— Ну что ж, в конце концов, у Человека нет божественной силы, — Вэйнингс пожал плечами и тут же сменил тему: — Велети обитателям замка в последнее время не выходить наружу. Я уже велел Нуоэр и Джессу действовать.
Лицо Дворецкого посуровело, и он слегка кивнул:
— Не беспокойтесь, молодой господин, тыл на мне.
Вэйнингс:
— Благодарю за труд.
В комнате.
Цэнь Си, искупавшись, сидел на кровати, погруженный в оцепенение. В мыслях стоял лишь образ Вэйнингса, смотревшего на него в лунном свете. Кончики пальцев шевельнулись, Цэнь Си поднял руку и коснулся собственной задней части шеи — под пластырем-блокатором по-прежнему скрывалась та самая железа.
У омег течка случается примерно раз в три месяца, длится она около трех-пяти дней. С момента последней течки у Цэнь Си уже прошло два месяца, если считать в полном объеме — оставалось еще почти целое лето.
Выдвинув ящик, Цэнь Си снова пересчитал подавители и блокаторы. На самом деле, вместо того чтобы сдерживать течку с помощью подавителей, куда проще было бы воспользоваться услугами альфы. В конце концов, преграждать путь воде хуже, чем дать ей выход.
К тому же, молодой господин и впрямь был так хорош.
Осознав с опозданием, о чем именно он только что думал, Цэнь Си почувствовал, как у него слегка задрожали даже пальцы.
Хлоп —
Ящик задвинулся.
Цэнь Си выключил свет и с головой зарылся в постель. Спустя долгое время из мягкого одеяла показалась лишь макушка: спрятавшись внутри, он слегка свернулся калачиком, лежа на боку, и бормотал сам себе:
— Как это неприлично.
Как он мог вообще помышлять о том, чтобы попросить молодого господина помочь ему пережить период течки?
Это же осквернение божества.
На следующий день Цэнь Си встал очень рано. Умывшись и приведя себя в порядок, он принялся за свой хлопотливый день. Заново вымыв и без того чистый пол, Цэнь Си прошел по нему шваброй во второй раз, не пропуская даже углы.
Когда он закончил, слуги как раз проснулись и, увидев это, застыли в полном оцепенении.
Даже крылатая книга — 345 — лишилась дар речи. Покачиваясь в воздухе, она подлетела к Цэнь Си и произнесла:
— Предки мои, во сколько же ты поднялся?
Цэнь Си вытер пот со лба и ответил:
— В четыре.
345: «……»
— Я хочу вышить для молодого господина маленькие крылышки, — Цэнь Си вспомнил то зрелище, когда вчера Вэйнингс показывал ему свои крылья. Говорил он с воодушевлением, да еще и заикался о том, чтобы выкупить их — очевидно, они ему страшно нравились. Раз уж молодому господину по душе эта вышивка, он вышьет побольше.
— Ого, хозяин еще и вышивать умеет? — воскликнул 345. — Ни за что бы не подумал.
Его голос звучал так громко и неожиданно, что привлек внимание всех вокруг. Цэнь Си слегка смутился, быстренько нашел пустую комнату и жестом велел 345 залететь внутрь.
Стоило 345 оказаться за порогом, как Цэнь Си захлопнул дверь. Не успел он и рта открыть, как книга резко прижала крылья, защищая свое тело, и завопила:
— Ты чего?! Сразу предупреждаю, я ничего не боюсь и ни перед чем не пасую! Если вздумаешь меня лупить, я ведь и позвать кого-нибудь могу!
Цэнь Си: «……Я ничего такого не делал, просто… просто хотел спросить, какие узоры любит молодой господин».
Эта книга до чего же очеловечена!
— Так вон оно что, — услышав это, 345 вздохнуло с облегчением. Оно расправило крылья, опустилось на резной сандаловый стол, выпрямилось и заявило: — Молодой господин любит розы. Те огромные заросли роз внизу дворецкий посадил как раз по вкусу молодого господина.
Цэнь Си мысленно зафиксировал в памяти «розы и маленькие крылышки», после чего осведомился:
— А еще что-нибудь?
— Помидоры, — 345 немного подумало, словно вспомнив что-то, и вдруг замахало крыльями, описывая круги над головой Цэнь Си, с изрядной долей сплетни в голосе: — …Молодой господин обожает помидоры! В прошлый раз на кухне он умял целый пакет!
Цэнь Си: «……»
Закончив утренние дела и пообедав, Цэнь Си отправился после полудня в кладовую, попросил у Дворецкого несколько чисто-белых носовых платков и, устроившись в своей комнате, принялся за вышивку.
Рядом с ним, затаив дыхание от любопытства, крутился 345. Поначалу энергии у него было хоть отбавляй: книга щебетала без умолку, ни на секунду не замолкая, и либо расхваливала Цэнь Си со словами: «Хозяин, ты просто гений!», либо утверждала: «Молодой господин будет в восторге от твоих роз!»
Цэнь Си от такого напора залился краской до самых ушей. Сначала ему было непривычно, но потом, слушая бесконечную болтовню 345, он постепенно привык. В конце концов, это всего лишь высокотехнологичный механизм.
Вэйнингс снова уехал. Цэнь Си не мог его увидеть и потому мог лишь усердно и добросовестно трудиться, но работа эта казалась до боли скучной. Повторение вчерашнего дня напрочь отбивало у Цэнь Си всякий интерес к жизни.
Он думал, что Вэйнингс вернется на выходных, но когда в тот день он приготовил томатный сок и отнес его на третий этаж, то прождал там до тех пор, пока чуть не уснул, а Вэйнингс так и не появился.
В конце концов наверх поднялся дежурный Дворецкий. Он разбудил Цэнь Си и сказал, что молодой господин в последнее время сильно занят и не вернется, велев ему отправляться отдыхать.
На душе скребли кошки, и Цэнь Си, сжав пальцы на груди, спросил:
— А когда молодой господин вернется?
— Этого я и сам не знаю, — с улыбкой ответил Дворецкий. — В последнее время у молодого господина непостоянный график.
Услышав это, Цэнь Си смог вымолвить лишь сухое:
— Ох.
В комнате 345 примостилось на столе и, разглядывая выдвинутый ящик, с удивлением разглядывало аккуратные ряды декоративных наклеек и стеклянных пробирок. Услышав голоса, 345 задрало «голову» и поинтересовалось:
— Это что еще такое?
Цэнь Си не возражал, что кто-то копается в его вещах — в конце концов, ничего по-настоящему ценного в ящике не было. Иными словами, во всей его комнате, за исключением подавителя и блокаторов, все остальное было подготовлено для него Дворецким.
— Подавитель и блокаторы, — ответил Цэнь Си и, подойдя ближе, достал из ящика новый пластырь. Он привычным движением сорвал с шеи старый, терявший свою силу блокатор и одновременно наклеил на заднюю часть шеи свежий, поясняя: — Чтобы феромоны не вырывались наружу.
В ту же секунду, подняв взгляд, Цэнь Си заметил, как 345 вытянуло крылья в струнку, а на его физиономии застыло выражение крайнего изумления.
Цэнь Си: «?»
Глава 9
— Я уловил очень густой запах свежей крови, прямо как на месте какого-нибудь убийства, — опомнившись, 345 уставилось на Цэнь Си. — Откуда такой аромат? Это от тебя исходит?
Если бы такой запах угодил в толпу вампиров — будь то высших или низших — его концентрации оказалось бы более чем достаточно, чтобы лишить их рассудка, превратить в обезумевших, яростных существ.
Словно на безмятежную гладь моря внезапно обрушился шторм: темные тучи сгустились чернилами, вздымая чудовищные, неукротимые волны.
Однако Цэнь Си явно истолковал слова 345 неверно, решив, что книга брезгует им, из-за чего его голос заметно осип:
— Это… сильно воняет?
345 ответило со всей серьезностью:
— У меня нет носа, я не умею нюхать.
Цэнь Си: «……»
Помявшись немного, Цэнь Си выдавил из себя:
— Угу. Мой феромон пахнет кровью… это большая редкость, и, наверное… многим неприятно.
— Зря ты так наговариваешь, — 345 по природе своей всегда отличалось прямолинейностью, а потому заявило: — Этот запах просто безупречен, он лучший в мире, и точка. Стоит тебе только сорвать этот защитный стикер, как все вокруг потеряют от тебя голову.
Цэнь Си: «……»
Слушать такое было донельзя неловко.
— Впрочем, мнеут жутко интересно, неужели феромоны и впрямь пахнут кровью? — снова заговорило 345.
— Нет, феромоны бывают самыми разными, запах крови — лишь один из вариантов, — Цэнь Си машинально покачал головой и добавил: — А ваш молодой господин… — он, казалось, смутился, но, помявшись с полминуты, все же задал вопрос: — Каким запахом обладает его феромон?
— О, дай подумать, — 345 сделало круг в воздухе, искренне не понимая, с чего это у человека раскраснелось лицо, ведь вопрос был самым обыкновенным. Похлопав крыльями, 345 произнесло: — Запах молодого господина… должно быть, смердит тухлятиной.
Цэнь Си: «?!»
— Старый бессмертный монстр, — 345 подобрало подходящее определение. — Чем же еще ему смердеть, как не тухлятиной?
Цэнь Си: «……» Сдержавшись, он тут же возразил:
— Да как вы можете! От молодого господина вовсе не пахнет ничем подобным!
— Ишь как защищаешь молодого господина? — удивилось 345 и тут же отлетело от Цэнь Си подальше, изображая испуг: — Какой грозный!
«……»
До чего же невыносимая эта книга!
Во второй половине дня Цэнь Си отправился собирать белье. Делать было нечего, и он решил заодно аккуратно сложить одежду Вэйнингса и отнести ее на третий этаж.
Стоило ему расправиться с первой вещью, как поднялся ветерок. Под его дуновением кусты роз склонили стебли, покачивая бутонами, а с деревьев сорвался пожелтевший лист и, плавно кружась, опустился прямо на волосы Цэнь Си.
Цэнь Си попытался поднять руку, но в охапке было слишком много просторной одежды, а листва на макушке изрядно докучала. Покрутив головой в надежде стряхнуть докучливую помеху, он в следующее мгновение почувствовал, как над его головой возникла тень.
Листик сняли. Вэйнингс, глядя на застывшего в растерянности Цэнь Си, внезапно протянул руку и легко щелкнул его по носу:
— Оглох?
Опомнившись, Цэнь Си отвернулся и тихо пробормотал:
— Ничего подобного.
— Мои вещи собираешь? — Вэйнингс посмотрел на одежду в руках Цэнь Си, уголками губ улыбнулся и сказал: — Давай я сам.
— Я лучше сам. — Цэнь Си покачал головой, а затем опустил взгляд. Помедлив секунду, он украдкой бросил на Вэйнингса косой взгляд, но, столкнувшись с его глазами, испуганно отвернулся, не смея больше смотреть.
— Хочешь посмотреть — смотри открыто, я же не запрещаю.
Вэйнингс никак не мог взять в толк, почему Цэнь Си вечно норовит украдкой поглядывать на него и совершенно не понимает зарождающегося чувства в сердце юноши, списывая подобное поведение исключительно на страх перед собой.
Раз уж его питомец целых несколько дней не видел хозяина, он снова дичал, становясь отчужденным и пугливым.
Чуть сильнее сжав в руках одежду, Цэнь Си вновь окрасил кончики ушей в цвет заката. Его блуждающий взгляд метнулся обратно к Вэйнингсу:
— Я вышил для вас розы…
— Правда? Вот это неожиданно. — Вэйнингс заинтересовался: — Надо бы взглянуть.
— Угу.
В комнате.
Вэйнингс впервые переступил порог спальни Цэнь Си. Обстановка здесь мало отличалась от прочих гостевых комнат, за одним исключением — в воздухе витал густой, сладковатый аромат свежей крови, словно в нее примешали какие-то пряности. Описать этот запах Вэйнингс не мог, но чувствовал к нему странное, непреодолимое влечение.
В обычное время, когда они находились рядом, от Цэнь Си не исходило столь насыщенного благоухания.
В глубине его глаз на мгновение мелькнул алый блеск. Слизнув едва показавшиеся клыки и моргнув пару раз, Вэйнингс перевел взгляд на юношу.
Тот как раз выдвинул ящик и извлек на свет носовой платок с вышитыми розами. В самый момент извлечения Цэнь Си уже успел пожалеть о содеянном: на фоне баснословных богатств и роскошного положения Вэйнингса этот платок казался сущим пустяком, не стоящим и ломаного гроша.
http://bllate.org/book/25822/3086221
Готово:
