Собаку Поместья Чжу в конце концов удалось спасти. Она сжалась в конуре, жалобно повизгивая и скуля, — вид у нее был донельзя несчастный.
Стоило Чжу Чану лишь вспомнить об этом, как его бросало в холодный пот. К счастью, человек ничего не съел, иначе чем бы все это кончилось?
Желая предотвратить повторение столь злосчастного происшествия, он нарочно прихватил с собой дорогие целебные снадобья и разыскал Цзян Шэнлиня. Осторожно намекнув на произошедшее, Чжу Чжан выразил надежду, что впредь глава павильона Ли не станет больше таскать их молодого господина повсюду, а уж тем более позволять ему пробовать что попало.
Цзян Шэнлинь на самом деле и сам в этот момент предавался самоанализу. Он мысленно вопрошал себя, с какой стати он вообще ожидал от Ли Сюя, что они смогут спокойно полюбоваться пейзажами. Как ни посмотри, а надежда была абсолютно нелепой, и потому он с легкостью согласился:
— Хорошо, можно, без проблем.
Чжу Чжан все еще беспокоился, а потому добавил:
— Если главе павильона Ли и впрямь понадобится кто-то для сопровождения на прогулках, стоит лишь сказать слово — мы наймем человека за серебро. Хоть несколько десятков, хоть сотню, а то и больше — не проблема.
Цзян Шэнлинь представил себе лицо Ли Сюя и подумал, что вряд ли найдется много желающих заработать такие легкие деньги на сопровождение.
Однако Чжу Чжан был непреклонен:
— Обязательно найдется! Я уже все разузнал: в этом цзянху хватает смертников, готовых торговать жизнью. Лишь бы серебро водилось, а остальное — пустяки. Прошу Искусного Врача не беспокоиться.
Цзян Шэнлинь:
— …
До такой ли уж степени все трагично и грандиозно?
У Ли Сюя не было времени заниматься делами Поместья Чжу. Он снова наведался в Академию Плакучей Ивы для проверки. Пол в той пустой комнате был набран из толстых досок, и хотя на первый взгляд они подгонялись друг к другу идеально, на деле повсюду скрывались потайные защелки, соединенные в цепь. Если бы не знающий толк в механизмах мастер, стоило поддеть хоть одну планку, как следом с грохотом могла развалиться едва ли не половина пола.
На словах хозяином Академии Плакучей Ивы числился Чжан Цань, богатый торговец лекарствами из Города Седых Глав, действительно поддерживавший связи с Поместьем Шанжу. Вот только два месяца назад он скончался от болезни, и теперь огромная свора его сыновей и племянников яростно грызлась за наследство. В усадьбе царил полный кавардак, так что им было не до нормальных торговых дел, а тем более — до приносящей одни убытки ради поддержания репутации книжной академии на окраине города.
Цзян Шэнлинь заметил:
— Если Академия Плакучей Ивы и впрямь замешана в делах Поместья Шанжу и Ду Яфэн, раз уж они знают о твоем присутствии на Горе Фэнмин, им следовало бы затаиться и не высовываться. С какой стати они по-прежнему в назначенное время пользуются тайным ходом? Что за дрянь там вообще спрятана?
— Трудно сказать, — отозвался Ли Сюй. — Я собирался пробраться внутрь и взглянуть, но те двое слуг донельзя осторожны — каждый раз приводить в действие механизм они прикрываются спинами, так что тонкостей не разглядеть. Однако, судя по приносимым ими коробкам с едой, внизу живет как по меньшей мере один человек.
Цзян Шэнлинь немного подумал и вдруг спросил:
— Ты по-прежнему считаешь, что второй молодой господин Чжу связан с Сектой Демонов?
Ли Сюй, судя по всему, вспомнил ту половину гигантской рыбы, помрачнел и холодно фыркнул.
Цзян Шэнлинь знал его достаточно хорошо: раз уж на лице появилось выражение, от которого даже собаки шарахались, значит, в девяти случаях из десяти все в порядке. Он продолжил:
— Раз уж ты полагаешь, что он не имеет отношения к Читяню, почему бы не расспросить его насчет механизма? Быть может, он встречал его в какой-нибудь древней книге.
Ли Сюй нахмурился:
— А если не встречал?
Цзян Шэнлинь опешил от такого вопроса и озадаченно ответил:
— Не встречал так не встречал, придумаем что-нибудь еще. А что ты хотел — пойдешь еще кого-нибудь убьешь?
Ли Сюй:
— …
Наступила ночь.
Чжу Яньинь как раз полулежал на кровати и читал легкое чтиво, как вдруг, услышав звук открывающейся двери, молниеносно засунул находившуюся в руках Секретную историю бапты Цзиньюнь под матрас.
Чжу Сяосуй заглянул внутрь и знаком показал, что все в порядке: мол, это не управляющий, а Божественный врач Цзян.
Чжу Яньинь с облегчением выдохнул.
Цзян Шэнлинь явился с чертежом механизма.
Чжу Яньинь взял его в руки, бросил взгляд и произнес:
— Это Узел Тяньгун.
Цзян Шэнлинь:
— …Почему так быстро? Не хочешь ли взглянуть еще пару раз?
Чжу Яньинь ответил:
— Судя по тому, как стыкуются эти деревянные пазы, это и вправду Узел Тяньгун, тут и смотреть нечего.
Цзян Шэнлинь:
— Если честно, об этом хочет узнать глава павильона Ли.
Услышав это, Чжу Яньинь внутренне подобрался и подумал: Пожалуй, я бы мог взглянуть еще пару раз.
Ровно через время сжигания одной палочки благовоний они окончательно убедились, что это действительно Узел Тяньгун.
Цзян Шэнлинь поинтересовался:
— Сможешь разобрать?
— Смогу. — Чжу Яньинь в мягких туфлях спустился с кровати, взял чистый лист бумаги и принялся подробно вырисовывать ему разобранный механизм. Рисовать пришлось целых три больших листа: шипы и пазы идеально сходились, поражая тонкостью и сложностью.
Цзян Шэнлинь изумился:
— И это лишь одна из сцепцевых частей?
— Да, — подтвердил Чжу Яньинь. — Узел Тяньгун обычно состоит из трех уровней, но стоит научиться разбирать один, и остальные будут точно такими же. Ничего сложного.
Цзян Шэнлинь подумал: и это у него называется «ничего сложного» — от одного вида в печенках отдает. В то же время в его душе закралось сомнение: хотя он и догадывался, что Чжу Яньинь мог читать древние трактаты по механике, способность нарисовать все с такой детализацией явно выходила за рамки простого «прочтения». Он спросил:
— Откуда у тебя такие глубокие познания в древних механизмах?
Чжу Яньинь ответил, что в первое время после потери памяти ему было совершенно нечем заняться, и он часто хаживал в книгохранилище — стоило увидеть что-то, как оно само врезалось в память.
Цзян Шэнлинь удивился:
— Запомнил с одного просмотра?
Чжу Яньинь удивился еще сильнее:
— А как же иначе?
Цзян Шэнлинь:
— …
Да нет, ничего, никаких «иначе».
Сияние Клана Чжу из Цзяннани слепило глаза.
Он унес те три больших листа с собой.
Ли Сюй бегло просмотрел их:
— Ого, так вот оно как.
Цзян Шэнлинь:
— Ты что, в этом разбираешься?
Ли Сюй:
— А ты нет?
Цзян Шэнлинь:
— …
Да чтоб тебя.
Ли Сюй указал на одно из мелких соединений:
— Непонятно, это коромысло для ношей или старая курительная трубка?
Цзян Шэнлинь охерел от такой постановки вопроса:
— Ты о чем вообще? Посмотри на меня, я по твоему похож на курительную трубку?
Ли Сюй поморщился:
— Когда он рисовал, ты что, не мог расспросить как следует?
Цзян Шэнлинь возразил:
— Вообще-то я спрашивал, только ничего не понял.
От попыток понять до полного отречения проходило, пожалуй, ровно пара-тройка фраз — казалось, что только и делаешь, что выставляешь себя на посмешище, так что лучше уж замолчать.
Ли Сюй покачал головой и свернул чертеж со стола:
— Ладно, пойду спрошу сам.
— Постой! — Цзян Шэнлинь вмиг вцепился в него. — Ты среди ночи заявишься туда, а ну как опять человека до смерти перепугаешь? Пережди до завтра, я придумаю способ и приведу молодого господина Чжу к тебе.
Избавив себя от необходимости слушать бесконечные причитания управляющего, который, того гляди, снова отправится нанимать смертников за бешеные деньги — так и облысеть недолго.
Ли Сюй остался недоволен:
— Не хочу терять время.
Цзян Шэнлинь привел веский довод:
— Если ты доведешь молодого господина Чжу до обморока, разве это не пустая трата времени?
Ли Сюй:
— …
Тоже верно.
Впрочем, если подумать, убедить Чжу Яньиня тоже та еще задачка — Цзян Шэнлинь долго репетировал в голове будущий разговор. На следующий день после полудня, завершив осмотр пациентов в Поместье Чжу, он с максимальной осторожностью извлек из рукава небольшой метательный дротик. Грубоватый и архаичный, с притупленным лезвием, он отлично подходил для того, чтобы повертеть в руках.
Чжу Яньинь озадаченно спросил:
— Что это?
Цзян Шэнлинь ответил:
— Глава павильона Ли велел передать. Говорит, чтобы ты развеял скуку.
Рука Чжу Яньиня мгновенно отдернулась, словно ошпаренная.
Цзян Шэнлинь тут же поспешил добавить:
— Это плата за расшифровку чертежа механизма.
Чжу Яньинь:
— …
Цзян Шэнлинь продолжил:
— Этот дротик зовется Ледяная Душа, в цзянху такое оружие почти утрачено.
Чжу Яньинь некогда просматривал трактаты об оружии и, услышав название, сразу вспомнил, что это должен быть скрытый клинок, занимающий второе место в рейтинге. В его груди закономерно всколыхнулось любопытство, и взгляд так и норовил скользнуть вверх.
Цзян Шэнлинь воспользовался моментом, вложил дротик ему в руку и тут же заговорил:
— У главы павильона Ли осталось еще несколько вопросов по устройству Узла Тяньгун, так что он приглашает тебя заглянуть в постоялый двор для беседы. Давай-ка отправимся прямо сейчас!
Чжу Яньинь:
— ?
Уговаривая и обманывая, волоча и подталкивая, под предлогом «выйти развеяться» и за спиной у Чжу Чана с Чжу Сяосуем, Цзян Шэнлинь все-таки затащил второго молодого господина Чжу в экипаж.
Чжу Яньинь был близок к слезам: неужели сбежать обратно в Цзяннань уже поздно? Спаси меня, братец!
Ли Сюй выкупил весь постоялый двор целиком, оставив лишь пару слуг да кухарку, так что вокруг царила полная тишины и умиротворение.
Цзян Шэнлинь поднялся с Чжу Яньинем наверх, но в комнате никого не оказалось.
Второй молодой господин Чжу почувствовал себя так, словно с его плеч свалилась гора. Он тут же развернулся с твердым намерением смыться — как прекрасно, просто великолепно, прощайте!
И тут же по закону подлости врезался прямо в грудь появившемуся в дверях Ли Сюю. Выглядело это так, будто он бросился тому на шею с невероятным энтузиазмом — скажем прямо, ровно так в романах обычно поступали коварные и расчетливые злодейки.
— Ай! — от удара у Чжу Яньиня в глазах заискрилось и закружилась голова.
Ли Сюй:
— …
Цзян Шэнлинь, глядя на завораживающий облик великого главы павильона — распахнутые черные одежды, наполовину обнаженная грудь и длинные волосы, с которых все еще капала вода, — тоже пребывал в полнейшем недоумении. Я же черным по белому сказал, что приведу молодого господина Чжу вечером, почему ты не мог спокойно дождаться в комнате, а вместо этого поперся мыться?!
Ли Сюй не стал вдаваться в долгие объяснения, просто взял гостя за шкирку, усадил на стул и расправил на столе чертеж:
— Что это здесь?
Нос Чжу Яньиня все еще саднило. Окинув бумагу слезящимися глазами, он слабо ответил:
— Кровавая ласточка пронзает увядшую луну.
Ли Сюй снова спросил:
— А здесь?
Чжу Яньинь ответил:
— Серебряная трава пробивает водный грот.
— А это?
— Свиная голова ничего не понимает.
Цзян Шэнлинь, все это время наворачивавший круги неподалеку и державвший ухо востро:
— Эй!
Чжу Яньинь, вероятно, и сам сообразил, как это прозвучало, и поспешил пояснить:
— Механизм так называется — Свиная голова ничего не понимает.
Уголки губ Ли Сюя едва заметно дрогнули. Хоть он и не издал ни звука, для закоренелого маньяка-убийцы с вечно каменным лицом это вполне можно было сочесть за раскатистый безудержный хохот и безжалостную насмешку.
Искусный Врач в ярости вышел за дверь: слушать больше не намерен, пойду спать.
Чжу Яньинь же подробно растолковал каждый механизм на бумаге.
Ли Сюй кивнул:
— Я запомнил.
Чжу Яньинь:
— Угу.
В комнате воцарилась тишина.
Фитиль свечи тихо потрескивал.
Чжу Яньинь украдкой бросил взгляд на собеседника. Тот по-прежнему сидел в распахнутых одеждах, с небрежно завязанным поясом. Полусырые черные пряди волос свободно падали на слегка бледную кожу; взгляд был опущен, губы беззвучно шевелились, словно он мысленно повторял чертеж. Ресницы у него оказались на удивление длинными, а их кончики улавливали золотистый свет свечи, отчего аура беспощадного маньяка чуточку поблекла.
— На что ты смотришь?
Чжу Яньинь испуганно вздрогнул.
Ли Сюй поднял голову и повторил вопрос:
— На что ты смотришь?
Чжу Яньинь сглотнул слюну, сообразив, что честный ответ Я смотрю на тебя прозвучит несколько бестактно, к тому же выдаст в нем дурака. Лихорадочно соображая, он нашелся:
— То, что ты рассказывал в прошлый раз про главу Секты Циньюнь, который докультивировался до отклонения ци, это как-то связано со мной?
Ли Сюй:
— Нет.
Чжу Яньинь:
— Ну и ладно!
Спустя еще какое-то время Ли Сюй первый не выдержал:
— Разве тебе не кажется забавным, что Лу Цин из-за своих тренировок сам себя сделал хромым?
Чжу Яньинь озадаченно переглянулся с ним.
— Нисколько. Что тут смешного-то?
Ли Сюй:
— …
Чжу Яньинь:
— Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха.
Чжу Яньинь:
— Очень смешно.
Ли Сюй рассвирепел и свирепо ущипнул его за щеку.
Второй молодой господин Чжу был готов снова заплакать: смеяться нельзя, не смеяться тоже нельзя, как же трудно угодить этим вашим демонам!
Отпустите меня домой!
http://bllate.org/book/26138/3130499
Готово:
