Глава 2. Могу я коснуться твоей железы?
Яркие солнечные лучи скользили по верхушкам деревьев, оседая в утопающем в зелени дворике. Холод ранней весны сталкивался со светом, превращаясь во влажную дымку, растворявшуюся в воздухе.
Нань Цюй приоткрыла тяжелые веки и с тоской огляделась. Прошла целая ночь, и она окончательно смирилась. Ее по-прежнему зовут Нань Цюй, она — единственная в цветочном городе омега S-класса, ослепительная красавица и наследница богатого клана. Вчера она чудом выбралась из ловушки, подстроенной лучшей подругой, и теперь сидела перед панорамным окном, погруженная в глубокое раздумье.
Это была невероятно красивая главная спальня, в которой сочетались китайская классика и современное искусство. Изысканно, но в то же время лаконично: белые стены, белое освещение, низкая кушетка и маленький столик, на котором стояла лишь одна белоснежная фарфоровая ваза. Напротив кровати размещался небольшой шкаф, а на стене висела картина, изображающая цветы бегонии, спящие в весеннюю пору — просто, но со вкусом.
Половина белоснежных занавесок была раздвинута, и солнечный свет заливал комнату. Стоило взглянуть в окно, как перед глазами представали белые стены, черепичные крыши, зеленеющие деревья, красные бутоны и изящные беседки — повсюду чувствовался дух древности.
Если бы я не попала в другой мир, то и за восемь жизней не смогла бы позволить себе виллу с садом площадью в полторы тысячи квадратных метров. Как только она подумала об этом, на душе стало удивительно легко.
Раздался почтительный и мягкий женский голос. Нань Цюй мгновенно пришла в себя, вскочила с пола и, подбежав к окну, схватила нежно-розовый платок, в два счета обмотав им правое запястье.
Нань Цюй, пытаясь найти хоть что-то хорошее в своем положении, опустила взгляд на запястье. Прошла ночь, на коже остались синяки, но ни припухлости, ни боли не было — и это очень ее удручало. Мощное телосложение альф и их острый ум порождали в них врожденное желание защищать слабых омег.
Да и вообще, кто нанимает больше десятка служанок в один дом? Деньги девать некуда?
— Госпожа, вы проснулись?
— Нет, нет, мое тело не выдержит, — пробормотала она себе под нос.
— В этом нет нужды, Ся До, выходи. Я справлюсь сама.
Нань Цюй сдержанно кивнула и поднялась, стараясь выглядеть как можно более невозмутимой. Как только она услышала слово бегония, у нее в голове что-то напряглось, и она поспешно покачала головой.
— Входи.
Это была не просто защита, а скорее желание подчинить и причинить боль. Беты могли беременеть и создавать семьи, но их фертильность была невысокой. Если сравнить мир АБО с пчелиным роем, то беты были рабочими пчелами.
Движимая странным чувством собственного достоинства, Нань Цюй чинно села на край кровати. Ее черные волосы ниспадали, как водопад, а лицо оставалось спокойным — никто бы не догадался, что у нее на душе. Она нахмурила тонкие брови, и это не самое веселое выражение лица заставило служанку, внимательно следившую за состоянием госпожи, поспешно сделать вывод, что та все еще страдает от похмелья.
Тук-тук-тук.
— Госпожа, хорошо ли вам спалось?
Молодая девушка в синей рубашке с китайскими узлами-пуговицами и черных брюках отворила дверь и вошла внутрь, сложив руки в замок на животе.
Хотя социальный строй проповедовал равенство полов, для этих бет возможность работать на Нань Цюй была настоящим счастьем. В конце концов, вчера вечером все видели, как Нань Цюй вернулась — в состоянии транса и от нее разило алкоголем. Сразу было видно: перебрала, расслабилась.
Теперь, вспоминая об этом, она чувствовала какой-то нереальный, почти магический дурман.Вчера вечером, когда она в панике сбежала с помолвки Е Цюшуан и села в машину, чтобы уехать, ей было не до того, чтобы рассматривать обитателей этой виллы. Она помнила лишь то, как десяток молодых девушек по очереди тискали её, окружая заботой и вниманием.
Все служанки на вилле были бетами. В этом мире АБО такие люди обладали обоими наборами половых органов, оба из которых могли функционировать, однако беты крайне редко, а порой и вовсе никогда не впадали в течку и были невосприимчивы к феромонам.
Что это за странное телосложение, словно из бульварного любовного романа? Неудивительно, что оно притягивает столько извращенцев.
Подобно Нань Цюй, омеге с яркой и пленительной внешностью, но при этом простой и наивной, как дурочка, она легче всего разжигала в окружающих низменные желания.
Раздался тяжелый стук в дверь. Нань Цюй, вздрогнув, оглянулась, догадываясь, что это пришла служанка.
Работать нужно обязательно — офисный работник, который не хочет работать, не настоящий офисный работник.
Прикусив зубами край носового платка, Нань Цюй наконец отозвалась.
Старшая госпожа была красива, добра и щедра на премии, поэтому служанки просто обожали работать на неё.
В панике Нань Цюй наконец разглядела бейдж, прикрепленный к рубашке девушки.
Служанка в зеленом, заметив, что Нань Цюй пристально смотрит на один из флаконов с розовым эфирным маслом, решила проявить инициативу.
— Сойдет.
Дверь ванной комнаты открылась: там уже была набрана ванна, а рядом стояли десятки флаконов с эфирными маслами разных цветов.
Она переборщила с реакцией и лишь потом осознала, что служанка имела в виду название масла, отчего почувствовала неловкость.
Проснуться и стать владелицей виллы с садом в полторы тысячи квадратных метров — это же просто замечательно!
Молодая, миловидная служанка закатала широкие рукава, проверяя температуру воды, и собралась было помочь Нань Цюй снять ночную сорочку, но та принялась отчаянно махать руками.
— Старшая госпожа, может, попробуете яблоню западного двора? С этим маслом вы обязательно выспитесь во время обеденного сна.
Все беты на вилле были отобраны семьей еще в детстве и воспитаны так, чтобы сопровождать Нань Цюй всю жизнь. Они не испытывали к ней плотских желаний, их целью были защита и помощь.
Этот синяк, оставленный чьими-то пальцами, выглядел явно по-извращенски. Если его увидят, оправдаться не удастся.
В оригинальной книге на Нань Цюй зарились многие, и попытка поставить постоянную метку на помолвке была лишь началом.
— Старшая госпожа, вы будете принимать ванну сейчас?
— Тогда воспользуемся тем, что обычно? Я сделаю вам массаж, старшая госпожа.
Однако, если она признается в этом прямо, то будет выглядеть как деревенщина, которая в жизни ничего не видела. Нань Цюй с трудом сдержала радость от внезапно свалившегося на неё богатства и притворилась холодной.
Наконец, выпроводив служанку, Нань Цюй погрузилась в огромную ванну и тяжело выдохнула.
В ванной комнате клубился пар, повсюду разливался тонкий аромат. Нань Цюй зачерпнула горсть теплой воды и не удержалась от вздоха: Эх, этот проклятый запах денег!
Как же вкусно! Как же ароматно!Аромат денег был чересчур навязчивым. Нань Цюй, еще пребывавшую в полусонном состоянии после ванны, позвала Ся До. Закутавшись в банное полотенце, девушка вышла в комнату и увидела пять или шесть девушек, одетых в одинаковую форму, которые вкатили две передвижные вешалки с одеждой и предложили ей выбрать наряд на сегодня.
Нань Цюй лишь молча смотрела на них.
Какая греховная, развращающая жизнь богачей!
В конечном итоге она небрежно указала на простую белоснежную рубашку с длинными рукавами и белые повседневные брюки, позволив группе молодых Бета возиться со своими волосами.
Что ни говори, а быть богатой — это действительно приятно.
Нань Цюй слегка опустила длинные ресницы. Намокшие от воды, они напоминали лепестки весеннего персика, пропитанные дождем.
Ся До вместе с другой служанкой расчесывала ей только что высушенные волосы, и сердце девушки невольно смягчилось.
Юная госпожа — поистине невероятно прекрасная Омега. Тот Альфа из семьи Су и впрямь вытянул счастливый билет, раз смог обручиться с ней.
Длинные волосы до пояса послушно струились по спине. Ся До украдкой коснулась их, после чего положила расческу на туалетный столик.
— Завтрак на кухне готов. Юная госпожа желает приступить к нему сейчас?
Нань Цюй подняла веки и обернулась. Ее глаза, ясные и яркие, устремились на служанку, и она внезапно произнесла:
— Подойди-ка сюда.
У нее уже давно возникло одно предположение, и сейчас, когда в комнате осталась только Ся До, выдался отличный момент его проверить.
Служанка, не понимая, чего от нее хотят, наклонилась и подалась вперед.
Нань Цюй осторожно посмотрела на нее, протянула руку, прижала девушку за плечи и, подняв подбородок, принюхалась, словно щенок.
От нее исходил лишь легкий аромат геля для душа, никакой вони. Неужели она ошиблась?
Когда она сама принимала ванну, она касалась своей Железы. Та была на удивление мягкой и нежной, от пары прикосновений сразу покраснела, но никаких признаков Течки — ни приливов крови, ни учащенного сердцебиения, ни слабости в ногах — не было, да и запах своих Феромонов она так и не учуяла.
Вонь, которую она вчера почувствовала в углу лестницы, казалась галлюцинацией, или же восприятие зависит от человека? В книгах бесчисленное количество раз подчеркивалось, что аромат Феромонов — это мощное возбуждающее средство, которое заставляет любого Альфу превратиться в неуправляемого зверя.
Не может же кто-то испытывать сексуальное влечение к запаху пропитанных потом грязных носков?
Нань Цюй нахмурилась.
— Я могу прикоснуться к твоей Железе? Всего на секунду.
Ся До замерла, ошеломленная.
— Прикоснуться... к Железе?
Произнеся это, Нань Цюй сама поняла, насколько неуместно прозвучала просьба. В этом извращенном мире дотрагиваться до чужой Железы без всякой причины было почти что домогательством.
Она уже открыла рот, чтобы как-то сгладить ситуацию, но служанка вдруг покраснела.
— Если... если юная госпожа этого хочет, то я... я не против.
Нань Цюй лишь молчала.
Я постоянно чувствую, что не вписываюсь в этот мир, потому что недостаточно извращена.
— Не нужно. Иди лучше приведи в порядок ванную, умница.
Ся До явно разочаровалась, но, пригладив растрепанные волосы, все же поплелась в ванную.
Проводив ее взглядом, Нань Цюй посмотрела в зеркало на свое лицо — даже без капли косметики оно выглядело невероятно невинным и привлекательным — и осталась вполне довольна собой.
Как же я хороша.
Спустившись вниз, Нань Цюй увидела перед собой всего пять или шесть блюд на завтрак и с облегчением вздохнула.Если бы завтрак сопровождался такой же помпезностью, как утренняя ванна, она не поручилась бы, что от неловкости не начнет в порыве чувств выковыривать пальцами ног целую загородную виллу.
— Сегодня кто-нибудь спрашивал меня?
Она взмахом руки остановила прислугу, поспешившую к ней с услугами, взяла маленький, идеально округлый яичный плод и, стукнув им о край чаши, принялась старательно чистить, совершенно не заботясь о том, что крошечные осколки скорлупы прилипли к пальцам.
Ответила ей всё та же Ся До, что утром будила Нань Цюй.
— В восемь часов утра звонила госпожа Е. Она передала, что хотела бы навестить вас.
Заполученная добыча ускользнула, вот и приходится ломать голову, как бы снова заманить её обратно в загон.
Нань Цюй замерла.
— Ты согласилась?
— Нет.
Ся До слегка опустила голову, ее взгляд был смиренным, однако пальцы невольно теребили подол рубашки. Это был первый раз, когда она приняла решение самостоятельно, и на душе у нее было крайне неспокойно.
Е Цюшуан и Нань Цюй были подругами детства, к тому же обе — Омеги. Они были так близки, что казались одним целым: на вилле даже была комната, специально предназначенная для Е Цюшуан, со всеми ее личными вещами.
Омег было немного, и иметь подругу того же пола — это, конечно, хорошо. Но Ся До, будучи первой Бетой, которую семья выбрала для того, чтобы она с самого детства росла рядом с Нань Цюй, всегда испытывала странные, труднообъяснимые чувства.
Ей не нравилось, как Е Цюшуан относится к Нань Цюй: словно играет с красивой куклой. Хотя та по происхождению, внешности и таланту уступала ее госпоже, в повседневном общении она каким-то образом всегда занимала доминирующую позицию.
Но ведь сама Ся До — всего лишь служанка, и подобные мысли — это просто вопиющая дерзость.
Ся До быстро подавила внутреннее смятение и поспешила исправить свою оплошность:
— Госпожа желает сейчас перезвонить барышне из Клана Е?
Если бы она была оригинальной владелицей тела, той простушкой из книги, то, несомненно, сразу же кивнула бы, бросилась звонить Е Цюшуан, а затем, поддавшись умелым сладким речам подруги, оказалась бы полностью повержена и подавлена.
Но Нань Цюй не была безмозглой красавицей-пустышкой. Она покачала головой, отправила белое нежное яйцо в рот и взяла со стола влажное полотенце, чтобы вытереть руки.
Яйцо было сварено всмятку, желток был мягким и нежным, совсем не пересушенным. Нань Цюй неспешно вытирала пальцы, размышляя о том, чтобы завтра попросить кухню готовить яйца так, как она любит — с жидким, кремовым желтком. При этом она хладнокровно ответила:
— Ты всё сделала правильно. Иди и выдерни телефонный шнур.
Ся До машинально кивнула:
— Хорошо, я сейчас пойду приготовлю фруктовый чай и закуски... А? Выдернуть?
Нань Цюй рассмеялась, глядя на ее реакцию, немного подумала и серьезно добавила:
— Если она заявится сама — скажи, что меня нет дома. Не впускай ее.
— О, о, хорошо.
Ся До, ослепленная ее улыбкой, совершенно потеряла голову. В ее мозгу осталась лишь одна мысль:
Госпожа такая милая!
http://bllate.org/book/24256/2813098
Готово:
