Лэ Тун кусала губу — румянец на щеках ещё не сошёл. Делая вид, что всё в порядке, она нервно поправила подол школьной формы.
— Это ты стучалась? — спросила учительница в строгом костюме, поправив тонкие серебристые очки и с любопытством взглянув на них обоих. — Заходите.
Лэ Тун невольно бросила взгляд на Шэнь Чэ. Тот стоял спокойно, руки опущены вдоль швов брюк, — образцовый ученик с невозмутимым выражением лица.
Неожиданно ей в голову пришло одно выражение:
«Вежливый негодяй».
Их обоих вызвали в кабинет.
Шэнь Чэ шёл позади Лэ Тун. Её фигура была скрыта под мешковатой школьной формой. Резинка на хвосте обмотана всего два раза, и коса небрежно свисала по спине белой рубашки. Несколько выбившихся прядей мягко лежали на ткани — тонкие, прямые, в свете окна отливая тёплым каштановым оттенком. Его взгляд потемнел.
Ему казалось, он уже видел её фигуру раньше.
Тогда, в корпусе культуры и спорта, солнечный свет окутывал её, будто золотистая дымка, делая кожу особенно нежной и гладкой. А выражение лица — робкое, как у испуганного оленёнка, готового в любой момент убежать при малейшем шорохе.
Но запомнилась она ему по другой причине: он удивлялся, как на свете может существовать столь неловкий человек.
Спотыкается на ровном месте, врезается в дверь, задумавшись, и при этом пишет эротические рассказы, будучи самой робкой, как мышь.
Шэнь Чэ слегка усмехнулся и, широко шагнув, вошёл в кабинет, проходя мимо Лэ Тун.
Она почувствовала, как он скользнул мимо, и невольно задержала дыхание.
Учительница сидела недалеко, сосредоточенно делая записи в плане ручкой, даже не подняв глаз, когда Лэ Тун подошла.
Классный руководитель шестнадцатого класса была совсем молодой — недавно окончила университет и, по слухам, получила должность благодаря связям семьи.
— Староста, ты меня звала… — Лэ Тун почувствовала, что взгляд Шэнь Чэ устремлён на неё, и неловко спрятала руки за спину.
Учительница наконец отложила ручку и без предисловий сразу перешла к делу:
— Мне поступило анонимное сообщение от одноклассников.
Она положила перед Лэ Тун телефон с фотографией.
— В школе прямо запрещены романтические отношения. Ты всегда была образцовой ученицей… Как ты могла так поступить?
Лэ Тун опустила голову.
— Классная, я не… — Она не встречалась ни с кем, это была чистая правда.
Что до фотографии… Лэ Тун опустила ресницы.
И снова замолчала.
Учительница немного её отчитала. Возможно, из-за небольшой разницы в возрасте она сама не воспринимала нарушение правил как что-то серьёзное, но раз Цуй Жунъянь настаивала, пришлось хотя бы формально вызвать на беседу.
— Впредь сосредоточься на учёбе, — сказала она с заботой.
— Поняла, классная, — тихо ответила Лэ Тун.
От чувства вины и облегчения, что её не наказали, она немного расслабилась.
— Ладно, иди на урок.
— Хорошо.
Лэ Тун выдохнула с облегчением и машинально огляделась в поисках Шэнь Чэ. В просторном кабинете несколько учителей болтали за чашками чая, но Шэнь Чэ уже исчез.
Проходя мимо семнадцатого класса, она незаметно заглянула внутрь — его там тоже не было.
Обычно Шэнь Чэ сидел на первой парте, и его было легко заметить.
Она не знала, радоваться или расстраиваться. После той неловкой атмосферы у двери кабинета его отсутствие вызывало лёгкое разочарование.
Вернувшись на место, Лэ Тун всё время чувствовала, как Цуй Жунъянь изредка на неё поглядывает. Раздражённая, она просто отвернулась.
Сяо Янь подсела ближе:
— Ну как? Что сказала классная?
— Ничего особенного, — уныло буркнула Лэ Тун.
— Правда? Я же видела, как ты зашла вместе с Шэнь Чэ. Думала, вас обоих отчитают.
Лэ Тун опустила глаза.
Раньше она была слишком смущена, чтобы заметить этот момент.
Шэнь Чэ… зачем он туда пошёл? Из-за этой фотографии?
Шэнь Чэ только что вымыл руки. Капли воды стекали с пальцев — холодные и приятные. Он выпрямился, как раз в этот момент из туалета вышел парень с пышными кудрями и, ухмыляясь, подошёл к нему.
— Братан, а чего тебя классная вызывала? — спросил кудрявый, подмигивая, будто знал какую-то страшную тайну, и попытался обнять Шэнь Чэ за плечи.
— Говорят, ты с той из соседнего класса…
Шэнь Чэ даже не взглянул на него, просто развернулся и легко ушёл от его руки, собираясь уходить.
— Эй, братан, не уходи! — воскликнул кудрявый и бросился за ним. — Ну и как она? Легко ли её… ну, ты понял?
Слухи действительно быстро разносятся — стоит только дунуть ветерку, и все уже всё знают.
Шэнь Чэ остановился. Его лицо стало холодным. Он бросил взгляд на руку парня, которая почти коснулась его рукава, скрестил руки на груди и с сарказмом произнёс:
— Да?
Кудрявый поспешно убрал руку и сделал вид, что чешет голову.
— Ну я просто… интересуюсь.
Шэнь Чэ почти не общался с одноклассниками. Например, этого кудрявого он вспомнил только потому, что того однажды вызвали на общешкольную линейку за стрижку.
Парень явно почувствовал, что за спокойной внешностью Шэнь Чэ скрывается нечто куда более жёсткое. Он запнулся:
— Да все в курсе, не только я… Весь класс уже знает.
Голос его становился всё тише. Шэнь Чэ нахмурился, в глазах мелькнуло раздражение, но лишь на миг. В этот момент он заметил идущего навстречу Ци Юйляна и ещё нескольких парней из своего класса.
— Какое совпадение, — усмехнулся Шэнь Чэ. — Сегодня, что ли, в туалете собрание?
Он собрался уходить, но Ци Юйлян вдруг преградил ему путь.
— Староста, — произнёс Шэнь Чэ после паузы, — я гетеросексуален.
Ци Юйлян: «…»
Воздух словно застыл. Даже звук падающей иголки был бы слышен. После слов Шэнь Чэ лица всех парней исказились в самых разнообразных выражениях.
Внезапно раздался шум сливающейся воды — из кабинки вышел ещё один ученик, заправляя ремень. Увидев толпу, он вздрогнул.
Шэнь Чэ мельком взглянул на Ци Юйляна и, услышав звонок, вдруг повернулся к кудрявому:
— Классная сегодня говорила со мной о предстоящей контрольной на следующей неделе.
Обойдя Ци Юйляна, он добавил на прощание:
— Скоро родительское собрание.
Несмотря на жару, кудрявый с трудом сглотнул. Его оценки всегда были на дне, а после истории с причёской отец чуть не убил его. Если на родительском снова будет провал…
Мысль о Лэ Тун и Шэнь Чэ мгновенно вылетела у него из головы. Теперь он думал только о том, как бы списать на контрольной.
·
·
·
Лэ Тун сидела в классе. До урока оставалось немного времени, и ученики медленно возвращались с коридора. На этой неделе поменяли места, и теперь она сидела у окна на второй парте — отсюда хорошо было видно всех, кто проходил мимо двери их класса.
После звонка ещё несколько учеников спешили на урок.
Она достала тетрадь из парты, и вдруг почувствовала странное волнение. Машинально посмотрела к двери.
Высокая фигура. Подшитые брюки школьной формы подчёркивали длинные и стройные ноги.
Шэнь Чэ неспешно подошёл к двери и на миг перевёл взгляд внутрь класса. Сердце Лэ Тун замерло, но он, не заметив её, прошёл мимо.
Сяо Янь рядом вздохнула:
— Опять физика! Два урока подряд — это же пытка!
— Да, — рассеянно отозвалась Лэ Тун.
На этой неделе Шэнь Чэ словно исчез. Она видела его раз пять — не больше. Раньше они часто сталкивались в коридоре, на лестнице, даже в столовой. А теперь — ни в столовой, ни даже в туалете.
Лэ Тун оперлась на подоконник и внимательно всматривалась в лица проходящих мимо.
Нет Шэнь Чэ.
Не он.
Перемена закончилась, а она так и не увидела его.
С поникшей головой она вернулась на место. Сяо Янь удивилась:
— Ты чего после каждого урока бегаешь в коридор?
— В классе душно, выхожу подышать, — вяло ответила Лэ Тун.
— Понятно. А мне самой тошно от мыслей о контрольной на следующей неделе. До выпускного ещё далеко, а давление уже как на ЕГЭ.
Сяо Янь болтала без умолку, но Лэ Тун почти не слушала. Её слова проходили мимо ушей.
Лэ Тун машинально привела в порядок свою парту.
Иногда судьба действительно странная.
Первый поцелуй отдала Шэнь Чэ, и тогда она была смущена и растеряна — и вдруг встретила его.
А теперь, когда она уже почти решилась, что Шэнь Чэ испытывает к ней чувства, он вдруг исчез.
Сегодня пятница. На прошлой неделе она не ездила домой, и мать строго приказала: сегодня обязательно вернуться.
Лэ Тун неспешно собрала вещи. Сяо Янь собиралась уходить с подругами пообедать, так что Лэ Тун решила ехать на автобусе одна.
В классе почти никого не осталось — половина ушла сразу после звонка, остались лишь дежурные, подметающие пол. Лэ Тун взглянула на Цуй Жунъянь, которая вытирала доску, и злость вновь поднялась в груди.
Хотя классная сказала, что жалоба анонимная, почти наверняка это была Цуй Жунъянь.
Но что поделать — злиться бесполезно.
Лэ Тун надела рюкзак и вышла через заднюю дверь.
Пройдя по коридору и поравнявшись с семнадцатым классом, она машинально заглянула внутрь. Там почти никого не было. Шэнь Чэ спокойно сидел за партой, перебрасывая ручку с указательного пальца на средний, потом на безымянный — и остановился.
Лэ Тун замерла — он смотрел прямо на неё.
Она чуть замедлила шаг. Шэнь Чэ улыбнулся и что-то прошептал беззвучно. Она не разобрала, что именно, лишь видела, как его губы двигались.
Сердце её заколотилось так сильно, что, казалось, вот-вот выскочит из груди. Радость разлилась по всему телу, и вся обида последней недели мгновенно испарилась.
Она уже думала, что Шэнь Чэ больше не хочет с ней разговаривать.
Шаги её стали легче. Лэ Тун собралась спуститься по лестнице, но вдруг кто-то сзади схватил её за рюкзак. Она пошатнулась и чуть не упала.
Её резко оттянули назад — сильная рука обхватила за талию, и она оказалась в чьих-то объятиях. В нос ударил свежий, чистый аромат.
Шэнь Чэ приподнял бровь:
— Разве я не просил подождать меня?
— А? — Лэ Тун всё ещё дрожала от испуга и растерянно смотрела на него. Только быстрое дыхание выдавало, как сильно она перепугалась.
— Испугалась? — уголки его губ дрогнули.
Лэ Тун тихо кивнула.
Тогда Шэнь Чэ сказал, что, чтобы загладить вину, он проводит её домой.
http://bllate.org/book/2568/281666
Готово:
