— Управляющий Мо, скажи, уже почти полмесяца прошло с тех пор, как появилась прошлая книга, почему же ни одна больше не улетает? — Чэнь Чжао сидел за чайным столиком рядом с Мо Сюанем, который, как обычно, полулежал в своем ротанговом кресле, время от времени затягиваясь самокруткой.
— Чему быть, того не миновать, чего нет в судьбе — не вымолишь. К чему такая спешка? К тому же, это ведь не твои книги.
— Просто любопытно. Как думаешь, если я открою одну из них, смогу ли увидеть те истории?
— Лучше оставь эту затею. Тот, кому книга не предназначена, не увидит в ней ни строчки.
— Почему? Какая разница, кто читает?
Услышав это, Мо Сюань сел ровнее, отложил трубку и, глядя на Чэнь Чжао, сурово произнес:
— Потому что для них это последние слова, которые они смогли оставить своим близким в этом мире. Ты думаешь, книги может оставлять кто угодно? Нет. Это люди, которые не успели что-то досказать, не успели о чем-то поведать. К тем, кто оставляет здесь свои записи, нужно относиться с почтением!
— Я понимаю суть, но к чему такая резкость? Ты меня напугал.
Заметив, что Чэнь Чжао от неожиданности выпрямился и подобрался, Мо Сюань смягчился. Он медленно откинулся назад, и его тон стал спокойнее:
— Я просто хотел подчеркнуть: эти книги — не какой-то низкопробный хлам. Это последнее свидетельство того, что человек существовал в этом мире. Мы не можем читать их просто по собственному желанию.
— Понятно. Но у меня есть еще вопрос!
— Какой?
— Если хозяин книги долго не встречает того, кого хочет увидеть, она так и будет лежать у тебя?
Мо Сюань замер. Он сделал пару затяжек, вздохнул, и это поведение заставило Чэнь Чжао в недоумении уставиться на него.
— Что такое? Почему у тебя такой вид?
— Ничего. Просто я не знаю, как ответить на этот вопрос.
— Что тут сложного? Процесс болезненный?
— Вроде того. Если долго никто из родных не приходит, книга просто стоит на месте. Но если она сама осознает, что близкие ушли или совсем не вспоминают о ней, она сгорает…
Чэнь Чжао застыл. Он и представить себе не мог, что книги, осознав, что их родных больше нет и те о них не помнят, способны на самосожжение. Он не мог вообразить, какая решимость для этого требуется.
— И… мы ничего не можем сделать? Просто позволить им сгореть?
— Мы можем лишь проявить уважение, больше ничего. Это место — как почтовая станция. Дом наш, но настоящие хозяева здесь — они, и у нас нет права вмешиваться…
На этих словах Мо Сюань умолк. Он сам не хотел бы, чтобы такое происходило, но воля небес зачастую сильнее людских желаний.
Два дня спустя, когда Чэнь Чжао шел на работу и был уже недалеко от магазина, он заметил маленькую девочку, которая осторожно заглядывала внутрь. Чэнь Чжао увидел, что она долго смотрит, но не решается войти, и решил спросить:
— Малышка, что ты тут делаешь? Хочешь зайти почитать?
Девочка, увлеченная созерцанием интерьера, вздрогнула от неожиданности. Она обернулась, увидела перед собой молодого парня и прижала руку к груди. Поняв, что напугал ребенка, Чэнь Чжао поспешил объясниться:
— Прости, напугал тебя. Я работаю здесь. Видел, что ты стоишь и смотришь, но не заходишь, вот и решил спросить. Извини, пожалуйста.
— Нет-нет, что вы. Мне просто любопытно, вот я и смотрю.
— Ясно. А где твои родители? Почему ты одна?
Услышав вопрос о взрослых, девочка примолкла и опустила голову. Чэнь Чжао понял, что снова спросил лишнее, и поспешил исправиться:
— Впрочем, неважно. Раз уж ты здесь и тебе интересно, может, зайдешь посидеть? Заодно и подождешь своих родных, хорошо?
Девочка посмотрела на Чэнь Чжао, и в его глазах читался такой искренний призыв, что она не смогла отказать. К тому же, ей и вправду очень хотелось увидеть, что там внутри. Она вошла в книжную лавку вместе с ним.
— Малышка, ты все-таки зашла! — Мо Сюань, наблюдавший за тем, как Чэнь Чжао ведет девочку, поднялся и направился к книжным полкам. — Ты видел ее у дверей? Почему же не пригласил раньше?
— Она боялась. В конце концов, это место выглядит так, будто сюда никто не хочет заходить.
— Ты сам знаешь, что сюда не рвутся, ну и вкус у тебя, раз довел все до такого состояния!
— А что не так? Мне нравится! Малышка, иди сюда, присядь, пусть этот парень нальет тебе чаю.
Услышав приглашение Мо Сюаня, девочка посмотрела на Чэнь Чжао. Тот только сейчас вспомнил, что она стоит рядом — за спором с Мо Сюанем он совсем забыл о гостье. Он проводил ее к столику.
— Будешь чай? Или мне сходить купить тебе какой-нибудь напиток? Дети обычно не любят чай.
— Не нужно, спасибо. Я попью чаю, не утруждайтесь.
— Ну ладно.
Чэнь Чжао налил девочке чаю, и та осторожно отпила маленький глоток. Мо Сюань, стоявший у стеллажей, посмотрел на ребенка, подошел к дальним полкам, взял книгу и вернулся. Чэнь Чжао увидел книгу, перевел взгляд на девочку, затем снова на Мо Сюаня — и вдруг все понял. Он хотел было что-то сказать, но Мо Сюань остановил его жестом. Чэнь Чжао замолчал и стал наблюдать.
— Можешь почитать вот это. Все равно родителей сейчас рядом нет, почему бы не почитать в ожидании?
Девочка взяла книгу. На обложке был изображен пожарный, который, держась за руки с женой, прижимал к себе ребенка, и все они шли под лучами солнца. Девочка погладила фигуру пожарного, ее что-то зацепило. Книга называлась «Защити ее». Она открыла страницу…
«Как же я хочу, чтобы выжил не я один. Но я счастлив, что остался жив и могу видеть своих жену и ребенка.
Я пожарный, меня зовут Кан Цзянь. Наш долг — охранять безопасность людей и их имущество. Я спас людей, но не смог уберечь своих товарищей…
Я работаю пожарным ровно год. За этот год пришлось пройти через многое. Это тяжело! Но я все равно доволен, ведь я спасаю жизни, разве эта усталость чего-то стоит? Жаль только, что у меня совсем не остается времени на жену и дочку.
— Эй, Кан Цзянь, что это за красотку ты разглядываешь?
— Какую еще красотку? Это моя жена! Что ты мелешь?
— Жена? Ты женат? Откуда бы мне знать? Вот хитрец, женился по-тихому, от братьев скрыл!
— Какое скрыл? Вы сами не спрашивали, не надо меня оговаривать. У меня уже и ребенок есть.
— Ого! Не скажешь по тебе, Кан Цзянь, ты в любви проворнее всех, уже и дети есть!
— Конечно. Не то что вы, холостяки, только и знаете, что работать, а любви искать не умеете. Так и помрете в одиночестве!
— Что ты сказал? Ну все, братья, бей его!
Это были мои сослуживцы. Кан Цзянь имел неосторожность ляпнуть лишнего и теперь готовился принять бой. Но в самый разгар нашей шутливой потасовки прозвенела сирена. Мы вмиг облачились в форму, запрыгнули в машину и помчались на вызов.
Это и есть наше братство — хрупкое, с вечными спорами и потасовками, но все же единая команда.
Мы прибыли на место. Там было полно народу — если случается что-то, кроме пожара, зевак всегда хватает.
— Пожарные, наконец-то вы приехали!
— Что происходит?
— Девушка стоит на краю ограждения пятого этажа, угрожает прыгнуть. Мы никак не можем ее уговорить, подойти боимся, полиция тоже бессильна. Стараемся просто не дать ей сорваться, вот вас позвали.
— Всем подготовить лестницу, развернуть защитный мат на земле. Двое — на крышу, закрепить тросы и спускаться. Главное, не подходите слишком близко! Кан Цзянь, идешь со мной, будем заговаривать ей зубы. И помните: действуйте по обстоятельствам, никакой самодеятельности!
— Есть!
Получив приказ, мы приступили к работе. Вскоре лестница была поднята, ребята на крыше спустились на тросах. Мы с капитаном переглянулись и начали подъем.
— Девушка, пожалуйста, не горячитесь. Расскажите, что случилось, мы поможем во всем разобраться, не делайте глупостей.
— Поможете? Да чем вы поможете? Вечно я во всем виновата, вечно я за всех страдаю! Я что, козел отпущения? Все валите на меня!
— Послушайте, расскажите причину. Нельзя же так просто все оборвать. Поговорите со мной, может, мы найдем решение? — я видел, как она на грани, и поспешил ее остановить. Мат внизу уже лежал, но риск оставался огромным.
— Как же я хочу, чтобы я не была их дочерью! Может, тогда я была бы хоть немного счастлива.
— Почему вы так говорите? Разве есть дети, которые не хотят быть детьми своих родителей? Может, это просто недопонимание?
— Какое там недопонимание? Они с детства меня не любили. Любили только младшего брата, а на меня ноль внимания. Только потому, что он родился недоношенным, всю любовь отдали ему! А мне ничего! За что?!
— Успокойтесь. Может, брату просто нужно было больше ухода из-за слабого здоровья, а не то, что вас не любят?
— Ты хочешь сказать, что я капризничаю? Что я просто глупая и не понимаю, что брату нужнее?
— Нет, я не это имел в виду. Я просто советую поговорить с родителями.
— Нет смысла. Они никогда мне не верили, считали плохой, упрямой. Говорили, что даже брат умнее меня. А ведь я делала гораздо больше, но они никогда не замечали моих стараний. Мне больше незачем жить, не хочу я оставаться в этом мире…
Девушка становилась все беспокойнее. В рации раздался голос:
— Капитан, мы на позиции, ждем сигнала.
— Хорошо, по моей команде!
Все зависело от парней снаружи. Но тут она внезапно перекинула ногу через перила и встала на самом краю. Обернувшись, она увидела ребят, зависших снаружи, и пришла в ярость. Она закричала, требуя, чтобы они ушли. Я видел, как ее пальцы слабеют и соскальзывают с ограждения. Я бросился вперед, ухватил ее, капитан и остальные ринулись на помощь, и в итоге нам удалось вытащить ее.
— Кан Цзянь, отлично сработал! Ты вовремя ее схватил, кто знает, сколько бы мы еще промучились!
— Да ничего особенного. Просто понял, что дальше тянуть опасно, вот и схватил.
— Эй, капитан! Кто-то выложил видео, как мы ее спасали! Кан, ты такой крутой!
— Правда? Дай гляну. Ого, Кан, и правда герой!
— Но комментарии под видео… кажется, не очень хорошие…
Я насторожился. Взял телефон и начал читать.
«Куда этот пожарный руки распускает? Что он себе позволяет?»
«Девчонке жизнь сломали, позор!»
«Пожарный небось решил воспользоваться случаем и облапать девицу, мерзавец!»
Комментарии один за другим твердили о том, что при спасении я случайно схватил ее за штаны и обхватил ноги, чтобы вытянуть. Не ожидал, что это истолкуют так извращенно.
— Не бери в голову, Кан Цзянь. Мало ли через что нам приходилось проходить? Не стоит это того.
Капитан, видя, что я молча листаю ленту, похлопал меня по плечу. Я посмотрел на него, и правда, решил не обращать внимания.
Но в этот раз все было иначе. Прошла неделя, а травля не утихала. Сама спасенная девушка тоже не вышла на связь и не сказала ни слова в мою защиту. Капитан вызвал меня в кабинет.
— Кан Цзянь, как думаешь, ты виноват?
Я чувствовал, что за мной нет никакой вины, и покачал головой. Капитан тяжело вздохнул».
Книга закрылась. Девочка посмотрела на Мо Сюаня, приоткрыла рот, но звука не последовало. Он наклонился к ней:
— Малышка, что такое? Есть вопрос?
— Брат, как думаешь, этот дядя-пожарный — плохой человек?
— А ты как думаешь?
— Я думаю, он хороший. Но почему тогда люди в интернете говорят, что он плохой?
— На этот вопрос я и сам не знаю ответа. Почитай дальше, может, там в конце написано, почему так вышло?
— Хорошо!
«Кан Цзянь, просыпайся! Скорее, пожарная тревога!
Когда товарищи растолкали меня, я еще спал, но сразу вскочил, надел форму и прыгнул в машину. Мы мчались к месту пожара.
— Кан Цзянь, что с тобой последние дни? Ты какой-то потерянный, сам не свой.
— Да нет, все в порядке. Ничего особенного.
— Ты все еще переживаешь из-за того случая? Разве все не уладилось?
Верно. Все уладилось. Та девушка в конце концов написала пост и все объяснила, некоторые пользователи даже заступились за меня. Дело закрыто, но почему-то у меня на душе по-прежнему неспокойно…
— Братья, пожар в горах! А гора высокая. Прогнозы обещают сильный ветер через два часа, так что нам нужно как можно быстрее проложить просеку и остановить пламя!
Капитан сказал, что пожар очень серьезный. Я погрузился в свои мысли, как вдруг пришло сообщение от жены:
«Сегодня день рождения Наньнань, ты придешь домой праздновать?»
http://bllate.org/book/25525/3045144
Готово:
