Его взгляд снова обратился к Шэнь Синчжуну, и он с лёгким презрением фыркнул:
— Если бы это был мой сын, я бы давно переломал ему ноги.
— Младшему брату не пристало учить племянника вместо старшего. Лучше послушай отца.
Шэнь Чжихан поднялся и направился к выходу:
— Отец, Исянь так напугалась, что не может уснуть. Я пойду домой.
Едва он вышел, как Шэнь Синчжун тут же подскочил к старейшине Шэню:
— Отец, уже поздно, вы как считаете…
— Слушай Чжихана, — ответил старейшина Шэнь, нахмурившись.
— Дедушка!
— Отец! Да ведь это ваш родной внук, старший внук! Если он всю ночь просидит на коленях в храме предков, завтра не сможет даже ходить!
Старейшина Шэнь стукнул тростью по полу и повторил:
— Слушай Чжихана.
Он поднялся, подошёл к алтарю и аккуратно вытер пыль с таблички покойной супруги, после чего подал знак ассистенту, чтобы тот помог ему уйти.
Перед тем как покинуть зал, старейшина Шэнь бросил взгляд на Шэнь Синчжуна:
— Если хочешь остаться и составить компанию — пожалуйста. Только встаньте с сыном подальше, чтобы ваша мать внизу не рассердилась.
Когда Шэнь Чжихан вернулся, Су Исянь сидела на пороге, прижав к груди белого щенка и глядя на звёзды.
Горничная стояла во дворе рядом с ней. Увидев Шэнь Чжихана, она подошла и тихо сказала:
— Господин Шэнь, госпожа Су отказывается ложиться спать.
Су Исянь просила её уйти, но та не осмелилась оставить девушку одну и дожидалась возвращения хозяина.
Шэнь Чжихан кивнул, давая понять, что всё понял:
— Спасибо за труды. Завтра не забудьте оформить сверхурочные.
В доме Шэней все горничные, кроме кухонных, заканчивали работу в восемь вечера. Всё, что требовалось после этого времени, оплачивалось почасово.
Шэнь Чжихан подошёл к Су Исянь и тоже уселся на порог.
Старинная усадьба Шэней находилась на окраине города, где почти не было высотных зданий, поэтому звёзд здесь было гораздо больше, чем в центре.
Он слегка потрепал белого щенка за ухо и спросил:
— Не спится?
Су Исянь кивнула:
— Хотела знать, куда вы уходили.
Хотела узнать, как именно он за неё заступился.
— Я заставил Шэнь Суна всю ночь стоять на коленях в храме предков и завтра утром извиниться перед тобой, — кратко ответил Шэнь Чжихан.
— Достаточно? Если нет — придумаю что-нибудь ещё.
Су Исянь не удержалась и слегка улыбнулась:
— Достаточно…
Без Шэнь Чжихана этот инцидент, скорее всего, сошёл бы на нет.
В конце концов, Шэнь Сун даже не смог открыть её дверь, да и был пьяным… Многие снисходительно относятся к пьяницам, считая, что их поступки простительны.
Ей было всё равно, что станет с Шэнь Суном. Главное — завтра она уедет отсюда вместе с ним. Этого было уже более чем достаточно, чтобы радоваться.
— Вам не грозит конфликт с ними? — спросила Су Исянь. Она знала, что отношения между тремя братьями Шэнь натянутые и поддерживаются лишь благодаря авторитету старейшины Шэня.
Шэнь Чжихан пожал плечами:
— Даже без сегодняшнего случая мы уже давно в ссоре.
С того самого дня, как Шэнь Чжихан вошёл в корпорацию, он взял под контроль основной бизнес семьи Шэнь в регионе Дельты Янцзы. Позже, из-за некомпетентности Шэнь Синчжуна, тот постепенно уступил ему и большую часть операций в Центральном Китае.
Шэнь Синчжун был этим крайне недоволен, но, не имея достаточных способностей, не мог вернуть утраченное и лишь пытался ставить палки в колёса Шэнь Чжихану — все попытки которого, впрочем, раз за разом проваливались при всех.
— Не переживай за меня.
— Хорошо, — кивнула Су Исянь.
Она положила подбородок на голову плюшевого щенка и глухо произнесла:
— Иногда мне даже завидно становится вам.
— Хотя вы и соперничаете со старшим и вторым братом, у вас всё равно есть отец, который вас любит, есть сестра, есть племянница… У вас целая шумная семья.
А у неё ничего нет.
Ни родителей, ни родных, даже дом, где она жила так долго, уже не принадлежит ей…
Шэнь Чжихан помолчал несколько мгновений, а затем спросил:
— Что значит «вы в таком возрасте»?
Су Исянь замерла на несколько секунд, после чего запаниковала:
— Нет, простите! Я… я имела в виду, что у вас много родных, которые вас любят! Не то чтобы вы стары… Я хотела сказать, что вы старше меня… то есть…
Она запуталась окончательно и в итоге просто резюмировала:
— В общем, я точно не считаю вас старым…
С этими словами она полностью зарылась лицом в плюшевого щенка, не смея взглянуть на него.
Шэнь Чжихан рассмеялся и ласково потрепал её по голове:
— Шучу.
Он вытащил у неё из рук щенка и посадил игрушку между ними на узкую часть порога.
— Подними голову.
Су Исянь медленно подняла лицо. Оно было пунцовым от смущения, а глаза блестели от слёз.
Шэнь Чжихан слегка наклонился и, глядя ей прямо в глаза, сказал:
— Твои близкие ушли, но твой облик, характер, манеры — всё в тебе несёт их отпечаток. Они живут в каждом уголке твоего сердца, сопровождали тебя в детстве и будут рядом во всём, с чем тебе предстоит столкнуться.
— И ты не одна. У тебя есть я.
— Всё, что я могу дать Янь Янь, я постараюсь дать и тебе.
Он дал обещание старейшине Шу у могилы: семья Шэнь возьмёт на себя заботу о Су Исянь.
И он сдержит слово.
Су Исянь опустила глаза. Ей не нравилось, когда Шэнь Чжихан упоминал её вместе с Янь Янь.
Между ними ведь нет родственных связей.
— Дядя, — тихо сказала она, — если вам когда-нибудь понадобится помощь — в бизнесе или в чём-то ещё — скажите мне.
Дела семьи Су сейчас управлялись профессиональными менеджерами. Хотя Су Исянь не разбиралась в управлении компанией, она обладала правом распоряжения активами. Если Шэнь Чжихану понадобятся деньги или поддержка в делах, возможно, она сможет помочь.
— Я ничего не требую от Янь Янь, не жду благодарности. Так же и с тобой.
— Но Янь Янь говорит, что будет вас содержать в старости…
«Содержать в старости…»
Шэнь Чжихан вздохнул с досадой. Сегодня Су Исянь, кажется, особенно увлечена его возрастом.
— Так ты тоже собираешься содержать дядю в старости? — полушутливо спросил он.
Су Исянь нахмурилась и задумалась на мгновение.
Затем она посмотрела на него совершенно серьёзно и чётко произнесла:
— Я буду хорошо к вам относиться.
— Хорошо, — усмехнулся Шэнь Чжихан. — Буду ждать, когда вы обе начнёте меня баловать.
Ему всего двадцать шесть лет, а эти две девчонки уже строят планы, как его «содержать в старости»?
На следующее утро, едва Су Исянь вошла в столовую, как увидела стоящего посреди зала человека.
С первого взгляда она его почти не узнала: Шэнь Сун надел сегодня приличную одежду, а его длинные вьющиеся волосы были острижены под ёжик — причём золотистый ёжик, что выглядело довольно странно.
Увидев Су Исянь, Шэнь Сун тут же подошёл к ней и извинился:
— Простите, вчера я вас напугал.
Он выглядел искренне, хотя и чувствовалось некоторое неловкое напряжение. Но Су Исянь понимала: для Шэнь Суна это, вероятно, предел возможного.
Она кивнула и сухо ответила:
— Принимаю ваши извинения.
Шэнь Сун взглянул на неё, потом перевёл взгляд на старейшину Шэня.
Его наигранное спокойствие мгновенно растаяло, и он нервно почесал затылок:
— Так вы меня простили или нет?
— Я был пьян! Не знал, что это ваша комната. Думал, кто-то запер мою. Я знаю, вы все считаете меня никчёмным, но даже если бы я был последним подонком, я бы не пошёл на такое!
— Я принимаю ваши извинения, — холодно и спокойно сказала Су Исянь.
Уголки губ Шэнь Суна дёрнулись.
Не зря говорят — воспитанница Шэнь Чжихана. Характер и манеры — точь-в-точь как у него, даже взгляд такой же ледяной и презрительный.
Желание Шэнь Суна добиваться Су Исянь резко пошло на убыль. Кто захочет брать в жёны женскую версию Шэнь Чжихана? В любой момент — ледяное лицо, и смотришь на тебя так, будто ты идиот.
— Ладно, за стол, — прервал старейшина Шэнь, приглашая Су Исянь сесть.
Шэнь Сун угрюмо уселся на самый дальний стул, подальше от Су Исянь и Шэнь Чжихана.
После завтрака Су Исянь отправилась домой вместе с Шэнь Чжиханом.
Янь Янь, узнав, что Су Исянь переезжает к ним, обрадовалась до безумия и, схватив её за руку, потащила к выходу.
Горничная уже погрузила багаж в машину. У Су Исянь было немного вещей — только повседневная одежда. Остальное Шэнь Чжихан велел оставить в усадьбе: «Приедешь на праздники — всё пригодится».
Когда Су Исянь уже собиралась садиться в машину, из дверей выскочил Шэнь Сун с большим рюкзаком и подушкой в руках.
Он замахал Шэнь Чжихану:
— Дядя! Дядя, подождите меня!
Шэнь Чжихан велел Су Исянь сесть в машину, а сам опустил стекло.
— Можете подвезти меня? Мне в филиал на работу.
Утром старейшина Шэнь издал приказ: снял Шэнь Суна с должности в головном офисе и отправил в филиал рядовым сотрудником.
Кроме того, он лично сбрил ему золотистую шевелюру, заблокировал все его карты и запретил всей семье оказывать ему какую-либо финансовую помощь.
Он даже поручил секретарю предупредить всех местных «золотых мальчиков» в Цзянчэне: кто посмеет одолжить Шэнь Суну деньги — тот лишится его расположения.
Старейшина решил раз и навсегда искоренить внука от безрассудного поведения.
Раньше он думал, что Шэнь Сун просто бездарен и расточителен, поэтому не вмешивался. Бездарность — не беда, семья Шэней может его содержать. Но если он продолжит вести себя как безумец, рано или поздно случится беда.
— Дядя, я правда понял свою ошибку! Дедушка сегодня утром со мной поговорил. Я обязательно, обязательно исправлюсь!
Шэнь Чжихан взглянул на его рубашку — явно дешёвую, совсем не в его прежнем стиле.
— А твоя машина?
— Дедушка конфисковал.
— А деньги?
— Дедушка выдал мне аванс — четыре тысячи наличными. Отсюда на такси до филиала почти двести уйдёт…
Шэнь Сун понимал, что на этот раз всё серьёзно. Шэнь Синчжун тоже не в состоянии помочь, так что деньги нужно экономить.
— А твой отец?
— Его тоже наказали. Сам еле держится — уж точно не до меня.
Шэнь Чжихан знал: старейшина на этот раз твёрдо решил перевоспитать внука, и вмешиваться не стоило.
— Обратись к дяде Чэню. Пусть проводит тебя до метро.
— Но я никогда не ездил на метро… — Шэнь Сун почесал голову. Боится, что зайдёт туда и ничего не поймёт — будет стыдно.
— Раз не ездил — научишься, — сказал Шэнь Чжихан, поднимая стекло. — Вези, — приказал он водителю.
Янь Янь несколько раз оглянулась на Шэнь Суна и не удержалась:
— Дядя, а почему бы дяде Чэню не отвезти его прямо в филиал?
С таким характером, как у Шэнь Суна, Янь Янь боялась, что он потребует уступить ему место от стариков или беременных — и тогда семье Шэней несдобровать.
— У трёхколёсного электромобиля сел аккумулятор.
— А? Вы на трёхколёсном поедете?
Янь Янь злорадно хихикнула:
— Тогда у старшего брата мозги точно вытрясет!
Отвезя обеих девушек домой, Шэнь Чжихан даже не вышел из машины — сразу отправился в офис.
Войдя в дом, Су Исянь узнала от горничной, что она по-прежнему будет жить на третьем этаже, но в другой комнате.
— Госпожа Су, сюда, — горничная подвела её к персональному лифту. — Господин Шэнь сказал, что теперь вы будете жить в его комнате.
Су Исянь удивилась:
— А он сам?
— Он переселится в гостевую.
Горничная придержала дверь лифта, чтобы Су Исянь вошла первой, а сама поднялась по соседнему лифту.
На третьем этаже Су Исянь вошла в спальню и сразу увидела на большой кровати Шэнь Чжихана знакомое розовое постельное бельё с лисичками, на котором она спала в прошлый раз.
Розовый комплект резко контрастировал с чёрно-белой строгостью всего интерьера.
Она прошла в кабинет, и в этот момент горничная вошла вслед за ней.
— В апартаментах есть отдельная ванная, лифт персональный — очень удобно. Гардеробную я уже освободила, как велел господин Шэнь. В кабинете оставил только лёгкое чтение. Если эти книги мешают…
— Не нужно, они не мешают, — прервала Су Исянь. Шкафы и так наполовину пусты, а ей ведь только временно здесь жить — столько места не требуется.
— А где теперь господин Шэнь будет работать? — спросила она. В прошлый раз она жила в гостевой, и там точно не было места для рабочего стола.
http://bllate.org/book/2408/265000
Готово:
