— Ты как здесь оказался? — Ци Шаочэнь смотрел на Гу Юаня, стоявшего перед ним. Его ноги лишь пару дней как начали нормально слушаться, а судя по испарине на висках, он сюда прибежал. — С ногами всё в порядке?
Гу Юань отшвырнул руку Ци Вана и повернулся к Ци Шаочэню:
— Как ты? Тебя где-нибудь задели?
Ци Шаочэнь покачал головой:
— Нет, ты пришел как раз перед тем, как он успел что-то сделать.
Гу Юань наконец выдохнул и перевел взгляд на Ци Вана.
— Г-господин Гу... — увидев, как Гу Юань держит его за руку и беспокоится о Ци Шаочэне, Ци Ван от страха едва не лишился чувств.
— Господин Гу, так вы знакомы с моим братом? — Ци Шаоцин смотрел, как Гу Юань держит Ци Шаочэня за руку, и внутри него разгоралось пламя зависти.
Гу Юань — важная персона, чье имя не сходило со страниц финансовых еженедельников, был объектом тайных воздыханий Ци Шаоцина. Но они жили в разных мирах, и Ци Шаоцин позволял себе лишь мечтать о нем. А теперь Гу Юань на его глазах держал за руку того самого Ци Шаочэня, которого он презирал больше всех на свете.
— У моего супруга нет младшего брата, не надо тут родство придумывать, — холодно отрезал Гу Юань, а затем рявкнул на охранников: — Вы чем тут занимаетесь? Кого попало пускаете? А ну, вышвырните их вон!
Ци Вана и Ци Шаоцина выставили за двери офиса корпорации «Гу».
Ци Шаочэнь стоял и наблюдал за этим с явным удовольствием, хотя этого было мало. Внезапно он почувствовал, как тяжесть навалилась на него. Обернувшись, он увидел, что Гу Юань всем весом осел на него, а по лбу того катился холодный пот.
— Что случилось? — заметив, что тот едва стоит на ногах, Ци Шаочэнь понял: Гу Юань переоценил свои силы, ведь его травма еще не зажила, а он так гнал сюда.
Линь И тут же подкатил инвалидное кресло, и они с Ци Шаочэнем усадили в него Гу Юаня.
— Поехали в больницу, — Ци Шаочэнь покатил кресло к лифту, собираясь нажать кнопку цокольного этажа, но Гу Юань перехватил его руку.
— Не нужно, всё в порядке, уже не болит.
— Нет, мы поедем.
Настояв на своем, Ци Шаочэнь отвез Гу Юаня в клинику, принадлежащую корпорации «Гу». К счастью, ничего серьезного не случилось, но из-за чрезмерной нагрузки Гу Юань получил «подарок» — семь дней в инвалидном кресле.
После того как Ци Шаочэня дважды пытались достать, Гу Юань перестал чувствовать себя спокойно, даже когда тот был на работе. Но запереть его он не мог, поэтому приставил к нему двух телохранителей. А чтобы Гу Юань мог нормально восстановиться, Ци Шаочэнь не позволял к себе прикасаться. Гу Юань умолял его, но тщетно — ему пришлось терпеть целую неделю.
Как только запрет был снят, Гу Юань прижал Ци Шаочэня к кровати на сутки. Он сам носил его на руках — и поесть, и в туалет. Настоящий зверь! После выздоровления сил и выносливости у него прибавилось. Ци Шаочэнь, не выдерживая такого напора, решил, что пора заняться тренировками.
Под непрекращающимся давлением Гу Юаня Клан Ци не выстоял и официально объявил о банкротстве.
Ци Вану сейчас приходилось несладко, а вот у Ци Шаоцина был Мо Цитянь, так что он жил неплохо. Когда Мо Цитяня признали в Клане Ван, он забрал Ци Шаоцина с собой.
Получив приглашение на банкет Клана Ван, Гу Юань помрачнел. Он украдкой взглянул на Ци Шаочэня, который был поглощен написанием кода, и, убедившись, что тот ничего не заметил, выдохнул. Затем он яростно сверкнул глазами на Линь И, приказывая ему убираться прочь вместе с приглашением.
Новость о том, что Клан Ван признал внебрачного сына, уже облетела все высшие круги. Если бы старший сын Ванов не погиб, а госпожа Ван могла иметь детей, она бы ни за что не пустила бастарда на порог. Этот банкет устраивался именно ради того, чтобы представить его обществу. А этот бастард — Мо Цитянь, которого Гу Юань ненавидел больше всех на свете. Тот когда-то получил искреннюю любовь Ци Шаочэня, и Гу Юань был готов стереть его в порошок, не то что праздновать его триумф. Не то что идти, он даже подарок не собирался отправлять.
Ци Шаочэнь, увлеченный кодом, об этом ничего не знал.
Когда Линь И уничтожил приглашение, Гу Юань подошел к Ци Шаочэню со спины и обнял его:
— Малыш, пора ужинать.
— Подожди, почти готово.
Гу Юань знал, что Ци Шаочэнь постоянно что-то программирует, но никогда не расспрашивал. А сейчас он с любопытством заглянул в монитор и...
— Постой, ты это серьезно?
Ци Шаочэнь смотрел на договор о передаче акций и не понимал, почему этот человек вдруг решил отдать ему свою технологическую компанию.
Гу Юань усадил Ци Шаочэня к себе на колени, осыпая его щеки нежными поцелуями.
— Конечно, всерьез. Я верю, что в твоих руках эта компания будет развиваться даже лучше, чем в моих.
Заметив, что Ци Шаочэнь колеблется, Гу Юань расстроился:
— Малыш не хочет принимать подарок от мужа? Считаешь меня чужим?
Раньше, когда Гу Юань расправлялся с Кланом Ци, он хотел выкупить их акции для Ци Шаочэня, но тот отказался. Гу Юань решил, что ему неинтересно управление бизнесом. Теперь же он дарил технологическую компанию — управлять ею не нужно, занимайся тем, что нравится.
Гу Юань видел, как Ци Шаочэнь пишет код, и думал, что тот этим увлечен. На самом деле Ци Шаочэнь просто хотел заработать побольше денег и жить в свое удовольствие.
Ци Шаочэнь принял компанию, чтобы было удобнее проводить исследования, но все управленческие дела переложил на Гу Юаня.
Получив компанию и оборудование, Ци Шаочэнь днями пропадал в лаборатории и перестал проводить время с Гу Юанем. Тот теперь кусал локти, не понимая, зачем вообще решил отдать компанию Ци Шаочэню. Теперь, не считая ночей, он его почти не видел.
Все сотрудники корпорации «Гу» знали: раз госпожа не появляется в офисе, значит, атмосфера вокруг господина Гу будет пугающе мрачной.
Но в это время кое-кто, не боясь смерти, решил попытать удачу.
Ци Шаоцин, благодаря Мо Цитяню — нет, теперь его звали Ван Цитянь — вошел в высшее общество столицы. Однако самого Ван Цитяня из-за его статуса бастарда там не жаловали.
К тому же на банкете Клана Ван не было ни Клана Гу, который занимал первое место среди пяти семей столицы, ни Клана Цзи, занимавшего второе. Они не прислали даже поздравлений, что означало: эти два клана не признают внебрачного сына. А раз лидеры высказались, остальные последовали их примеру.
Ван Цитяню в столице жилось несладко, что уж говорить о Ци Шаоцине, который в глазах окружающих был лишь его придатком.
Презирая всех, кто смотрел на него свысока, Ци Шаоцин затаил злобу. И тут он вспомнил о Гу Юане. Входя в высшие круги, он узнал, что значит Гу Юань для столицы. Если он станет его покровителем, никто в Пекине не посмеет его обидеть.
Раз уж Ци Шаочэнь смог, то и он, Ци Шаоцин, сможет. Он смог отобрать у Ци Шаочэня Ли Сянхэ и Ван Цитяня, значит, сможет увести и Гу Юаня.
Ци Шаоцин несколько дней пробирался на парковку офиса «Гу», но не видел Ци Шаочэня. Решив, что Гу Юань его бросил, он злорадствовал. Он так и знал: такой никчемный человек, как Ци Шаочэнь, мог привлечь Гу Юаня только своей внешностью. Гу Юань просто поиграл, а когда новизна прошла, выбросил его.
Ци Шаоцин смотрел в зеркало — его лицо было куда красивее и привлекательнее, чем у Ци Шаочэня.
Когда машина Гу Юаня медленно въехала на парковку, Ци Шаоцин набрался смелости и бросился вперед.
http://bllate.org/book/24476/2869943
Готово:
