С некоторых пор утро Чаёна всегда начиналось одинаково. Проснувшись, он первым делом выпивал стакан воды, умывался, затем готовил простой завтрак и, проверяя по ходу своё состояние после сна, ел.
Сегодня ничего не изменилось. Ранним утром Чаён сидел за обеденным столом и откусывал кусок тоста, густо намазанного сливочным маслом. В этот момент до него донёсся знакомый голос. Из динамиков в гостиной звучал уверенный голос ведущего прогноза погоды:
«Сейчас утренняя температура в Сеуле оказалась ниже, чем ожидалось. В Сеуле и Тэджоне сейчас один градус тепла. В Тэгу температура поднялась до четырёх градусов, а в Пусане превышает пять. По сравнению с этим же временем вчера температура в целом опустилась примерно на два градуса.»
«Неужели уже зима приходит?»
Обычно говорят, что после сильного осеннего дождя вскоре приходит зима. Таков естественный ход вещей. Похоже, до смены сезона действительно оставалось недолго.
«Днём по всей стране в основном ожидается ясная погода, однако ночью в разных регионах начнутся довольно сильные осенние дожди, а в тяжёлых случаях к завтрашнему утру они перейдут в ливни. Тем, кто собирается выходить ночью, лучше обязательно взять с собой зонт.»
Отпивая глоток тёплого кофе, Чаён вдруг вспомнил голос свою подругу Доюн.
«На завтра пока ничего нет, а послезавтра, кажется, Лондон?»
Поставив чашку, Чаён поспешно выбежал на террасу гостиной. Он встал, прислонившись спиной к перилам, и слегка высунул голову наружу. Медленно переводя взгляд по внешней стене здания, словно поднимаясь по ступеням, он остановился на уровне седьмого этажа. Никого. Не было даже признаков того, что кто-нибудь собирается выйти.
Сильный дождь — отнюдь не хороший знак для выполнения авиарейсов. Из-за проливных дождей нередко происходят отмены рейсов или самолёты уходят на запасной аэродром. Интересно, знает ли он о предстоящем сильном дожде?
— Какое мне вообще до этого дело?
Поймав себя на том, что беспокоится о совершенно постороннем человеке, Чаён поспешно перевёл взгляд в сторону большой дороги. Его раздражало, что он то и дело внезапно вспоминает Хан Тэджу.
Небо было голубым и ясным. Он машинально посмотрел вниз, на открытую парковку, и заметил посреди неё один внушительный чёрный седан.
На этой парковке за каждым жильцом было закреплено своё место. Чаён запомнил это место, потому что во время его поездок на работу и возвращения домой оно всегда пустовало. По крайней мере, эту машину он здесь прежде никогда не видел. В этом районе жило много молодых людей, поэтому спортивный автомобиль ещё не вызвал бы удивления, но такой дорогой представительский седан, который вполне мог бы использоваться как президентский служебный автомобиль, здесь встречался крайне редко. Разве что несколько таких машин стояли заброшенными в дальнем углу открытой парковки — вот и всё.
К тому же мужчина, который оставил машину заведённой и вышел наружу поговорить по телефону, тоже был ему незнаком. Этого немолодого мужчину с холодным выражением лица Чаён совершенно точно видел впервые. И всё же почему-то ему показалось, будто он уже когда-то где-то его видел.
«В терминале аэропорта? Или, может, по телевизионным новостям?»
Пока он сосредоточенно об этом размышлял, лишь с опозданием понял, что уже почти пора на работу. Чаён поспешно проверил дверь, закончил собираться и вышел из квартиры. Сбоку от входной двери находился лифт с плотно сомкнутыми створками. Увидев его, Чаён снова вспомнил вчерашнюю выходку Хан Тэджу и вновь не смог поверить в произошедшее.
— Ха, ну и правда, слов нет.
Хан Тэджу был первым человеком в жизни Чаёна, который за столь короткое время успел наговорить ему столько невежливых вещей. Ему было досадно, что он постоянно думает об этом человеке, и потому он даже ускорил шаг. Как раз когда Чаён несколько резче обычного заводил свою машину, из общего входа вышел Тэджу. Сделать вид, что он его не заметил, было невозможно: Тэджу слишком сильно выделялся среди окружающих. Чаён намеренно не стал обращать на него внимания, но их взгляды встретились, и ему ничего не оставалось, кроме как слегка поклониться в знак приветствия. Как и следовало ожидать, Тэджу собирался просто проигнорировать его и пройти мимо.
— Подождите минутку, капитан Хан.
Чаён подумал, что постоянно вспоминает Тэджу, вероятно, потому, что так и не смог как следует завершить их конфликт. Возможно, по этой же причине всякий раз, когда он видел его, сердце начинало биться непривычно быстро. Поспешно догнав мужчину, Чаён поднял обе руки, показывая, что сдаётся. Он не хотел, как вчера, необдуманно прикасаться к нему и тем самым ещё больше раздражать и без того чувствительного Тэджу.
— Что ещё, диспетчер Ли Чаён? Я же сказал, что мужчины меня не интересуют.
Чаён нахмурился.
— Я бы хотел попросить вас воздержаться от подобных шуток. Мне от них действительно неприятно.
— Если мы впредь не будем сталкиваться, проблема решится сама собой. Хотя это не совсем шутка.
— Я подошёл, чтобы извиниться. За тот случай во время вашего прошлого рейса. Простите.
Тэджу, который до этого холодно проходил мимо, вдруг остановился и пристально посмотрел на Чаёна.
— Умеешь же вспоминать о чём-нибудь с опозданием.
— Поздно я это делаю или нет, но я признаю, что, пусть и не намеренно, всё-таки доставил вам неприятности. В тот день был слишком сильный туман, поэтому посадку самолётов было плохо видно невооружённым глазом. А потом экипаж иностранной авиакомпании всё время просил посмотреть, не вышли ли у них шасси, и наш новичок растерялся и допустил ошибку. За это я хочу извиниться. И за то, что, назвав это мелкой ошибкой, попытался просто замять случившееся.
Тэджу молча выслушал его длинную речь, после чего слегка прищурился.
— И что теперь? Чего ты хочешь добиться, выкатывая всё это сейчас?
— Я не могу гарантировать, что подобное никогда больше не повторится, но обещаю постараться быть внимательнее. От этого зависят жизни многих людей, в том числе и ваша... А я отнёсся к этому слишком беспечно. Простите.
— Хорошо, что ты всё-таки умеешь отличать правильное от неправильного.
Чаён пришёл извиниться, но в ответ Тэджу снова заговорил колко. Вспыхнув, Чаён нахмурился.
— Я вообще-то извиняюсь. Неужели обязательно говорить со мной в таком тоне?
— А есть какой-то другой способ? Если знаешь — научи.
Непонятно было, издевается он или действительно не понимает. Судя по всему, скорее первое, но выражение его лица говорило об обратном. А может, он просто дразнил Чаёна. Тот предпочёл не отвечать.
— Как бы то ни было, за прошлый случай я извинился. А вы сами ничего не хотите сказать мне насчёт вчерашнего?
— Вчерашнего? Ничего.
На бесстрастном лице Хан Тэджу не дрогнул ни один мускул.
Чаён ожидал хотя бы формального обмена вежливостями вроде: «Спасибо, что вчера подобрал моё лётное удостоверение. Благодаря тебе я избежал неприятностей». Но, похоже, даже это оказалось слишком большим желанием. Он не ради благодарности поднял чужую вещь, однако представить себе, что Тэджу действительно ничего не скажет, Чаён не мог. Щека Чаёна, который хотел как можно мирнее уладить их отношения — ведь, живя в одном районе, они ещё наверняка будут время от времени сталкиваться, — слегка дёрнулась.
— Ну конечно. Как иначе. Ладно, всё понятно. Мне пора на работу.
— И зачем ты мне об этом докладываешь? Иди.
— Я не докладываю..! Вау, серьёзно. Как вы только умудряетесь не умереть и жить дальше с таким отвратительным характером.
— Как видишь, умудряюсь.
— Вот поэтому вас со всех сторон и ругают.
Чаён бросил на него раздражённый взгляд и поспешно направился к парковке, опасаясь, что иначе упустит возможность первым уйти и лишится шанса закончить разговор. Не оборачиваясь, он сел в машину и уехал.
В зеркале заднего вида был виден высокий, стройный силуэт Тэджу. И вдруг, совершенно неожиданно, тот мельком обернулся на его машину. Растерявшись, Чаён отвёл взгляд, но, снова посмотрев в зеркало, с удивлением обнаружил, что Тэджу уже исчез буквально в мгновение ока. Похоже, он скрылся где-то возле того дорогого седана, который Чаён недавно видел с парковки. Чаён озадаченно продолжал смотреть в зеркало, но машина уже завернула за угол, и он больше не мог тайком следить за Тэджу взглядом.
✈✈✈
Белые, выкрашенные стены были сплошь увешаны работами художников, чьи имена легко приходили на ум при словах «современное искусство XX века». Половину пространства занимали разноцветные картины, половину — гротескные скульптуры. В приёмной художественной галереи, принадлежащей структуре под названием «Korean Air», где то тут, то там выставлялись произведения искусства стоимостью в сотни миллионов вон и каждое из них так и сияло своей значимостью, с самого раннего утра Тэджу ожидал пожилой мужчина.
Он неспешно пил прозрачный коричневатый чай, наслаждаясь его вкусом. Это был дед Тэджу по матери. В обществе его знали как председателя Мун Хёнги — председателя «Daeyeong Group», материнской компании «Korean Air».
— Садись. Раз уж, как ты и говорил, обе стороны согласились на эту встречу, теперь давай поговорим.
Начальник Ан, стоявший позади председателя Муна, распорядился подать Тэджу тёплый чай и лёгкие закуски. Сотрудники галереи слаженно выполнили распоряжение и один за другим покинули помещение. В просторном зале остались только два кровных родственника и начальник Ан.
Только после этого председатель Мун резко поставил чашку на стол. Раздался резкий звон, и на краю дорогой чайной чашки появился скол.
— Тэджу, ты идёшь встречаться с сонбэ, а одет во что?
— Выходной же. Мне что, в форме прийти?
— Почему ты ни разу не можешь просто ответить: «Да, впредь я постараюсь лучше»?
— Наверное, я сильно похож на свою мать, которая всю жизнь не слушалась деда. Раз уж вы разбудили меня так рано и привезли сюда, хватит тратить время попусту и просто скажите, что хотели. У меня завтра дальний рейс. Сегодня мне нужно как следует отдохнуть.
То, как они смотрели друг на друга с взаимным недовольством, создавало ощущение некоторой неестественности для людей, связанных родственными узами.
— Причина, по которой в компании постоянно возникают конфликты, в том, что у тебя нет достаточных полномочий. Сейчас вы выглядите равными, но потом именно ты станешь работодателем для всех этих людей. Если подобные проблемы будут продолжаться, в будущем это обернётся против тебя.
— Я никогда не говорил, что собираюсь наследовать компанию. С чего вдруг я стану их работодателем? Все капитаны равны. Есть только разница в стаже.
— Хватит нести чепуху и делай, что тебе говорят. На следующей неделе я собираюсь представить тебя людям. Как раз подвернулся подходящий случай.
Перед Тэджу положили тонкую папку. В ней шла речь о приобретении нескольких новых широкофюзеляжных самолётов. Даже один такой самолёт стоил астрономических денег, поэтому покупка сразу нескольких наверняка станет новостью. Поскольку компания спокойно работала и никаких крупных событий не происходило, подходящего повода представить Тэджу публике не находилось. Похоже, теперь они собирались воспользоваться этим случаем.
http://bllate.org/book/25917/4482582
