Двое мужчин оказались в фургоне, который немедленно сорвался с места и свернул на другую дорогу.
Едва они скрылись, как следом, визжа шинами, вылетел БМВ.
— А Лун! — из окна машины показалась голова, и раздался встревоженный крик.
Но оставалось лишь бессильно наблюдать, как фургон увозит А Луна.
— Ох, ну просто слов нет! Неужели вы, идиоты, не могли ехать по одной дороге? Зачем постоянно вилять? Из-за вас я всю дорогу отстаю! — Линь Пань сердито выругалась и снова вдавила педаль газа, пытаясь нагнать их.
Немного поколебавшись, она схватилась за телефон:
— Алло, брат Сяо, скорее! Я попала в беду, приезжай скорее с людьми, спасай меня!
На окраине города, у склада поставщика напитков, фургон остановился. А Луна и А Хая вышвырнули наружу. А Хай был без сознания, и его грубо бросили на землю. Со всех сторон сбежались рабочие, одаривая пленников насмешливыми взглядами.
А Лун прикрыл собой А Хая, закурил сигарету и, не произнося ни слова, начал осматриваться. Вокруг было полно цехов: переработка свинины, консервный завод, склад алкоголя. Это была глушь. Кроме рабочих, здесь почти никто не появлялся. Настоящая вотчина врага.
Попав в такое место, шансы выбраться живым были практически равны нулю. Считай, жизнь оказалась в их руках. Чем больше А Лун об этом думал, тем сильнее закипал от ярости — ему хотелось своими руками придушить А Хая! Он затягивался всё чаще, и через пару мгновений сигарета догорела.
Только он собрался прикурить вторую, как толпа расступилась, и к ним уверенной походкой подошел мужчина средних лет с весьма примечательной внешностью.
— Директор Хуан!
— Директор Хуан! — зашептали рабочие, подобострастно склоняя головы.
Кто-то принес стул. Директор Хуан сел, закурил и искоса оглядел А Луна. А Лун смотрел в ответ, чувствуя, как внутри всё холодеет. У всех рабочих в руках были стальные прутья или мачете — сразу видно, люди привычные к дракам. Похоже, сегодня им не выбраться.
— Черт! — Директор Хуан перевел взгляд с А Луна на лежащего без сознания А Хая, и его лицо исказила гримаса ярости.
Он смачно плюнул на землю и, указав пальцем на А Луна, ледяным тоном произнес:
— Тебя А Лун зовут, верно? Твой дружок — настоящий подонок. Изнасиловал моего сына, да еще и отправил его в больницу. Если я не отсеку ему член, как мой сын сможет после этого смотреть людям в глаза в Лочэне?
— Черт! Убейте его!
— Директор Хуан, позвольте нам! Отомстим за молодого господина!
— Какая же мразь! Даже на мужиков кидается, до чего же скотина!
Рабочие вокруг взревели, готовясь броситься в бой.
— Всем стоять! — рявкнул А Лун, указывая на каждого, кто собирался наброситься, пытаясь запугать их.
Но это не помогло. По сигналу одного из громил десяток человек ринулись вперед. Даже при всем своем мастерстве А Лун не мог противостоять такой ораве. Через пару минут его сбили с ног. Посыпались удары палок, он мог лишь плотно прижать руки к голове и паху, сворачиваясь в клубок, чтобы хоть как-то распределить боль.
Вскоре он уже не мог пошевелиться, всё тело превратилось в сплошной синяк. Когда он перестал сопротивляться, толпа отступила.
Они подняли А Хая. Тот же молодой человек, что был при ноже, подошел, сорвал с А Хая штаны и, поигрывая лезвием, направился к нему.
А Лун, лежа на земле и тяжело дыша, попытался подняться. Да они же всерьез!
Но его тут же прижали к земле двое, не давая пошевелиться. Директор Хуан с кровожадной усмешкой бросил окурок на землю:
— Кастрируйте его. Сукин сын, решил позариться на моего сына? Сам напросился!
Молодой человек с ножом ухмыльнулся, схватил А Хая за самое интимное место, а другой рукой занес лезвие!
— Подожди! — внезапно проревел А Лун, глядя на директора Хуана. — Директор Хуан, раз уж вы вызвали меня сюда, значит, не только ради того, чтобы покалечить моего брата? Говорите, что вам нужно! Если вы не тронете его, мы обо всем договоримся!
— Погодите-ка, — бросил директор Хуан.
Молодой человек замер. Лезвие остановилось всего в двух сантиметрах от тела А Хая. Он издевательски ухмыльнулся и даже провел ножом по коже, отчего у А Луна внутри всё похолодело, а в паху стало нехорошо.
За воротами Линь Пань в панике металась у машины, не переставая звонить:
— Брат Сяо, скорее! Ну же! Если не приедете, я сама войду!
— Не глупи, мы уже рядом. Ни в коем случае не заходи внутрь, слышишь? — раздался в трубке низкий голос.
Линь Пань места себе не находила, вглядываясь вглубь территории, словно муравей на раскаленной сковороде.
Внутри А Лун, тяжело дыша, уставился на директора Хуана:
— Вы человек солидный, а мы — мелкие сошки. Вряд ли вы стали бы лично вмешиваться из-за нас. Раз встретились, значит, есть дело?
— Ну, солидным меня не назовешь, а вот тебя в Лохэ знают многие. Кто не слышал о славе А Луна? — Директор Хуан снова закурил. — Хочешь, чтобы я отпустил твоего брата? Хорошо. Ты должен сделать для меня одну вещь.
А Лун немного выдохнул — раз есть условия, значит, есть шанс.
— Говори.
— Многие караоке-клубы в районе Лохэ закупают выпивку у меня. Некоторые из них со мной в хороших отношениях, но вот с клубом Ночной отблеск у них вражда, — директор Хуан говорил не спеша. — Мне нужно, чтобы ты сделал простую вещь: развали Ночной отблеск. Сделай так, чтобы они не могли работать на берегу Лохэ. Как ты это провернешь — убийством или поджогом — мне плевать. Я смотрю только на результат.
Лицо А Луна изменилось.
— Если я это сделаю, как мне потом смотреть людям в глаза?
В любом деле предательство своих считается худшим грехом. Он действительно был разочарован в Ночном отблеске, но просто уйти — одно, а идти против своих — на такое он пойти не мог.
— Ясно, значит, отказываешься? — директор Хуан улыбнулся, но тут же его лицо стало каменным. — Сяо Лан, чего ждешь? Действуй!
— Есть! — с усмешкой ответил парень с ножом, готовясь нанести удар!
— Постой! — А Лун, с лица которого градом катился холодный пот, вскрикнул: — Я сделаю! Я согласен!
Парень снова остановился, выглядя разочарованным.
Директор Хуан расхохотался:
— Вот это правильный ответ. Что может быть важнее, чем жизнь брата? А Лун, даю тебе семь дней. Через неделю я хочу, чтобы Ночной отблеск исчез с берега Лохэ! А что касается твоего брата, не волнуйся, семь дней мы будем его кормить и поить. Но если через неделю дело не будет сделано, извини, твоему брату останется только идти торговать задом.
А Лун вырвался из рук охранников и встал, глухо произнеся:
— Директор Хуан, раз я дал слово, я не отступлюсь. Вы знаете, где мы живем, нет нужды держать моего брата в заложниках.
— Об этом не может быть и речи! — отрезал директор Хуан. — А вдруг вы сбежите? Где мне вас искать? Короче, либо делай, что велено, либо сейчас же его кастрируем!
А Лун сжал кулаки так, что на лбу вздулись вены, но он чувствовал свое бессилие. У него не было ни власти, ни денег, только эти двое верных братьев. Он не был ровней директору Хуану! Если бы не эта ничтожная польза, которую он мог принести, он бы даже не увидел его сегодня. Их судьба была предрешена: один станет кастратом, другой — калекой.
А Лун глубоко вздохнул, собираясь с духом, чтобы согласиться на унизительные условия.
Вдруг позади поднялся шум.
Следом вошла большая группа людей.
— А Лун, ты в порядке? — Линь Пань, бежавшая впереди всех, встревоженно окликнула его.
А Лун резко обернулся:
— Ты зачем приехала?
— Не болтай ерундой, я спасать тебя пришла! — она подбежала к нему, замахнулась, чтобы ударить, но, увидев его раны, опустила руку. — Если бы вы сразу сели ко мне в машину, ничего бы не случилось! Ой, а почему этот тип без штанов? Почему его еще не кастрировали?
Позади появился высокий молодой человек, за которым шла целая толпа. Его взгляд был холодным и полным отвращения, отчего А Луну стало не по себе.
— Мне не нужно ваше спасение, — опустив голову, буркнул А Лун.
— Что за глупости ты несешь? — возмутилась Линь Пань.
— Вы кто такие? — помрачнел директор Хуан.
Его люди тоже злобно уставились на пришельцев.
— Директор Хуан, верно? — главарь группы, брат Сяо, поклонился. — Это старшая госпожа нашего отеля Цзюньхао, Линь Пань.
— Отель Цзюньхао?
Лицо директора Хуана мгновенно изменилось. Люди за его спиной тоже засуетились. Это был знаменитый отель в городе. Его владелец имел связи и в криминальном мире, и в высших кругах, его уважали во всем Лочэне. Директор Хуан невольно встал, растеряв всю свою спесь.
— Что вы хотите этим сказать? — пробормотал он. — Госпожа Линь собирается вмешиваться в такие дела? Этот ублюдок изнасиловал моего сына и отправил его в больницу. Разве я не имею права на месть? Не слишком ли длинные руки у госпожи Линь?
Брат Сяо взглянул на лежащего без сознания А Хая, и его лицо дернулось. Возразить было нечего.
— Директор Хуан, они — друзья нашей госпожи, вы не можете их тронуть, — сказал брат Сяо.
— Что за бред? Раз они друзья госпожи Линь, значит, можно издеваться над моим сыном? В чем он провинился? — взревел директор Хуан. — Даже если дело дойдет до небес, я прав!
Линь Пань в стороне закрыла лицо руками, чувствуя стыд.
— Ты не можешь его хоть немного приструнить? — спросил А Лун.
— Если бы я могла, разве дошло бы до такого? — ответила она.
— И что вы предлагаете? — нахмурился брат Сяо.
Директор Хуан указал на А Луна:
— Мы уже договорились. Он выполнит для меня одну работу, и я отпущу его брата. Если нет — извините, я его кастрирую!
Брат Сяо посмотрел на А Луна.
А Лун, стиснув зубы, выпалил:
— Я сделаю, но А Хая нужно отпустить сейчас!
Брат Сяо нахмурился. Он считал, что требования директора Хуана вполне логичны.
Линь Пань топнула ногой:
— Брат Сяо, я позвала вас спасать людей, а не смотреть спектакли! А Хая тоже нужно забрать!
— Тогда спросите, согласны ли мои ребята! — директор Хуан оскалился. — Это не город, это моя территория! Здесь вам не позволено бесчинствовать!
Рабочие с оружием в руках двинулись вперед.
Линь Пань занервничала:
— Брат Сяо!
— Директор Хуан! — после короткой паузы заговорил брат Сяо. — Что если я дам вам гарантию от имени отеля Цзюньхао?
— М? — директор Хуан посмотрел на него.
— Если в установленный срок они не выполнят вашу просьбу, приходите в отель Цзюньхао за людьми, и мы лично ответим за них!
Сказав это, брат Сяо повернулся к А Луну:
— А Лун, если не успеешь, не директор Хуан будет действовать, а я лично кастрирую А Хая, чтобы отчитаться перед директором Хуаном. У тебя есть возражения?
А Лун долго молчал, стиснув зубы, а затем выдавил из себя:
— Возражений нет.
— Хорошо, по рукам! — брат Сяо хлопнул в ладоши, и кто-то из его людей принес чемодан. Он передал его директору Хуану: — Директор Хуан, надеюсь, репутация отеля Цзюньхао для вас что-то значит?
Директор Хуан открыл чемодан при всех.
Внутри лежали пачки купюр. Лицо А Луна изменилось. Там было не меньше двухсот тысяч.
Двести тысяч!
Чем он сможет отдать такой долг?
http://bllate.org/book/24032/2757368
Готово:
