Дэн Яньчэнь медленно опустил раскрытые объятия и при свете фейерверков разглядел выражение лица девушки перед собой — благоговейное, серьёзное и совершенно лишённое даже намёка на шутку.
Он уже собирался что-то сказать, как вдруг за спиной раздался оклик по имени.
Обернувшись, он увидел Ли Сюаня с лицом, искажённым гневом: тот требовал немедленно уйти с ним обратно в усадьбу.
Дэн Яньчэнь поспешно простился с Сюй Миншу и направился к Ли Сюаню. Перед тем как выйти за ворота, он ещё раз обернулся и взглянул в сторону Сюй Миншу, после чего оба покинули усадьбу.
Этот семейный пир в итоге завершился тем, что генерал Ли Сюань ушёл в ярости. Госпожа Сюй, обеспокоенная тем, что супруги могут поссориться ещё сильнее по дороге домой, оставила Шэнь Линь переночевать в усадьбе.
Ночью Сюй Миншу сняла украшения, умылась и задумчиво сидела перед бронзовым зеркалом, пытаясь привести мысли в порядок.
За этот вечер произошло слишком многое, и она увидела множество тайн, о которых не знала даже в прошлой жизни. Всего лишь осознав, что вернулась в прошлое, она уже чувствовала, будто перед ней выстроилась целая вереница истин, ожидающих разгадки.
Из рукава она достала заколку «Полумесяц», подаренную Дэн Яньчэнем, и при свете свечи внимательно её разглядывала.
Заколка была выкована из лучшего золота и украшена круглым, словно полная луна, куском белого нефрита. Мастер тщательно вырезал у основания узор облаков, поддерживающих этот лунный диск; замысел был изящен, а исполнение безупречно.
Сюй Миншу родилась в доме маркиза Цзинъаня и с детства находилась под покровительством императрицы Чэнь, поэтому видела множество драгоценных вещей.
Но ни в прошлой, ни в нынешней жизни ни один подарок не тронул её сердце так, как эта заколка.
Выросшая среди роскоши и цветов, в прошлой жизни она, получив заколку, просто радовалась, даже не задумываясь, что стоимость этого подарка далеко превосходила возможности Дэн Яньчэня.
Она и не подозревала, как тяжела была его жизнь в чужом доме.
Свет красной свечи был слишком тёплым и приглушённым, делая воспоминания размытыми и неясными.
Пальцы Сюй Миншу скользнули по узору облаков на заколке. На самом деле, эта заколка сильно отличалась от той, которую она вернула Дэн Яньчэню в прошлой жизни.
Когда она упрямо решила выйти замуж за Сяо Хэна, Дэн Яньчэнь, преодолев путь из пограничных земель, ворвался в её покои, игнорируя все правила и приличия.
Сюй Миншу, сидевшая у окна и приводившая в порядок причёску, так испугалась, что чуть не нанесла ему удар мечом.
В те дни они сильно поссорились, и даже узнав, что Дэн Яньчэнь специально прибыл издалека, чтобы повидать её, она не удостоила его добрым словом.
Как и ожидалось, при встрече он вновь стал убеждать её подумать дважды о предстоящем браке.
— Сяо Хэн в детстве много страдал от унижений, — сказал он. — Его нрав непостоянен, а замыслы коварны. Он — не тот, за кого стоит выходить замуж.
Сюй Миншу пришла в ярость, схватила ближайший предмет и со всей силы швырнула его на пол, не выбирая слов:
— Не могу выбрать его? Так, может, выбрать тебя? Дэн Яньчэнь, ты обязательно должен мне мешать? Кто ты такой? Ты всего лишь приёмный сын в доме генерала! Как ты смеешь так говорить о наследнике трона и моём будущем муже? Неужели думаешь, что я не рассержусь?
Выпустив пар, она постепенно успокоилась и вдруг почувствовала стыд, не решаясь взглянуть ему в глаза. Дэн Яньчэнь молчал, выслушав её слова. Спустя долгую паузу Сюй Миншу краем глаза заметила, как он поднял с пола некий предмет.
Это была заколка «Полумесяц», которую он когда-то подарил ей. Золотые облака под нефритовым полумесяцем были сломаны.
Дэн Яньчэнь бережно собрал осколки, и на его лице отразилась глубокая печаль, будто он поднимал не просто сломанную заколку, а своё израненное и разбитое сердце.
Он отвернулся и тихо произнёс:
— Прости, я позволил себе лишнее.
После этого он больше не появлялся перед ней вплоть до дня, когда дата свадьбы была окончательно назначена.
В день, когда Сюй Миншу, облачённая в свадебные одежды и увенчанная короной, готовилась выйти замуж, служанка Циньчжу нашла в её шкатулке для драгоценностей ту самую сломанную заколку «Полумесяц».
На месте разрушенных облаков теперь красовалась вырезанная ветвь, которая по-прежнему надёжно поддерживала нефритовый полумесяц.
Вспомнив об этом, Сюй Миншу почувствовала, как к глазам подступают слёзы. Она никогда не считала себя плаксой, но с тех пор, как вернулась в прошлое, за одну лишь ночь уже в который раз не могла сдержать слёз.
За дверью послышался разговор. Сюй Миншу встала и увидела, как Циньчжу впустила внутрь госпожу Сюй.
Она поспешила навстречу и, поддерживая мать, спросила:
— Мама, почему ты ещё не отдыхаешь?
Госпожа Сюй устроилась на кровати и ответила:
— Только что вышла от твоей тётушки Шэнь. Увидела, что у тебя ещё горит свет, и решила заглянуть.
Сюй Миншу прикусила губу и неуверенно спросила:
— А как себя чувствует тётушка Шэнь?
— Уже спит… — вздохнула госпожа Сюй. — Ты же знаешь, твоя тётушка Шэнь — человек с острым языком, но доброе сердце. Она вовсе не хотела причинить боль Юйчжи. Просто ей больно.
Сюй Миншу кивнула. У тётушки Шэнь не было семьи, с кем можно было бы поговорить, и рядом не было никого, кто мог бы утешить или посоветовать ей.
Генерал Ли редко бывал дома, и неразрешённые недоразумения между супругами год за годом накапливались, пока не достигли точки, за которой уже не было возврата.
Сюй Миншу положила голову на колени матери и, подумав, спросила:
— Мама, почему тётушка Шэнь так не любит Дэн Яньчэня? Неужели только потому, что он сын друга генерала Ли? Но ведь дядя Ли, похоже, очень любит тётушку Шэнь.
Госпожа Сюй ласково провела пальцем по её носу:
— Да уж, у моей дочери голова полна мыслей.
Затем она вздохнула и задумчиво сказала:
— На самом деле, твой дядя Ли и тётушка Шэнь влюбились с первого взгляда. Иначе твой отец не стал бы так настаивать на этом браке.
В тот год дочь герцога Шэнь вышла замуж за молодого военачальника Ли Сюаня, прославившегося серией побед на поле боя. Этот союз вызвал немало пересудов в столице.
Между ними действительно была глубокая привязанность. Всё изменилось после того, как Шэнь Линь получила ранение.
Во время сражения под Тайчжоу Шэнь Линь, возглавляя пять тысяч воинов, преследовала врага и столкнулась с тем, кого хорошо знала.
Перед ней оказался тот самый человек, убивший её отца и брата и погубивший её род. Узнав его, Шэнь Линь в ярости потеряла рассудок. Однако противник отлично знал боевые приёмы клана Шэнь, да и как женщина она уступала ему в силе. В итоге она была повержена и упала с коня, получив тяжёлое увечье — копыто коня переломало ей ногу.
Возможно, это поражение троих членов семьи Шэнь подряд стало позором. А может, дело в том, что Шэнь Линь, ставшая калекой, больше не могла, как прежде, скакать по полю боя. Всю жизнь стремившаяся к независимости, теперь она оказалась запертой в четырёх стенах, превратившись в одну из бесчисленных женщин заднего двора, которых так презирала.
С тех пор её характер изменился. Она перестала показываться на людях и не могла смириться с тем, что теперь зависит от чужой помощи.
В те годы Ли Сюань, как только появлялась возможность, спешил домой, чтобы заботиться о Шэнь Линь — от ежедневного ухода до купания и переодевания. Он был внимателен и терпелив, никогда не жалуясь.
Разногласия между ними начались, когда Шэнь Линь настояла на том, чтобы завести ребёнка, а Ли Сюань был против.
Шэнь Линь происходила из воинского рода и с детства больше времени проводила в седле, чем в покоях. От этого в её теле накопились недуги.
После замужества она принимала снадобья для укрепления здоровья, но долгое время не могла забеременеть.
Со временем в столице пошли слухи.
Шэнь Линь, прикованная к дому после ранения, под влиянием этих пересудов стала искать лекарей повсюду, не считаясь с болью в ноге, лишь бы поскорее родить ребёнка.
Но Ли Сюань считал, что сейчас главное — её выздоровление. Как можно думать о ребёнке, если она сама не в силах о себе позаботиться?
После множества споров между супругами началась холодная война: один уезжал на войну и редко возвращался, другая запиралась в покоях и отказывалась кого-либо видеть.
Именно в этот период Ли Сюань нашёл Дэн Яньчэня, скитавшегося по Цзянчжэ, и привёз его в свой дом, усыновив как сына.
Сюй Миншу молча слушала рассказ матери и чувствовала, как в душе смешались все чувства.
Она не могла понять, кто прав, а кто виноват. Оба любили друг друга, но всё же дошли до такого состояния — это вызывало глубокую грусть.
Вспомнив, как в прошлой жизни её держали под домашним арестом во восточном дворце, где она и Сяо Хэн смотрели друг на друга с ненавистью и считали дни, Сюй Миншу почувствовала ещё большую жалость к тётушке Шэнь.
Она сжала руку матери и вздохнула:
— Я буду чаще навещать тётушку Шэнь, чтобы она не чувствовала себя одинокой. Мама, пожалуйста, попроси отца и дядю Ли как можно скорее уладить недоразумения. Когда находишь человека, который любит тебя и которого любишь ты, это огромная удача. Иначе потом будет поздно сожалеть!
Госпожа Сюй удивлённо посмотрела на неё:
— Не ожидала, что моя дочь такая рассудительная. А скажи, какого человека ты хочешь себе в мужья?
Сюй Миншу замолчала. Госпожа Сюй продолжила:
— В мире так много мужчин. У тебя должен быть хотя бы примерный образ.
В голове Сюй Миншу вновь возник образ Сяо Хэна. Улыбка на её лице постепенно погасла.
Когда-то Сяо Хэн клялся ей в вечной верности, но позже она поняла, что их чувства для него значили меньше, чем месть и власть.
Он мог ради власти смириться и жениться на племяннице своего врага, а ради репутации — возвести её на трон императрицы.
Помолчав, Сюй Миншу тихо сказала:
— Я хочу выйти замуж за того, кто помнит мои радости и печали, кто всегда прислушивается к моим словам. Я не хочу быть той, кто любит сильнее, чем её любят. Я хочу, чтобы он женился на мне потому, что я — Сюй Миншу.
Не потому что я племянница императрицы Чэнь, не потому что я дочь маркиза Цзинъаня, а просто потому что я — Сюй Миншу.
Говорят, в столице ничего не утаишь от императора.
И действительно, вечером второго дня Нового года во дворце прислали гонца с повелением: генералу Ли Сюаню завтра утром явиться ко двору вместе с Дэн Яньчэнем.
В тот момент Дэн Яньчэнь участвовал в состязании по метанию стрел в сосуд на полигоне вместе с новобранцами. Несмотря на зимнюю стужу, юноши были одеты легко и весело соревновались.
После нескольких раундов Дэн Яньчэнь, как обычно, занял первое место. Остальные, не желая сдаваться, уже собирались устроить дополнительный матч, как прибыл слуга из генеральского дома с вызовом для Дэн Яньчэня.
Полигон находился далеко от усадьбы, и так как праздничные дни были свободны, несколько юношей вызвались проводить его. По дороге они весело болтали.
У ворот усадьбы один из них, с красной лентой на голове, крикнул:
— Дэн, не забудь, ты нам ещё один матч должен! Завтра вернёшь, и на этот раз я не поддамся!
Остальные засмеялись:
— Да что ты говоришь! Тебя троих таких не хватит, чтобы столько же попасть, сколько Дэн!
На лице Дэн Яньчэня появилась улыбка. Он помахал им на прощание:
— Уже поздно. Идите домой. Завтра договоримся.
— Договорились!
— Обязательно!
Проводив их взглядом, Дэн Яньчэнь осторожно открыл ворота и, словно закрывая за собой знакомый смех и веселье, тихо вошёл внутрь.
Ли Сюань большую часть времени проводил на границе, и большинство слуг в доме были отобраны лично госпожой Шэнь. Дэн Яньчэнь несколько дней ночевал в лагере и не знал, вернулась ли госпожа Шэнь.
Он понимал, что его появление перед ней лишь вызовет раздражение, поэтому всегда старался избегать встреч и сразу направлялся в свои покои.
Ночью он лежал на жёсткой постели, не в силах уснуть.
В доме царила тишина — похоже, госпожа Шэнь так и не вернулась.
Раньше, когда между супругами возникали ссоры, они уходили в разные комнаты и молчали несколько дней. Но чтобы госпожа Шэнь не возвращалась домой несколько дней подряд — такого ещё не бывало.
Дэн Яньчэнь перевернулся на спину, положил руки под голову и подумал: «Старая поговорка верна — человек привыкает к своей постели».
Спустя какое-то время он наконец уснул.
Когда он проснулся, у дверей уже ждала карета, чтобы отвезти его во дворец.
Императорские чертоги возвышались величественно, и взгляд не мог охватить их конца.
Он не знал, к добру или к худу император вызвал Ли Сюаня вместе с ним. Но каким бы ни было решение, для него, находящегося в столь неопределённом положении, это вряд ли обернётся чем-то хорошим.
http://bllate.org/book/2426/267401
Готово:
