Инородцы происходили из разных звездных систем, и их пищевые привычки кардинально различались.
Популяции со Второй звезды большую часть времени обидали в воде, их основной пищей были рыба и водоросли, а наземных существ они охотились лишь изредка;
Жители Третьей звезды предпочитали ловить зверей, особенно любя один вид монстров, похожий на ящериц. Свежая кровь этих монстров была для них важным источником восполнения влаги;
Популяции с Четвертой и Пятой звезд могли существовать за счет минералов, что также делало их более отстраненными от обитателей других звездных систем;
Шестая звезда была переселенческой, с огромным разнообразием племен, и ее рацион отличался наибольшей богатейшей палитрой: меню местных жителей охватывало практически все виды существ суши, моря и воздуха.
Главным блюдом обитателей Седьмой звезды была вода.
Именно так, вода.
Все популяции Седьмой звезды могли жить за счет воды: трехразовое питание, из которого два приема — морская вода, и один — пресная. Если вдруг хотелось разнообразить вкус, разрешалось добавить немного водных растений или свежей крови монстров.
Последствием такого рациона было то, что до переваривания приправ тело окрашивалось в разные цвета.
Обитатели той же звездной системы относились к этому спокойно, порой даже разыскивая диковинные съедобные растения и звериную кровь странных цветов в качестве развлечения и проверки на прочность. В глазах же чужаков это выглядело действительно довольно причудливо.
Популяции Первой звезды общепризнанно считались свирепыми и кровожадными, но при этом больше всего на свете любили вегетарианскую пищу. Хотя они не отказывались и от мясного, большую часть времени все же выбирали растения.
Каждый раз, когда представители разных звездных систем собирались вместе, прием пищи становился серьезной проблемой.
На Сияэр была возложена обязанность по надзору за охотничьими угодьями, и во время блокады Одиннадцатого района курсанты, прекратившие охоту, оставались на корабле. Поскольку людей собралось множество, запасы продовольствия на борту, естественно, отличались большим разнообразием.
— Мясо монстров?
Услышав требование Эльфы, отвечавший за склад член экипажа сильно удивился, подумав, что ослышался и собеседник просил «крови монстров», а не свежего мяса. Переспросив для надежности несколько раз и получив утвердительный ответ, несколько человек переглянулись перед коммуникатором, решив, что у них одновременно начались галлюцинации.
— Говорят, у медицинского офицера корни из другой звездной системы, — произнес один из заведующих складом. — Наверное, захотелось сменить вкусовые привычки.
Это было единственное возможное объяснение.
В конце концов, члены экипажа пришли к выводу, что прихоть это или внезапное помешательство, требования Эльфы необходимо удовлетворить.
Командир, конечно, обладал выдающейся боевой мощью, но что касалось искусства «наказывать людей», медицинский офицер Эльфа определенно давал ему сто очков вперед.
Припомнив жуткую участь некоторых коллег, члены экипажа дружно содрогнулись, быстро открыли склад, отыскали требуемое мясо монстров и в кратчайшие сроки доставили его в медицинский отсек.
В то время Ци Лэ и Ци Нин, прижавшись друг к другу в ожидании, лежали на лечебной капсуле и упорно хранили молчание.
Большинство медицинских офицеров происходили с Седьмой звезды, а популяции этого мира славились на всю вселенную своим необычайным любопытством.
Закончив текущую работу, они, не обращая внимания на угрожающий взгляд Эльфы, кучками по несколько человек собрались у лечебной капсулы и принялись изучать анатомическое строение двух котят.
Уши, лапы, хвосты — проверили по очереди, не пропустив ничего.
Шерсть у Ци Лэ встала дыбом.
Судя по их настрою, не начнут ли они препарировать его уже в следующую секунду?
— Не бойтесь, — прозрачный целитель поднял Ци Лэ, устремив взгляд на определенное не подлежащее упоминанию место, и усмехнулся Эльфе: — Действительно самец.
Ци Лэ замер на пару секунд, выпустил все четыре когтистые лапы и ощерил острые клыки. Разве что когти были недостаточно длинными, иначе он мигом превратил бы обидчика в жалюзи!
— Не сердись, — инородец опустил Ци Лэ и попытался схватить Ци Нина. В результате Ци Лэ цапнул его за руку так крепко, что от этой затеи пришлось отказаться.
— Аборигенный вид с Голубой Звезды довольно забавен, — медицинский офицер убрал руку, приподнял подбородок Ци Лэ и даже потрогал его язык.
Далеко не все инородцы отправлялись на сезон охоты.
Более восьмидесяти процентов медиков с Седьмой звезды заканчивали не военные училища, а учились у старших в клане, после чего поступали на службу во флот.
Из-за иной системы аттестации сроки их службы, обязанности на флоте и способы продвижения по службе сильно отличались от сородичей-солдат.
Пожалуй, в силу природной склонности медицинские офицеры интересовались абсолютно всем, а эволюцией первобытных звездных систем — особенно. К сожалению, Голубая Звезда была объявлена охотничьими угодьями, и обосноваться здесь надолго было непросто.
— В Парламенте сидят сплошные безмозглые тупицы, — произнес один из медиков, сжимая прозрачными пальцами хвост Ци Лэ, за что тот инстинктивно его цапнул.
— Если бы они не были тупицами, с чего бы им издавать приказ о спасении? — Эльфа, неся серебряный поднос, оттеснил коллег, столпившихся у лечебной капсулы. Увидев взъерошенного Ци Лэ, он быстрым движением смахнул чужую руку с его хвоста.
— Это правда? — несколько медиков одновременно подняли головы.
— Глава Парламента лично вмешался, — Эльфа подвинул поднос ближе к Ци Лэ. — Если бы не это, Сияэр не стал бы нарушать правила.
Все замолчали.
Возможно, из-за того, что они слишком долго находились на вершине, правители Первого клана до предела преисполнились высокомерия и спеси, граничащих с откровенной глупостью.
Поднос поставили перед ними: на нем лежало свежее мясо парнокопытных монстров и крупные куски жирной рыбы.
Ци Лэ потянул носом воздух, с трудом сдерживая желание выпустить когти.
Ци Нин прижался к Ци Лэ, тихонько мяукнул, не мигая глядя на еду большими глазами — устоять перед таким искушением было явно невозможно.
С самого закрытия Одиннадцатого района они несколько дней подряд спасались бегством и, кроме кристаллического ядра, почти ничего не ели. Столкнувшись с едой, и Кошачий Папа, и котенок захлебнулись слюной: прижав передние лапы к груди и опустив головы, они слушали, как в животах разы целые симфонические концерты.
Есть или не есть?
Задача поистине не из легких.
Заметив, что те не спешат притрагиваться к еде, Эльфа разогнал зевак, взял Ци Лэ и Ци Нина на руки, перенес с лечебной капсулы на стоявшее рядом металлическое кресло и заново расставил поднос.
— Ешьте, вам никто не помешает.
Эльфа наклонился, опираясь одной рукой о колено, а второй попытался прикоснуться к Ци Нину, но Ци Лэ тут же загородил малыша.
Ци Нин поднял голову, но Ци Лэ лапой затолкнул его обратно.
Никакого любопытства, никаких разговоров, никаких зрительных контактов!
Ради безопасности Кошачий Папа решил установить железную дисциплину.
Эльфа не придал этому значения. Заметив мигающий красным цветом коммуникатор, он поднялся, собираясь уходить. Перед уходом он не забыл активировать световой экран, накрывший обеих кошек вместе с едой.
— Это для вашей защиты, — пояснил Эльфа, заметив, что Ци Лэ снова начинает скалиться. — Я не могу оставаться здесь постоянно, мимо то и дело ходят участвовавшие в охоте курсанты, так что в безопасности вы не до конца.
Ци Лэ принял его объяснение и перестал ерошить шерсть.
Судя по всему, эти инородцы не воспринимали его как угрозу, максимум проявляя исследовательский интерес. Чтобы успешно сбежать, требовалось еще больше снизить собственный уровень опасности.
Прикинуться дурачком и заставить противника поверить, что они постепенно приручаются — лучший способ.
Ради спасения сына Кошачий Папа решил пойти на риск.
— Папа, — Ци Нин потерся о Ци Лэ, прижав маленькую лапку к краю подноса. — Можно поесть?
В глазах котенка читалось чистейшее вожделение, и Ци Лэ не смог отказать. Он протянул лапу, отрезал крошечный кусочек рыбы, проглотил его, затем последовал кусочек мяса монстра. Подождав немного и убедившись, что все в порядке, он нарезал крупные куски мяса поменьше и пододвинул к мордочке котенка.
— Ешь.
Ци Нин радостно пискнул и уткнулся носом в еду, принявшись жадно уплетать угощение.
Ци Лэ ел, прислушиваясь к звукам и то и дело шевеля ушами. Он посмотрел на зеленую девчонку в лечебной капсуле и заметил, что та лежит неподвижно, без малейших признаков пробуждения, из-за чего в нем зародились сомнения: а не померещилось ли ему тогда?
Следующие несколько дней Кошачий Папа и котенок жили роскошной жизнью: трехразовое питание плюс ночные перекусы.
План Ци Лэ сработал превосходно.
Медики не утратили исследовательского интереса, но стали намного снисходительнее к пушистым комочкам. Эльфа же и вовсе обращался с ними как с домашними питомцами: от первоначальных поглаживаний и тисканья лап он дошел до того, что порой засыпал, обнимая их.
Однажды ночью Ци Лэ проснулся в медицинском отсеке и обнаружил, что постель устлана сплошным слоем чего-то похожего на кристаллический десерт, от чего у него шерсть встала дыбом прямо на месте.
Разбуженный шумом «десерт» неторопливо сдвинулся в кучу и обрел человеческий облик. Степень жуткости этого зрелища невозможно было описать словами. Ци Лэ постоянно напоминал себе, что находится в ином мире, а перед ним — инопланетянин, и лишь после этого сердце, чуть не выпрыгнувшее из груди, кое-как вернулось на место.
Эльфа находил реакцию Ци Лэ забавной, то и дело вытягивая руки прямо перед его носом или завязывая пальцы узлом. После нескольких повторений эффект ослаб, и тогда, воспользовавшись проходящим мимо коллегой, он на глазах у кота вытянул тому шею на полметра.
Коллега невозмутимо хлопнул Эльфу по руке и втянул шею обратно.
Лихуа подпрыгнул на месте, ощетинившись всем телом.
Эльфа громко рассмеялся.
— Весело ведь?
Ци Лэ: «……»
Если бы ты только не был настолько сильнее меня, неужели думаешь, что я не исцарапал бы тебя так, что ты забыл бы, как жить?!
День за днем шло время. Раны Молан постепенно затягивались, а Орен под разными предлогами пытался приблизиться к лечебной капсуле, но Эльфа каждый раз пресекал его попытки.
Прикинув сроки закрытия Одиннадцатого района, Ци Лэ начал тревожиться. Он пытался пробраться наружу тайком, но о том, чтобы покинуть корабль, не было и речи — ему не удавалось даже самостоятельно выйти из медицинского кабинета.
Если не удрать до того, как космический корабль сорвется с места, бог весть куда их в итоге увезут.
Только что покончив с очередной порцией мяса монстра, Ци Нин лежал рядом с Ци Лэ и урчал, раздувшись круглым шариком. Ци Лэ лизнул котенка за ухо, безуспешно пытаясь подавить нарастающую тревогу, и невольно выпустил когти, оставив на металлическом сиденье несколько глубоких царапин.
В рубке управления Сияэр стоял у пульта, а Гаспас непрерывно водил пальцами по световому экрану, переключая изображения из охотничьих угодий.
Орен и остальные выбыли из испытания, но остальные курсанты военного училища продолжали участвовать в охоте.
Из-за масштабного появления роя муравьев курсанты старались обходить сосновый бор стороной, сместившись ближе к границам зоны.
После долгих боев монстры и аборигенные виды в охотничьих угодьях начали объединяться, и к ним даже примкнула часть зомби, чтобы вместе противостоять истреблению инородцами. Ребятам приходилось не только отражать контратаки добычи, но и опасаться ударов в спину, однако боевые возможности каждого росли стремительными темпами.
Те, кто не мог приспособиться к жестокости угодий, были обречены на отсев.
Только вернувшись с трофеями, можно было считаться полноценным воином.
— К счастью, они тут не сплошные бездари, — пробормотал Сандерс и, заглянув через плечо Гаспаса, заметил, что световой экран перед тем снова ожил. — Опять Столичная планета?
— Угу, — Гаспас нажал кнопку связи и повернулся к Сияэру. — Соединять?
— Глава Парламента или Сенат?
— Глава Парламента.
— Не отвечай, — в голосе Сияэра не было ни капли эмоций. — Новость уже ушла на Столичную планету, Сенат скоро примет решение.
Орен нарушил правила, и скрыть это происшествие не удалось бы.
Среди членов Сената и Парламента хватало недовольных Первым кланом. Стоило скандалу разгореться, как у главы Парламента и стоящего за ним клана начались бы серьезные неприятности.
— И что же глава Парламента сможет объяснить? — Сандерс откинулся на спинку металлического кресла, заложил руки за голову и с довольной усмешкой произнес: — На Столичной планете сейчас наверняка шумно.
Орен как раз вошел в люк и, услышав эти слова, мгновенно помрачнел.
— Надзиратель.
Услышав голос, Сияэр обернулся:
— В чем дело?
— Учитывая поведение курсантки Молан в охотничьих угодьях, я от лица Первого клана требую прекратить ее защиту.
— Первого клана? — Сияэр холодно посмотрел на Орена. Ростом они почти не отличались, но Орена от одного этого взгляда едва не придавило к полу. — Это решение твоего отца или позиция старейшин клана?
— Никакой разницы, — жестко бросил Орен. — Молан убила Попула и Хэди, она должна понести наказание. Кроме того, о том, что надзиратель укрывает преступницу и аборигенный вид, я лично доложу в Парламент.
Это звучало вовсе не как предложение обсудить вопрос, а как самая нескрываемая угроза.
Без малейшего предупреждения Сияэр резко шагнул к Орену, вцепился в его воротник и одним движением руки отшвырнул прочь.
С глухим стуком Орен врезался в переборку.
Не дав тому подняться, Сияэр снова сократил расстояние и во второй раз вздернул его за воротник.
Бах!
Звук эхом пронесся по отсеку, удары становились все свирепее, от них содрогался сам пол.
Гаспас покачал головой, мысленно сожалея о тупости Орена.
Сандерс облизал губы, и из-под десен показались два острых клыка, едва не выдавая его кровожадного возбуждения.
— Не смей мне угрожать, и тем более не пытайся меня бесить, понятно? — Сияэр стоял перед Ореном, придавив его плечо носом ботинка, и как бы тот ни извивался, освободиться от этой жуткой мощи было невозможно.
— Передай своему отцу, что ему лучше четко понимать, что он творит, — отпустив Орена, Сияэр отступил на полшага, а его голос по-прежнему звучал бесстрастно. — Корабль со Столичной планеты прибудет через полмесяца, и до тех пор я предпочту тебя не видеть.
Орен поднялся с пола, стирая кровь с губ. Когда люк отворился, он пошатываясь вылетел наружу, едва разминувшись в проходе с Эльфой.
Эльфа вошел в рубку, и его взгляд сразу приковался к Сияэру:
— Глава Парламента так просто это не оставит.
— Я знаю.
Сияэр шагнул вперед, его платиново-золотые волосы струились водопадом. По привычке потрепав Ци Лэ за ухо и заметив, что тот рассеян и никак не реагирует, он озадаченно перевел взгляд на Эльфу.
— Что с ним?
— Наверное, витает в облаках, — пожал плечами Эльфа.
Сияэр убрал руку, а спустя мгновение протянул ее к настороженно прижавшему уши Ци Нину.
Вжух!
Призрачная лапа молниеносно рассекла воздух.
Факты доказали: даже витая где-то далеко в космосе, Кошачий Папа ни за что не забывал о безопасности своего отпрыска.
Увидев царапины на тыльной стороне ладони Сияэра, Эльфа громко расхохотался, и атмосфера в рубке мгновенно стала намного легче.
Проигнорировав смех медика, Ци Лэ втянул когти обратно, всецело поглощенный мрачными думами.
Осталось всего полмесяца, как же ему все-таки сбежать вместе с сыном?
http://bllate.org/book/25387/3026449
Готово:
