— Жарко, не прислоняйся ко мне.
— Если жарко, зачем ты лёг рядом со мной?
— Места тут кот наплакал, — он немного раздражённо поморщился. — Ты вообще собираешься спать? Если нет, то вали отсюда.
— Сплю, сплю, разбуди меня потом.
Стоило мне это произнести, как веки отяжелели настолько, что я уже не мог их держать. Где-то на грани слышимости раздалось чьё-то храпение, и я окончательно провалился в темноту.
Не знаю, сколько прошло времени, но вдруг я почувствовал, как меня кто-то толкает локтем в бок. Спросонья я с трудом разлепил глаза и увидел, что Хэ Ихуэй смотрит на меня с каким-то очень странным выражением лица.
— Уже пора? — спросил я.
Он покачал головой и смущённо кивнул в сторону маленького телевизора.
Я посмотрел туда — чёрт побери, то, что показывали на экране, было донельзя пошлым, аморальным и мерзким! Но самое главное — оторваться было просто невозможно. Я мгновенно протрезвел, и мне не хотелось отводить взгляд ни на секунду.
Хотя тайком мне уже доводилось посматривать подобные кассеты, нигде и близко не было такого откровенного контента, да ещё и западного. И качество съёмки, и сами позы — всё это полностью перевернуло мои представления о мире.
Неудивительно, что у Хэ Ихуэя был такой странный вид. Я скосил глаза и посмотрел на него: сквозь его обычное простодушное и застенчивое выражение проступали широко раскрытые глаза, которые ярко вспыхивали в отсветах экрана.
В этот момент все, кто спал раньше, кажется, тоже проснулись, и единственный свет в комнате погас.
У меня во рту сразу пересохло. Моя неискушённая душа получила мощнейший удар, а в груди поднялось такое будоражащее чувство, будто внутри собирался взорваться вулкан. Не удержавшись, я принялся за привычное дело.
— Ты чего творишь? — неожиданно с ухмылкой спросил Хэ Ихуэй.
Разве это не вопрос на засыпку?
Лицо моё пылало, но оправдываться я не стал:
— Ты вообще мужчина или нет? Сам не понимаешь, чем я занят?
— Без понятия, хе-хе.
Чёрт! Я тут же вскинул руку, собираясь дать ему отпор, но он отреагировал молниеносно и с лёгкостью заблокировал удар.
— Всё, я виноват, простите! — взмолился он.
— Тьфу, натворил дел, а теперь извиняешься? Выходит, я в дураках остался?
— Сжалился надо мной, братец, я больше не буду, хе-хе.
— Ещё чего! Только и делал бы, что «не был»!
На самом деле я вовсе не собирался всерьёз с ним драться. Просто он так не вовремя меня перебил, стало немного неловко, и без этой шутки было бы трудно сгладить ситуацию.
Хотя мы и возились друг с другом, двигались и шумели мы очень тихо.
Повозившись ещё немного, Хэ Ихуэй с ухмылкой произнёс:
— Оказывается, ты ушёл мыться только ради этого.
— Пиздёж! — вырвалось у меня. — Я вообще впервые здесь, с чего бы мне знать, что тут такое крутят?
— Ладно-ладно, продолжай, я тебе не мешаю.
— Иди в жопу, я спать.
После такой побудки мне уже было неловко продолжать начатое.
Однако спать мне расхотелось окончательно. По телевизору всё ещё крутили фильм, и эти звуки заставляли всё внутри зудеть от нетерпения.
Хэ Ихуэй молчал, и мне в голову пришла внезапная мысль: а сам-то он чем занимается?
Всё ещё смотрит? Разве можно столько выдержать?
Я скосил глаза и, приоткрыв их, заметил, что он закусил губу и смотрит на меня с каким-то жеманным и застенчивым выражением.
Во мне вновь взыграл хулиганский азарт. Улыбнувшись ему, я протянул руку и попытался застать его врасплох!
Каково же было моё удивление, когда в руке оказалась лишь одна кисть — он, похоже, подготовился заранее! Ну и осторожный же тип!
Я потянул её на себя и тут же понял: что-то не так. Рука оказалась грубой и жирной, это явно была не рука Хэ Ихуэя.
Я резко сел и в тусклом свете разглядел, что та самая жирная рука как раз отдёргивается назад. Её обладателем оказался противный мужик с плешью почти во всю голову.
— Да пошёл ты на хуй! — заорал я во всё горло.
Этот хрен мгновенно подскочил на матрасе и в одно мгновение рванул к выходу.
Я даже обуться как следует не успел — бросился следом.
Старый хрыч бежал, оглядываясь назад, и в панике свернул в узкий и тёмный переулок.
Я взревел:
— А ну стой, мать твою!
Ублюдок внезапно рухнул на землю, издав глухой стук.
Я настиг его, вцепился в воротник и влепил пару ударов прямо в морду.
Он тоже решил идти ва-банк и принялся размахивать кулаками во все стороны, ввязавшись в драку.
Но я-то был моложе и сильнее, так что он быстро сдал позиции. Пятясь назад, он прижался спиной к стене и поднял руки:
— Братишка, вышло недоразумение, недоразумение… Попутал меня чёрт, хватит бить, перестань…
— Какое тебе нахрен недоразумение!
Я шагнул вперёд. Его голова склонилась набок, затылок прижался к стене, а ноги угодили в лужу.
— Я извиняюсь… — он прижал одну руку к животу и тяжело дышал. — Я мразь, я последняя скотина, только больше не бей.
— Гребаный извращенец, думаешь, одними извинениями отделаешься?
— Т-тогда я заплачу тебе! Деньги дам, устроит?
От этих слов я разозлился ещё сильнее и снова занёс кулак:
— Кому нужны твои грязные деньги! За кого ты нас принимаешь?
— Простите, простите, я не то имел в виду, я просто хотел искренне перед вами извиниться.
— Извинись перед своей матушкой! — я саданул его ногой.
Скорчившись, он полуприсел у стены, прикрывая лицо руками, и через щель между пальцами испуганно глядел на меня.Глядя на его жалкий вид побитой собаки, я даже потерял желание продолжать избиение. Стоя на месте и тяжело дыша, я вытер рот, размышляя, что делать дальше: оставить всё как есть или заявить в полицию.
В свои годы я впервые столкнулся с подобным и с таким человеком. Меня откровенно тошнило, а в желудке всё переворачивалось от омерзения.
Заметив, что я прекратил драку, он умудрился расплыться в улыбке.
— Браток, вы же с ним пара, да? Ты такой мужественный, так отчаянно его защищал, это настоящее счастье… Как же это здорово.
Какого чёрта этот ублюдок снова нёс какую-то херь?
— Да пошёл ты!
Я снова заехал ему ногой.
Он глухо охнул, но его взгляд продолжал блуждать по мне, тяжело отдуваясь:
— Хе-хе… Не признаёшь — понимаю. В годы моей юности всё было точно так же, мы точно так же начинали тайком.
У меня от этих слов затылок нахохлился, я поднял руку, намереваясь врезать ему снова.
— Ладно-ладно! — он втянул голову в плечи и замахал руками. — Больше не буду! Браток, только не бей!
— Попадись ты мне ещё хоть раз!
Бросив это, я зашагал обратно.
Пройдя несколько шагов, я обернулся: тот мужчина сидел на земле, прислонившись спиной к стене, и продолжал бормотать себе под нос:
— Я ведь тоже был молодым, тоже был красавцем… Жаль, тогда не ценил, вот и скатился до такого… Браток, со временем ты всё поймешь, обязательно поймешь…
Его голос быстро растворился в темноте.
Я отвернулся. Прошлая злость неизвестно куда испарилась, оставив лишь невыразимый, тяжёлый кавардак в душе.
Сказать, что я совсем не понял его слов, было бы неправдой. Если мысленно вернуться к тому, что мы только что вытворяли с Хэ Ихуем, это действительно едва ли сильно выходило за рамки дозволенного.
Пройдя совсем немного, я увидел Хэ Ихуя — он стоял под тусклым светом уличного фонаря и ждал меня.
— Какого чёрта ты только сейчас вышел? — я почему-то снова разозлился.
Он поджал губы:
— Я вышел, но увидел, что ты и сам отлично справляешься с ним, поэтому не стал подходить.
— Тебе вообще не противно? Ты просто стоял и смотрел?
— Мне было очень неприятно на него смотреть, стоило лишь вспомнить, что он только что сделал…
— Тогда почему ты сразу не убрал его руку? Какого чёрта ты творил?
— Я думал, это твоя рука…
Хэ Ихуй не договорил. Я тоже сообразил, что что-то здесь не так, и больше не стал расспрашивать.
Спустя долгое время я глухо бросил:
— Пошли обратно за вещами.
Хэ Ихуй коротко угукнул и послушно зашагал следом.
Вернувшись в баню, хозяин даже не поднял век, сделав вид, будто ничего не произошло. Маленький телевизор внутри всё так же противно поскрипывал, но никто из нас даже не глянул в ту сторону.
И до самого прихода в интернет-кафе мы больше ни словом не обмолвились о случившемся.
Клавиши стучали так, что стоял треск, а ругань в адрес тиммейтов не смолкала ни на секунду.
Сюй Ган, заметив нас, преувеличенно громко завопил:
— Вы чё так долго? Солнце скоро взойдет… Твою мать, А-Чэн, а что это у тебя с лицом?
Я потраву потрогал ссадину на щеке и бесстрастно ответил:
— Ничего особенного.
Сюй Ган перевёл взгляд с моего лица на лицо Хэ Ихуя и обратно, видимо, сообразив, что наше состояние какое-то странное.
— Эй, в чём дело? Вы что… поругались?
— Нет.
Хэ Ихуй ничего не ответил, натянул наушники и продолжил смотреть фильм.
Я тоже надел наушники и погрузился в игру, пытаясь выплеснуть эмоции в виртуальном мире, но сосредоточиться совершенно не получалось — я мог подолгу замирать с зажатой мышкой, так и не сделав ни клика.
В голове непрерывно крутился голос того мужчины.
Браток, со временем ты всё поймешь, обязательно поймешь…
Когда забрезчил рассвет, наша компания кое-как побрела обратно в школу.
По дороге Сюй Ган снова подскочил ко мне:
— Что у тебя за царапины на лице? Что у вас вчера случилось-то?
Я промолчал, бросив взгляд на Хэ Ихуя — тот брёл в стороне со своими соседями по комнате, опустив голову и молча.
Чжан Цзяньвэй отчаянно клевал носом от недосыпа, но тоже подошёл с заботливым видом:
— Вы же вроде вместе ходили, что-то произошло? Если есть проблемы — скажи.
— Всё в порядке.
Я понятия не имел, как объяснять вчерашнее. Да и чувствовал, что об этом нельзя говорить ни в коем случае.
Сюй Ган попытался расспросить ещё, но его остановил Чжан Цзяньвэй. Тот пробормотал что-то себе под нос, и больше приставать с расспросами они не стали.
Мы вернулись на территорию школы, вокруг царила мёртвая тишина.
Завалившись в общежитие, я валился с ног от усталости и уже не хотел произносить ни звука — прямо в обуви забрался на кровать.
Остальные чувствовали себя примерно так же: попадали и мгновенно уснули, в комнате тут же стало тихо.
В тот день мне снова и снова снился один и тот же кошмар: маслянистое, лоснящееся лицо из переулка, кадры с бани по телевизору — всё это мешалось в какую-то жуткую кашицу, а время от времени перед глазами вспыхивал Хэ Ихуй, стоящий под уличным фонарем.
Сон выдался тяжёлым и тревожным. В полудрёме мне казалось, что тот мужчина прижимается губами к моему уху и снова и снова повторяет: вы же с ним пара, да, со временем ты всё поймешь.
Когда я резко проснулся, был уже день. Окинув взглядом постель после того, как откинул одеяло, я обнаружил, что у меня действительно случилась поллюция.
Я тихо выругался и, пока остальные ещё спали, свернул испачканные штаны, взял таз и пошёл в умывальную стирать бельё.
http://bllate.org/book/25110/2984941
Готово: