Толпа как раз вовсю шумно критиковала произошедшее, как вдруг появился У Цзинжань, и атмосфера вмиг стала неловкой.
Старшая сестра отреагировала весьма резво, тут же указав на У Цзинжаня:
— Ой, а этот мошенник и впрямь вошёл в роль! Коллективное преступление, не иначе. Я только что сказала, что ему нельзя верить, как тут же подставное лицо явилось? Какое совпадение!
Голос у неё был тонкий, высокий, режущий слух. Среди общего гула он выделялся особенно отчетливо, и все всё расслышали.
В нынешние времена в чём только не обвиняли групповые афёры: и уличных нищих, и благотворительные сборы для глухонемых, и назойливых продавцов биологически активных добавок, которые на каждом шагу сладко называют всех матушками да батюшками. Стоило журналистам копнуть поглубже — и выяснялось, что кругом одни бессовестные обманщики, ни единому слову верить нельзя.
Поэтому окружающие охотно поверили женщине.
В конце концов, разве бывают такие совпадения?
Шэнь Цяньхэ был молод и хорош собой, многие еще держали себя в рамках приличия, а вот У Цзинжань — старый хрыч, его-то жалеть никто не стал.
В тот же миг взгляды, устремленные на У Цзинжаня, сделались презрительными.
Шепотки за его спиной стали еще ядовитее прежнего, люди так и норовили заклеймить его главным во главе шайки жуликов.
До того как основать свой бизнес, У Цзинжань и сам принадлежал к числу тех элитных пассажиров, что летали в небесах первым классом. За всю жизнь он не терпел подобного обращения, а потому мигом помрачнел.
С неудовольствием он бросил:
— Ты кого это мошенником назвала?
А старшая сестра вовсе не испугалась и только холодно усмехнулась:
— Тебя и назвала! Совсем совесть потерял, стариков обманываешь!
— Я? Людей обманываю? — У Цзинжаня от злости даже пробрало на смех. — По какому это месту я похож на мошенника? Я У Цзинжань, председатель правления компании Цзинжань Шие! Кладбище, о котором речь, принадлежит моей компании, и я кого-то обманываю?!
Услышав это, женщина, разумеется, принялась внимательно разглядывать его, но, окинув взглядом, лишь рассмеялась:
— Ишь как заливает! Фотографии У Цзинжаня я, между прочим, видела. Там четко видно молодого парня, с чего бы тебе им быть?! Ты ему в отцы годишься!
У Цзинжань: ……
Ради красоты он всё еще выставлял повсюду свою фотографию двадцатилетней давности — самовлюбленность поистине смерти подобна!
К счастью, подоспел помощник, притащив за собой местную охрану. Толпа едва завидела его, как люди тут же закричали: председатель! — и личность У Цзинжаня наконец подтвердилась. Зеваки только теперь поняли, что перед ними и впрямь настоящий У Цзинжань.
Тогда... все они снова перевели взгляд на стоявшего рядом Шэнь Цяньхэ. До чего же красив, до чего мил и юн, и при этом истинный Великий Мастер!
Раз уж сам У Цзинжань верит этому Мастеру, насколько же тот силен!
В ту же секунду взгляды всех присутствующих загорелись алчным пламенем. Хоть китайцы и называют себя атеистами, когда речь заходит о гаданиях и предсказаниях удачи, они вовсе не противятся этому — кто же не захочет завязать добрые отношения с Мастером?
Разобравшись со всем, У Цзинжань тут же бросился к Шэнь Цяньхэ и выпалил:
— Благодетель, огромное вам спасибо! Если бы не ваша помощь, я бы сегодня живым отсюда не вернулся!
Шэнь Цяньхэ родился в клане Шэнь, его семья из поколения в поколение занималась ремеслом Небесных Мастеров, их призванием было ловить духов и изгонять демонов. Ему и в голову не могло прийти, что кто-то посчитает его шарлатаном, так что подобное он переживал впервые.
К тому же он всё время усердно предавался духовным изыскам и никогда не сталкивался с мирскими сложностями — всеми делами семьи за пределами клана заведовали специально обученные люди, поэтому Шэнь Цяньхэ поначалу даже растерялся, не зная, как себя вести. Но теперь, когда всё благополучно разрешилось, он невольно облегченно выдохнул, и отношение его к У Цзинжаню стало чуточку теплее.
Шэнь Цяньхэ кивнул и внимательно оглядел мужчину:
— Ты избежал беды, но это еще не конец.
В сердце У Цзинжаня шевельнулось тревожное предчувствие — теперь-то он уже не относился к словам юноши спустя рукава. Однако человек бывалый и умудренный опытом, он прекрасно понимал, что раз уж вокруг столько любопытных глаз, расспрашивать здесь неуместно. Мужчина поспешно предложил:
— Может, пройдем в машину? Там Мастер подробно мне всё расскажет.
Услышав про машину, Шэнь Цяньхэ тут же просиял.
Судя по солнцу, уже подбирался полдень, и если они не поторопятся, он боялся, что маленького племянника замучает ожидание.
Тогда Шэнь Цяньхэ кивнул и попутно выдвинул условие:
— Мне нужно в одно место...
Не успело слово «проезд» сорваться с его губ, как У Цзинжань тут же подхватил:
— Я отвезу вас, для меня это величайшая честь!
Шэнь Цяньхэ бросил на него взгляд, видя, что тот говорит от чистого сердца. К тому же в прошлом ему уже доводилось возить людей на машине — дело плевое, пара пустяков, — и он согласился.
У Цзинжань повел Шэнь Цяньхэ к выходу на дорогу и, конечно же, они прошли мимо старика и той самой ворчливой женщины.
На лице женщины уже не было и следа былого потрясения, лишь упрямо вытянутая шея выдавала ее нежелание признавать поражение. Что же до старика, то при всей своей недавней спешке он теперь и рта раскрыть не смел: очевидно, сообразив, как сильно оскорбил Шэнь Цяньхэ, он ужасно смутился.
Но в клане Шэнь не было принято бросать людей в беде.
Шэнь Цяньхэ остановился, сунул руку в карман, вытащил оттуда серебряный доллар и протянул старику:
— Пусть ваша внучка носит его при себе, и не сомневайтесь, никакие беды ее не коснутся.
Старик до того обрадовался, что, благодаря на каждом шагу, торопливо принял монету:
— Сколько с нас за труды?
Шэнь Цяньхэ отмахнулся:
— Пустяковое дело, оставьте себе.
А У Цзинжань, глядя на этот серебряный доллар, просто извелся от зависти: Мастер всего-то коснулся его плеча, и страшная угроза мигом рассеялась, неужто вещь, что при нем находилась, может быть простой? Его так и подмывало заполучить ее.
Женщина и вообразить не могла, что после всего сказанного Шэнь Цяньхэ не только не затаил зла, но еще и помог, да вдобавок подарил вещицу.
Ее лицо вмиг залилось краской стыда, она склонила голову перед юношей и виновато произнесла:
— Мастер, это я слепая и не признала знатного человека, простите меня ради бога.
Шэнь Цяньхэ она не нравилась, так что на ее извинения он даже не отреагировал — лишь с холодной минкой на лице сухо угукнул и повернулся уходить.
У Цзинжань поспешил следом, про себя думая, что настоящий Великий Мастер и должен вести себя именно так, с таким-то достоинством.
Что же до Сяо Вана, который только что распустил язык, тот поспешно втянул голову в плечи. Проявив чудеса сообразительности, он шустро и проворно подогнал машину.
Шэнь Цяньхэ только что успел заметить, что за прошедшее столетие автомобили претерпели немало изменений: стали какими-то... обтекаемыми, утратив прежнюю угловатость.
Впрочем, суть осталась прежней — тот же кузов, руль да четыре колеса.
Он со спокойной душой устроился в салоне.
Стоило переступить порог, как всё вокруг переменилось.
Ого? С чего вдруг здесь так просторно? Перед сиденьем оставалось еще столько места, что хоть еще один человек на корточках поместится. К тому же стоило сесть, как тело словно утонуло в мягкости — невероятно удобно.
У Шэнь Цяньхэ от восторга загорелись глаза.
Куда лучше той колымаги, на которой ездил он! Сам бы сел за руль!
Однако он всё еще держал образ великого мастера, а потому мог лишь безумно исходить слюной внутри, не смея без спросу прикасаться к чему-либо. Он лишь украдкой потрогал пальцем кожаную обивку кресла: до чего же мягкая! Ему по нраву!
У Цзинжань быстро забрался в машину с другой стороны:
— Куда вам нужно?
Шэнь Цяньхэ кашлянул и невозмутимо ответил:
— В Деревню Шэнь.
Машина тронулась и пошла на редкость плавно. Поскольку Гора Фэнци располагалась в пригородной зоне, дорога поначалу вилась меж холмов и полей, смотреть было особо не на что, и всё внимание Шэнь Цяньхэ по-прежнему было приковано к автомобилю.
У Цзинжань с естественной учтивостью осведомился:
— Мастер, не желаете чего-нибудь выпить?
Шэнь Цяньхэ моргнул — поблизости не было ни единого источника воды, но, подумав, что нынче всё иначе, он с предельной невозмутимостью произнес:
— Подойдет и обычная вода.
У Цзинжань протянул руку, откинул панель позади себя и извлек оттуда бутылку минеральной воды, которую тут же протянул Шэнь Цяньхэ.
Шэнь Цяньхэ: (⊙o⊙)… С виду же сплошная ровная поверхность, как он ее откинул?
Воспользовавшись тем, что за ним не следят, он украдкой бросил туда взгляд, но никакой разгадки не обнаружил.
Руки так и чесались, хотелось там поковыряться!
У Цзинжань же ничего не заметил и уже с тревогой начал расспрашивать:
— Мастер, как думаете, что со мной не так? Я в прошлом месяце переехал в новую квартиру, неужели дело в дурном фэншуй?
Шэнь Цяньхэ с неохотой оторвал взгляд от машины и сосредоточился:
— От тебя разит тяжелой иньской энергией, но тело пострадало не сильно, судя по всему, скверны ты коснулся недавно. Нельзя исключать и влияние жилья, но об этом можно судить, только осмотрев всё на месте.
Услышав это, У Цзинжань закивал:
— Не зря я в последнее время чувствую себя совершенно обессиленным!
Утреннее происшествие напугало его до полусмерти, и он поспешно добавил:
— Может, вы сначала взглянете на планировку моей квартиры? Разве не говорят, что неудачная планировка — корень всех бед? Она у меня с собой.
С этими словами он снова куда-то нажал, и на глазах у ошеломленного Шэнь Цяньхэ прямо перед ними поднялся черный предмет. Застыв на месте, экран внезапно вспыхнул, и на нем побежала череда картинок.
Кино?
Нынешние киноэкраны могут делать такими крошечными? Когда он ложился спать в прошлый раз, они были просто огромными!
И с чего это он сам собой выдвинулся?
В душе Шэнь Цяньхэ сейчас будто бушевало стадо из двадцати-тридцати обезьян: они царапались во все стороны, сгорая от любопытства, но расспрашивать было неудобно. Ему оставалось лишь во все глаза смотреть, как У Цзинжань там что-то тыкает и нажимает, пока наконец на экране не возникла вполне понятная схема квартиры.
Такая простая и наглядная — сразу видно, что к чему.
У Цзинжань поинтересовался:
— Как думаете, есть ли здесь срезанные углы?
Шэнь Цяньхэ бросил взгляд и покачал головой:
— На вид всё в порядке, дело не в планировке.
Его слова заставили У Цзинжаня глубоко задуматься — очевидно, тот лихорадочно соображал, с чем из нового окружения недавно сталкивался. Сам же Шэнь Цяньхэ еще немного поглазел на экран, но бесчинствовать и всё подряд лапать не решался: наставник учил его, что в их деле нужно держать фасон — стоит кому-то раскусить твои истинные мысли, как люди тут же перестанут верить.
Шэнь Цяньхэ с сожалением перевел взгляд на окно.
К счастью, поля остались позади, и машина быстро въехала в город. Одна за другой ввысь устремлялись многоэтажки самых разных расцветок и фасонов. Шэнь Цяньхэ только успевал вертеть головой, мгновенно позабыв обо всём остальном.
Час спустя машина остановилась у Деревни Шэнь.
Деревней это место называлось лишь по старой памяти, на деле же оно находилось в самом центре мегаполиса, образуя этакий островок традиций посреди каменных джунглей.
Этот участок земли давным-давно выкупила компания Шэнь Ши Дичань, однако сносить его не стали, сохранив в первозданном виде до сей поры.
Прежде поговаривали, что это пятно портит весь облик Ханьчэна, слишком уж архаично оно выглядело. Но в последние годы мода повернулась лицом к истокам: старинная архитектура Деревни Шэнь, пропитанная неповторимым колоритом Ханьчэна, превратилась в настоящую достопримечательность.
Правда, нравы у членов клана Шэнь были престранные: ни застройку вести не разрешали, ни туристов толком не пускали, и никакое давление на них не действовало. На все расспросы отвечали коротко и ясно: Это наше родовое гнездо! У нас здесь фамильный храм предков, по-вашему, предков нужно выставлять напоказ туристам?!
Людям оставалось лишь бродить вокруг да делать фотографии на память.
Свободных мест у въезда в деревню не нашлось, так что Сяо Ван припарковался неподалеку и, рассыпаясь в любезностях, выскочил наружу, чтобы открыть дверь для Шэнь Цяньхэ. Тот бросил на машину полный тоски взгляд... и больше не удостоил ее и полвзгляда.
У Цзинжань повел Шэнь Цяньхэ вперед.
Однако, стоило им приблизиться к деревне, как стало ясно — здесь что-то не так. В обычные дни, хотя праздных зевак сюда тянуло немало, в самом селении всегда царила тишина. Сегодня же вся деревня словно стояла на ушах: вдоль дороги деревья были сплошь усыпаны красными фонарями, создавая праздничную, ликующую атмосферу. Издалека доносился грохот барабанов и гонгов, а впереди, прямо над воротами деревни, висел необъятный транспарант: Горячо приветствуем возвращение Старого Предка домой!
У Цзинжань: …… Неужели клан Шэнь передумал? Неужели их сдали в аренду под съемки сериала?
Сам У Цзинжань понятия не имел, зачем Шэнь Цяньхэ приехал сюда, а потому поспешил осведомиться:
— К кому вы направляетесь? Вообще-то посторонних сюда просто так не пускают.
Не успел он договорить, как из глубин деревни хлынула шумная толпа — добрых несколько десятков человек. Впереди всех шел седовласый старик, которого многие в Ханьчэне прекрасно знали: это был Шэнь Мучунь, глава строительной корпорации Шэнь Ши Дичань, которому стукнуло уже сто десять лет.
Десять лет назад У Цзинжань лично приезжал поздравить его с юбилеем, но ведь поговаривали, что в последние годы старик носа из дому не казал — с чего бы ему являться сюда?
Пока он размышлял об этом, старик Шэнь вдруг пришел в невероятное волнение. Заплакав навзрыд, он прямо бросился в их сторону и зычно завопил:
— Младший дядя!
У Цзинжань огляделся по сторонам — никого похожего на племянника столетнего старца рядом с ним не наблюдалось.
Зато брови Шэнь Цяньхэ сошлись на переносице, он круто развернулся и собирался уже дать дёру.
Стоило ему двинуться с места, как старик засуетился еще сильнее. Оттолкнув поддерживавших его молодых людей, он припустил что есть мочи, на ходу причитая:
— Младший дядя, это же я, Мучунь! Не уходи!
Младший дядя — это... У Цзинжань с абсолютно безумным видом уставился на Шэнь Цяньхэ.
А на лице самого Шэнь Цяньхэ читалось такое глубокое отвращение:
— Не смотри на меня. Я не он, я его не знаю.
Да ему уже больше ста лет, а этот сопляк Шэнь Мучунь всё такой же невыносимый горлопан.
Стыдоба-то какая!
http://bllate.org/book/24562/2881863
Готово:
