Едва прозвучали эти слова, лица Цинь Чжанхуа и Ван Синь мгновенно переменились. Для них факт того, что их сын некогда был помолвлен с мужчиной и собирался на нём жениться, являлся несмываемым позором. А теперь некая дама из Пекина, которую называли чуть ли не любимицей семьи Ху в ювелирном бизнесе, попала самым своим заявлением прямо им в больное место.
Цинь Юаньчэнь и Юэ Сяоцин были крайне удивлены. В конце концов, эти двое были почётными гостями, приглашенными самим Цинь Чжанхуа. Ранее Чжу Цзиньсинь совершенно чётко упоминал госпожу Ло, что свидетельствовало об их осведомленности о предстоящей свадьбе Цинь Минхуэя и Ло Шуянь. Выходило же, что эта девица своими словами публично ударила хозяев по лицу. Неужели их отношения на самом деле были далеко не такими дружелюбными, как пытались показать Цинь Чжанхуа и Ван Синь?
Впрочем, как бы хорош ни был спектакль, разыгрываемый семьей младшего брата, они не могли позволить себе затягивать это противостояние. Видя, что банкет по случаю дня рождения вот-вот начнется, Цинь Юаньчэнь сдержанно попрощался и увлек за собой Юэ Сяоцин. В подобных обстоятельствах разумнее всего было находиться рядом со старейшиной.
Заметив уход своих мнимых родителей, Цинь Юэвэнь искривил губы в усмешке и, глядя на побледневшее и застывшее лицо стоявшего напротив Чжу Цзиньсиня, неожиданно доброжелательно произнес:
— Шэнь И вряд ли приедет так быстро.
Хотя Ху Мяомяо и находилась под впечатлением некоторой странности атмосферы, присутствие рядом Чжу Цзиньсиня подсказывало ей, что тот переживает о возможном появлении Шэнь И сильнее кого бы то ни было. Не утруждая себя долгими раздумьями, она повернулась, горя желанием расспросить Цинь Минхуэя. Услышав слова Цинь Юэвэня, она просияла, подалась всем корпусом вперед и лучезарно улыбнулась.
— О, я узнаю вас! В прошлый раз в аэропорту Сиду я видела вас вместе с Шэнь И и Чэн Аньшэном. — Она на мгновение замолкла и, осмыслив только что сказанное Цинь Юэвэнем, воодушевилась еще сильнее: — Вы сказали, что Шэнь И придет? Правда?
Чжу Цзиньсинь бросил на Цинь Юэвэня странный взгляд. По логике вещей, любовником Шэнь И был Цинь Минхуэй, однако этот молодой человек лет двадцати шести говорил о Шэнь И с совершенно нескрываемой, непринужденной близостью в голосе, да к тому же был осведомлен о его передвижениях. Неужели он тоже ухаживал за Шэнь И? Впрочем, это его не волновало — лишь бы дождаться нужного человека. Подумав об этом, Чжу Цзиньсинь не стал прерывать Ху Мяомяо и позволил ей вести себя столь бесцеремонно.
— Юэвэнь, что ты такое говоришь? Шэнь И приедет? Откуда ты знаешь? — не дожидаясь ответа, выпалил вбежавший следом за Цинь Минхуэем Ло Кайянь. Если бы Цинь Минхуэй вовремя его не удержал, он бы, как и в былые времена, бросился прямо к Цинь Юэвэню с расспросами.
Лицо Ван Синь, уже знавшей о чувствах Ло Кайяня к Цинь Минхуэю, помрачнело еще сильнее. И в полнейшем контракте с яростью Ло Кайяня Ло Шуянь, имевшая на это больше всего оснований, услышав имя Шэнь И, сохранила на удивление невозмутимый вид — словно она совершенно ничего не знала о том, что Шэнь И был прежним однополым возлюбленным ее будущего мужа.
Цинь Юэвэнь обвел взглядом собравшихся с их разноречивыми выражениями лиц и с усмешкой посмотрел на Ло Кайяня:
— Чего удивляться тому, что Шэнь И приедет? Раз уж кое-кто лично отправил ему приглашение, разве он мог не явиться?
Лицо Цинь Минхуэя тоже помрачнело. Хотя он и планировал использовать Чжу Цзиньсиня против Шэнь И, портить дедушкин юбилей в его планы не входило: в таком случае ему, как зачинщику, не сдобровать бы. В душе у него шевельнулось смутное подозрение: кто же это соизволил отправить приглашение?
Услышав это, Ху Мяомяо тут же сообразила, что приглашение от Цзян Ихун было доставлено, и невольно радостно улыбнулась, неосознанно бросив на Чжу Цзиньсинь кокетливый взгляд, полный ожидания похвалы.
В глазах Чжу Цзиньсиня мелькнуло отвращение. Распознав всеобщее настроение, он холодно и высокомерно усмехнулся про себя. Когда-то давно, упрекая его за женитьбу, Шэнь И, судя по всему, и помыслить не мог, что однажды сам окажется на месте Тан Сюя. Впрочем, теперь он полностью контролировал семью Чжу и развелся с Ци Лочэнем — стоило лишь отыскать Тан Сюя, и они больше никогда не расстанутся.
Шэнь И же, напротив... Цинь Минхуэй явно окончательно к нему остыл: о каком уж тут союзе семей могла идти речь, раз он обзавелся другим партнером того же пола? Вот это и было предательством в чистейшем виде. Наследник Шэньши Интернешнл скатился до нынешнего положения — поистине, каждые тридцать лет река поворачивает на восток.
— Ладно, раз придет, будем ждать, — холодно бросил Чжу Цзиньсинь Ху Мяомяо. Куда именно Шэнь И спрятал Тан Сюя, оставалось загадкой, и злить его раньше времени в планы Чжу Цзиньсиня не входило. Спешный развод затевался в том числе ради того, чтобы заставить Шэнь И пойти на уступки.
Улыбка на лице Ху Мяомяо застыла, сменившись испугом. Она так угодничала перед Чжу Цзиньсинем лишь потому, что тот в отместку за ее вмешательство в историю с Тан Сюем принялся методично душить бизнес семьи Ху, поставив их на грань разорения. Именно поэтому, столкнувшись с Шэнь И лицом к лицу, Ху Мяомяо немедленно передала весть Чжу Цзиньсиню. Видя его ледяное выражение лица, она, разумеется, испугалась, отчего ее надежды на появление Шэнь И стали лишь крепче.
Если Чжу Цзиньсинь отыщет Тан Сюя, семейству Ху не грозит месть; если же Шэнь И и Чжу Цзиньсинь примирятся, то в глазах родителей Шэнь И она окажется спасительницей. И тогда в будущем, когда семья Гу будет выбирать для Шэнь И пару для брака по расчету, у нее будут все шансы стать избранницей.
Ху Мяомяо вовсе не умела скрывать эмоции — иначе не стала бы минутой ранее столь наивно напрямую спрашивать, приедет ли Шэнь И, выставляя все свои чувства напоказ. Цинь Юэвэнь искривил губы: с такой соперницей даже пальцем шевелить не стоило. Что же до того высокомерного господина Чжу...
— О, а Шэнь И уже прибыл. — Взгляд Цинь Юэвэня устремился к входу, а на красивом лице заиграла ничем не прикрытая улыбка. Он только что слышал, как дед Цинь Копин объявил о свадьбе Цинь Минхуэя и Ло Шуянь, которая должна состояться через два месяца. Неужели Шэнь И нарочно подгадал к этому моменту?
Остальные могли счесть это злорадством, но в сердце Цинь Минхуэя поднялся холодок. Разумеется, Цинь Юэвэнь не стал бы сидеть сложа руки, глядя, как Шэнь И подвергается насмешкам и презрению. Но раз уж Шэнь И явился на банкет в одиночку, не означало ли это, что они с Цинь Юэвэнем уже во всем разобрались? Если так, то Шэнь И заявился сюда вовсе не из-за упрямства — он пришел целенаправленно ради мести!
— Минхуэй, мои поздравления! По одному взгляду на госпожу Ло Шуянь видно, что она прекрасная и великодушная женщина!
— И правда, госпоже Цинь невероятно повезло заполучить в невестки дочь семьи Ло из Цзяннин!
— Братец Чжанхуа, скрывать такое грандиозное событие — это уж слишком…
Прежде окружающие опасались приближаться к их кругу из-за того, что Чжу Цзиньсинь вошел в сопровождении Цинь Копина, да и аура человека высшего круга отчетливо ощущалась в каждом его движении. Теперь же, улучив столь прекрасный момент, люди один за другим потянулись вперед — не только чтобы выразить любезность, но и в надежде завязать нужные знакомства с самим Чжу Цзиньсинем.
Едва слова Цинь Юэвэня стихли, Чжу Цзиньсинь собрался было разыскать Шэнь И, но опоздал: его окружила плотная толпа восторженных гостей. Не имея возможности, подобно Ло Кайяню, грубо расталкивать людей, он был вынужден с замирающим от нетерпения сердцем подыгрывать окружающим наряду с тем, кто сгорал от нетерпения — Цинь Минхуэем.
Поскольку Цинь Юэвэнь не был непосредственным участником драмы, он отступил даже раньше Ло Кайяня. Заметив, что Шэнь И и Гу Чэнжуй озираются по сторонам, совершенно не обращая внимания на устремленные на них взгляды, он с улыбкой двинулся им навстречу. Однако не успел он дойти, как дорогу им преградили несколько двоюродных братьев из клана Цинь. Лицо Цинь Юэвэня помрачнело, и он ускорил шаг.
— Что, вы нам не рады? — прежде чем он подошел ближе, до него долетел бесцеремонный вопрос Гу Чэнжуя, отчего Цинь Юэвэнь на мгновение замер. Только сейчас он вспомнил, что Шэнь И никогда не позволял себя обижать. Ему ведь только что казалось, будто Шэнь И нарочно рассчитал время появления, но стоило увидеть окруживших его двоюродных братьев, как сердце вновь защемило от подсознательной тревоги.
— Если ты сунешься туда, то лишь испортишь планы Шэнь И, — бесшумно появившись за спиной Цинь Юэвэня, Шао Ян хлопнул его по плечу, напоминая о предосторожности, после чего направился к всё еще не выбравшемуся из кольца гостей Цинь Минхуэю.
Шэнь И заметил Цинь Юэвэня заранее. Увидев, что тот остановился, разминувшись с Шао Яном, Шэнь И легко улыбнулся ему, после чего перевел взгляд на преградивших путь ему и Гу Чэнжую Цинь Лисюаня и Цинь Чжаояна. Те явно заколебались под напором слов Гу Чэнжуя.
— Эй, а ну расступитесь! — в голосе Гу Чэнжуя уже звучало явное недовольство, а в изгибе бровей проступила прохладная жесткость.
Шэнь И подумал, что если его племянник потренируется еще несколько лет, то непременно превзойдет расхваленного всеми Чжу Цзиньсиня.
Цинь Лисюань и Цинь Чжаоян переглянулись. Цинь Лисюань натянуто улыбнулся и пояснил:
— Что вы, гости в нашем доме всегда желанны. Просто у моего деда есть кое-какие дела, он хотел бы побеседовать с вами с глазу на глаз. Прошу вас пройти в кабинет.
Шэнь И слегка удивился. С Цинь Копиным они виделись всего раз в жизни. По правде говоря, старик оставил у него неплохое впечатление: проницательный, жесткий, но действовавший в строгих рамках приличий. В противном случае за те полгода, что их роман с Цинь Минхуэем находился в секрете, им бы наверняка пришлось задействовать связи клана Шэнь. Однако уединяться со стариком в его планы вовсе не входило. Разумеется, он не мог на это согласиться!
— О, конечно. Только спешить в кабинет некуда. Раз уж старейшина Цинь справляет юбилей, подарки делать положено. Тем более что мой племянник редко выбирается в эти края, да еще так удачно подгадал — если мы даже банальных поздравлений не выскажем, дома мне точно устроят нахлобучку, — неторопливо проговорил Шэнь И. Перехватив изумленные взгляды окружающих, он изогнул брови, а в сиянии его глаз промелькнула чарующая, дерзкая элегантность.
Гу Чэнжуй невольно дернул уголком рта. Он прекрасно помнил, чем неизменно заканчивалось для тех, кто доводил младшего дядю до такого выражения лица. Задрав подбородок, он быстро окинул взглядом пространство и тут же заметил приближающегося с суровым лицом Чжу Цзиньсиня. Глаза парня блеснули.
Цинь Лисюань и Цинь Чжаоян интуитивно почувствовали неладное, но было уже поздно. Слухи о связи Цинь Минхуэя и Шэнь И давно уже ходили шепотком среди знати, и теперь, когда одна из сторон собиралась вступить в брак, а вторая пожаловала прямо на юбилей главы клана Цинь, это выглядело не иначе как попытка сорвать торжество. Праздные зеваки на банкете тут же перевели всеобщее внимание на этот угол. Впрочем, раз у какого-то резчика по нефриту хватило на подобное смелости, любители конспирологии начали гадать, не перешла ли кому-то дорогу сама семья Цинь.
— Что, нельзя? — невозмутимо переспросил Шэнь И.
— Если не возражаете, я вас провожу? — Чжу Цзиньсинь уже подошел вплотную, в упор глядя на Шэнь И. Руки, опущенные вдоль тела, были сжаты в кулаки; любой зрячий видел, что эти двое не просто знакомы, между ними тянулся целый шлейф давних обид.
— Разумеется, возражаю. Кем ты доводишься семье Цинь? Или, быть может, собрался сменить амплуа и метишь в зятья семейства Цинь? — с презрением бросил Шэнь И, переведя взгляд на казавшегося спокойным Цинь Юэвэня за спинами толпы.
— Что происходит? Разве это не те самые почетные гости, приглашенные Цинь Чжанхуа и Цинь Минхуэем, глава клана Чжу из Пекина?
— Шэнь И знаком даже с людьми из семьи Чжу? Только что он говорил, что собирается вести племянника поздравлять старейшину…
— Погодите, а вы не узнаете того парня рядом с ним? Кажется, пару дней назад я видел его в провинциальном…
— Тсс, тише ты!
…
Вокруг воцарилась мертвая тишина, все вокруг навострили уши, ловя малейший шорох.
Гу Чэнжуй с улыбкой стоял рядом с Шэнь И. Будучи старшим внуком семьи Гу, которому в будущем предстояло сделать карьеру на государственной службе, он не мог позволить себе разбрасываться словами, однако само его присутствие здесь символизировало позицию клана Гу — никто не смел попрекать младшего дядю его уходом из дома.
Чжу Цзиньсинь заранее морально подготовился, зная, что Шэнь И так просто не сдастся. Окинув взглядом толпу и махнув рукой на условности, он понимал: упусти он этот шанс, встретиться с Шэнь И вновь будет еще труднее.
— Шэнь И, я развелся.
Шэнь И опустил глаза и тихонько усмехнулся, после чего вновь посмотрел на Чжу Цзиньсиня, и в его взгляде отчетливо читалась насмешка:
— Значит, твой союз с кланом Цинь не считается двоеженством?
— Шэнь И, послушай... ты ведь прекрасно понимаешь, о чем я…
— Шэнь И! — Цинь Юэвэнь больше не мог сдерживаться и протиснулся в толпу. Их диалог звучал хуже любой дешёвой мыльной оперы. Продолжи они в том же духе, окружающие решат, что Чжу Цзиньсинь в прошлом обидел Шэнь И, а теперь, развевшись, вознамерился возобновить старый роман. Мало им было запутанного любовного треугольника с Цинь Минхуэем, так они еще и это затеяли?
Увидев Цинь Юэвэня, холодность на лице Шэнь И мгновенно испарилась. Одарив того улыбкой, он произнес звонким голосом, в котором явно слышались нотки заискивания:
— Юэвэнь, ты всё не так понял, мы с Чжу Цзиньсинем абсолютно чужие люди. К тому же, я ведь говорил тебе, что расстался с Цинь Минхуэем, а ты не верил. Теперь-то, когда он женится, ты наконец поверишь мне?
Цинь Юэвэнь ошеломленно уставился на Шэнь И, совершенно не понимая, к чему тот клонит.
Шэнь И бросил быстрый взгляд на Гу Чэнжуй. Сообразительный старший племянник тут же слегка поклонился Цинь Юэвэню:
— Дядя Цинь, раз уж старейшина Цинь справляет юбилей, мой младший дядя вспомнил, что я как раз нахожусь в Сучжоу, и взял меня с собой засвидетельствовать почтение имениннику. Не соблаговолите ли вы провести нас к нему? А эти двое… — Гу Чэнжуй замолк и высокомерно обвел взглядом окружение, — похоже, ничего здесь не решают. Впрочем, если семья Цинь не рада гостям из клана Гу, мы немедленно уйдем.
К концу фразы лицо старшего внука семьи Гу стало донельзя суровым.
Клан Гу? Некоторое время назад Гу Чэнжуй уже общался с представителями «золотой молодежи» Сучжоу, да и слухи о визите в город отпрыска влиятельного семейства из провинции уже витали в воздухе. Хотя некоторые догадались об истинной личности Гу Чэнжуя и раньше, они до последнего не решались в это поверить, и теперь толпа взорвалась гулом изумления. С каких это пор семья Цинь стала столь могущественна? И главное — неужели Шэнь И доводился дядей самому Гу Чэнжую?
Пока толпа шумно дискутировала, Цинь Юэвэнь пришел в себя, и в его сердце шевельнулось глубокое трогательное чувство. Поразмыслив секунду, он мгновенно всё понял: прежний план Шэнь И разобраться с прошлым в лице Чжу Цзиньсиня на самом деле был лишь попутной задачей. Главной же целью являлось желание оградить его, Юэвэня, от нападков семьи и общественного давления из-за их романа.
— Конечно рады! Шэнь И, Чэнжуй, прошу за мной! — Цинь Юэвэнь шагнул вперед и встал рядом с Шэнь И, а в его глазах плескалась сияющая улыбка.
Шэнь И улыбнулся в ответ и сделал шаг.
— Шэнь И! — не выдержав, окликнул его Чжу Цзиньсинь. — Где он?
Ему было плевать на истинные цели Шэнь И и на то, почему тот именно сейчас решил открыто заявить о родстве с кланом Гу. Чжу Цзиньсинь хотел знать лишь одно: где Тан Сюй? Он больше не мог ждать!
Шэнь И остановился, искоса глядя на Чжу Цзиньсиня, и неожиданно для всех с легкой ухмылкой выдал вполне прямой ответ:
— Он в Пекине.
Чжу Цзиньсинь замер. Не раздумывая о том, почему Шэнь И вдруг так легко раскрыл карты, он тут же потребовал уточнения:
— Где именно в Пекине? Последние два года я перевернул там всё вверх дном!
С тех пор как он обнаружил, что Шэнь И уехал в Сучжоу в одиночку, он за два года прочесал Пекин вдоль и поперек, облазив каждый грязный закоулок, но так и не смог напасть на след Тан Сюя.
— Гора Юпань, номер 1033, — бесстрастно ответил Шэнь И.
Гора Юпань? Разве это не кладбище?
— А-а! — не успел опомнившийся Чжу Цзиньсинь среагировать, как стоявшая рядом с ним Ху Мяомяо побледнела так, что казалось, будто она вот-вот упадет в обморок. Если Тан Сюй мертв, трудно было даже представить, до какой степени безумия дойдет жажда мести Чжу Цзиньсиня. Вспомнив, что семейство Ху и без того трещит по швам, а семья Ци, к чьей помощи она надеялась прибегнуть, стала кровным врагом, Ху Мяомяо затряслась всем телом.
— Кхм… — Чжу Цзиньсинь внезапно зажал рот ладонью; между пальцами сочилась ярко-алая кровь, а расширенные от неверия глаза в упор смотрели на Шэнь И. Он прекрасно понимал, что Шэнь И говорил вовсе не о жителях окрестностей горы Юпань. Этот набор цифр означал лишь одно — могильную плиту Тан Сюя на горе Юпань. Но этого просто не могло быть! Как он мог умереть? Как он посмел умереть?!
Его личный помощник, неотступно следовавший по пятам, почуяв неладное, поспешно оттолкнул Ху Мяомяо, одной рукой поддержав пошатнувшегося Чжу Цзиньсиня, а второй — озвучил вопрос, витавший в мыслях самого Чжу Цзиньсиня:
— Шэнь И, ты лжешь!
— Пойдите и проверьте, если не верите. Он ждал тебя... два года, — бесстрастно посоветовал Шэнь И. Глядя на жалкий вид Чжу Цзиньсиня, он не испытывал ни малейшего намека на предвкушаемое торжество: сколько бы раскаяния ни накопилось в душе этого человека, Тан Сюй уже не вернется.
— Пойдемте, — бросил Шэнь И и первым направился к Цинь Копину, восседающему на почетном месте в президиуме.
Остальные гости не понимали, к чему были эти загадочные намеки, однако уловили главное: Шэнь И хранил тайну некоего человека, к тому же бывшего возлюбленным Чжу Цзиньсиня. Судя же по невменяемому состоянию Чжу Цзиньсиня, гора Юпань явно не сулила ничего хорошего.
Лицо Цинь Минхуэя тем временем стало страшнее тучи: он понял, что надеяться на помощь Чжу Цзиньсиня в борьбе с Шэнь И больше не приходится. Судя по всему, Шэнь И заранее просчитал появление Чжу Цзиньсиня на юбилее и явился сюда нарочно.
Он намеренно использовал Чжу Цзиньсиня, чтобы открыто заявить о своем происхождении — не только превратив Цинь Минхуэя в посмешище, упустившее сокровище, но и выставив напоказ свои ухаживания за Цинь Юэвэнем. Теперь, даже если кто-то и порицал его за метания между членами клана Цинь, никто не посмел бы упрекнуть его в двуличности или обвинить Цинь Юэвэня в подлой попытке отбить партнера у собственного брата.
А он сам? Цинь Минхуэй мертвенно-бледным взглядом посмотрел на Ло Кайяня и встретил в его глазах лишь растерянность и недоумение, отчего сердце пронзила острая боль. Неужели Ло Кайянь и впрямь не усомнится после столь громкого публичного проявления интереса Шэнь И к Цинь Юэвэню? К тому же, судя по поведению Шэнь И, тот твердо вознамерился отомстить. Даже если бы Цинь Минхуэй породнился с десятью кланами Ло разом, это не перевесило бы за спиной Шэнь И мощи клана Гу, не говоря уже о том, что сам он являлся наследником Шэньши Интернешнл и мог легко столкнуть его в пропасть и без всякой поддержки со стороны семьи Гу.
http://bllate.org/book/24807/2934683
Готово: