Ю Цинхуань сделал репост записи Чжао Цинюаня в Вэйбо и оставил в ответ многоточие. Благодаря щедрости Чжао Цинюаня, у пустой странички Ю Цинхуаня уже насчитывалось несколько сотен тысяч подписчиков, и едва этот пост появился в сети, как тут же собрал множество восторженных комментариев от зевак.
— Ого, наконец-то опубликовал запись! Пусть даже там всего лишь одно многоточие.
— Ха-ха-ха-ха, Цинхуань такой невозмутимый, братец Да-юань уже от злости прыгает до потолка.
— Прекрасный мужчина, тебе удалось привлечь моё внимание.
— До смерти хочется узнать, что за человек этот Цинхуань.
……
Среди общего галдежа и бурных обсуждений интернет-пользователей тот самый блогер, что ранее выложил фотографии Ю Цинхуаня, внезапно опубликовал ещё один пост:
Матроска Саньсанян: Ах, а ведь этого Ю Цинхуаня зовут точно так же, как младшего соученика! И стиль очень похож на младшего соученика, погадаю-ка я на пальцах, неужели...
Завоевавший горячие тренды всего пару дней назад, этот блогер сейчас находился на пике популярности, и стоило появиться этому посту, как он тут же произвёл настоящий фурор.
— То есть этот Ю Цинхуань — тот самый паренёк в университетской форме из Университета Хуада?
— О боже мой! А я ведь даже не узнала собственного мужа! Срочно бегу подписываться!
— Муж мой, раз ты такой красавец, к чему этакая скромность?! Разве плохо поставить собственное фото на аватарку? Что за шутки с пустой картинкой!
— А-а!! Я фанатка братца Да-юаня! Но сейчас я так ему завидую, я тоже хочу, чтобы Цинхуань настроил для меня автоответчик!
— Очнись, на верхнем этаже, уже ночь, не время для несбыточных мечт!
……
Благодаря этому посту зеваки в один миг подтвердили личность Ю Цинхуаня. Следом за этим немало сокурсников Ю Цинхуаня вывалили в сеть его успехи и завоёванные в годы учебы награды, что тут же вызвало всеобщий возглас изумления.
В Университете Хуада, занимающем первое место по всей стране, все четыре года занимать первое место по итогам семестров, неизменно получать государственные стипендии, да вдобавок к этому иметь столько кубков за победы в прочих конкурсах, что ими можно насмерть придавить человека — это просто не укладывается в рамки человеческого!
Интерес праздношатающейся публики к Ю Цинхуаню взлетел до небывалых высот: всего за один день его аудитория в Вэйбо выросла до миллиона подписчиков, ничуть не уступая какому-нибудь популярному веб-инфлюенсеру.
Ю Цинхуань был просто ошеломлён. Он же отчётливо старался вести свой образ в максимально скучном ключе и даже не выкладывал никаких фотографий, с чего вдруг столько людей им заинтересовались?! Это просто противоречило всякой науке!
Мрачно швырнув телефон на кровать, он теперь мог лишь надеяться, что у этой публики к нему лишь мимолетное любопытство и через пару дней они отпишутся.
Настойчивая вибрация прервала его раздумья. Подняв трубку, Ю Цинхуань увидел имя Чжао Цинюаня и сразу догадался, что тот долго терпеть не сможет.
— Ю Цинхуань! — раздался на том конце провода яростный рев Чжао Цинюаня. — Ты наконец-то ответил на мой звонок?!
— Разве ты звонил мне не один раз? — невозмутимо парировал Ю Цинхуань и заодно включил телевизор — на экране как раз шло интервью с Чжао Цинюанем.
Среди толпы визжащих от восторга фанаток хмурое и смазливое лицо Чжао Цинюаня бросалось в глаза; непосвященный и впрямь решил бы, что этот парень и в жизни придерживается стиля холодного равнодушия.
— Это не важно! — Чжао Цинхуань поперхнулся от его слов и взревел пуще прежнего: — Зачем ты меня разыграл?!
Договаривались же вместе сплетничать и болтать! Все рассказы о хорошей дружбе — чистая ложь!
Ю Цинхуань на мгновение замолчал, а затем произнёс:
— Я и не думал, что ты так долго будешь этого не замечать.
Собеседник раз за разом отправлял одно и то же, не меняя даже знаков препинания — разве нормальный человек не сообразил бы в ту же секунду после пары реплик?
Насколько же тупым должен быть Чжао Цинюань, раз умудрился проболтать с автоответчиком целое послеполуденное время!
Чжао Цинхуань: «……»
Он так и знал, что Цинхуань над ним издевается! Думал, он не поймет все эти изощрённые способы назвать его глупцом?!
Однако спорить с Ю Цинхуанем у него духу не хватило, оставалось лишь уныло затянуть песню бессовестного вымогательства:
— Всё равно во всём виноват ты, иначе с чего бы мне позориться в Вэйбо! Мои фанаты даже заявляют, что мой образ рухнул! Ты должен передо мной извиниться!
Ю Цинхуань: «……»
Ю Цинхуань:
— Если бы ты не выложил скриншот в Вэйбо, с чего бы твоему образу рушиться.
Чжао Цинхуань: «!!!»
Кажется, всё так и было... Нет! Сейчас суть совсем не в этом! А в том, что Цинхуань обязан перед ним извиниться!
— Короче говоря, первопричина во всём — ты!
— Ладно, и как же ты хочешь, чтобы я извинился, угостить тебя ужином?
Ю Цинхуань не собирался продолжать препирательства с обладателем пятилетнего интеллекта.
— Желающих угостить меня обедом пруд пруди, — хмыкнул Чжао Цинхуань, перевёл взгляд и придумал кое-что. — Только если приготовишь сам, тогда поверю в твои искренние намерения.
Будучи типичным богатым наследником второго поколения, Чжао Цинхуань свято верил, что людей, умеющих готовить в этом мире — раз-два и обчелся, и он искренне сомневался, что Ю Цинхуаня удастся загнать в тупик.
— Хорошо.
Ю Цинхуань неожиданно согласился без малейших колебаний, отчего Чжао Цинхуань даже растерялся.
— Только предупреждаю: нельзя покупать готовую еду на стороне и просить кого-то о помощи, всё должен сделать своими руками.
— Я знаю.
Ю Цинхуань включил обогреватель, подсел ближе, грея руки, и спросил:
— Что ты любишь есть? Подойдут ли запечённые свиные ребрышки?
Кулинария была одной из двух главных страстей Ю Цинхуаня.
Возможно, из-за того, что родители рано ушли из жизни, и пусть односельчане окружали его самой искренней заботой, он по-прежнему чувствовал себя неуверенно. Лишь находясь на кухне, наблюдая, как пустой холодильник наполняется продуктами, и создавая из них одно блюдо за другим, он обретал глубокое душевное спокойствие.
Он обладал выдающимся кулинарным талантом, но, к сожалению, в прошлой жизни так и не обзавёлся друзьями, а сам из-за необходимости держать форму не мог есть много, и такое блестящее мастерство попросту пропало даром.
По правде говоря, требование Чжао Цинхуаня на самом деле его даже обрадовало: в конце концов, готовить блюда, которых кто-то ждет и которые кто-то оценит — это огромное счастье.
— Ещё как, более чем!
Чжао Цинхуань громко сглотнул слюну. Ради съемок в фильме «Жизнь на волоске» он уже целый месяц сидел на строгой диете ради похудения; не говоря уж о том, чтобы учуять запах мяса — сейчас он едва не захлебывался слюной при одном только слове мяса!
— Тогда увидимся завтра на съёмочной площадке, — бросил Ю Цинхуань и уже хотел сбросить вызов, как Чжао Цинхуань в панике его остановил: — Постой! Во сколько ты приедешь? Я выйду встретить тебя у входа.
Встретить его? Боюсь, скорее уж встретить ребрышки. Ю Цинхуань не стал развеивать его иллюзии и ответил:
— Около восьми.
— Договорились, до завтра.
Ещё за несколько дней холодильник Ю Цинхуаня был забит под завязку, так что бежать за продуктами сейчас не потребовалось. Впервые после перерождения готовя ужин, Ю Цинхуань испытывал лёгкое волнение.
Отборные рёбрышки он нарезал на аккуратные квадратные кусочки одинакового размера, замариновал в специях, разложил на противне и отправил в духовку. Затем он смешал мёд, лимонный сок, соевый соус и кулинарное вино для соуса барбекю, и когда рёбрышки в духовке начали аппетитно шкворчать, щедро смазал их кисточкой соусом, после чего перевернул и продолжил запекать.
В маленькой, но безупречно чистой кухне духовка излучала мягкий тёплый свет, отражавшийся на чистом и красивом лице Ю Цинхуаня, отчего всё вокруг казалось невероятно уютным.
Он открыл духовку, и в тот же миг густой, неповторимый аромат барбекю заполнил всю кухню. Рёбрышки пропеклись идеально — сочные, румяные, пышущие аппетитными соками, от одного только взгляда на которые текли слюнки.
Единственным изъяном было то, что он приготовил слишком много.
Впрочем, съёмочная группа была большой, не оставлять же всех без угощения, кроме одного Чжао Цинхуаня — в таком свете объем приготовленного вполне соответствовал делу.
Ю Цинхуань отыскал термоконтейнер, аккуратно уложил туда порции рёбрышек и на следующее утро спозаранку отправился на съёмочную площадку.
Юй Синь ещё не вернулся из Таосяна, судя по всему, условия всё ещё не были до конца обговорены, поэтому в этот раз Ю Цинхуань прибыл на съёмки в полном одиночестве. На фоне окруженных свитой прочих актёров он выглядел так, будто случайно забрёл в квартал богачей нищий, и смотрелся весьма жалко.
Чжао Цинхуань, дежуривший у входа с самого раннего утра, с первого же взгляда заметил Ю Цинхуаня. Непонятно почему, но стоило заготовленным в мыслях вопросам о рёбрышках подкатить к языку, как они тут же видоизменились:
— Ты почему один? Где твой агент? В конце концов, это твоя первая роль, почему никто не приехал тебя проводить?
Уж не притесняют ли его в компании?
При одной лишь мысли об этом взгляд Чжао Цинхуаня мгновенно стал недобрым.
Распознав мелькнувшие у того в мыслях тревоги, Ю Цинхуань почувствовал лёгкое тепло на душе. Он протянул приятелю термоконтейнер и, шагая с ним плечом к плечу, вошёл внутрь:
— Мой агент уехал по делам, на несколько дней отлучился из города.
— То-то и оно, как тебя вообще могли выпустить в одиночку, — смеясь, Чжао Цинхуань закинул руку на плечо Ю Цинхуаня и прибавил шагу. — Пойдём-пойдём, я вчера специально велел притащить сюда микроволновку.
Ю Цинхуань чуть заметно дёргал уголком рта: купить микроволновку ради того, чтобы разогреть запечённые рёбрышки — поистине размах богатого наследника.
Стоял самый разгар холодов, и хотя еда в контейнере еще не превратилась в ледышку, объём принесённого Ю Цинхуанем был внушительным, и опасаясь, что блюдо не прогреется изнутри, он выставил таймер на целых восемь минут. Но Чжао Цинхуань славился нетерпеливым нравом: простояв всего пять минут, он больше не мог ждать, распахнул дверцу микроволновки и, превозмогая жар, вытащил рёбрышки наружу.
Насыщенный аромат мгновенно ударил в нос, заставив Чжао Цинхуаня жадно сглотнуть слюну. Ухватившись двумя пальцами за рёбрышко, он тут же сунул его в рот.
Уникальный мясной аромат взорвался на кончике языка, а затем разлился по всему рту. Чжао Цинхуань обжёгся так, что только отдувался, но выплёвывать лакомство ни за что не стал бы; не успев доесть первый кусочек, он уже тянулся за вторым, не забывая при этом поднимать большой палец вверх перед Ю Цинхуанем:
— Пх-х... Слишком, слишком вкусно!
— Откуда такой потрясающий запах?
Раздавшийся за спиной громогласный голос заставил Лю Цзяаня вытянуть нос и приблизиться. Увидев контейнер в руках Чжао Цинхуаня, его глаза тут же загорелись:
— Что за запечённые ребрышки? Быстро! А ну дай попробовать!
Съёмочная площадка располагалась в глуши, не то что ресторанов — в окрестностях даже птицы не летали! Лю Цзяань в последнее время отощал так, что ремни на брюках затягивал туже прежнего, и теперь, завидев мясо, он потерял всякие остатки благоразумия: в несколько прыжков подскочив к ним, он просто выхватил контейнер.
У Чжао Цинхуаня сердце кровью обливалось, а глаза покраснели:
— Это мне Цинхуань приготовил!
— Эка невидаль, какой ты жадный, попросишь Цинхуаня, он тебе еще сделает.
ловким движением увернувшись от руки Чжао Цинхуаня, Лю Цзяань закинул в рот сразу два ребрышка.
— Хватит, прекратите!
У Чжао Цинхуаня душа в пятки уходила, и только он собрался отвоевать свою законную добычу, как целая толпа голодных людей бросилась к ним с безумными глазами.
— Что это старик Лю уплетает? Быстро, живо поделитесь со мной!
— Мясо! Настоящее мясо! Шевелитесь, нельзя же старику Лю уплетать всё в одиночку!
— До чего же пахнет! Я учуял этот запах ещё издалека! А ну-ка дайте мне кусок!
……
Помощник режиссёра, сценарист, продюсер... Стая голодных волков ринулась на добычу, и когда Чжао Цинхуань пришёл в себя, контейнер уже сиял пустотой.
Угрюмо уставившись в пустую посудину, Чжао Цинхуань обвёл мрачным, испепеляющим взглядом всех этих разбойников. Окружающие смущенно отводили глаза, запоздало сообразив, чью именно порцию они только что ратащили.
Отпустив пару неловких шуток, они поспешно ретировались, оставив Чжао Цинхуаня в одиночестве точить обиду на пустой контейнер и источать вокруг себя леденящий холод.
Глядя на этот жалобный, обиженный вид, Ю Цинхуань тотчас смягчился. Он уже собирался подойти и пообещать приготовить ему порцию в следующий раз, как вдруг его запястье крепко перехватили. Обернувшись, он столкнулся с бородатым стариком, который уставился на него так, будто волк увидел кусок мяса:
— Ты и есть Ю Цинхуань? Приготовишь мне поесть ещё пару раз — и я напишу для тебя эксклюзивный сценарий, а?
Перед ним стоял легендарный сценарист высшей пробы — Цзэн Пэйжун, известный своим несгибаемым характером, диким нравом и принципиальным отказом писать эксклюзивные сценарии для звёзд за любые деньги!
Ю Цинхуань: «……»
Всего пара обедов в обмен на сценарий, лично написанный Цзэн Пэйжуном? Должно быть, он спит!
http://bllate.org/book/25405/3028715
Готово:
