тун Лоси неловко потёрла нос и последовала за ними внутрь.
Цюй Юэмэй усадила Син Мояо на почётное место — было ясно, что её цель на этом ужине — не только Син Цзыхань, но и сам Син Мояо, исполнительный директор корпорации Син.
Тун Лоси тихо выбрала себе место в углу и уже собиралась сесть, как вдруг Цюй Юэмэй окликнула её:
— Лоси, не сиди в стороне! Подойди поближе, поговори с господином Сином и молодым господином Сином. Я пойду потороплю официантов.
Она снова улыбнулась двум мужчинам с подобострастием и вышла, оставив Тун Лоси наедине с ними. В кабинете воцарилась зловещая тишина.
— Тун Лоси, зачем ты садишься так далеко? Подойди ко мне, — ледяным тоном приказал Син Цзыхань.
Тун Лоси, сидевшая дальше всех, вздрогнула. Она уже хотела сказать, что ей и здесь неплохо, но, встретившись взглядом с его холодными глазами, почувствовала, как по спине пробежал холодок, и медленно встала, чтобы сесть справа от него.
Напряжение вновь накрыло всех. Никто не произносил ни слова. Тун Лоси быстро бросила взгляд: Син Мояо сидел, опустив глаза, и беззаботно постукивал пальцами по столу, а Син Цзыхань… пристально смотрел на неё!
Чёрт!
Тун Лоси слегка нахмурилась. Неужели он что-то заподозрил?
Она поспешно опустила ресницы, пряча от него свой страх.
Син Цзыхань презрительно усмехнулся.
— Тебе так неловко рядом со мной? Ведь я твой жених, а? — его голос звучал угрожающе, холодно и властно, заставив Тун Лоси ещё больше напрячься.
Будь они вдвоём, она бы ни за что не позволила ему так давить на неё. Но сейчас рядом Син Мояо, Цюй Юэмэй может вернуться в любую секунду, да и сегодня вечером ей ещё понадобится сотрудничество Син Цзыханя.
Она прокашлялась и, стараясь говорить уверенно, заявила:
— Что вы! Молодой господин Син — образец совершенства! Мне большая честь сидеть рядом с вами!
Син Цзыхань фыркнул с явным презрением — похоже, он глубоко презирал таких льстецов, как она.
Пальцы Син Мояо, постукивавшие по столу, внезапно замерли, но тут же продолжили свой ритм, будто ничего не произошло.
Тун Лоси, заметив, что Син Цзыхань перестал пристально смотреть на неё, мысленно выдохнула с облегчением.
Атмосфера была слишком напряжённой, и Тун Лоси, чтобы хоть как-то разрядить обстановку, предложила:
— Может, выпьете чаю?
Оба мужчины лишь бросили на неё безразличные взгляды, и она почувствовала себя ещё неловче!
Вскоре дверь кабинета снова открылась. На этот раз вошла не только Цюй Юэмэй, но и державшая её за руку Тун Кэсинь!
Увидев появление Тун Кэсинь, Тун Лоси мысленно усмехнулась.
Сегодня Тун Кэсинь была безупречно накрашена, одета в розовое платье принцессы, обута в изящные туфли на каблуках. Её прежний неформальный образ полностью исчез — теперь она выглядела как принцесса, выросшая в облаках сладкой ваты.
Цюй Юэмэй, улыбаясь до ушей, ввела её в кабинет и представила:
— Господин Син, молодой господин Син, это моя младшая дочь Тун Кэсинь. Кэсинь, это дядя Син, а это молодой господин Син.
Тун Кэсинь мило улыбнулась и кивнула Сину Мояо:
— Здравствуйте, дядя Син.
Затем перевела взгляд на Син Цзыханя. В её глазах вспыхнул жаркий огонь, будто она уже готова была сорвать с него одежду и утащить в спальню.
— Здравствуйте, молодой господин Син, — пропела она с кокетливой застенчивостью.
Син Мояо лишь слегка улыбнулся в ответ, а Син Цзыхань остался таким же ледяным и даже не удостоил её словом.
Цюй Юэмэй смутилась и поспешила сама всё исправить, усадив Тун Кэсинь слева от Син Цзыханя.
Но та вдруг направилась прямо к месту Тун Лоси и, заискивающе глядя на неё, сладким голоском попросила:
— Сестрёнка, можно я сяду на твоё место? Там дует от кондиционера, мне холодно~
Тун Лоси спокойно выслушала эту приторную просьбу, внутри неё всё перевернулось от отвращения, но внешне она лишь вежливо улыбнулась:
— Конечно, садись.
Сама же она собралась пересесть куда-нибудь в другое место.
— Куда собралась? Иди сюда! — раздался ледяной голос Син Цзыханя.
Тун Лоси замерла и удивлённо посмотрела на него. Он пристально смотрел на неё, и в его взгляде читалась непререкаемая воля.
Она бросила взгляд на Тун Кэсинь, которая уже корчилась от злости, и внутри у неё всё возликовало. Она тут же послушно ответила:
— Хорошо.
Подойдя, она села слева от Син Цзыханя. И только теперь поняла: справа от неё — Син Цзыхань, а слева — Син Мояо…
Краем глаза она заметила, что Син Мояо с улыбкой наблюдает за ними, и от этого взгляда по спине пробежал холодок, наполнив её тревогой.
Тун Кэсинь почти написала у себя на лбу: «Я хочу тебя соблазнить!» С самого начала она не сводила глаз с Син Цзыханя и постоянно искала повод заговорить с ним.
Но Син Цзыхань не просто игнорировал её — он полностью её не замечал.
Официанты быстро подали блюда. Цюй Юэмэй с энтузиазмом приглашала обоих мужчин к столу и не забыла приказать Тун Лоси хорошо за ними присматривать.
Тун Лоси едва сдержалась, чтобы не фыркнуть. Она что, официантка, что ли?
— Господин Син, слышала, вы только что вернулись из-за границы и достигли там невероятных высот. Вы просто молодец! — льстила Цюй Юэмэй.
Син Мояо лишь слегка улыбнулся в ответ.
Тун Лоси уткнулась в тарелку и молча ела, слушая нескончаемые похвалы Цюй Юэмэй в адрес Син Мояо. Она уже поняла: этот ужин устроен вовсе не для неё.
Цель Цюй Юэмэй, очевидно, двойная: во-первых, познакомить свою дочурку с Син Цзыханем, а во-вторых — заискивать перед Син Мояо, исполнительным директором корпорации Син.
Ладно, раз так, она просто наестся досыта.
Пока она увлечённо ела, вдруг по её икре пробежала волна мурашек! От неожиданности она чуть не выплюнула сок, который пила!
Тун Лоси в ярости обернулась и уставилась на Син Мояо, который с невозмутимым видом сидел, будто ни в чём не бывало! Чёрт побери, что он там делает!
Ощущение мурашек медленно поднималось выше, то замедляясь, то ускоряясь, словно змея, лениво ползущая по коже. Иногда он останавливался, рисуя круги, будто намеренно мучая её. От этого прикосновения по телу разливался жар, и хотя она сидела у кондиционера, внутри всё пылало.
Этот бесстыжий мерзавец осмелился флиртовать с ней ногой под столом!
Она бросила на него предупреждающий взгляд, но он лишь мельком взглянул на неё и продолжил вести беседу, будто ничего не происходит.
Тун Лоси незаметно попыталась отодвинуть ногу в сторону, но вдруг всё её тело сотряс хрупкий спазм, и она не удержала бокал с соком — жидкость хлынула прямо на Син Цзыханя.
В тот же миг на её бедро легла горячая ладонь, крепко сжав его. От этого прикосновения всё тело Тун Лоси покрылось мурашками.
Он осмелился… Тун Лоси в ужасе и изумлении распахнула глаза. Жар его ладони обжигал кожу сквозь ткань платья, вызывая волну мурашек и заставляя её покраснеть до корней волос.
Страх быть замеченной заставил её вспотеть, а щёки пылали от стыда и возбуждения.
— Лоси, что с тобой! — Цюй Юэмэй вскочила и закричала на неё, увидев, что Син Цзыхань залит соком.
Син Цзыхань тоже смотрел на неё с отвращением и ледяным холодом.
— Тун Лоси, ты совсем больна? Эпилепсия разыгралась? — визгливо закричала Тун Кэсинь, лихорадочно вытирая одежду Син Цзыханя, будто пролили на неё саму.
Тун Лоси в панике вскочила на ноги, воспользовавшись шансом уйти от его домогательств под столом.
Ноги её подкашивались от странного жара, разлившегося по телу.
— Простите, рука дрогнула. Пойду в туалет, протру, — искренне извинилась она.
— Молодой господин Син, может, сходите в туалет, протрёте? А то будете чувствовать себя липким, — предложила Цюй Юэмэй, сердито глядя на Тун Лоси.
У Син Цзыханя был маниакальный порядок и чистота, и сейчас он чувствовал себя ужасно. Его лицо оставалось ледяным, а исходящий от него холод заставлял всех чувствовать себя в Антарктиде.
Не сказав ни слова, он молча вышел из кабинета. Следом за ним Тун Кэсинь бросила:
— Мама, я пойду посмотрю! — и исчезла.
Тун Лоси обернулась и яростно уставилась на виновника происшествия, готовая вцепиться в его безмятежное, благородное лицо и разорвать его в клочья. Чёртов развратник! Всё время ищет, где бы приласкаться!
Син Мояо по-прежнему улыбался — тонко, благородно, но в этой улыбке чувствовалась ледяная отстранённость.
Тун Лоси нахмурилась и снова села, дрожа от страха — она не знала, на что ещё способен этот сумасшедший.
Цюй Юэмэй была потрясена случившимся и, вероятно, боялась обидеть Син Мояо, поэтому стала ещё более услужливой, то извиняясь, то отчитывая Тун Лоси.
Тун Лоси опустила голову и делала вид, что не слышит её упрёков. Она и так привыкла к ядовитым словам Цюй Юэмэй — сейчас это было даже мягко.
Син Мояо слегка нахмурился, его взгляд стал холоднее, и он уставился на болтающую без умолку Цюй Юэмэй.
— Лоси, как ты могла пролить воду на молодого господина Сина? Когда он вернётся, хорошо извинись! — Цюй Юэмэй смотрела на неё с ненавистью, будто та совершила непростительное преступление.
— Я думаю, это не так уж важно. Цзыхань не из тех, кто цепляется за такие мелочи, госпожа Тун. Вы слишком переживаете, — спокойно произнёс Син Мояо, и Цюй Юэмэй тут же замолчала, смутившись.
Тун Лоси немного успокоилась и бросила взгляд на Син Мояо. Неужели он только что заступился за неё?
В туалете.
Син Цзыхань стоял, излучая ледяной холод, на лице — отвращение и раздражение. Он снял пиджак и уже собирался выбросить его в мусорное ведро.
— Молодой господин Син, не выбрасывайте! Дайте мне, я постираю! — внезапно появилась девушка и вырвала пиджак из его рук, прижав к груди.
http://bllate.org/book/2618/286909
Готово:
