Прошло уже несколько дней с тех пор, как Янь Чэньи прибыл в Уезд Хуаян, и он зажил затворнической жизнью, почти не покидая пределов своего двора.
Первые дни прошли в суете за уборкой этого ветхого двора: сначала он нанял людей, чтобы перекопать всю кирпичную кладку, а затем заглянул на те несколько акров земли и обнаружил, что площадь там немаленькая. Пока что он не мог найти ей применение, так что решил оставить всё как есть и отложить на потом.
Каждое утро он засучивал рукава и, вооружившись мотыгой, принимался рыхлить землю во дворе — это была та еще тяжелая работа.
Ранневесенняя погода еще отдавала легким холодом, но Янь Чэньи уже весь покрылся потом.
Подняв обеими руками мотыгу, он взмахивал ею, и та с глухим стуком внсаживалась в земную твердь во дворе, издавая звук «плх», после чего он слегка подтягивал мотыгу на себя, приподнимал и повторял движение сначала.
В последние дни руки ужасно ныли от боли и усталости, но Янь Чэньи работал с огромным удовольствием.
Как бы это сказать? Прежняя городская жизнь казалась ему до удушья скучной, и теперь, когда посчастливилось выпасть редкой возможности оказаться в древности и прочувствовать всю прелесть деревенских будней, он, естественно, был безумно взволнован.
По правде говоря, в самом начале Янь Чэньи тоже горел энтузиазмом, но вскоре столкнулся с первыми трудностями.
Изначально он думал, что земледелие — это такое плевое дело: выкопал ямку, бросил туда семена, засыпал землей да поливай каждый день, глядишь — через несколько дней они и прорастут.
Но позже он понял, как сильно заблуждался.
Оказалось, что некоторые семена сначала нужно вымочить в воде, другие — слегка придавить и только потом сажать, а самое главное — землю обязательно нужно перепахать, иначе ничего не вырастет.
Об этом ему поведал сосед — дедушка Ли, а иначе он бы понятия не имел, сколько семян перевел бы впустую и сколько сил потратил зря.
Пока он застыл в задумчивости, до него донесся чей-то окрик из-за садовой стены. Он торопливо обернулся и увидел старика, жившего по соседству.
— Малыш Янь!
— Дедушка Ли, вы чего это пришли? — Янь Чэньи опустил мотыгу и направился к калитке.
Дедушке Ли было за пятьдесят, и, возможно, из-за деревенской жизни он выглядел несколько старше своих лет, однако старик отличался бодрым нравом и редкостной отзывчивостью, так что всего за несколько дней они уже успели сблизиться с Янь Чэньи.
— В полдень дома тушили мясо, так твоя тетушка велела мне занести тебе немного, — дедушка Ли с улыбкой шагнул во двор, держа в руках небольшую миску, бросил взгляд на взрыхленную землю и слегка опешил. — Ты чем это тут занимаешься?
Янь Чэньи шумно втянул носом воздух — аромат тушеного мяса заставлял его рот наполняться слюной, — и, поспешно увлекая старика в дом, на ходу небрежно бросил:
— Вы же сами говорили, что сначала нужно перекопать землю и только потом сажать овощи, вот я и занялся этим.
Дедушка Ли усмехнулся, покачал головой и, глядя на шедшего впереди Янь Чэньи, проговорил:
— Только посмотри на себя, такой молодой господин, а всю работу делаешь своими руками. Своих домочадцев тебе совсем не жалко?
Янь Чэньи усмехнулся про себя, подумав: и впрямь, раз его никто не жалеет, приходится сажать всё самому.
— Дедушка Ли, а после того как я закончу перекапывать землю, должно пройти еще пара дней, прежде чем бросать семена? Я тут заметил, что те семена, что я замочил в воде, уже начали прорастать, — он поставил на стол чашку чая, которую налил для старика, и с улыбкой уставился на него. — Землю-то я вскопать смогу, но когда именно сажать?
Дедушка Ли от души позабавился, глядя на него. Парнишке перед ним было всего шестнадцать-семнадцать лет, он еще не до конца возмужал, а на лице читались детская наивность и простодушие. Впрочем, если подумать... только что отгремела война, и многие высокопоставленные чиновники и знатные особы лишились всего, а их кланы были вырезаны за то, что сделали неверный выбор. Семья этого Янь Чэньи, судя по всему, тоже пострадала из-за тех событий.
Расспрашивать дальше он не стал, а лишь объяснил Янь Чэньи несколько простых правил, после чего добавил:
— Сегодня перекопаешь — завтра уже можно сажать. Только не засыпай семена землей слишком густо, достаточно прикрыть самым тонким слоем, они сами пустят корни. Да, и еще: делай побольше отдельных гряд, сажай всё рядами.
Янь Чэньи поспешно закивал, накрепко впитывая слова дедушки Ли.
— У меня и семян-то особо нет: только капуста да зеленый лук, а еще помидоры, баклажаны, перец, огурцы да стручковая фасоль. Скажите, дедушка, я случайно не слишком много всего насажал?
Дедушка Ли снова улыбнулся, подумав про себя: мало того что этот прекрасный двор превратили в огород, так еще и столько всего разного насажали — ну и затейник же он.
Указав пальцем на двор, он посоветовал:
— Места у тебя много, так что сажай всё раздельно. И запомни: для тех овощей, что плетутся вверх, не забудь воткнуть в землю подпорки. Сходи в задние горы, поищи толстые ветки, принесешь — воткнешь их на грядках.
Янь Чэньи кивнул: как только выдастся свободная минутка, он непременно отправится в задние горы за хворостом.
...
— А этот задний двор у тебя так и пустует?
Старик, доев свою еду, окинул взглядом двор и с удивлением заметил, что на заднем дворе даже вырыт пруд для лотосов, правда, тот давно пересох, а грязь на дне покрылась трещинами.
Янь Чэньи, продолжая жевать и держа миску в руке, неторопливо следовал за стариком, кивнул и бормотал с набитым ртом:
— Конечно пустует, дедушка. Как думаете, если я расчищу его и углублю, можно будет развести рыбу? В свободное время хотя бы посидел бы с удочкой.
— ...Ты брось свои глупости, лучше засыпь этот пруд, — нахмурился дедушка Ли. — А завтра поутру сходи в уезд Линьсянь, купи саженцев фруктовых деревьев, посади здесь — на следующий год хоть фруктов поешь. Возвращайся в дом, ешь нормально, нечего разгуливать с миской повсюду, еще простудишься от ветра.
Янь Чэньи прищурился в улыбке, поспешно кивнул и с миской в руках вернулся в комнату.
— Дедушка Ли, а все люди в нашей деревне такие приветливые? — доев обед и вымыв миску, Янь Чэньи склонил голову набок, глядя на старика, который сидел во дворе и покуривал трубку. — По идее, я чужак, и мое появление здесь неизбежно должно вызывать толки, но все такие радушные, наперебой угощают меня всякой всячиной, да еще и денег не берут.
Дедушка Ли кивнул, принимая от него протянутую миску, выпустил колечко дыма и ответил:
— Ты совсем юный, приехал сюда один, как тут не помочь? К тому же вещи-то недорогие, да и время нынче настало мирное, каждый помогает тем, чем может.
Янь Чэньи посмотрел на старика, кивнул и помог ему подняться, провожая к выходу:
— Я после полудня собираюсь в город. Если вам с тетушкой что-нибудь нужно из лавок, скажите, я захвачу с собой.
Дедушка Ли махнул рукой и вздохнул:
— Ох, не трать деньги зря, нам всего хватает.
— Я знаю, просто хочу купить нужную утварь, а то здешние вещи кажутся мне не совсем удобными.
Старик кивнул и замахал рукой, мол, иди назад, не нужно меня провожать.
Стоя у дверей и глядя вслед уходящему дедушке Ли, Янь Чэньи повернулся, вернулся во двор, затворил ворота и вновь принялся за работу.
...
Время пролетело незаметно, и в мгновение ока прошел месяц. Во дворце Янь Чэньи произошли немалые перемены.
Семена, посаженные месяц назад, в основном проросли, от чего он был бесконечно счастлив.
В конце концов, всё это было выращено собственными руками, разве мог он не радоваться?
Он провел рукой по лицу, стирая пот, глянул на собственные белоснежные и нежные руки и недовольно скривил губы.
Когда же у него появятся мышцы? Он целыми днями загорал на солнце, но кожа даже не потемнела — истинный изнеженный барчунок, да и только.
Земледелие — дело тонкое.
По крайней мере, для Янь Чэньи это было делом тонким: семена нельзя было просто купить, разбросать по земле, засыпать землей, и чтобы они сами по себе пошли в рост — по меньшей мере, приходилось ежедневно поливать их и взрыхлять почву, чтобы ростки могли свободно дышать.
Ему, впрочем, очень нравилось этим заниматься: проснувшись поутру, он сначала отправлялся к колодцу за водой, чтобы умыться, затем варил немного лапши на завтрак, после чего шел в передний двор, чтобы понаблюдать за едва заметными ежедневными изменениями в зеленых всходах.
В тот день Янь Чэньи проснулся очень рано. Скосив глаза на едва брезжущий рассвет за окном, он сладко зелнул и перевернулся на другой бок, намереваясь поспать еще немного.
Однако покрутившись в постели еще какое-то время, он понял, что сон окончательно пропал.
— Ладно уж, раз не спится, встану, — пробормотал он, отдернул полог кровати, оделся, а затем завязал длинные волосы веревкой в хвост.
Пройдя по двору и оценив состояние всходов, он выдернул несколько сорняков, пробивавшихся прямо у самых молодых ростков, слегка полил грядки — на этом утренние хлопоты в основном и закончились.
Стоит отметить, что незадолго до этого дядя Ли водил его осмотреть те самые несколько акров земли. Благодаря неоценимой помощи дяди Ли поле было полностью засеяно — правда, в основном пшеницей, кукурузой и бобами.
Обычно дядя Ли по ходу дела заглядывал туда, чтобы полить посевы или прополоть сорняки. Янь Чэньи чувствовал себя неловко перед ним, ему было стыдно за чужие труды, и он наотрез отказывался принимать такую помощь бесплатно, настаивая на том, чтобы заплатить дяде Ли за работу.
Сначала дядя Ли брать деньги отказывался, но Янь Чэньи заявил: раз уж его семья так сильно им помогает, он просто перестанет общаться с ними, если они не возьмут плату, и только тогда серебро было принято.
Позавтракав, он вернулся в комнату и пересчитал оставшиеся у него деньги — ровно двести лянов, ни больше ни меньше.
Янь Чэньи не имел четкого представления о ценах, зная лишь, что этой суммы ему с лихвой хватит на долгую жизнь, отчего на душе у него потеплело.
Он решил разменять часть мелкого серебра на медные монеты, ведь в уездном городе всё стоило дешево, и расплачиваться везде серебром было попросту непрактично.
Сказано — сделано. Прихватив кошелек, он направился к выходу: ему страшно хотелось купить пару цыплят и утят, чтобы на столе всегда было свежее мясо и овощи, и тогда можно будет зажить припеваючи.
Стоило ему распахнуть калитку, как прямо навстречу со стороны улицы шел дядя Ли, за которым тащился запряженный осликом воз. Янь Чэньи поспешил ему навстречу:
— Дядя Ли? Как рано!
— Еще бы не рано, вчера ездил на фруктовую ферму впереди, добыл тебе пару деревьев. Этим летом уже сможешь отведать собственных фруктов, — дядя Ли с довольной улыбкой кивнул на телегу, где лежали несколько уже вполне крепких саженцев со значительным сроком роста.
Янь Чэньи изумленно ахнул, приблизился и разглядел листья — хоть они только-только распустились, было очевидно, что это персиковые деревья.
— Опять вы потратились, сколько серебра я вам должен?
Дядя Ли отмахнулся, прошел к нему во двор и стал командовать рабочими, переносившими саженцы внутрь:
— Даром досталось. Хозяин того фруктового сада — мой старый приятель, мы с ним душу в душу живем. Подумаешь, несколько деревьев, к чему такие церемонии? — заметив, что Янь Чэньи явно собрался куда-то уходить, он с усмешкой спросил: — В город за покупками намылился?
— Ага, хочу купить уток да цыплят на развод. А то мне уже совестно постоянно брать у вас яйца, — смущенно улыбнулся Янь Чэньи, обхватив руками ствол персикового дерева — тот оказался довольно тяжелым.
— Ну ступай тогда, я сам тут всё посажу, а как закончу, запру калитку, — дядя Ли замахал руками, показывая, что помощь не требуется. — Ступай уже.
Янь Чэньи кивнул, еще раз поблагодарил соседа, протянул ему замок и зашагал прочь в самом радостном расположении духа.
Он совершенно не опасался, что у дяди Ли могут быть дурные помыслы: во-первых, в его доме не было ничего ценного, что могло бы привлечь воров, а во-вторых, он целиком и полностью доверял семье дяди Ли.
Обедал он на улице у небольшой тележки с вонтонами, перекусив паровыми булочками и бульоном. Обратно он возвращался, нагруженный доверху покупками.
Он принес огромного петуха, курицу и с десяток цыплят. Уток покупать не стал, решив, что возиться с ними сложнее, чем с птицей.
— Малыш Янь возвращается! — то и дело приветствовали его соседи по улице. Заметив, что он тащит столько тяжестей, прохожие тут же спешили на помощь. Одна пожилая соседка подошла с плетеным коробом, в котором лежало несколько морковок: — Давай-ка тетушка поможет донести. — С этими словами она протянула руку и подхватила петуха со связанными крыльями.
— Тетушка, вы куда-то собрались? — с улыбкой спросил Янь Чэньи.
— Да вот собиралась к тебе зайти. Мой сынок из самого Пекина весточку прислал, а я, старая, грамоте не обучена, вот и пришла тебя попросить, чтобы прочел, что там написали, — с доброй улыбкой и легким смущением произнесла женщина.
Янь Чэньи тут же закивал, отворил калитку и провел гостью в дом.
http://bllate.org/book/24843/2937992
Готово:
