Шэнь И вернулся в гостиную и опустился на диван. В голове царил полный кавардак. Он всегда был твёрдо уверен, что они с Цинь Минхуэем будут идти рука об руку до самого конца, даже если после потери памяти Цинь Минхуэй изменится. Но теперь, оставшись один, он безумно тосковал по Цинь Минхуэю, а стоило им созвониться или встретиться лицом к лицу, как то прежнее взаимопонимание куда-то исчезало. Напротив, в компании Цинь Юэвэня, чьи намерения вполне могли быть недобрыми, он неизменно находил то же замирание сердца и ту же привычную теплоту, что и раньше при общении с Цинь Минхуэем.
Неужели всё было так, как говорил Ло Кайянь — раз исчезли воспоминания, хранившие их чувства, то исчезли и сами чувства? И если с самого начала амнезия Цинь Минхуэя была его односторонним разрывом эмоциональной связи с ним, то что же делать ему самому? Если он тоже потеряет эту одержимость, есть ли вообще смысл продолжать их путь вместе?
Мучимый этими подозрениями, Шэнь И чувствовал себя ужасно виноватым и даже забыл о вчерашнем приглашении Цинь Минхуэя пообедать вместе перед командировкой, после того как тот ему отказал. Из-за этого же чувства вины Шэнь И, когда телефон зазвонил снова, просто выключил аппарат и выдернул шнур из розетки.
Проворочавшись без сна всю ночь, Шэнь И пришёл в себя лишь на следующий день ближе к полудню. Кое-как перекусив и пряча под лёгким макияжем тёмные круги под глазами, он сел в машину Ян Юнаня и направился в аэропорт.
Вчера вечером Ян Юнань безуспешно пытался дозвониться до Шэнь И, но тот был недоступен, и теперь, глядя на измождённый вид Шэнь И, Ян Юнань был уверен, что во всём виноват Цинь Юэвэнь, отчего злился на последнего ещё сильнее.
— Шэнь И, сейчас между Цинь Юэвэнем и Цинь Минхуэем идёт ожесточённая борьба. Из-за вопроса с назначением руководителя Ювелирной компании Цинь он даже в грош не ставит Ло Кайяня. Что бы он тебе ни наговорил, не принимай это близко к сердцу, — уговаривал Ян Юнань, прекрасно понимая, что так сильно расстроить Шэнь И мог только Цинь Минхуэй. Хоть Ян Юнань и был убежден, что хорошего будущего у Шэнь И с Цинь Минхуэем не будет, он вовсе не хотел, чтобы Цинь Юэвэнь пользовался Шэнь И в своих целях.
Шэнь И всю ночь не сомкнул глаз, и силы его были на исходе. Услышав слова Ян Юнаня, он машинально нахмурился.
Даже догадываясь, что Цинь Юэвэнь говорит одно, а за спиной делает другое и вовсе не собирается сводить его с Цинь Минхуэем, Шэнь И помимо воли верил ему. С самой их встречи в Пинчжоу, как бы гадко этот мужчина себя ни веёл, в отношении самого Шэнь И его можно было назвать даже крайне заботливым. К тому же, обсуждая вопрос с главой Ювелирной компании Цинь, Цинь Юэвэня уже раскрыл истинные мотивы и подоплёку действий Ло Кайяня, тогда как именно Цинь Минхуэй переживал из-за этой должности больше всех.
— Ян-гэ, это внутренние дела клана Цинь! Как бы близок ни был Ло Кайянь к Цинь Юэвэню, он не имеет права в это лешать! — мысли о том, что Ло Кайянь явился к Цинь Юэвэню хлопотать за Цинь Минхуэя, испортили Шэнь И настроение окончательно.
Ян Юнань ошеломленно уставился на Шэнь И. Цинь Минхуэй и Цинь Юэвэнь — прямые соперники, так почему же Шэнь И защищает Цинь Юэвэня?
— Ты что, не хочешь, чтобы Цинь Минхуэй унаследовал Корпорацию Цинь? — сорвалось у него с языка, и в этот момент он решил, что наконец-то нашёл причину. Если Цинь Минхуэй всерьёз намерен получить наследство, то дорога их с Шэнь И чувств станет ещё более ухабистой. Заметив недовольный взгляд Шэнь И, Ян Юнань понял, что сболтнул лишнего, и неловко рассмеялся: — Да так... Просто мне показалось, что Цинь Юэвэнь и Ло Кайянь раньше были так близки...
— Старейшина Цинь Копин сам во всём разберётся, — холодно и резко оборвал его Шэнь И. Ему казалось, что в последние два дня Ян Юнань вёл себя странно, и раздражение в его душе смешивалось со смутным гневом. По мнению Ян Юнаня, Цинь Юэвэнь должен во всём слушаться Ло Кайяня?
Шэнь И раздражённо закрыл глаза, желая немного побыть в тишине. Перед внутренним взором вновь проплыли обрывки воспоминаний об их прежнем общении с Ло Кайянем. Пусть в глазах окружающих Цинь Юэвэнь казался мягким и лишённым собственной воли человеком, но он всё же оставался гордым наследником богатой семьи. То, что влияние Ло Кайяня на него воспринималось как нечто само собой разумеющееся, складывалось явно не за один день, и даже сам Ло Кайянь с потерявшим память Цинь Минхуэем считали точно так же.
— Цинь Юэвэнь и Ло Кайянь... у них действительно были такие хорошие отношения раньше? — открыв глаза, спросил Шэнь И, мысленно решая поторопить Ань Шэна, чтобы тот поскорее предоставил результаты расследования.
Ян Юнань, всё еще чувствуя неловкость из-за недавней оговорки, заметил интерес Шэнь И к Цинь Юэвэню и, переменив ход мыслей, поделился свежими сведениями, которые ему удалось добыть.
— Ещё бы, они знакомы очень давно, и Цинь Юэвэнь всегда беспрекословно подчинялся Ло Кайяню. Даже то, что история с тобой и Цинь Минхуэем всплыла перед главой клана Цинь благодаря Ло Кайяню, произошло не без помощи Цинь Юэвэня. Впрочем, если бы не это, все, пожалуй, до сих пор думали бы, что Цинь Юэвэнь влюблен в Ло Кайяня. В конце концов, вряд ли кто-то станет помогать человеку, к которому испытывает чувства, добиваться собственного соперника?
Шэнь И нахмурился, погрузившись в раздумья: а так ли уж ошибочно было его прежнее мнение о том, что Цинь Юэвэнь неравнодушен к Ло Кайяню? Если подумать, резкая перемена в отношении Цинь Юэвэня к Ло Кайяню началась аккурат после их встречи в Пинчжоу. Единственным изменением тогда была амнезия Минхуэя.
Ненависть от любви? А его собственная мнимая дружба и забота — лишь способ позлить Ло Кайяня? Но тогда Цинь Юэвэню следовало бы помогать именно ему, Шэнь И, чтобы безответная страсть Ло Кайяня потерпела полный крах. Шэнь И устало пот переносицу — его голова снова шла кругом. Истинное лицо Цинь Юэвэня скрывалось за густой пеленой тумана, и даже попытавшись раздвинуть белые клубы и приблизиться, Шэнь И всё равно не мог разглядеть ничего отчётливо.
Заметив задумчивый вид Шэнь И, Ян Юнань наконец тихонько выдохнул с облегчением. Осторожности Шэнь И было не занимать, и больше всего он боялся, что ради Цинь Минхуэя тот сыграет ва-банк и позволит Цинь Юэвэню себя использовать. Судя по всему, в ловушку он не попадётся.
В салоне воцарилась тишина — разговаривать больше ни у кого не было настроения.
Уже поднявшись на борт самолёта, Шэнь И отыскал своё место у окна и погрузился в полудрем. Ян Юнань, чей душевный настрой явно улучшился, завёл оживлённую беседу с двумя дизайнерами ювелирных изделий, встреченными в аэропорту, так что скучать ему не приходилось.
— Очень устал? — неожиданно раздался над ухом знакомый мужской голос.
Шэнь И резко открыл глаза и повернул голову. Цинь Юэвэнь сидел на соседнем кресле, подавшись корпусом вперед и пристально вглядываясь в него холодным, сосредоточенным взглядом. Заметив, что Шэнь И повернулся, он уже было протянул руку, лежавшую на спинке переднего кресла, но на мгновение замер в воздухе и снова отдернул её.
— Какая неожиданность! И третий молодой господин Цинь путешествует в одиночестве? — не дожидаясь ответа Шэнь И, Ян Юнань, заметивший происходящее, поднялся со своего места и, шагнув в проход, не удержался от едкой шпильки.
Цинь Юэвэнь не стал подниматься. Лишь кивнув Ян Юнаню, он перевёл взгляд на Шэнь И и произнёс:
— Вчера вечером ты не отвечал на звонки, я очень волновался и поэтому специально поменял билет.
Прямота Цинь Юэвэня заставила измениться в лице и Шэнь И, и Ян Юнаня.
Ян Юнань с мрачным выражением лица молча отступил на пару шагов и сел на своё место, в то время как Шэнь И лишь кивнул и, непривычно для себя чувствуя некоторую неуверенность, произнёс:
— Тебе не обязательно было оправдываться.
По правде говоря, вчерашний Цинь Юэвэнь ни в чём перед ним не провинился, в то время как сам Шэнь И, выключивший телефон и выдернувший провод, выглядел на редкость бессердечно.
Цинь Юэвэнь молча кивнул, выдержал короткую паузу и спросил:
— Даже если бы я не говорил, ты ведь всё равно не поверил бы, что это совпадение, верно?
А какая разница, верить или нет? — Шэнь И едва не выпалил это вслух, но вовремя осекся, с ужасом осознав, что с самого начала их общения он только и делал, что пытался добиться доверия этого человека.
Шэнь И молчал, а Цинь Юэвэнь не собирался упускать шанс на откровенный разговор.
— Почему ты вчера избегал меня?
Шэнь И растерялся. Он никак не ожидал, что Цинь Юэвэнь, чьи истинные мысли всегда оставались загадкой, задаст этот вопрос так прямо в лоб.
— А ты? Зачем ты сблизился со мной? — Шэнь И прищурился и слегка вздернул подбородок, отвечая вопросом на вопрос. Его взгляд стал острым, аура — холодной, и в этот момент он сам превратился в воплощение агрессии.
Если не считать работы с нефритовой резьбой, Шэнь И никогда не отличался ангельским терпением, а поступки Цинь Юэвэня приводили его в полное замешательство и казались совершенно непостижимыми. И вот теперь этот человек из-за пары пропущенных звонков потратил кучу времени и сил, чтобы преследовать его прямо в самолёте ради выяснения истины — от всего этого Шэнь И просто одолевала тоска.
Цинь Юэвэнь на секунду замер от такой внезапной перемены, а затем горько улыбнулся про себя. Не отводя глаз от Шэнь И, он тихо спросил:
— Если я скажу, ты поверишь?
Конечно же нет! Ответ был очевиден для обоих. И дело было не только в малознакомом Цинь Юэвэне — Шэнь И не доверял до конца даже собственным родителям, особенно после того, как узнал, что само его рождение и имя стали результатом некой сделки. Иначе разве стал бы он, когда разгорелся грандиозный скандал с участием Тан Сюя, молча уходить из дома по воле родителей, не пытаясь ничего объяснять?
— Верить или нет — моё дело, а говорить или нет — твоё! — предельно чётко ответил Шэнь И, изогнув губы в вызывающей усмешке.
Цинь Юэвэнь, привыкший всегда удерживать инициативу в их отношениях, почувствовал, как в уголках рта задергался нерв.
— Хорошо, спрашивай, — с напускной покорностью произнёс Цинь Юэвэнь, в то время как в глубине его глаз плескалось удовольствие, которое он тщательно старался скрыть. Раз Шэнь И готов задавать вопросы, а не просто пассивно принимать поступающую от него информацию, это как минимум означало, что в нём проснулись сомнения, либо же объект его мыслей наконец перестал ограничиваться одним лишь Цинь Минхуэем.
Шэнь И пристально, не отрывая глаз, вглядывался в лицо собеседника:
— Ты раньше любил Ло Кайяня?
Цинь Юэвэнь ошеломленно распахнул глаза и машинально замотал головой:
— Конечно нет, никогда!
Шэнь И всего лишь хотел выяснить, не движет ли Цинь Юэвэнем жажда мести из-за безответной любви, но бурная реакция того, кто шарахался от имени Ло Кайяня как от ядовитой змеи, выглядела так, будто он оправдывался перед любимым человеком, смертельно боясь быть неправильно понятым.
При этой мысли щёки Шэнь И густо покраснели. Вся его воинственная уверенность мгновенно испарилась, и он лишился дар речи. Доставка ужина из Ресторана Тяньфэн в вечер возвращения из Пинчжоу, нескрываемая тревога и гнев в старосемейной усадьбе Цинь, настоястойчивое требование сменить дверные замки в Ланьцзин Хуаюане, защита его интересов перед Цинь Минхуэем, вчерашние странности... Шэнь И вовсе не был тугодумом, просто ему никогда и в голову не приходило складывать эти кусочки мозаики вместе — вплоть до сегодняшнего дня...
Цинь Юэвэнь оцепенело смотрел на Шэнь И, который украдкой отводил глаза, заливаясь ярким румянцем. Внезапно его озарило: подавшись вперёд, он упёрся одной рукой в сиденье позади Шэнь И, а второй — в стенку у окна, зажав его в ловушке и вперив в него горящий взгляд.
— Ты же только что спрашивал, зачем я приближаюсь к тебе? — хрипло произнёс Цинь Юэвэнь.
Слишком близко! Тело мужчины пыкало жаром, словно печь, а горячее дыхание обжигало обнажённую кожу на шее. Сердце Шэнь И колотилось как безумное. Если бы не страх привлечь лишнее внимание резкими движениями, он, пожалуй, вскочил бы со своего места, лишь бы сбежать от этой невыносимой неловкости.
— Зачем? — механически повторил он, с трудом сдерживая желание отвернуться, хотя понимал, что подобный жест выдаст его слабость, но и поднять глаза на Цинь Юэвэня у него попросту не хватало смелости.
Прежде чем Шэнь И успел принять хоть какое-то решение, Цинь Юэвэнь сам дал ответ:
— Потому что ты — это ты. Потому что я хочу любить тебя!
Мир перед глазами Шэнь И на миг погрузился во тьму: Цинь Юэвэнь уже склонил голову, запечатлев долгожданный поцелуй на губах человека, которого так отчаянно ждал.
http://bllate.org/book/24807/2934668
Готово: