Но Будда не знал, что на реке Санту, среди цветов, обесцвеченных речной водой, вся их багровая алости стекала в бурный поток. Столбы стонов не смолкали дни напролет, и всякий, кто слышал их, преисполнялся скорби. Обладавший великими божественными силами бодхисаттва Кшитигарбха узнал, что Мандрагора уже появилась на свет, и тотчас направился к реке. Достав семечко, он бросил его в воду, и не прошло и мгновения, как из глубин поднялся цветок, чья алая яркость превосходила все прежние. Кшитигарбха взял его в руку и со вздохом произнес: Ты вырвалось на свободу и обрело великое освобождение, так к чему же оставлять эту бескрайнюю ненависть в аду, чьей пучине страданий и без того не видно конца? Я назначу тебя проводником, чтобы ты указывало им путь к круговороту перерождений. Пусть останется лишь этот единственный твой цвет: на том берегу уже цветет Мандрагора, так пусть же имя тебе будет Манчжушахава. С той поры в поднебесной появились два совершенно разных цветка паууанхуа: один рос на том берегу, а другой — у реки Санту.
Выход главного героя
— Спасибо, а украшение нам очень по вкусу, Хань. — Фэй произнесла это невероятно сладким голоском. От нее так и веяло послушанием, но вот самому Лэн Ханям впору было не до умиления. Он прекрасно знал: стоило Фэй заговорить с ним таким тоном, жди беды. Либо ей что-то от него понадобится, либо она затеет очередную пакость, и в этом он был уверен на все сто.
— Послушай, сделай нам одолжение.
Стоило ожидать, ей и впрямь что-то от него нужно. За что же ему выпала такая горькая доля... ~~~~~
Сглотнув слюну, он отступил на шаг назад и спросил:
— Что еще за одолжение?
— Не трясись ты так, никто не собирается вытрясать из тебя душу. Нужно всего лишь покатать нас по городу, чтобы мы освоились на новом месте. Так ведь и дела вести сподручнее. И чего у тебя такое лицо, будто мы заставляем тебя творить злодеяния? Стоит ли делать вид, будто все кончено? — Фэй вовсю подтрунивала над Лэн Ханем, и это составляло одну из величайших радостей в ее жизни.
— Фух, напугала до смерти. Подумаешь, прокатить вас по городу, эка невидаль!
С этими словами они все вместе вышли к крыльцу, направились в гараж и, усевшись по спортивным машинам, укатили из нового особняка...
*************************** А теперь перенесемся туда, где сейчас находятся главные героини ************************
Его превосходительству Китаю потребовалось меньше часа, чтобы четыре девицы объездили вдоль и поперек весь город А., пока наконец не припарковали свои машины у входа в паб под названием «Очарование».
Шагнув внутрь, они сразу заметили в самом темном углу трех потрясающих до скрежета зубовного красавцев, чье поведение резко контрастировало между собой. Один из них, леденящий душу своей холодностью, в одиночестве сидел на диване и пил вино; второй явно не казался столь замороженным, но истинный нрав скрывал понадежнее. [Автор: Ау-у, это снова я, во всей красе! Второй красавец под стать самой Фэй: угадать характер ни того ни другого решительно невозможно. Уж не пара ли они, созданная на небесах? Фэй: Ты опять за свое? Смотри у меня, живо превращу твою жизнь в кошмар... Сидящий в углу: Тьфу ты, связываться себе дороже, пожалуй, я свалю. Толпа: Подумаешь... Швыряют в автора кочанами капусты. Автор: Вы что творите? Разве вы не знаете, что раскидывать капусту — это пустая трата еды? Крестьяне ведь столько сил вкладывают, чтобы вырастить ее... Толпа: Пошел к черту! И с этими словами автора изящно пинком отправили в полет. Автор: Я еще вернусь~~~~~~~] Зато третий разительно отличался от обоих: по обе стороны от него устроились по две девицы в весьма откровенных нарядах. Было очевидно, что этот третий — страшный бабник.
Внимательно оглядев всю троицу, наши героини потеряли к ним всякий интерес и направились прямо к барной стойке...
Стоило Лэн Ханю и трем девушкам переступить порог, как все взгляды в пабе приковались к ним. Неземные лица юных особ не нуждались в густой штукатурке, но все равно приковывали к себе всеобщее внимание. Разумеется, трое красавцев в углу тоже не преминули уставиться на наших героинь.
— Эй, девчонки у входа просто красавицы! Еэ, Янь, взгляните, а то век потом жалеть будете. — Тот самый парень, что сидел между двумя девицами, завидев наших героинь, уже не мог оторвать от них глаз и принялся звать своих приятелей, Еэ и Яня. Поначалу те не спешили следовать совету друга и смотреть на расхваливаемых им прелестниц — слишком уж привыкли к его ветреному нраву. Стоило тому заприметить смазливенькое личико, как он тут же принимался орать о невероятной красоте, и со временем товарищи просто перестали реагировать на его вопли, что бы он ни говорил. Однако друг не унимался: — Да гляньте же, эти троица и впрямь неземной красоты! Если я вру, клянусь три месяца не клеить девчонок.
Услышав это, парень по имени Янь тут же вскинул голову и уставился на приятеля, отказываясь верить собственным ушам. Причина была проста: его друг отличался такой любвеобильностью, что заставить его воздержаться от ухаживаний казалось сложнее, чем достать луну с неба, не говоря уже о целом сроке в три месяца.
— Мин, ты сейчас серьезно? Сами слетели с твоего языка эти слова? — недоверчиво переспросил Янь.
— Зуб даю! Клянусь небесами, если хоть слово ложь, три месяца буду сидеть без баб.
С этими словами Мин тут же обернулся и действительно увидел трех небесной красоты девиц, застывших у входа в паб.
— И правда! Еэ, глянь-ка, Мин не соврал, если пропустишь, точно пожалеешь.
Окинув взглядом вход, Янь принялся убеждать Еэ, надеясь расшевелить того. Пусть Еэ и казалось наплевать на все на свете, стоило попытаться — а вдруг удастся заставить его взглянуть на девушек? Ведь... пропустить такое и вправду было бы непростительно.
В конце концов, не выдержав осады со стороны Яня и Мина, Еэ соизволил поднять голову, чтобы взглянуть на тех, кого друзья величали не иначе как красавицами. Но он никак не ожидал, что этот мимолетный взгляд затянет его с головой. В тот самый миг, когда он увидел девушку в серебристом платье, шествовавшую впереди, в его груди что-то неуловимо дрогнуло. Ледяное, скованное на долгие годы сердце впервые оттаяло рядом с ней. Семена любви тихонько упали на дно его души, ожидая часа, когда им суждено прорасти, окрепнуть и принести плоды...
— Мм, и правда хороши.
Стоило Еэ произнести эти слова, как Янь и Мин уставились на него так, будто перед ними материализовалось какое-то чудище.
— Раз, два, три, четыре, пять... Цэлых пять слов! Да Еэ отродясь не выдавал из себя столько за раз! И главное — похвалил девчонку! Поражаюсь этой мадемуазель, сумевшей развязать ему язык.
Мин болтал без умолку, пока Еэ не одарил его леденящим взглядом. Только тогда тот умолк. Шутка ли, никому не улыбалась перспектива схлопотать от Еэ затрещину, так что лучше было вовремя прикусить язык и завязать с насмешками.
— И всё же не думал я, что на свете бывают столь прекрасные создания. Эй, Мин, на какую из красоточек ты уставился с таким видом, будто проглотил аршин? Запал на нее?
Заметив, как Мин провожает глазами девушек у входа, Янь поинтересовался, не приглянулась ли ему какая-то конкретная прелестница. И хотя он шутил, в глубине души Янь вовсе не желал, чтобы его брату приглянулась та девчушка в фиолетовом. Причина... ну, пожалуй, в том, что он сам... кажется, влюбился в нее по уши...
— Янь, ты угадал. Кажется... кажется, я влюбился вон в ту девушку в синем платьице, с улыбкой на губах, — проговорил Мин, не сводя глаз с Синьжуй.
— О как? Но мы же их совсем не знаем. Да и они о нас ни сном ни духом. Как ты собираешься сделать ее своей девушкой? Нашел бы себе другую, в конце концов. Ты же меняешь девчонок как перчатки, что тебе с того, что эта ускользнет?
Этот его братец славился ветреностью и просто физически не умел хранить верность кому-то одному, и уж в этом-то Янь разбирался лучше всех.
— Ничего подобного, я и вправду без памяти влюбился в нее. Решено: если не добьюсь ее, больше вообще заводить подружек не стану!
Мин говорил с абсолютной серьезностью и по-детски выставил палец, призывая небеса в свидетели.
Видя такое зрелище, Янь наконец поверил: на сей раз Мин влюбился всерьез и по-настоящему сражен наповал. Оставалось лишь одно, самое главное препятствие:
— Мин, вы ведь совершенно незнакомы. Как ты вообще рассчитываешь снова ее увидеть?
— Пустяки... Буду приходить сюда каждый день, неужто не встречу? — с полной уверенностью заявил Мин, выглядя так, будто ежедневные визиты гарантировали ему непременную встречу с Синьжуй.
— Сдаюсь, твоя взяла... — с чувством полного поражения выдохнул Янь.
************************** Смена кадров: возвращаемся к нашим героиням ****************************
Четверка подошла к барной стойке. Заказав по бокалу Синей розы, они устроились на высоких стульях, потягивая коктейли и попутно обсуждая, как лучше задать тон завтрашней игре. Они и понятия не имели, что уже успели стать центром всеобщего внимания в пабе, равно как и не подозревали, что сегодня им суждено столкнуться с любовью всей их жизни...
Рекламная пауза: [Язык цветов различных видов мандрагоры]
Фиолетовая мандрагора — ужас.
Синяя мандрагора — фальшивые чувства, обманчивая любовь.
Розовая мандрагора — безмятежность.
Зеленая мандрагора — бесконечная надежда.
008. Дорога в школу
Мгновение, когда лучи ласкового утреннего солнца пробиваются сквозь оконное стекло, знаменует собой начало нового дня. А день этот был не простым — наступало первое сентября в старшей школе Шэн-Илай. Это означало, что отныне наши героини будут грызть гранит науки именно там, а заодно повстречают свою судьбу. [Автор: В этой главе мы наконец столкнемся с нашими тремя главными героями. Теми самыми парнями из угла паба «Очарование»: Оуян Еэ, Наньгун Янем и Шангуань Мином. Толпа: Тьфу, и ради этого стоило огород городить? Мы и так всё знали. Автор [озадачено]: Откуда? Толпа: Да любой идиот догадался бы! Автор: А-а, идиоты догадались!!! Толпа швыряет капусту: Пошел к черту!!!!!]
Позавтракав, компания отправилась в гараж за машинами — пора было собираться в школу. Время поджимало, грозя обернуться опозданием, так что девчонкам поневоле пришлось устроить гонки на выживание. Прохожие на обочинах с изумлением наблюдали, как по средним рядам дороги проносятся три спортивных «Роллс-Ройса» серебристого, фиолетового и синего цветов. Они маневрировали в потоке машин с такой легкостью, будто шоссе было абсолютно пустым. Свободные, словно ветер.
Не прошло и десяти минут, как вся троица припарковалась у ворот старшей школы Шэн-Илай. Секрет крылся в том, что накануне Лэн Хань уже успел прокатить их по всему городу А., а вечером они еще раз изучили карту вдоль и поперек. Обладая феноменальной памятью, девушки запечатлели каждую улочку в деталях — карта города А. уже давно отпечаталась у них в мозгу.
С резким визгом — сз-з-зык! — три автомобиля один за другим замерли у входа в старшую школу Шэн-Илай, заставив подвернувшихся поблизости учеников замереть от изумления. И пусть здешние избалованные мажоры и девчонки из высшего общества повидали на своем веку немало, удержаться от любопытного взгляда они не смогли. Из машин выбрались три девушки, причем цвета их нарядов идеально совпадали с расцветкой автомобилей. Толпа тут же зашушукалась.
Не обращая ни малейшего внимания на зевак, троица направилась прямиком к кабинету директора. Фэй мягко постучала в дверь, но в ответ царила тишина — никто не спешил разрешать им войти. Когда терпение девушек подошло к концу, из кабинета наконец донесся ленивый окрик:
— Войдите~~~~~~~
Ввалившись внутрь, они швырнули личные дела прямо на стол ошеломленному директору и без церемоний потребовали:
— Мы в каком классе?
Пока директор судорожно пролистывал бумаги, в памяти его начали всплывать детали. Эти три девицы сдавали вчера вступительные экзамены и набрали абсолютный максимум баллов. А сразу после экзаменов в школу пришло письмо от «Хуэйи» — компании номер один в мире. В послании черным по белому говорилось, что новенькие принадлежат к людям «Хуэйи», к тому же большая часть акций старшей школы Шэн-Илай уже скуплена ими же. Поначалу он счел это чьей-то шуткой, но один звонок в влиятельные кланы Оуян, Наньгун, Шангуань и прочие расставил все по местам — всё оказалось правдой. Более того, новыми владельцами школы являлись именно те самые девицы, что только что сдали экзамены. При этой мысли директора прошиб холодный пот. Срочно вскочив со стула, он подобострастно склонил голову:
— Добрый день, уважаемые члены попечительского совета! В каком классе вы изволите обучаться?
Фэй призадумалась:
— Мы хотим учиться в том же классе, где учатся дочери глав кланов Ян и Ми.
Директор угодливо закивал:
— Барышни Ян Юньюэ и Ми Нана числятся в классе «А» для второго года обучения. Это лучший класс во всей школе, изволите ли пожаловать туда? Если да, я немедленно распоряжусь, чтобы классный руководитель второго «А» проводил вас.
Синьжуй озарила лицо милой улыбкой:
— Что ж, тогда побеспокоим директора. Мы будем учиться во втором «А».
— Прошу уважаемых членов попечительского совета минутку подождать, я сейчас же вызову учителя.
С этими словами он подтянул к себе микрофон трансляции и объявил:
— Прошу учителя Лэн Ханя немедленно явиться в кабинет директора. Учитель Лэн Хань, срочно зайдите в кабинет директора.
Меньше чем через две минуты классный руководитель второго «А» уже стоял на пороге. Подняв глаза на нового наставника, Фэй и Синьжуй, в отличие от невозмутимой Сюэ, испытали настоящий шок: их классным руководителем оказался... Лэн Хань! Сверля ошеломленного парня свирепыми взглядами, Фэй и Синьжуй мысленно вопрошали: «Ты же учитель второго „А“ в старшей школе Шэн-Илай, почему мы об этом ни сном ни духом?! И с каких пор мы стали членами попечительского совета?!»
В ответ виновник торжества лишь загадочно ухмыльнулся, бросил директору: «Это те самые новенькие? Тогда я их забираю» — и первым вышел из кабинета. Следом за ним двинулись и три главные героини.
Как только дверь за четверкой закрылась, директор обессиленно рухнул в кресло.
Если связываться с этими тремя девицами было чревато, то этот парень по имени Лэн Хань пугал ничуть не меньше. Кажется, он занимал далеко не последнюю ступень в организации «Похороны». Что ему здесь понадобилось — оставалось загадкой, иначе с чего бы простому учителю без роду и племени иметь такую наглую уверенность, позволяющую ставить на место учеников этой элитной школы?
************************** Смена кадров: за дверью кабинета директора ******************************
— Эй, Хань! С какой стати мы вдруг стали членами попечительского совета? И почему ты преподаешь в Шэн-Илае, а мы об этом ни сном ни духом? А ну выкладывай! — наигранно возмутилась Синьжуй.
— Насчет попечительского совета — это к Сюэ, — невозмутимо отозвался Хань. — А что до моей работы в Шэн-Илае... это тоже решение Сюэ, принятое аккурат вчера вечером. Так что я просто физически не успел бы вас предупредить.
Когда все устремили вопросительные взгляды на Сюэ, та соизволила пояснить:
— Вчера после экзаменов я от лица «Хуэйи» выкупила большую часть акций старшей школы Шэн-Илай у акционеров — семейств Оуян, Наньгун, Шангуань, И, Ян, Ми и прочих. И отправила директору письмо, с содержанием которого вы и сами можете ознакомиться. Разумеется, директор знает лишь то, что мы люди компании «Хуэйи», но не догадывается, что мы — совет директоров. А что до роли Хань... он здесь просто для того, чтобы нам было сподручнее вести игру и при необходимости оказывать поддержку. В конце концов, не всегда же нам светиться самим, — бесстрастно закончив фразу, Сюэ не спеша двинулась вперед.
Тем временем в кабинете директора, едва тот успел перевести дух, как дверь распахглась от удара ноги — это Фэй вернулась, чтобы потребовать от директора сохранения их инкогнито. Разумеется, перепуганный директор не смел отказать и пообещал исполнить все в лучшем виде.
Закончив с этим, Фэй покинула кабинет и нагнала подруг, направляясь вместе с ними во второй «А» класс.
************************ А здесь у нас разделительная полоска ************************
Ставьте лайки, подписывайтесь.
И не забывайте голосовать!
Рекламная пауза: [Язык цветов черной мандрагоры и легенды о ней]
Черная мандрагора — непредсказуемая тьма, смерть и скитающаяся любовь. Беспросветная любовь и месть, отсутствие любви и ненависти в бренном мире, израненная и ожесточенная душа, дорога в один конец без права на возвращение.
Существует легенда: в каждом горшке с черной мандрагорой живет эльф, способный исполнить любое заветное желание! Но взамен они требуют плату — человеческую кровь! Стоит лишь полить эту дурманящую черную мандрагору собственной кровью, как обитающий в ней дух исполнит то, о чем вы грезите. Поливать разрешено исключительно кровью, ведь эльфы так жаждут этого жгучего и смертоносного ощущения!
009. Во втором «А» классе
А тем временем в кабинете директора... Едва тот успел перевести дух, как дверь распахнулась от удара ноги — это Фэй вернулась, чтобы потребовать от директора сохранения их инкогнито. Разумеется, перепуганный директор не смел отказать и пообещал исполнить все в лучшем виде.
Закончив с этим, Фэй покинула кабинет и нагнала подруг, направляясь вместе с ними во второй «А» класс.
Хань шагнул в класс первым, пока Сюэ с подругами оставались за дверью, ожидая своей очереди. Кто бы мог подумать, что в элитнейшем классе школы царит такой бедлам! Девицы малевали лица, кто-то рубился в игры, кто-то дрых, кто-то болтал языком — полный кавардак. И как только Хань умудряется справляться с такой дисциплиной?
Стоило ему подняться на подиум и легонько кашлянуть, как гомон в классе стих. Некоторые девчонки уставились на него во все глаза, источая сердечки из зрачков [еще бы, помимо трех принцев, он был едва ли не симпатичнейшим парнем во всей школе], в то время как парни зыркали на него исподлобья с черной завистью [причина всё та же — его выдающиеся данные].
— Сегодня к нашему классу присоединятся три новенькие ученицы, прошу любить и жаловать.
Класс тут же зашептался в предвкушении: парни или девчонки пополнят их ряды?
Когда же наши героини перешагнули порог класса, в помещении воцарилась гробовая тишина. Всех посетила одна и то же мысль: не ангелы ли с небес пожаловали к грешным смертным? Никто из присутствующих никогда прежде не видел девчонок, способных тягаться красотой с теми тремя, что стояли на подиуме. Даже местная королева красоты и рядом не стояла.
Впрочем, новоприбывшие тоже не теряли времени даром, оглядывая аудиторию. Несмотря на то что шел урок, тех, кого они надеялись здесь застать, в классе не оказалось.
В этот самый момент...
Дверь распахнулась с грохотом — *бах!* — и в класс ввалилась компания из трех парней и трех девчонок. Испуская ауру исключительности, вести себя так в этой школе могли лишь три принца и три главные школьные красотки. Завидев соперниц, трио местных модниц перекосило от зависти — их бесила мысль, что кто-то превосходит их красотой.
Принцы же, напротив, при виде девушек оживились, испытав легкий шок. Те самые барышни, в которых они влюбились с первого взгляда в вчерашнем пабе! Они-то полагали, что на поиски и сбор информации уйдет немало времени, а те сами явились им в руки. Впрочем, никто из парней не выказал лишних эмоций на лицах — молча пройдя на свои места, они уселись за парты.
Тогда стоявшие на подиуме девушки заговорили, представляясь:
— Ми Синьжуй, прошу любить и жаловать.
Сладкий голосок и неизменная улыбка уголков губ заставили аудиторию вздрогнуть.
— Ян Кэфи, прошу любить и жаловать.
Равнодушный тон и высокомерный взгляд подняли уровень шока в классе на новую ступень. [Автор: Чего это у нас тут как в игре, прямо с уровнями. Толпа: Да отвали ты, прохлаждайся в сторонке!]
— И Жуюэ.
Стоило Сюэ произнести свое имя, как класс погрузился не просто в шок — в пучину недоумения. С чего бы трем девицам, бесследно исчезнувшим несколько лет назад, объявляться именно сегодня? Почему те могущественные корпорации, что столько времени безуспешно вели поиски, не нашли их раньше? И почему они объявились все вместе?
Среди всеобщего смятения лишь Ян Юньюэ и Ми Нана испытывали глухую тревогу. Возвращение Ян Кэфи и Ми Синьжуй грозило перетряхнуть привычный уклад и пошатнуть их позиции в собственных семьях.
Не обращая внимания на недоверчивые взгляды, троица спустилась в проход между рядами в поисках своих мест.
http://bllate.org/book/24277/2818492
Готово:
