Готовый перевод After Amnesia, I Forgot We Broke Up / После амнезии я забыл, что мы расстались: Глава 20

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Сюй Мосин с любопытством разглядывал здешние достопримечательности: городская застройка тут была очень похожа на Шэньчэн.

Аккуратные, широкие и строгие улицы сильно отличались от старых кварталов, дышащих историей.

Сюй Мосин время от времени принимался всё фотографировать.

— А-Ли, иди сюда, я тебя сфоткаю.

Су Личэнь небрежно принял какую-то позу, и Сюй Мосин сделал снимок.

— Красота! Очень круто! Смени позу, давай ещё одну! Отлично!

Сюй Мосин вовсю расхваливал его.

Су Личэнь не мог сдержать улыбку, глядя на его преувеличенно восторженный вид. Он вспомнил, как они ездили путешествовать раньше: Сюй Мосин был точно таким же — жизнерадостным, восторженным, наивным, сыпавшим комплиментами направо и налево.

Позже подобного становилось всё меньше, а на вещи он начал смотреть с гораздо большим негативом.

Они сделали селфи и продолжили прогулку.

Вскоре к ним подошла женщина лет тридцати на вид, просто одетая, с полиэтиленовым пакетом в руках.

Она остановилась у обочины и озиралась по сторонам, словно что-то выискивая.

Сюй Мосин не обратил на неё особого внимания и, продолжая любоваться пейзажами, болтал с Су Личэнем.

Женщина покрутила головой, её взгляд упал на Сюй Мосина, после чего она направилась к ним.

— Молодой человек, не могли бы вы оказать услугу?

Сюй Мосин поднял на неё глаза.

Женщина подалась чуть ближе и заговорила пониженным голосом:

— У меня украли телефон. Не одолжите свой аппарат, чтобы я могла позвонить родным?

Сюй Мосин на мгновение растерялся и инстинктивно хотел уже протянуть ей свой телефон.

Су Личэнь, стоявший рядом и наблюдавший за женщиной, пресек движение Сюй Мосина.

— Мо, давай мой.

Су Личэнь обратился к женщине:

— Какой номер телефона? Я сам наберу, включу громкую связь, и вы сможете поговорить.

Женщина пропустила слова Су Личэня мимо ушей и продолжала обращаться к Сюй Мосину, при этом выглядя несколько встревоженной.

— Я не мошенница, да и по мне не скажешь, что я похожа на обманщицу. Я просто хочу, чтобы близкие позвонили и забрали меня, красавчик, выручай.

Сюй Мосин посмотрел на неё, потом перевёл взгляд на Су Личэня.

Он подумал, что женщина просто сочла Су Личэня слишком властным и не осмеливается разговаривать с ним.

Пока он размышлял об этом, Су Личэнь снова заговорил:

— Раз уж вы не доверяете моему телефону, тогда я отведу вас к полисменам. Всего в пятидесяти метрах отсюда находится полицейский пункт, давайте сходим туда вместе.

Женщина на секунду замерла и уставилась на Су Личэня.

На лице Су Личэня не отразилось никаких эмоций, голос звучал ровно — в нём не было ни гнева, ни радости от поимки мошенника, лишь спокойное намерение немедленно отвести столкнувшегося с трудностями человека из народа к стражам порядка.

Сюй Мосин подумал, что это и правда разумно: по телефону всего не объяснишь, а полиция, глядишь, и телефон поможет отыскать.

Сюй Мосин тоже кивнул:

— Точно, тетушка, давайте вместе дойдём до полиции, авось и ваш телефон удастся вернуть.

Женщина выпалила несколько фраз на непонятном для Сюй Мосина языке — судя по выражению её лица, это были ругательства, — а выругавшись, тут же ретировалась.

Сюй Мосин почувствовал себя озадаченным.

— А-Ли, чего это она ругалась на непонятном нам языке? Разве сказать «есть трудности — обращайся к дяде полицейскому» — это неправильно?

— Конечно правильно. Прямо впереди дежурят полицейские, следящие за порядком в туристической зоне. Но она целенаправленно подошла именно к тебе с просьбой о помощи — как думаешь, почему?

Сюй Мосин только теперь догадался:

— Она что, мошенница?

— Судя по её дальнейшей реакции, безусловно.

— Боже мой, до чего же бессовестно — наживаться на доброте незнакомцев.

Сюй Мосин даже немного рассердился, ведь ему казалось, что он впервые столкнулся с темной стороной незнакомых людей.

— За доброту приходится платить. Многие негодяи используют чуткость окружающих в корыстных целях.

Куда бы ты ни отправился, если кто-то просит о помощи, всегда направляй его к полиции или вызывай стражей порядка сам. Так тебя не будет мучить ложное чувство вины за то, что ты кому-то не помог, да и самого тебя будет не так-то просто обмануть.

Су Личэню казалось, будто он видит перед собой Сюй Мосина пятилетней давности: доброго, наивного и отзывчивого, который во всех видел исключительно хороших людей и обладал кристально чистой «глупостью».

Подумав секунду, он понял: а ведь так оно и есть!

Воспоминания Сюй Мосина застряли на моменте сразу после окончания учебы, когда он только-только выпорхнул из башни из слоновой кости. Разве он не продолжал наивно верить, что весь мир прекрасен, и разве его не было легко обмануть?

Позднее эта черта никуда не делась у Сюй Мосина — он просто спрятал её глубоко внутрь.

А поскольку эти душевные качества долгое время оставались не востребованы, запрятав их подальше, он и сам забыл, куда их положил.

Сюй Мосина одолевало любопытство:

— Откуда ты вообще узнал, что она мошенница? А вдруг она просто не подумала обратиться к полиции за помощью? А вдруг она боится полицейских?

— Ты мастерски находишь для неё оправдания. Если она даже полиции боится, почему же она не испугалась нас, двух абсолютно незнакомых парней? По-твоему, это звучит убедительно?

— Ладно, я просто придираюсь, извини.

Сюй Мосин извинился, признавая, что повёл себя глупо.

— Ты просто не хочешь верить, что люди могут приближаться к тебе с дурными намерениями, это трудно назвать занудством. Со временем всё уляжется, научишься находить баланс. Я вовсе не хочу, чтобы ты считал весь мир сплошным злом и полностью закрылся в себе.

Су Личэнь мягко направлял Сюй Мосина.

Раньше он считал, что у каждого свой путь, и не хотел навязывать другим — включая своего возлюбленного — излишние суждения об их ценностях и манере поведения.

Сюй Мосин был прежде всего независимой личностью, а уже потом — его партнёром.

Он верил, что взрослый человек должен сам нести ответственность за свою жизнь, и у него не было ни права, ни необходимости указывать Сюй Мосину, как жить.

В основе такой любви лежали доверие и уважение.

Он вовсе не был равнодушен — просто выражал свою заботу через «невмешательство», полагая, что Сюй Мосин способен сам со всем справиться.

Но в ходе последующих ссор выяснилось, что это совсем не так.

Этот глупышка Сюй Мосин даже не умел просить его о помощи.

Да и сам он оказался дураком, не догадавшись, что вечно жалующийся возлюбленный на самом деле взывал о помощи. Вместо этого он лишь слепо раздражался на всё более надоедавшего Сюй Мосина, и даже расставшись, так и не протянул любимому руку помощи.

Он не желал бездумно вмешиваться в чужие решения, опасаясь неприятных последствий для себя самого, но зачастую Сюй Мосину просто не хватало человека, который подсказал бы ему существование иного выхода.

И даже указав другой путь, Су Личэнь всё равно уважил бы любой выбор Сюй Мосина.

Коляска катилась дальше.

Сюй Мосин сидел в ней и обдумывал только что услышанные слова.

Он осознал, что Су Личэнь стал гораздо зрелее по сравнению с тем собой, каким был пять лет назад.

Прежде тот тоже отличался хладнокровием и рассудительностью, но ещё не умел решать вопросы с такой зрелостью, как сейчас.

И этот невероятный мужчина — его возлюбленный.

Сюй Мосина вдруг охватила легкая тревога: раз он сам такой непутёвый и глупый, неужели и через пять лет ничего не изменится?

Любовь в студенческие годы и отношения после выхода во взрослую жизнь — вещи разные.

Студенческая среда сглаживала очень многое.

Пусть семьи у всех были разные, но общаться это не мешало. И хотя Сюй Мосин тогда чувствовал, что они с Су Личэнем, пожалуй, из разных кругов, привычная обстановка помогала этого не замечать.

Теперь же, глядя на Су Личэня из будущего и на самого себя, он даже думал: с какой стати Су Личэнь вообще полюбил кого-то вроде него?

Сюй Мосин покачал головой: нельзя так принижать себя, ведь тем самым он ставил под сомнение и чувства самого Су Личэня.

Су Личэнь катил коляску. Впереди показался лоток с жареным бататом, в воздухе витал аппетитный аромат.

Су Личэнь остановился и спросил:

— Будешь?

Сюй Мосин кивнул.

Пока Су Личэнь ходил за покупкой, тот сидел в коляске и ждал.

На стоявшей рядом лавочке двое местных стариков играли в китайские шахматы.

Сюй Мосин понаблюдал за ними какое-то время: правил он не понимал, но наблюдать за тем, как они ожесточенно спорят до хрипоты и покрасневших лиц, было довольно забавно.

Су Личэнь вернулся с бататом в руках и протянул ему один клубень.

Сюй Мосин взял его, но тот оказался настолько обжигающе горячим, что он принялся перекладывать его из руки в руку.

Су Личэнь присел на скамейку поодаль, разломил свой клубень пополам и стал ждать, пока тот остынет.

— Та женщина, — внезапно заговорил Сюй Мосин. — Если бы я тогда действительно отдал ей телефон, ты бы счёл меня дураком?

Су Личэнь с улыбкой посмотрел на него:

— Разумеется, нет.

Сюй Мосин откусил кусочек батата и отчаянно зашипел, обжигая язык.

— А ты в прошлом, — продолжал он, прерываясь на вдохи, — тоже попадался на удочку мошенников?

Су Личэнь с безмятежным видом кивнул:

— Конечно попадался. Всякое бывает, когда крутишься среди людей.

Сюй Мосин мысленно усмехнулся: фирменный холодноватый юмор Су Личэня никуда не делся со студенческих лет.

Они сидели на солнце и ели батат, лучи приятно грели тела.

Два старика напротив продолжали шумно спорить: один кричал: ты сходил не по правилам! — а другой возражал: я ничего такого не видел! Голоса у них были громкие.

Сюй Мосин посмотрел на них и невольно улыбнулся.

Су Личэнь повернулся к нему.

— Чему улыбаешься?

— Да так, ничему, — ответил Сюй Мосин. — Просто подумал, что дожить до старости и вот так препираться с кем-то — тоже неплохо.

Су Личэнь ничего не ответил.

Он смотрел на профиль Сюй Мосина, на который падали солнечные лучи, заставляя его глаза сиять от улыбки.

В памяти всплыло прошлое — очень далёкое прошлое. Сюй Мосин точно так же улыбался, наблюдая за спорящими стариками на улице.

Потом он перестал так реагировать.

Позже, сталкиваясь с подобным, Сюй Мосин, пожалуй, думал бы: а настоящие ли они друзья? Перестанут ли они общаться после этой ссоры? Не затаил ли один из них обиду в душе?

Он слишком сильно всё утрировал. Из-за любой мелкой неприятности он начинал накручивать себя, размышлял об этом часами и в конце концов вываливал все мысли наружу.

А высказавшись, тут же боялся показаться надоедливым.

Глядя на него, Су Личэнь вдруг остро почувствовал, насколько же этот человек прекрасен.

Прекрасен настолько, что от этого становилось немного больно.

Ведь Сюй Мосин растерял себя прежнего, а он вместо того, чтобы протянуть руку и вытащить его, попросту бросил его...

Закончив есть батат, они еще немного погуляли.

Проходя мимо лотка с мелочами, Сюй Мосин заметил симпатичную деревянную фигурку котенка, взял её в руки, повертел и поставил обратно.

http://bllate.org/book/25390/3026845

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Инструменты
Настройки

Готово:

100.00% КП = 1.0

Скачать как .txt файл
Скачать как .fb2 файл
Скачать как .docx файл
Скачать как .pdf файл
Ссылка на эту страницу
Оглавление перевода
Интерфейс перевода