— В холодильнике пельмени. Если не хочешь пельмени, можешь съесть оставшийся кусок сладкого, что привёз, или свари себе лапшу — как тебе удобнее, — сказала она и уже потянулась к двери.
Юань Мань схватил её за руку:
— Так ты меня бросаешь?
Юэ Чжу пожала плечами:
— Ладно, сварю тебе.
Юань Мань в один миг подхватил её на руки:
— Я тебя и съем.
Между мужчиной и женщиной всё как плотина, сдерживающая реку: стоит открыть шлюз — и поток страсти хлынет с неудержимой силой.
Юань Мань пристрастился к ней.
Автор говорит: «Пишу медленно… Хочется вырезать этот кусок, но пока выложу столько. Обещанную сегодня объёмную главу временно задолжал — в другой раз напомните, обязательно отдам».
«Кроме того, всем, кто оставил комментарий к прошлой главе, уже разосланы красные конверты. Проверьте, пожалуйста. Если кто не получил — напишите мне, сразу отправлю».
Их разбудил звонок в дверь.
Юэ Чжу открыла глаза и собралась встать, чтобы открыть, но Юань Мань, обнимавший её во сне, прижал ещё крепче:
— Не двигайся.
Она обернулась — он явно уже проснулся.
— Наверное, пришла посылка, которую мы вчера заказали. Пойду открою.
Юань Мань всё равно не отпускал.
— Уже девять часов, — возразила она, пытаясь вырваться.
Юань Мань посмотрел на неё:
— Ты сегодня ночью говорила во сне.
— Что я сказала?
В этот момент в гостиной зазвонил телефон Юаня Маня. Не глядя, он понял — звонит курьер.
Пришлось вставать и идти открывать. У двери он обернулся:
— Сейчас вернусь.
Юэ Чжу указала на его нагое тело:
— Сначала оденься.
Когда Юань Мань расписался за посылку, Юэ Чжу уже переоделась и стояла на кухне.
— Иди сюда, — позвал он.
Она не шелохнулась:
— Сначала приготовлю завтрак. Потом уже пойду «трудиться».
Юань Мань снова позвал, на этот раз чуть настойчивее:
— Иди сюда.
Она подошла и увидела, как он вынимает из коробки гирлянду из звёздочек.
Хоть они и не светились, но блестели так красиво — точь-в-точь как на её пижаме.
Юэ Чжу, скрестив руки, усмехнулась:
— Когда ты успел тайком купить это?
— Нравится?
— Я уже не маленькая девочка, — покачала она головой, всё ещё улыбаясь. — Куда ты хочешь её повесить?
— Туда, где мы спим.
Юэ Чжу развернулась и показала ему спиной холодное безразличие.
Юань Мань тут же опустил уголки губ:
— На твои занавески в комнате.
Чувствуя, что его горячее старание встретило ледяное равнодушие, он принялся ворчать:
— Да ты совсем без романтики.
Из-за раздвижной двери на кухню она высунула голову:
— Спасибо, мне очень нравится.
За завтраком пришло видео от Дуань Тяньцзяо. Юэ Чжу смотрела на экран, где та сияла от счастья, и чувствовала одновременно радость и грусть.
Будто горечь и сладость смешались во рту и взаимно погасили друг друга, оставив лишь пустоту.
Если бы не та каллиграфическая картина, она вряд ли связала бы У Фана с семьёй У. Ведь семья У давно правит в политических кругах, а сам У Фан — всего лишь военный.
— Потом отвезу тебя на занятия, а сам поеду к Чжоу Вэй за вещами.
Но Юэ Чжу возразила:
— Давай сразу после завтрака поедем забирать вещи. Хочу ещё раз заглянуть к ней домой.
Юань Мань подумал:
— Ладно.
— Юань Мань… — замялась она.
— Ты хочешь спросить про Тяньцзяо? — угадал он, будто читая её мысли.
Юэ Чжу кивнула, сжав губы.
— У каждого своя судьба. У Фан — это У Фан, а семья У — это семья У. Но если У Фан действительно в сговоре с семьёй У, тогда ему суждено своё наказание, и это будет уделом Тяньцзяо. Однако… я не верю в судьбу. Как бы то ни было, у Тяньцзяо всегда найдётся путь. Пусть даже она из рода Дуань — у неё ведь есть мы.
Дуань Тяньцзяо и У Фан оказались в одной лодке, их судьбы неразрывно связаны.
Это факт, который им обоим придётся признать и принять.
Но даже наличие поддержки не даёт полной гарантии безопасности.
— До свадьбы с У Фаном я избегала Тяньцзяо, — сказала Юэ Чжу. — А теперь, когда она так тесно втянута во всё это, я очень за неё переживаю.
— Переживания ничего не решают, да и ты никогда ей этого не скажешь. Вы, женщины, всегда твёрдые на словах, но мягкие на деле.
Юэ Чжу бросила на него взгляд:
— Ты разбираешься в женщинах?
Юань Мань прочистил горло:
— Прости, это просто привычка мыслить стереотипами. Ты совсем не такая, как они.
— Хм, — усмехнулась она, — ты становишься всё более ловким на язык.
— А какой мой образ тебе нравится больше всего?
— Просто будь самим собой.
.
Когда Юань Мань занялся погрузкой вещей, Чжоу Вэй отвела Юэ Чжу наверх.
Внизу царил китайский классический стиль, а наверху — европейский. Юэ Чжу сидела в саду на втором этаже, солнце слепило её глаза.
Это место называли садом, но там стояли лишь несколько горшков с хлорофитумом, а всё остальное пространство занимали мольберты и законченные масляные картины, явно написанные рукой Чжоу Вэй.
На одном мольберте висела незаконченная работа — девушка с косичками. Юэ Чжу внимательно всмотрелась: Чжоу Вэй явно предпочитала писать портреты. Людей разного возраста и социального положения. Лица большинства мужчин были нарочито преувеличены, тогда как женские образы передавались мягче — в основном спокойные или слегка печальные, с оттенком одиночества.
— Я начала учиться масляной живописи лишь в последние годы, так что это просто любительские работы, — сказала Чжоу Вэй.
Юэ Чжу всё больше убеждалась, что эта женщина не так проста, как кажется.
— Его отец — художник. Я думала, если тоже освою искусство, смогу сблизиться с его семьёй. Но, видимо, выбрала не тот путь — мои работы вряд ли достойны высокого общества, — добавила Чжоу Вэй.
— Мне кажется, твои картины очень выразительны. Просто сохраняй свой стиль — это уже прекрасно, — возразила Юэ Чжу.
— Маленькая Юэ, ты всегда умеешь успокоить меня. Пойду приготовлю тебе чашку молочного чая — заварю из настоящего цейлонского чая. Пока пей, посиди ещё немного со мной.
Через несколько секунд Юэ Чжу получила сообщение от Юаня Маня: «Загляни в её спальню».
Юэ Чжу тихо подошла к двери спальни Чжоу Вэй и увидела ту самую обстановку, что была на видео со свадьбы Дуань Тяньцзяо. Судя по ракурсу, камера должна была стоять на угловом стеллаже для одежды.
Она подошла ближе, но ничего не обнаружила.
Услышав, как Чжоу Вэй поднимается по лестнице, она быстро вернулась в сад.
— К вам часто приходят гости? — спросила Юэ Чжу, принимая чашку чая.
Чжоу Вэй на мгновение замерла:
— Почти никогда. Обычно я здесь одна. Он очень занят на работе и редко бывает дома.
В её голосе прозвучала грусть.
— Ты умеешь готовить десерты и варить чай… Жаль, что гостей так мало.
— Готовить для любимого человека — не жалко. Женщина живёт ради одного-единственного мужчины.
Юэ Чжу осторожно спросила:
— Вы… расстались?
Чжоу Вэй ответила откровенно:
— Да, можно сказать так.
— Почему?
— Он женился.
В этот момент Юэ Чжу почувствовала к ней сочувствие.
С эмоциональной точки зрения, у неё с У Фаном десятилетние отношения, и на фоне брака У Фана с Дуань Тяньцзяо она явно выглядела проигравшей стороной.
Но её поведение было неоднозначным — казалось, она сама стремится держаться в стороне.
И происхождение того видео всё ещё оставалось загадкой для Юэ Чжу.
— Такой мужчина не стоит того, чтобы за него цепляться, — сказала Юэ Чжу, ставя себя на её место.
Но Чжоу Вэй покачала головой:
— Сердце не умирает.
Юэ Чжу не знала, что ещё сказать. Тогда Чжоу Вэй продолжила:
— Ты знаешь, за кого он женился?
Юэ Чжу промолчала.
— На дочери Дуань Ючжи. Слышала о Дуань Ючжи? Бывший секретарь У Ина, а теперь занял его пост — второй человек в иерархии.
Юэ Чжу почувствовала сложный подтекст в этих словах. Она улыбнулась:
— Я не местная, мало что знаю об этих делах.
Чжоу Вэй продолжила:
— Что до самого У Ина — не стану судить. Но Дуань Ючжи… он славится тем, что…
Она лишь шевельнула губами, не произнося последних слов вслух.
Юэ Чжу улыбнулась ещё шире — намерения Чжоу Вэй были очевидны.
Тогда она подыграла:
— Ты так интересуешься этими делами… Почему считаешь, что он плохой человек?
Но Чжоу Вэй ушла от ответа:
— Все так говорят. Наверное, в этом есть доля правды.
Юэ Чжу снова молча улыбнулась.
— Надеюсь, у него не будет никаких дел с семьёй Дуань, — вздохнула Чжоу Вэй.
Глядя на эту женщину и слушая её слова, Юэ Чжу вдруг почувствовала интуитивную догадку:
видео, скорее всего, было поставлено ею самой.
.
Когда машина выехала из жилого комплекса, Юань Мань спросил:
— О чём вы говорили?
— О Дуань Ючжи, — ответила Юэ Чжу.
Юань Мань удивился:
— Так глубоко зашли в разговор?
— Юань Мань, как ты думаешь, она узнала меня? Но откуда ей знать меня? — нахмурилась Юэ Чжу, не находя объяснения.
— Учитывая её отношения с У Фаном, она вполне могла знать о событиях пятилетней давности. А увидела ли она тебя лично… Судя по вашему общению, она…
— Она очень расчётлива, — перебила Юэ Чжу. — Возможно, услышав моё имя, она сразу вспомнила про пять лет назад. Может, она пытается завербовать меня?
— Завербовать?
— Да. У Фан женился, и она потеряла своего мужчину. Единственный способ вернуть его — разрушить брак с Тяньцзяо. А чтобы полностью разорвать их связь, нужно уничтожить Дуань Ючжи. При влиянии семьи У, Дуань Ючжи — всего лишь пешка. Потеряв пешку, они вряд ли позволят У Фану страдать.
Когда Юэ Чжу анализировала ситуацию, она будто становилась другим человеком. Юань Мань так увлёкся её рассуждениями, что даже свернул не туда.
— У тебя голова на плечах отлично работает. Похоже, ты права. Чжоу Вэй явно не простушка. Кстати, почему она вдруг перестала ходить на занятия? По твоей логике, ей стоило бы продолжать общение с тобой.
— Инструмент уже продан — зачем дальше учиться? Иначе спектакль не выглядел бы правдоподобно, — усмехнулась Юэ Чжу.
— Посмотрим, появится ли она снова. Это может быть крупная рыба. Возможно, и то видео связано с ней.
Они пришли к одному выводу. Юэ Чжу приподняла бровь:
— Воспользуйся своей загадочной «мужской интуицией» — как думаешь, снимала ли она видео?
Юань Мань положил её руку себе на грудь:
— Дай мне посчитать.
Юэ Чжу закатила глаза:
— Ты вообще по какой линии сейчас идёшь?
— Это называется «чувствовать сердцем», — ответил он.
Автор говорит: «Название новой истории, о которой я упоминал ранее как „Между галактиками“, я изменил на „Твоё сердце — как Вселенная“. Друзья, не отписывайтесь, только потому что не узнали название».
«Между концом предыдущей главы и началом этой пропущена сцена, которую нельзя описывать. Надеюсь, когда вы это прочитаете, не будете меня бить. Если всё же ударите — только не в лицо».
Машина вернулась на правильную полосу. Солнечный свет проникал в салон, и в лучах плясали мельчайшие пылинки.
Юань Мань отпустил её руку:
— Не получается посчитать.
Юэ Чжу ловила пылинки пальцами:
— От такого учащённого сердцебиения и не посчитаешь.
— Ты как дефибриллятор — как тут нормально биться?
Юэ Чжу украдкой взглянула на него — на лице Юаня Маня застыло смущение, будто его поймали на чём-то.
— Видимо, женщина действительно способна повлиять на мужское восприятие реальности.
Юань Мань перевёл тему:
— Спроси у другой своей однокурсницы — той, что дружит с Чжоу Вэй. От неё точно можно что-то выведать.
Юэ Чжу причмокнула:
— Теперь я прямо как шпионка.
Юань Мань похлопал её по плечу:
— Революция ещё не завершена — товарищ, продолжай бороться!
Гао Лу всегда выделялась среди девушек — её шпильки будто готовы были пробить пол в аудитории.
Сегодня она появилась в новом весеннем комплекте, с новой сумкой известного бренда и свежеокрашенными волосами. Она выглядела ещё изысканнее и привлекательнее.
Юэ Чжу специально села рядом с ней, но та первой завела разговор:
— Сестра Вэй, скорее всего, больше не придёт на занятия. Она просила меня хорошо заботиться о тебе.
Юэ Чжу удивилась и на мгновение растерялась, не зная, что ответить.
Гао Лу добавила:
— Возможно, и я через несколько дней перестану ходить.
— Что случилось? — спросила Юэ Чжу.
http://bllate.org/book/2506/274514
Готово:
