Механики были на вес золота.
Критически важные технологии монополизировали верхи.
Обычному человеку не пробиться своими силами.
Эти слова пронеслись в его голове, а затем столкнулись с какой-то мыслью, отчего ладони слегка зажгло.
В игре он был мастером-изготовителем номер один. Те самые технологии, что удерживали в своих руках верхи, он знал вдоль и поперёк.
Точность регулировки шарнирных передач, схема энергетических контуров, пропорции сплавов — всё это было для него так же естественно, как есть или пить.
Разве это не означало, что небеса, закрыв перед ним одну дверь, тут же построили лестницу прямо к звёздам?
Но он тут же подавил этот жар в груди.
Он знал об опасности обладания сокровищем.
Это была вовсе не Земля, не то место, где царили закон и правила. Перед ним лежала Мусорная планета N-09, проклятый уголок, где закон — это сила кулака, а человеческая жизнь дешевле любой детали.
Стоило простому человеку проговориться, что он умеет собирать мехи, как его ждало не богатство и слава, а выжатая до капли ценность с последующим выбросом обратно на помойку.
Гу Наньфэн опустил взгляд, на его лице не отразилось никаких эмоций, он лишь равнодушно протянул: — Оу.
Леон ещё раз глянул на него и больше ничего не сказал, лишь подвинул обратно к нему тот самый компонент меха.
— Ладно, не забивай голову всякой ерундой. Хочешь чинить — чини, а починишь — отнесёшь на Торговую станцию и сменяешь на что-нибудь. Получить за него пару порций питательной жидкости уже неплохо.
Гу Наньфэн взял деталь и кивнул.
Он разложил на столе инструменты и принялся за работу.
Сперва нужно было тщательно счистить ржавчину с корпуса. Кончиком отвёртки он аккуратно соскрёб налёт с поверхности, обнажив лежащий под ним серовато-белый слой сплава.
Этот материал он узнал — стандартный корпус армейского меха, высокая прочность при средней упругости, судя по всему, модель тридцатилетней давности. Неудивительно, что её списали.
Затем последовала проверка внутренней структуры. Он осторожно вскрыл обшивку, вытащил детали одну за другой и аккуратно выстроил их на столе.
Приводные шестерни слегка износились, но ещё годились в дело; уплотнительное кольцо гидравлического штока потрескалось от старости, его требовалось заменить; а вот стержневой подшипник в самом центре оказался абсолютно цел, хотя именно он и составлял жизненную силу всего узла.
Леон пододвинулся ближе, заглядывая через плечо, и цыкнул языком: — А ты и вправду рукаст.
Гу Наньфэн не поднял головы, не прекращая работать. Он порылся в куче хлама, принесенной вчера, отыскал уплотнительное кольцо подходящего размера, подровнял лезвием края, и оно с горем пополам подошло.
Затем надфилем сгладил заусенцы на шестернях и капнул немного смазки. Смазка досталась ему от Леона и смердила неимоверно, но со своей задачей справлялась.
Сборка требовала наибольшей сноровки. Он водрузил обработанные детали на прежние места, проверяя плавность хода после каждой установленной шестерёнки. Тугой поначалу сустав стал податливым и плавным, издавая при вращении едва слышный, мерный хруст.
Наконец, он защёлкнул внешнюю оболочку и туго затянул винты.
Пару раз покрутив отремонтированный узел в руках, он убедился, что сочленение ходит идеально, почти не встречая сопротивления.
— Готово. — Он довольно кивнул.
Леон взял деталь, испытал её, и выражение его лица из удивленного превратилось в задумчивое. Он долго вглядывался в Гу Наньфэна, и в этом взгляде читались оценка, раздумья и что-то ещё, чему трудно было подобрать название.
— Парень... — начал он, но осёкся и только покачал головой: — Ладно, не буду спрашивать.
У Гу Наньфэна ёкнуло сердце: он понял, что выдал свои навыки. Но по-другому было нельзя — починить эту вещь без умений попросту не вышло бы. Оставалось лишь надеяться, что Леон не из болтливых.
— Пошли. — Леон запихнул узел в брезентовую сумку и поднялся на ноги. — На Торговую станцию.
Торговая станция располагалась в самом центре трущоб. Называться-то она называлась станцией, но по сути представляла собой просторную площадку, обнесенную по периметру ржавым железом с единственным проломом вместо ворот.
Всю площадь заполняли разномастные лотки: кто-то расстилал на земле тряпицу и раскладывал на ней найденные детали, кто-то водружал доску на манер стола с парой банок питательной жидкости, а иные и вовсе ничего не выставляли — стояли себе столбом, прижав что-то к груди и поджидая покупателей.
Народу собралось немало: всё те же обитатели Мусорной планеты, серые, с застывшими лицами. Изредка кто-то торговался, но голоса звучали глухо, словно люди боялись привлечь лишнее внимание.
Леон привычно провел Гу Наньфэна сквозь толпу, отыскал свободное местечко в самом углу и выложил на прилавок содержимое брезентовой сумки.
Отремонтированный шарнирный узел меха занял самое видное место.
Гу Наньфэн только успел разложить маленький табурет и примоститься на нём, как к ним тут же кто-то подступил.
Подошёл мужчина средних лет в выцветшем добела рабочем комбинезоне с обтрепавшимися краями манжет, но выглядел он всё же приличнее большинства местных.
Присев на корточки, он вперил взгляд прямо в шарнирный узел меха и протянул руку, переворачивая его и так и эдак.
— Откуда деталь? — спросил он, не отрывая глаз от вещицы.
Леон прислонился спиной к железной стене позади, прищурился и молчал. Гу Наньфэн помнил наставления дяди Ана и тоже держал рот на замке.
Мужчину, похоже, не смутило отсутствие ответа, и он продолжил осмотр.
Большим пальцем он обвёл контур сустава, поднёс деталь ближе к свету, оценивая плотность прилегания швов, и на его лице недоверие сменилось удивлением, а затем и нескрываемым удовлетворением.
— На Мусорной планете нечасто встретишь столь целые детали, — он опустил узел обратно на прилавок. — Такое впору сразу старьёвщикам сдавать. Вам знатно повезло, с такой выделкой её, небось, только что с поля боя приволокли.
Леон неопределённо хмыкнул и объявил цену: — Пять тысяч кредитов.
Гу Наньфэн чуть не поперёк собственной слюной.
Он уже понял, что детали от мехов ценятся высоко, но никак не ожидал, что дядя Ан заломит такую сумму.
За последние дни он успел изучить здешние цены: порция питательной жидкости стоила всего три кредита, приличные запчасти — несколько десятков, а целые и неповрежденные шли за сотню-другую.
Пять тысяч кредитов? Да это же грабёж серед бела дня!
Мужчина ожидаемо нахмурился: — Сбавь, за три возьму.
Три тысячи?
Гу Наньфэн снова испытал лёгкий шок.
Погодите-ка, неужели она и вправду столько стоит? Украдкой взглянув на Леона, он не заметил на том ни тени смущения — лицо оставалось всё таким же невозмутимым, будто пять тысяч кредитов были самой справедливой ценой на свете.
— Пять тысяч, — повторил Леон тем же тоном.
Мужчина помедлил, снова взял деталь в руки и повертел её, явно не желая расставаться.
Но пять тысяч кредитов — сумма немалая. Стиснув зубы, он в конце концов вернул узел на прилавок, поднялся и зашагал прочь.
Не успел Гу Наньфэн опомниться, как вокруг собралось еще несколько человек.
Народ на торговой станции прибывал, а их лоток с деталями от меха привлекал всеобщее внимание.
Знающих людей на Мусорной планете хватало, и при виде столь цельного узла у них загорелись глаза.
Один за другим люди оседали на корточки, разглядывали товар и спрашивали цену, но Леон неизменно отвечал одно и то же: — Пять тысяч кредитов, ни кредитом меньше.
Кто-то пытался сбить цену до четырех тысяч, кто-то предлагал четыре с половиной с немедленной оплатой, а находились и те, кто сулил другие запчасти вдобавок к двум тысячам кредитов.
Леон всем отказывал.
— Ну и везучие же вы, — завистливо протянул кто-то. — Я три года роюсь в мусоре, а деталь с таким качеством впервые вижу.
— И то верно, старый хрыч Леон на этот раз сокровище на помойке откопал.
— Пять тысяч... во сне он их видит, хотя, если кто и вправду купит...
Зевак становилось всё больше. Толпа в три слоя обступила их, бурно обсуждая находку.
Но никто и помыслить не мог, что деталь отремонтирована: она выглядела безупречно, швы сидели плотно миллиметр в миллиметр, а шарнир двигался плавно, словно только что сошел с конвейера. Каждый был уверен, что это абсолютно целый узел, снятый прямо с разбитой боевой машины.
Гу Наньфэн сидел на маленьком табурете, опустив голову и делая вид, что копается в остальном скарбе внутри брезентовой сумки. На него никто не обращал внимания.
В этот момент толпа внезапно стихла. Затем люди сами собой подались назад, освобождая проход.
К ним направлялся молодой человек на вид лет двадцати с небольшим. На нем была куртка глубокого серого цвета — ткань оказалась на голову выше всего, что носили вокруг: чистая, без единой заплатки, с металлической молнией, что тускло поблёскивала в тусклом свете.
На ногах красовались целые сапоги, а не те разбитые обноски, что люди обматывали изолентой слой за слоем.
Его волосы были аккуратно зачесаны, а на лице читалось выражение, крайне редкое для Мусорной планеты — не оцепенение и не изнурение, а та размеренная уверенность человека, которого баловала судьба.
Было очевидно, что происхождением он не прост.
Окружающие смотрели на него совсем иначе: во взглядах читались зависть, угодливость и затаенный страх.
Несколько человек, только что расспрашивавших о цене, автоматически отступили назад, освобождая ему место.
Гу Наньфэн услышал, как кто-то за спиной бормочет: — Фэй идёт. — Сын старьёвщика. — Ну, сейчас будет весело.
Фэй подошел к прилавку, присел на корточки и взял в руки тот самый шарнирный узел меха.
Движения его были легки, словно он прикасался к чему-то драгоценному. Пальцы медленно скользнули по изгибу корпуса, затем он покрутил стержень сустава, оценивая плавность сопротивления.
Глаза его ярко блестели, и в них отражалось то, что Гу Наньфэн знал слишком хорошо — почти благоговейная страсть к мехам.
— Сколько? — спросил он звонким голосом.
— Пять тысяч кредитов, — держался своего Леон.
Фэй опустил взгляд на деталь в руке, перевел его на Леона и, не говоря больше ни слова, поднял запястье.
Тут Гу Наньфэн заметил браслет на его руке — серебристо-серый металлический обод с гладкой поверхностью, по которой едва заметно струились светящиеся узоры.
Фэй дважды стукнул по нему, и над запястьем всплыл голографический экран, отображавший информацию об аккаунте и интерфейс перевода.
Оптический мозговой центр.
Сердце Гу Наньфэна ёкнуло. Подобные штуки он видел в игре, но никак не ожидал встретить их в этом мире, да еще в таком удобном исполнении.
Фэй совершил пару манипуляций на своем ком-паде, и не прошло и трех секунд, как Леону пришло уведомление о зачислении средств.
http://bllate.org/book/25245/3009715
Готово:
