Готовый переклад The World's Only Omega Cub / Единственный омега-детёныш в мире: Розділ 18

(Ctrl + влево) Попередня глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Иногда дети, подобно старикам, больше всего боятся резких перепадов настроения и лишней суеты. Цинь Цзэ всерьез опасался, что у Тан Цю может подняться температура.

Когда Чэнь Мэн была беременна Тан Цю, она уже считалась возрастной роженицей, поэтому после рождения показатели здоровья малыша были несколько ниже, чем у других детей. Цинь Цзэ с самого рождения братишки пропадал в библиотеке, изучая медицинскую литературу. Он знал, что временные показатели не определяют всю жизнь: многие дети рождаются слабыми, как котята, но при заботливом уходе через несколько лет превращаются в крепких бычков.

В свое время у соседки напротив, тетушки Лю, внук был точно таким же. Цинь Цзэ не раз бегал к ней за советом, а следом за ним, внимательно слушая, ходили Чэнь Мэн и Тан Чжиюн.

Благодаря заботе родителей и брата Тан Цю рос и, пусть и не превратился в того самого крепкого бычка, о котором мечтал Цинь Цзэ, выглядел вполне обычно для своего возраста.

И хотя теперь Цинь Цзэ воссоединился с биологическими родителями, привычка заботиться о Тан Цю никуда не делась.

Не дожидаясь медсестру, он сам засек время, через пять минут вытащил термометр и принялся вглядываться в шкалу. К счастью, жара не было.

Поблагодарив, Цинь Цзэ вернул термометр медсестре. Та взглянула на прибор и потянулась к журналу, чтобы записать данные пациента. В этот момент подал голос Цинь Чжэнье, который все это время молча наблюдал за четкими, отлаженными движениями сына. Его тон был полон противоречивых чувств:

— Медсестра, будьте добры, осмотрите и моего сына тоже. У него хронический аппендицит, я беспокоюсь, не поднимется ли у него температура из-за воспаления.

Медсестра замерла с полуоткрытым журналом, недоумевая. Разве она только что не проверила пациента? Она проследила за взглядом Цинь Чжэнье и увидела Цинь Цзэ, неподвижно сидевшего на краю кровати.

Засомневавшись, она открыла историю болезни и прочла: Цинь Цзэ, мужской пол, четырнадцать лет, диагноз — хронический аппендицит.

Малыш, спавший на кровати, никак не выглядел на четырнадцать. А вот подросток, который только что невозмутимо ухаживал за братом, подходил под описание идеально.

Медсестра решительно уложила подростка обратно в кровать и, проведя повторный осмотр, с ноткой замешательства в голосе спросила:

— Ты что, совсем боли не чувствуешь?

Цинь Цзэ задумался и улыбнулся:

— Наверное, я просто более терпелив к боли, чем другие.

Иначе, когда Чэнь Мэн и Тан Чжиюн только усыновили его и обнаружили на теле множество старых и свежих шрамов, он бы, наверное, умер от боли задолго до того, как раны начали воспаляться.

В первые годы после той лихорадки Цинь Цзэ действительно мало что помнил о прошлом. Но со временем, по мере того как шли годы, туманные воспоминания прояснились почти полностью.

Когда память начала возвращаться, его волновала не прежняя роскошная жизнь или знатные родители, а невыносимая боль, въевшаяся, казалось, в самые кости.

Цинь Цзэ похитили из семьи Цинь намеренно, и у похитителя были счеты с его отцом, так что дело было вовсе не в деньгах. Преследуемый Цинь Чжэнье, похититель, видя, что вот-вот будет разоблачен, просто бросил полубессознательного Цинь Цзэ в маленьком городке с плохой связью.

Поскольку Цинь Цзэ каждый вечер читал Тан Цю сказки, а иногда они спали вместе, именно маленький Тан Цю первым замечал неладное. Малыш не понимал, что происходит с братом, но в такие моменты брал его за палец своими крошечными ручками. А когда брат стонал во сне от боли, он по-детски старательно дул на его ладонь — ведь именно так делала Чэнь Мэн, когда он сам ушибался.

Именно благодаря этому малышу, не желая волновать приемных родителей, Цинь Цзэ пережил самые страшные ночи.

Когда медсестра ушла, Цинь Цзэ, обняв маленькое одеяло, приготовился спать. Цинь Чжэнье, подумав, принес второе одеяло с соседней кровати. Видя, что сын не может пошевелиться, так как его палец крепко держит Тан Цю, он сам накрыл подростка:

— Больничные одеяла узкие, лучше укрыться двумя.

Цинь Цзэ взглянул на мужчину, замер на мгновение, но возражать не стал.

Руки Цинь Чжэнье, поправлявшие одеяло, слегка дрогнули. Неужели ему показалось? Но он чувствовал: когда рядом этот малыш из семьи Тан, сын становится гораздо покладистее. Даже спасибо ему не сказал, а уже прогресс!

***

На следующее утро, проснувшись, Цинь Цзэ увидел на диване пакет, который показался ему знакомым. Вчера его здесь не было, значит, принесли только что.

Умывшись, он привычно открыл пакет, вымыл бутылочку, ошпарил ее кипятком и приготовил смесь.

Он осторожно разбудил малыша и протянул ему бутылочку с теплым молоком. Тан Цю, еще полусонный, ухватился за нее обеими ручками и начал с жадностью пить.

В этот момент вошла Чэнь Мэн. Зная, что младший сын только выглядит проснувшимся, она спокойно заговорила со старшим об операции:

— Сяо Цзэ, сегодня утром твой лечащий врач делал обход. Сказал, что на вечер освободилось место. Если прооперируют сегодня, ты успеешь восстановиться как раз к дню рождения Цюцю.

Хотя операция была несложной, семья Цинь настояла на лучшем специалисте. В этой больнице внедрили новейший метод с минимальным вмешательством, что позволяло пациентам быстро встать на ноги.

Чэнь Мэн считала, что операция важнее дня рождения, но понимала: малыш так любит брата, что будет страдать не из-за праздника, а из-за его болезни. Поэтому она решила убеждать сына, исходя из его чувств к брату.

И это сработало. Подросток, который до этого упорно отказывался от операции, тут же кивнул:

— Хорошо, сделаем сегодня вечером.

Сказав это, он отставил стакан воды. Перед операцией нельзя было ни пить, ни есть.

Скорость, с которой он согласился, даже удивила Чэнь Мэн. Когда вошли Цинь Чжэнье и Сюй Инь, чтобы узнать, как идут дела, подросток уже лежал в кровати, набираясь сил, и торопил их скорее согласовать время с врачом, пока очередь не заняли другие.

Супруги Цинь переглянулись с Чэнь Мэн, потрясенные ее эффективностью, но в душе у них защемило. Они до этого столько уговаривали сына, но он был непреклонен. Чэнь Мэн лишь вздохнула — она не стала признаваться, что догадалась об истинной причине его нежелания оперироваться. Иначе это вызвало бы лишние обиды.

Как бы то ни было, дата была назначена, и камень с души родителей упал. Даже пожилые супруги Цинь, пришедшие утром, заметно приободрились.

Пока врач обсуждал детали операции с опекунами, в палату неожиданно забежал ребенок, постарше Тан Цю, видимо, перепутав двери. На этом этаже располагалось педиатрическое отделение, а этажом выше — детская психология.

Мальчик вошел, держа в руках мячик с рисунком щенка. Он не плакал и не шумел. Вслед за ним вбежали встревоженные родители и врачи. Оказалось, что родители мальчика были знакомы с Цинь Чжэнье, и после ухода врача они задержались, чтобы поболтать.

Мальчик с мячиком сел на диван, прямо рядом с Тан Цю. Тан Цю, не зная этого мальчика, просто мельком взглянул на него и продолжил рисовать. Мальчик же начал монотонно бить мячом об пол.

Врач, которая прибежала следом, специализировалась на детской психологии. Она заметила, что мальчик, обычно нервный, сейчас был удивительно спокоен. Она перевела взгляд на Цинь Цзэ, который внимательно наблюдал за происходящим.

Что-то было не так. Подросток сидел спокойно, но ее профессиональный взгляд уловил легкую тревогу. Он был слишком сосредоточен на рисующем ребенке, и в его глазах читалась не просто забота, а рефлекторная настороженность. Он защищался? Но не от ребенка — от окружающей среды.

Среди взрослых в палате никто не чувствовал опасности, и только подросток был начеку. Откуда у четырнадцатилетнего парня такая подсознательная бдительность, которую она видела лишь у солдат, только что вернувшихся с войны?

Когда родители Цинь Цзэ вышли из палаты, врач, представившаяся как Сунь Хань, тихо спросила:

— Простите за нескромный вопрос, но не случалось ли с ребенком, который рисует, каких-либо травмирующих событий?

Чэнь Мэн нахмурилась:

— Нет.

Врач вздохнула и задала следующий вопрос:

— Тогда позвольте спросить о подростке на кровати. Было ли в его жизни что-то подобное?

Лица Цинь Чжэнье и Сюй Инь мгновенно окаменели. Ответ был очевиден.

— Раз так, я советую вам, когда он оправится после операции, показать его специалистам на этаже выше. По моим наблюдениям, у Цинь Цзэ признаки посттравматического синдрома. Мой наставник, авторитет в области психологии, сейчас как раз здесь.

Врач не могла утверждать наверняка без обследования, но ее опыт подсказывал, что она права. Услышав это, Цинь Чжэнье и Сюй Инь почувствовали, как холод пробирает их до самых костей.

http://bllate.org/book/24782/2930495

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Инструменты
Налаштування

Готово:

100.00% КП = 1.0

Завантажити як .txt
Завантажити як .fb2
Завантажити як .docx
Завантажити як .pdf
Посилання на эту страницу
Зміст перекладу
Интерфейс перекладу