— Будем учиться друг у друга, — мягко улыбнулся Вэнь Туншу.
Ван Баосян пригласил его в свой кабинет, и Чжан Юн по привычке приготовил и подал им обоим кофе. Ван Баосян одобрительно кивнул Чжан Юну и жестом указал на диван, приглашая того присесть.
Вэнь Туншу сделал глоток и похвалил:
— Начальник Ван, отличный кофе!
Ван Баосян рассмеялся:
— Правда? Раз уж вам нравится, Сяо Чжан, захвати потом пару банок и отнеси в кабинет начальника Вэня.
Чжан Юн проворно кивнул.
— Начальник Ван, вы так внимательны, спасибо вам, — довольно сказал Вэнь Туншу. — Скажите, когда мы отправимся в порт Хоупу?
Ван Баосян поднял указательный палец правой руки и ответил:
— Прямо сейчас. Я как раз распоряжусь, чтобы финансовый отдел подготовил все необходимые данные и отчеты по порту. Когда вернемся, я велю им передать всё вам.
Вэнь Туншу кивнул:
— Хорошо, это сэкономит время.
Дождавшись, пока Ван Баосян выйдет, Вэнь Туншу повернулся к Чжан Юну:
— Сяо Чжан, как давно ты работаешь в транспортном управлении?
— Почти полгода, а потом меня перевели к вам, начальник, — серьезно ответил тот.
Вэнь Туншу как бы невзначай продолжил, пока они шли по коридору:
— О, значит, ты уже хорошо знаком с делами нашего управления.
— Лишь поверхностно, не судите строго, — осторожно отозвался Чжан Юн.
Вэнь Туншу невольно улыбнулся и, спускаясь по лестнице, добавил:
— Почему же строго? Я ведь тоже когда-то был молодым и начинал с самых низов.
На самом деле Вэнь Туншу был еще довольно молод, ему едва исполнилось тридцать, но по части опыта он вполне мог считать себя наставником для Чжан Юна.
В этот момент радостный Ван Баосян вернулся и сообщил:
— Начальник Вэнь, всё распоряжения отданы. Мы отправляемся в порт Хоупу?
Вэнь Туншу знал, что Ван Баосян — человек строгий и надежный, один из тех исполнителей, кого высоко ценил его дядя Дун Чжофань. Раз уж Ван сказал, что всё готово, значит, всё будет сделано четко и в соответствии с его требованиями.
— Начальнику Вану я доверяю на все сто, — улыбнулся Вэнь Туншу, — да и мой дядя, старик Дун, тоже относится к нему с большим доверием. Что ж, поехали в порт Хоупу.
***
Говорят, старый имбирь острее, и это чистая правда. В этом крошечном уезде Цинсянь Дун Чжофань, успевший побыть начальником транспортного управления, главой отдела кадров, заведующим орготделом, заместителем главы уезда, главой уезда и заместителем секретаря парткома, за десятилетия политической борьбы оброс такими связями и отточил такое мастерство, что стал настоящим тяжеловесом. Он мастерски владел методами кнута и пряника, жонглируя ими в непринужденной беседе. Дун Чжофань всегда действовал на опережение: прежде чем сделать шаг, он готовил пути к отступлению, выстраивал стратегию и добивался единогласия. Секретари уездного парткома, сменявшие друг друга, либо попадали под его влияние и становились козлами отпущения, либо, столкнувшись с травлей и изоляцией, были вынуждены позорно покинуть Цинсянь. В местных кулуарах даже говорили: он действительно выдающийся. Цай Ючэн, Шао Цзяньпин, Хань Чжэн, Чэн Жугао, Цай Цзяньхуа, Ван Баосян и Го Минжэнь — эта группа верных соратников была воспитана Дун Чжофанем за долгие годы, и они были преданы ему до гроба. Имея таких бойцов на передовой, самому Дуну оставалось лишь крепко держать штурвал. Это был политический союз, скрепленный как чувствами, так и выгодой: соратники были благодарны ему за продвижение, а в вопросах прибыли Дун никогда не жадничал — забирал себе лишь сорок процентов, а остальные шестьдесят делил поровну между шестью верными помощниками. В последние годы его политическая гибкость привлекла внимание секретаря горкома У Вэньчжао, и после тщательной проверки тот приблизил Дун Чжофаня к себе, сделав его своим представителем в Цинсяне.
Вечером 26 марта 2005 года, в день поездки Вэнь Туншу в порт Хоупу, в номере 2038 гостиницы Цинцзян Дун Чжофань собрал совещание своей узкой группы. Пришел и Вэнь Туншу. Хотя Дун презирал его за нетрадиционную ориентацию, Вэнь был единственным родственником его жены Вэнь Яньцин, и он не мог игнорировать постоянные просьбы супруги. К тому же Вэнь Туншу был действительно талантлив в работе, являлся любовником нынешнего секретаря уездного парткома Гуань Цзиньмина и, самое главное, был абсолютно предан самому Дуну. Поэтому на подобные встречи Дун всегда приглашал его — это было и воспитание, и привязка, и использование в своих интересах.
Ровно в половине седьмого все были в сборе. Дун Чжофань кивнул Цай Ючэну, и тот поднялся, призывая всех к тишине. Оглядев присутствующих, Цай откашлялся и начал:
— Мы собрались сегодня, чтобы обсудить один вопрос — реконструкцию и расширение причала в порту Хоупу. Как всем известно, он катастрофически не справляется с темпами экономического развития нашего уезда и нуждается в срочном обновлении. Сейчас я попрошу начальника Вана ввести нас в курс дела. Прошу вас, начальник Ван.
Ван Баосян слегка подался вперед, кивнул Дун Чжофаню и заговорил:
— Сегодня по поручению парткома и администрации уезда начальник Вэнь вместе с секретарем Чжан Юном в моем сопровождении провели детальный осмотр порта Хоупу. Опираясь на исторические данные нашего управления, секретарь Чжан составил таблицу, которую я сейчас раздам.
Раздавая материалы, Ван продолжал:
— Порт разделен на две части: восточная обслуживает все водные перевозки грузов для нужд уезда, а западная — это песчано-гравийный карьер, обеспечивающий семьдесят процентов потребностей Цинсяня в песке и гальке для строительства. Из-за развития автомобильных перевозок восточная часть фактически простаивает. Она обветшала и требует ремонта. Но главное — это западная часть. Семьдесят процентов поставок песка и камня зависят от нее. Из-за перегрузок оборудование там пришло в негодность. Сейчас экономика уезда на подъеме, спрос превышает предложение, и предприятиям приходится закупать материалы в других местах, что неоправданно завышает транспортные расходы и снижает их прибыль. Ситуация стала критической. Вчера администрация уезда поручила нашему управлению разобраться в вопросе, а начальника Вэня направила к нам для контроля. Пожалуйста, ознакомьтесь с данными, а я чуть позже дам подробные пояснения.
Больше всего Дун Чжофань ценил в Ван Баосяне умение подать свои корыстные интересы под соусом государственных задач, причем так, что никто не мог поспорить с фактами. Спустя некоторое время Дун обвел взглядом присутствующих:
— Всем понятна ситуация? Старина Ван, давай, рассказывай дальше.
Ван Баосян снова подался вперед и, глядя в таблицу, продолжил:
— Слушаюсь, секретарь Дун. Посмотрите на первую колонку. В 2002 году грузооборот порта составил 78 тысяч тонн, средний доход — около 4 миллионов юаней при прямых расходах в 4,5 миллиона. То есть только на водных перевозках порт получил убыток в полмиллиона, не считая административных расходов. Однако погрузка песка и гальки принесла 80 миллионов дохода при чистой прибыли в несколько миллионов. Вычитая убытки от перевозок, мы получаем чистую прибыль в 3 миллиона. Порт может быть прибыльным, но сейчас его состояние тормозит экономику уезда. Реконструкция неизбежна.
Ван Баосян бросил взгляд на Дун Чжофаня, увидел его одобрительную улыбку и продолжил:
— Посмотрите на вторую колонку — это наши с начальником Вэнем расчеты по расширению. Мы считаем необходимым изъять сто му прилегающей земли. По государственным расценкам — 63 тысячи за му — компенсация составит 6,3 миллиона. Плюс 1,7 миллиона за строения на участке — итого 8 миллионов на землю. Далее, второй пункт: затраты на строительство. На 170 му (100 новых плюс 70 старых) при консервативной оценке в 100 тысяч за му потребуется 17 миллионов. Третий пункт — оборудование: 6 миллионов. Офисные и бытовые помещения — 3 миллиона. Расчистка акватории — 1 миллион. Итого, по нашим с начальником Вэнем расчетам, на проект потребуется 35 миллионов юаней.
***
Услышав о столь огромных затратах, собравшиеся зашумели. Дун Чжофань слегка кашлянул, и все тут же замолчали. Он поднялся с дивана, оглядел присутствующих и мягко произнес:
— Спокойствие, господа. Давайте дослушаем начальника Вана.
— С одной стороны, развитие уезда требует такого порта, — продолжил Ван Баосян, — с другой — бюджет уезда ограничен. Чтобы обеспечить дальнейший рост, прошу всех подумать, как решить эту проблему.
Ван Баосян посмотрел на Дун Чжофаня, и тот ободряюще кивнул. Дун очень ценил в Ване умение четко обрисовать проблему, вынести её на обсуждение, а затем подвести черту. Хе-хе, принцип демократического централизма Ван Баосян применял весьма умело!
После дискуссии наметились два пути: либо сбор средств с населения, либо привлечение инвесторов в обмен на право эксплуатации порта. Ван Баосян поднялся с улыбкой:
— Это два возможных варианта. Что касается сбора средств: при населении в 530 тысяч человек с каждого придется собрать по 70 юаней. Но будет ли население за пределами города платить? Сомневаюсь. Даже если взять 100 тысяч жителей города, то на каждого придется по 300 юаней. А если в семье 4 человека, то почти 1200 юаней. Разве это реально? Думаю, нет. Теперь второй вариант — привлечение инвестиций. Сложность в том, что нам нужно предложить инвесторам такие условия, чтобы они не испугались, но и казна не понесла убытков. Посмотрите на третью колонку. Прибыль порта — 3 миллиона, после расширения мы планируем 6 миллионов. При нынешних кредитных ставках только проценты составят 4,2 миллиона в год. То есть чистая прибыль после вычета процентов составит всего 1,8 миллиона. Чтобы окупить инвестиции, потребуется почти 20 лет. А инвесторам нужен возврат хотя бы за пять лет.
http://bllate.org/book/25063/2975805
Готово:
