Глава 17. Долина Чжунлинь (1)
Се Юйхэн оглянулся на то, что осталось позади: там царил полный беспорядок. Немного сожалея, он произнес:
— Из-за такой случайности потревожился защитный барьер. Даже если запечатать эту вырвавшуюся на свободу уцелевшую каплю духовного сознания обратно, тайная обитель на горе Лохоу все равно закроется раньше времени.
— Ничего страшного, по крайней мере, мы оба не зря съездили, — Шэнь Юэ на этот раз почти не приложил усилий, но просто так заполучил множество демонических ядер цилиня. Теперь ему достаточно лишь ненадолго уединиться для их полного очищения и выплавления, и его уровень культивации сможет преодолеть как минимум одну крупную ступень.
Что же касается Се Юйхэна, то об этом и говорить нечего — самое весомое и ценное сокровище всей тайной обители на горе Лохоу уже оказалось в его руках. Хотя Копье, Убивающее Богов, было оружием Предка Демонов, если придумать способ заново переплавить его и изгнать содержащуюся в нем демоническую ци, оно, естественно, сгодится и для тех, кто идет путем бессмертных.
Подумав об этом, Шэнь Юэ лишь немного сожалел о том, что ему так и не довелось заглянуть в легендарный Глаз Цилиня.
В последнее время он уже не раз погружался в сновидения, и все, что он видел и слышал во сне, казалось предельно реальным.
Хотя поначалу Шэнь Юэ говорил себе, что все это лишь иллюзии, по мере того как сновиденные пейзажи постепенно находили отражение в реальном мире, он неизбежно начал сомневаться.
Впрочем, если он действительно хочет во всем разобраться... возможно, стоит кое к кому наведаться.
В голове Шэнь Юэ всплыло имя.
Господин Су Лянь, бывший учитель Шэнь Юэ в годы его учебы в Академии Хунмэн, был великим мастером гаданий из клана Су в Городе Тяньцюань, а если говорить точнее — двоюродным братом владыки Города Тяньцюань.
Клан Су из поколения в поколение передавал Книгу Перемен и искусство предсказаний, способные постигать небесную волю и измерять силы инь и ян, и Су Лянь был одним из лучших среди них.
Однако из-за слабого здоровья Су Лянь в свое время вел лишь один набор учеников в Академии Хунмэн, после чего удалился на покой в Долину Чжунлинь близ Города Тяньцюань, чтобы предаться уединенному созерцанию.
Когда Шэнь Юэ в свое время скрывался под именем Нань Кэ, он был очень близок с этим учителем. Даже когда он позже восстал в своем истинном облике и вернулся в Мир Демонов, он тайком оставил письмо с правдой, поэтому они и в дальнейшем поддерживали тесную связь.
Если это господин Су, он наверняка сможет помочь ему рассеять многие сомнения, подумал Шэнь Юэ.
Приняв решение, Шэнь Юэ не стал больше медлить и прямо сообщил Се Юйхэну, что собирается нанести визит старому другу в Долину Чжунлинь.
— Тогда... я провожу тебя в Город Тяньцюань, — Се Юйхэн немного поколебался и в конце концов кивнул.
Хотя ему очень хотелось постоянно оставаться рядом с Шэнь Юэ, сейчас у него было одно крайне важное дело, требующее немедленного решения: если Шэнь Юэ снова взглянет на меч Ляньчжэнь в руках Се Юйхэна, то заметит, что в этот самый момент лезвие меча сплошь покрылось густой сетью трещин.
Се Юйхэн знал, что в последнее время слишком сильно упивался ощущением близости с Шэнь Юэ, из-за чего вызываемое отторжение стало слишком сильным и превзошло пределы его выносливости.
С того самого момента, как они с Шэнь Юэ встретились в диких землях, на черном клинке меча Ляньчжэнь появилась первая трещина.
А затем, чем ближе он держался к Шэнь Юэ и чем дольше они находились вместе, тем быстрее множились эти трещины. Настал бы день, когда меч Ляньчжэнь не вынес бы столь тяжкого давления и полностью разрушился.
Будучи тем, кто изначально уже не существовал среди Четырех Пределов и Десяти Земель, он мог вернуться в этот мир в с виду привычном облике, лишь полагаясь на особую внешнюю опору для своего духовного сознания.
А меч Ляньчжэнь как раз и служил его опорой.
Поэтому, прежде чем меч Ляньчжэнь окончательно придет в негодность, Се Юйхэн должен был подготовить вторую вмещающую опору.
******
Преодолев путь с горы Лохоу до Города Тяньцюань, Шэнь Юэ и Се Юйхэн попрощались за городской стеной, после чего Шэнь Юэ направился в Долину Чжунлинь.
Долина Чжунлинь находилась недалеко от Города Тяньцюань; горы там были прекрасны, а духовная ци — невероятно обильна, что полностью оправдывало название, означающее обитель духовной благодати.
— Молодой господин Нань Кэ, прошу за мной.
Поскольку Шэнь Юэ приходил сюда далеко не впервые, здешние слуги узнали его. Зная, что Шэнь Юэ близко знаком с их хозяином, слуга сразу же проводил его в небольшой внутренний двор Су Ляня.
Этот дворик был построен у ручья, протекавшего по долине, а поскольку Су Ляню было лень придумывать название, его так и звали — просто маленький дворик.
Приближаясь, в первую очередь замечаешь плетеную изгородь и цветочные поля по обе стороны тропинки. Виды цветов и трав не были подобраны с особым умыслом, они просто росли вперемешку. Тем не менее все они выглядевшие крайне пышными, выдавая заботливый уход.
По сравнению с прошлым разом на цветочном поле появились два новых белых журавля. Они с любопытством уставились на незнакомого Шэнь Юэ, делая вид, что им все равно, и исподтишка приблизились, чтобы поглазеть, но стоило Шэнь Юэ повернуть голову в их сторону, как они тут же гордо задрали длинные шеи и удалились с независимым видом.
Заметив этот норов, Шэнь Юэ мгновенно провел параллели и бросил во двор:
— Господин Су, откуда у вас эти два белых журавля? Почему взглядом они так похожи на Гу Цинчуаня в детстве?
Су Лянь сидел за каменным столом во дворике. На нем было одеяние цвета лунного белого сияния, и сам он казался несколько хрупким. На его вытянутых изящных пальцах примостилась круглая пухлая птичка и звонко распевала песенку.
Услышав голос Шэнь Юэ, Су Лянь озарил губы теплой улыбкой, взмахом руки выпустил птичку на свободу, повернулся к нему и рассмеялся:
— Ты угадал верно, этих двух белых журавлей прислал Цинчуань несколько дней назад. Сказал, что на этот раз ему предстоит долгое уединение и неизвестно, когда он сможет прийти в следующий раз, поэтому и подарил мне пару журавлей.
— Он умеет проявлять такую заботу только тогда, когда речь заходит о господине Су, — Шэнь Юэ вскинул брови и улыбнулся.
Гу Цинчуань учился с Шэнь Юэ на одном потоке, так что он, разумеется, тоже был учеником Су Ляня. Однако для круглого сироты Гу Цинчуаня, у которого не было ни отца, ни матери, Су Лянь, приведший его в свое время в Академию Хунмэн и вырастивший, обладал совершенно исключительным значением.
Он сам не раз говорил, что без Су Ляня не было бы и нынешнего Гу Цинчуаня.
Шэнь Юэ взмахнул полой халата и опустился рядом с Су Лянем.
— Давно не виделись. Судя по твоему лицу, в последнее время у тебя, часом, не намечаются амурные дела? — Су Лянь слегка склонил голову набок; его глаза были необычайно бледного, белесого оттенка, и в них отчетливо различалась пара сдвоенных зрачков.
Хотя такая пара глаз чрезвычайно помогала в искусстве предсказаний, из-за нее он лишился обычного человеческого зрения.
Поэтому все слова Су Ляня вроде «посмотрю» или «вижу» вовсе не означали привычное зрение.
Шэнь Юэ вспомнил события последних дней, и уголки его губ тронула улыбка:
— Раньше я не знал, но раз уж сам господин Су заговорил об этом, значит, промаха точно нет.
Если эта сердечная связь и впрямь существовала, Шэнь Юэ вовсе не был против.
— Однако ты пожаловал сюда вовсе не за этим, — Су Лянь окинул Шэнь Юэ беглым взглядом и уже догадался о большей части его дел. — Используя это старое имя Нань Кэ и маскируясь под простого смертного, ты снова тайком сбежал в Мир Людей?
— Проницательности господина Су можно только дивиться, я действительно ускользнул из дома без спроса, — кивнул Шэнь Юэ. — Я пришел к учителю, потому что в последнее время мне постоянно снятся сны, удивительно похожие на саму реальность. Из-за этого я начал сомневаться... не утерял ли я часть воспоминаний?
Поразмыслив немного, Су Лянь произнес:
— В таком случае я помогу тебе сделать расклад.
Гадать напропалую на открытом воздухе, разумеется, не годилось, и Шэнь Юэ помог Су Ляню войти в дом. Там Су Лянь занял почетное место во главе длинного стола, вырезанного из цельного куска нефрита, и извлек набор счетных палочек.
Этот стол и счетные палочки были изготовлены из одного и того же минерала, что свидетельствовало о чрезвычайной изысканности.
Духовная ци вокруг Су Ляня едва заметно струилась, подобно невидимой воде, и вмиг заполнила всю комнату. В глубинах его глаз проступил чистый белый свет, делая сдвоенные зрачки еще отчетливее.
Счетные палочки рассыпались поверх длинного стола, одна за другой взмыли в воздух, а затем переплелись и выстроились в сложном узоре.
Когда гадание почти подошло к завершению, раздался резкий сухой звук — счетные палочки рухнули на пол, переломившись надвое.
Даже Су Лянь невольно слегка перевел дыхание: за долгие годы занятий этим ремеслом ему крайне редко доводилось сталкиваться с подобным.
Но хотя Су Лянь отличался слабым здоровьем и мягким нравом, в том, что касалось искусства предсказаний, он был невероятно упрям. Увидев, что палочки сломались, он вовсе не собирался сдаваться.
Тогда Су Лянь достал второй комплект счетных палочек.
Заметив это, Шэнь Юэ, хоть и не смыслил в гаданиях, понял, что дело неладно, и шагнул вперед, чтобы отговорить его:
— Если погадать не удается, давайте бросим это.
— Нет, я попробую еще раз, — твердо кивнув, произнес Су Лянь.
Действуя еще осторожнее прежнего, Су Лянь перебирал палочки тонкими пальцами, и на его лбу выступил тонкий пот.
Снова наступил финальный этап, и палочки вновь повели себя странно.
Но на сей раз, наученный горьким опытом, Су Лянь за счет многолетнего мастерства сумел подавить это отклонение.
Счетные палочки замерли на самом краю длинного стола — всего дюйм отделял их от повторения прежней участи, но благодаря усилиям Су Ляня они всё же не упали.
Су Лянь «вгляделся» в итоговую конфигурацию палочек, выглядя несколько озадаченным.
Он подозвал Шэнь Юэ к себе и спросил:
— Скажи, не приходилось ли тебе прежде получать ранения? Очень тяжелые, такие, что ставили под угрозу саму твою жизнь?
Шэнь Юэ припомнил:
— Это было очень давно. Я тяжело заболел, и весь Клан Фениксов был бессилен, так что пришлось обратиться к Цин-ди в Лунъюане, только так меня и спасли.
— Неверно, — покачал головой Су Лянь и с абсолютной уверенностью произнес: — То была вовсе не болезнь, а ранение. И причиной потери твоей памяти стало именно то опасное для жизни тяжелое ранение.
http://bllate.org/book/25009/2958042
Готово: